Ненависти назло

      — Ваше Высочество, просыпайтесь, — в покои вошёл омега лет сорока и, быстро подойдя к окну, распахнул тяжёлые шторы. — Пора в обеденный зал. Родители ожидают вас. Поторопитесь.       — Сейчас, — Тэхён откинул одеяло и сел, спуская ноги на пол.       Холод камня сразу пополз по ступням и выше, захватывая тело и заставляя вздрогнуть. Омега быстро встал и направился в купальню, где его уже ожидала нагретая вода для утреннего омовения. Когда молодой человек вернулся в свои покои — на кровати уже лежала приготовленная одежда, а подданный стоял рядом, держа в руках гребень, чтобы прочесать и заплести светлые волосы принца.       — Какое одеяние вам приготовить на завтра, Ваше Высочество? — сплетая две тонкие косы в одну на затылке, чтобы локоны не мешали взору, спросил мужчина безучастным тоном.       — Пусть будет голубое, — так же безразлично ответил Тэхён, смотря на свой стол, заваленный свитками, книгами и писаниями.       — Всё готово, — поклонился придворный и отступил. — Вы можете идти.       — Благодарю, — в знак вежливости кивнул принц и оставил свои покои.

***

      — Ваше Величество, — склонился Тэхён, как только двери в обеденный зал открылись.       — Доброе утро. Мы заждались! — голос короля прозвучал громко, укоризненно.       — Простите, — омега так и стоял в поклоне, не смея поднять головы.       — Проходи, — смягчился альфа, и принц выпрямился.       — Подать завтрак! — приказ послышался от Минсу — главного дворецкого, и слуги стали быстро расставлять блюда с приготовленной едой.       Когда стол был накрыт, а придворные отступили к каменным стенам, перед королевской семьёй встал отведывальщик Тхэсу. Король неотрывно смотрел за тем, как молодой альфа пережёвывает еду, а Тэхён снова сжимал кулаки под столом, ожидая, когда закончится эта ежедневная традиция. Он каждый раз видел страх в глазах Тхэсу и безразличие в глазах отца и ненавидел этот варварский ритуал всё больше. Только после того, как вся еда была попробована, семейство приступило к завтраку.       — Какие у тебя сегодня занятия? — спросил папа, гордо восседая рядом с королём.       — Письмо и история до обеда, потом верховая езда, — не сомневаясь в своих словах, ответил Тэхён. Он наизусть знал распорядок своего дня, который менялся лишь с появлением новых дисциплин для изучения.       — Хорошо, — мягко улыбнулся взрослый омега, и эта была та самая капелька открытой нежности, которую супруг правителя мог позволить себе прилюдно.       Трапеза подошла к концу, и принц, поклонившись своим родителям, с их позволения покинул обеденный зал. У него оставался всего час до начала занятий, который он проводил в своих покоях, стоя у окна.       Тэхён — молодой принц династии Ким. Его жизнь — обязанности прилежного омеги, рутина познания и клубок чувств. Когда-то беззаботное детство обрело тяжесть ответственности, а воспитатели сменились учителями. Солнечные дни всё чаще оставались за большими окнами пыльной библиотеки, а радость быть принцем скрылась под тёмным полотном сожаления.       — Мой господин, — после нескольких коротких ударов в дверь в покои вошёл молодой омега. — Я вернулся, — склонился он перед Тэхёном, ожидая разрешения выпрямиться.       — Как же я рад! — принц встал из-за стола и подошёл к придворному. — Я так соскучился, Чимин! — он коснулся чужого плеча.       — Я тоже, Ваше Высочество, — омега выпрямился, а его улыбка озарила лицо.       — Проходи, рассказывай, как там, на чужой земле? — Тэхён потянул молодого человека за руку к лавке у стены.       — Да я много и не видел, обучался, но было интересно. Провели несколько боёв дзюдзюцу, где я, мой господин, одержал победу, — Чимин был воодушевлён, но каждый раз, как его голос повышался, он снова сбавлял тон. — Расскажите лучше, как вы, мой господин.       — В моих днях меняются только занятия, — ответил принц, не скрывая в голосе неприязнь. — Ты отсутствовал больше месяца. Моими компаньонами стали стражники и придворные. Прогулки превратились в процедуру необходимости, а не наслаждения.       — Ох, мой повелитель, мне очень жаль это слышать. Но теперь я снова с вами, и вскоре наши занятия, — прикрыл Чимин рот ладошкой, — продолжатся. Если вы, конечно, пожелаете этого, — склонил он голову.       — Сегодня у меня верховая езда, но раз ты вернулся, то сможешь снова быть со мной.       — Да, Ваше Высочество, — Чимин поднялся и поклонился. — Позвольте с дороги поесть и искупаться.       — Конечно, — кивнул Тэхён. — Учителя уже ожидают меня. Я пойду.       — Я приду сразу, как управлюсь.       — Мы будем в библиотеке.       Часы принца протекали за книгами и разговорами с учителями, но впервые за последний месяц в душе встрепенулась птичка радости. Его компаньон и хранитель вернулся из чужого государства, где изучал новый вид боевых искусств.       Чимин — придворный омега двадцати лет, обучающийся с рождения для защиты принца. Его хрупкое тело терпело боль и жестокость, чтобы дух не знал страха и сомнения. Омега владел такими боевыми искусствами, как айкидо, хапкидо, дзюдзюцу. Берсерк Чимин был одним из тридцати стражников замка, которые изучили этот вид боя, и единственным омегой среди них. А ещё он владел мечом, копьём и в кинжальном бою ни разу не уступил противнику. Охота, верховая езда, ориентирование и выживание были неотъемлемыми навыками, которые Чимин охотно передавал своему господину и совершенствовался сам.       Но были в его знаниях и скрытые искусства, о которых знал только принц. Они росли вместе. Их общение стало даже не дружеским, не компаньонским, а братским. Чимин был старше Тэхёна на два года в возрасте, ниже на целую жизнь в иерархии, но в душевных отношениях они были наравне — Тэхён не показывал своего превосходства, а Чимин не смел пенять на судьбу.       — Мой господин, — в библиотеку вошёл хранитель и поклонился. — Здравствуйте, учитель.       — Здравствуйте, Чимин, — обернулся пожилой омега с седой редкой бородой почти до пояса. — С благополучным возвращением.       — Благодарю, — омега снова поклонился.       — Мы почти закончили урок, — сказал мужчина, возвращая своё внимание принцу, — прочтите последнюю страницу.       Закрыв книгу и обозначив задание на вечер, учитель отпустил молодых людей, убирая всё до завтрашнего урока.       — Скоро обед, — констатировал Тэхён данный факт, когда они с Чимином вернулись в его покои.       — Потом время уединения, и... — омега улыбнулся и потёр ладони, — занятия. Я так соскучился по прогулке и нашему лесу.       — А я по... — Тэхён прижал указательный палец к губам и втянул голову, улыбаясь.       Обеденная трапеза прошла как обычно, только теперь за спиной принца стоял его компаньон и хранитель.       Время уединения Тэхён провёл в одиночестве, снова и снова погружаясь в свои мысли, позволив своему подданному вздремнуть — Чимин хоть и был вынослив, но дорога длиною в трое суток была тяжела. Омега лежал на кровати и размышлял. Размышлял о том, какой бы была его жизнь, родись он в обычной семье. Какими бы были его увлечения и друзья. Тэхён проживал свои дни в бесконечной подготовке к выгодному союзу и построению себя как идеального кандидата на роль вечной тени неизвестного короля. Многие мечтали оказаться на его месте, и только сам омега отдал бы всё, чтобы стать обычным человеком. Неприметным, но свободным.       Когда солнце медленно стало скатываться по небосводу, принц со своим компаньоном покинули замок, направляясь в лес. Их не сопровождали стражники, так как это было ни к чему. Чимин был тем, кто мог защитить своего господина.       Их кони величаво и неспешно вышагивали по лесной дороге, а они разговаривали. Такие выезды были единственной возможностью, когда никто не опасался быть услышанным. Дворцовые стены были настолько же тонкими, насколько и величественными. Каждое слово покидало не только тело говорившего, но и то место, где оно зародилось.       — Мой господин? — осторожно обратился хранитель к принцу. — За то время, пока я отсутствовал, не было известий?       — Нет, — ответил Тэхён, снова благодаря всевышнего за снисхождение. Но его обречённая душа укуталась ещё одним слоем чёрной пустоты. Ожидание известий было невыносимым, болезненным, но его никогда не хотелось ускорить.       Чимин промолчал, поджимая губы и погружаясь в раздумья. Он знал страх своего господина, но не мог защитить его. Мог лишь разделять его с ним, что он и делал.       Проехав ещё несколько метров, Тэхён сжал бока коня коленями, и тот рванул вперёд. Хранитель усмехнулся, качнул головой и тоже припустил коня, следуя за своим повелителем. Волосы омег развевались от ветра, деревья мелькали, а в груди просыпалось чувство свободы и власти над своей жизнью. Пусть призрачное, но оно ощущалось в этих порывах.       Топот животных и их фырчание глухим эхом разлетались по лесу, а улыбки озаряли счастливые лица омег. Доскакав до озера, что скрывалось в глубине леса и было окружено многовековыми елями, молодые люди слезли с коней и рассмеялись. Это был выплеск чувств, которые уже несколько месяцев копились внутри.       — Ну что, Чимин, пора возобновлять наши занятия, — оживился принц, после того как потревожил гладь воды в озере, умываясь.       — Я, Ваше Высочество, в чужих землях не только искусство боя изучал, но ещё и... — омега прикрыл рот ладонью, — ядоведение.       — Я читал об этом, — начал шептать Тэхён, подойдя ближе к своему компаньону. — Но мне не преподают такое.       — Я познакомился с одним очень умным лекарем, и он, узнав, что я хранитель принца, начал обучать меня. Рассказывал о растениях и их свойствах, а ещё показал, как можно проверить еду на яд.       — У нас для этого есть Тхэсу, — злость, отчаяние и безысходность коснулись этой фразы.       — Но однажды... — Чимин замолчал, но избежать этого разговора всё равно не получилось бы, — однажды вы смените свои покои на чужой замок, и эти знания вам будут необходимы, — продолжил он. — Чтобы защитить и уберечь себя.       — Ты прав, — обречённо выдохнул принц. — Прав! И поэтому должен обучить меня! — решительно попросил Тэхён. Он не приказывал, не пренебрегал — просил. Знал, что его хранитель будет до последнего вздоха с ним, но жизнь была слишком непредсказуемой, чтобы рассчитывать только на других.       — Сегодня мы с вами вспомним несколько приёмов обороны и парного боя, а с завтрашнего дня начнём изучать ядоведение, — кивнул Чимин. Таинство предстоящих дней осталось между омегами и спокойным озером среди «шумных» елей.       Проведя около часа в парном бою, отрабатывая изученные приёмы самообороны, омеги сели пить заваренный из трав чай под раскидистой елью. Это место в глуши было их тайным кусочком леса, где они хранили для себя небольшой котелок и пару кружек. Травы на чай собирали на берегу, но за костёр отвечал только хранитель. Принцу не позволено было заниматься огнём, чтобы не испортить одежды и не нанести вред здоровью. Даже бои с Чимином проводились осторожно, наматывая на руки куски мягкой ткани, чтобы не повредить кожу. Вид омеги нельзя было портить, ведь в любой момент во дворце мог оказаться посланник с известием о свадьбе.       Принц достиг возраста, когда можно было вступать в брак, ещё семь месяцев назад, и каждый последующий день стал для него пыткой. Родители однажды обмолвились, что свадьбе быть через полгода, и с того момента омега перестал жить и начал просто отсчитывать дни. Его начали обучать, ещё глубже погружая в историю, дворцовые порядки и этикет. Стали затягивать талию в корсет, вырабатывая осанку и формируя силуэт. Книги стопами появлялись на столе, а учителя вбивали в голову умные фразы на иностранных языках. И только Чимин знал, с какой ярой ненавистью его господин готовился встретиться со своим супругом.       Омеге стирали его «я», формируя идеальную куклу для того, кто никогда не попытается познать его истинную душу и внутренний мир. Тэхён был готов к союзу, но всем своим существом ненавидел своего будущего супруга и себя, за то, что не мог изменить свою судьбу. За то, что родился омегой.       — Мой господин, пора возвращаться, скоро стемнеет, — Чимин выплеснул остатки чая в костёр и пошёл к озеру, чтоб зачерпнуть ещё воды.       — Угу, — принц поднялся с земли, сложил небольшое покрывало и перекинул его через седло. — Мой хороший, мой Ветерок, — погладил он коня по шее, прочёсывая пальцами чёрную гриву.       — Можем выезжать, Ваше Высочество, — хранитель отвязал лошадей и передал поводья Тэхёну, когда костёр был потушен, а посуда снова убрана в тайник под елью.       Омеги рывком оседлали своих жеребцов и двинулись к замку. Лес укутывал вечер, и щебетание птиц слышалось всё реже.       — Догоняй! — крикнул принц своему компаньону и припустил коня, вырываясь вперёд.       Чимин выждал несколько секунд, и его жеребец пустился вдогонку. Конь хранителя был резвее, но он никогда не шёл впереди, придерживаемый омегой.       — Ветерок! — по лесу разнёсся крик Тэхёна, который уже скрылся за поворотом, а у хранителя перехватило дыхание.       Всего несколько метров отделяли принца от Чимина, но истошное ржание коня, эхом догнавшее своё имя, стрелой ужаса пронзили сознание омеги. Он дёрнул вожжи и уже через несколько секунд оказался на перекрёстке лесных дорог, соскакивая со своего жеребца на ходу. Чёрный королевский конь встал на дыбы, закрывая своей грудиной Тэхёна, который старался удержаться в седле, а перед ним был альфа, пытаясь ухватиться за вожжи. Чимин одним точным движением в грудь сбил незнакомца с ног и прижал коленом к земле, приставляя кинжал к горлу.       — Как вы, мой господин? — он обернулся, с силой сжимая чужую одежду в кулаке.       — Хорошо! — отозвался Тэхён, пытаясь успокоить коня. — Тише, тише!       — Кто ты? — Чимин вернул своё внимание чужаку, сильнее надавливая лезвием на горло. — Отвечай!       — Я... Я... — захрипел альфа, а в его глазах читались удивление и испуг. — Моё имя Джихо.       Хранитель на мгновение повернулся, слыша фырчание Ветерка и его топот. Конь переступал на месте, поддаваясь управе принца.       — Что делал тут? — прищур Чимина испепелял чужака, а кончик лезвия проколол кожу, пуская каплю крови.       — Я... ничего. Ничего. Я направлялся домой, — стал быстро отвечать мужчина. — Простите меня, я не хотел напугать вас, Ваше Высочество.       — Чимин! — Тэхён слез с коня и, держа за поводья, подошёл ближе. — Ветерок напугался, когда чуть не столкнулся с лошадью этого человека, — но омега не отпускал альфу, всматриваясь в лес и прислушиваясь.       — Я был один. Я не хотел навредить принцу. Не хотел напугать королевского коня. Я не ожидал, что в такое время господин может быть тут, — объяснялся мужчина, чувствуя, как по коже скатилась капля.       — Откуда ты ехал?       — Сегодня в королевстве был базарный день, я приезжал за пряностями. Только в ваших землях можно купить шалфей и тимьян.       — Где вы живёте? — поинтересовался Тэхён, всматриваясь в лицо чужака.       — Я живу на вашей земле, Ваше Высочество, на западе, и сейчас возвращался домой, — не задумываясь, ответил альфа, чью грудь всё ещё придавливало чужое колено. — Позвольте мне встать?       — Чимин, — рука коснулась напряжённого плеча, и омега обернулся. — Отпусти его.       — Ваше Высочество?       — Отпусти, — кивнул Тэхён, и хранитель выпрямился, вставая перед принцем.       Альфа поднялся и, коснувшись шеи, посмотрел на свои окровавленные пальцы.       — Прошу простить меня за то, что напугал вас, Ваше Высочество, — склонился перед омегами молодой мужчина. — Мои намерения не были злыми.       — Где ваша лошадь? — поинтересовался Тэхён, замечая, как его компаньон тяжело дышит.       — Она вон там, в лесу, — указал рукой альфа, — она не уйдёт далеко. Я догоню её.       — Мой принц, нам нужно возвращаться, — не сводя глаз с чужака, произнёс Чимин.       — Да, — омега без каких-либо споров оседлал Ветерка и, дождавшись, когда его компаньон тоже окажется на коне, несильно сдавил бока животного, чтобы тот начал движение. Хранитель последовал за ним, провожая взглядом склонившегося в глубоком поклоне альфу.       — Может быть, вам пора выезжать со стражей? — покинув лес, спросил Чимин у своего господина.       — Моя стража — это ты! Не будет тебя — не будет выездов! — не глядя на своего компаньона, ответил Тэхён.       — Сегодня... Я мог не успеть, — голос омеги дрогнул, и Тэхён понял, что его самый близкий человек был напуган случившимся.       — Ты был близко, Чимин. И я никогда не сомневался в тебе! А уж если мне суждено погибнуть от копья или стрелы, то ни один стражник не защитит меня, — голос принца звучал уверенно и безукоризненно. — А с таким учителем, как у меня, я тоже могу отразить нападение, — посмотрел он на компаньона и улыбнулся, — пусть и не так ловко, как это делаешь ты.       — Мой господин...       — Его глаза... Ты видел его глаза? — задумался Тэхён.       — Я видел, как его сердце бьётся под моим кинжалом, — Чимин снова похолодел.       — Они такие глубокие.       Хранитель посмотрел на принца и промолчал.       Вскоре они вернулись в замок. Ужин по традиции прошёл в сдержанной беседе об успехах в обучении и вздохах супруга короля. Искупавшись, Тэхён лёг в свою постель и, дождавшись, когда свечи погаснут в его покоях, перевёл взгляд на яркие звёзды за окном. Чимин, прибравшись в купальне и получив разрешение, отправился в свою комнату при покоях господина. Всё погрузилось в ночную тишину. Всё, кроме мыслей принца.