Падение начинается с двоих

— Вики! — голос Мими ворвался в сознание, как пожарная сирена. Слишком громко. Слишком истерично. Казалось, ушные раковины за ночь утратили все фильтры и теперь каждый звук бил прямо по оголенным нервам с удесятеренной силой. Но даже эта пытка не достигла цели - непризнанная только глубже зарылась в подушку, спрятав недовольную гримасу в мягких складках ткани. —Уокер, мать твою! — Мими не сдавалась. — Сколько можно? Голова приросла к подушке сплошным тяжелым грузом. Громкая речь подруги заставляла уши сворачиваться в трубочку, а лицо непроизвольно искажаться в гримасе страдания. Веки налились кровью, а к голове горячим потоком начали приходить воспоминания о вчерашнем вечере, проведенном, увы, не за уроками, как планировалось. Память, словно вечный двигатель, начала подкидывать поразительные моменты, которые вчера молодой пьяный организм вспомнить не смог. Да какой там вспомнить, он, блять, забыл собственное имя. Воспоминания обрушились лавиной - рваной, хаотичной, как плохо смонтированный фильм. Заброшенный поезд. «Ой, я вообще не пью, ну бокальчик глифта для румянца..» Какой-то парень - симпатичный, имя кануло в небытие. Ведро. Много вишни. «Мими, а я тут это...» Свежий газон, мокрая трава под коленями. Комната 294. Чай с тортиком. И обрывок. «И вот как теперь это срастить во что-то одно?» — пронеслось следом за ворохом чего-то не совсем понятного. — Вики, опоздаем, а мне тебя еще в порядок приводить! Бегом поднимайся! — не стихал истеричный женский крик. Он все еще бил по ушам и теперь проезжался по височной доле громадным камазом, заставляя ее сжиматься и выкручиваться в другую сторону. Совершенно неприятные ощущения. — Мими, ну помолчи ты чуть-чуть, ну пожалуйста-а-а. Голова и без тебя раскалывается… — пытается выдавить из себя шатенка, но ужасно пугается, когда не узнает своего голоса. Вернее того, что от него осталось. Вместо связной и понятной речи из ее рта выходят только непонятные даже ей самой блеяния. Может, все это ей кажется, и она просто не до конца протрезвела? Вот сейчас она откроет глаза и увидит напротив себя совершенно спокойную и взлохмаченную подругу, в руках у которой зажата подушка, и она вот-вот устроит самую настоящую войну, стараясь пробудить соню. Но все надежды непризнанной разбиваются, когда она слышит то, что только что прозвучало в ее совершенно несобранной голове: — Чего, блять? - интонация Мими сменилась так резко, будто кто-то щелкнул переключателем. Истерика уступила место искреннему удивлению пополам с растерянностью. — Уокер, ты сколько вчера выпила? Вики знала: это затишье перед бурей. Сейчас агрессия вернется - и с утроенной силой. — Если сейчас же не встанешь, я звоню Макару! Блять. Еще одна проблема в виде ее любимого, который был даже не в курсе ее вчерашних приключений. И ей немного стыдно перед ним. Стыдно за то, что она встречается с ним против своей же воли, стыдно за то, что не любит. Она видит, как его зацепила, видела еще с первого дня их знакомства. Макар до ужаса нежный со всеми, всегда какой-то взбалмошный и милый. Он совсем свеженький ангел, и эта сторона ему очень подходит. Порой Вики задается вопросом, а что же в ней такого, что Макар решил добиваться ее? Она даже задавала этот вопрос самому блондинчику, и получала достаточно краткий лаконичный ответ. «— Вики, ты просто мой мир. Самый настоящий. От и до. Ты идеальная и очень нужная.» Приятно, конечно, слушать подобное и понимать, что адресованы эти слова тебе и только тебе. Ужасно хорошо, когда ты понимаешь, что действительно необходима кому-то. И только ради этого чувства Вики с ним. Ей льстят все его слова о ее надобности, для нее они - собственный бальзам на душу. И она просто иссякнет, если больше никогда не услышит подобного. Да, со стороны они действительно хорошая пара с намеком на хорошее будущее. Они везде появляются вместе, всегда держатся за руки, и ангел даже иногда позволяет непозволимое. Он бесцеремонно трогает свою девушку за талию, целует на людях, легко шлепает по ягодице и приобнимает по-собственнически за плечи. Девушка же совершенно такое не одобряет. Ей подобное омерзительно, и чаще всего она легко ставит Макара на место. Просто и без сожаления. Так и длятся их отношения уже шестой месяц, кажется. Здесь с временем туго: его просто нет. Поэтому приходится периодически сверяться с Землей. — Хорошо, милая. Я уже встаю. — и Вики действительно садится на кровати, держась руками за голову. Она тяжелым твердым чугуном лежит на шее и подниматься ни в какую не хочет. Золотистые волосы лесенкой спадают на обнаженную грудь, задевают чувствительные соски и стройную талию. Плечи неестественно свернуты полукругом, а спина сгорблена так, что при желании можно посчитать количество ее позвонков. Их тридцать три. Вики уже считала. Сейчас эту задачу усложняют крылья. Они ужасно увесистые, большие и такие черные-черные. Большая редкость для непризнанных. Да что уж там, не каждый демон может такими похвастаться. Оперение на них густое, а самые края словно окрашены кем-то нарочно - такие золотистые, как будто на них выложен толстый слой потали. На каждом перышке. На солнце они приятно поблескивают и создают блики, выглядят завораживающе. Это гордость Вики. И она сама для себя —одна сплошная гордость. Девушка наконец встает с кровати и приятно потягивается. Разминает голову, плечи, крылья и тело по очереди. Все приятно хрустит, а закоченевшие мышцы приходят в исходное состояние. Вики вдруг замечает, что совершенно голая - только за исключением аккуратных черных кружевных трусиков. Удивленно еще раз оглядывает себя и убеждается, что это реально. Недовольно смотрит в сторону кухни, где уже скрылась несносная демоница, и громко кричит: — Мими! Кто меня раздел? — Я. Ты пролила на себя глифт, а снять уже была не в состоянии. — доносится с кухни, а через несколько секунд на всю скорость включается блендер. Вики улыбается и мысленно благодарит Мими за помощь. Демоница стала для нее за какой-то год всем миром: они вместе смеялись, вместе плакали, падали, вставали и шли дальше. Вместе учились, вместе мечтали, вместе пили и потом умирали от похмелья. Когда болела одна, другая обязательно была где-то рядом. Для Вики Мими - настоящее драгоценное сокровище. Вики наконец размяла затекшие мышцы и надела просторную длинную футболку, когда-то давно спизженную у Макара. Она приятной тканью полностью покрывала ее нагое тело и из-за габаритов тела ангела заканчивалась только на бедрах шатенки. Только потом, когда вещь наконец распределилась по телу, девушка соизволила развернуться в противоположную сторону от кровати и первое, что бросилось ей в глаза - это какое-то большое глубокое железное ведро прямиком из старого захолустья. Оно стояло на столе, доверху набитое чем-то ярко-красным. Непризнанная подошла поближе, что разглядеть содержимое совершенно нелогичного, как ей показалось для этой комнаты, предмета. И каково было ее удивление, когда в ведре валялся ее черный кружевной бюст, полностью засыпанный вишней. — Объяснишься? — в очередной раз за утро послышался недовольный голосок. В этот раз он неприятной дрожью пронзил тело непризнанной из-за спины. — Вики, может хватит уже? Мне надоело тебя отлавливать почти каждый день. Хватит ужираться в говно, наконец! — Мими, а это че? — бесстыдно пропустив все сказанное демоницей мимо ушей, все таким же сиплым голосом спросила непризнанная, указав на ранее ей изученный предмет. — А это ты приперла. Только каким образом там еще и твой лифан оказался, я вот не очень поняла. Наверное, это я должна спрашивать тебя, че это? — продолжала тревожится Мими. Вики зашлась в кашле, наконец понимая причину севшего голоса. Ну, во-первых караоке никогда до чего-то хорошего не доводит, а во вторых, ей ужасно хочется пить. И желательно не воду, а что покрепче. И снова завалиться спать на сутки, а то и больше. Так бы непризнанная и сделала, если бы рядом не было сердитой на нее Мими, которая вот уж точно так не позволит сделать. — Ну и вот что ты стоишь? Вода с таблеткой на тумбочке. Пей и собирайся, на уроки через час. У тебя двадцать минут на все. Если не хочешь отхватить пиздюлей от учителей, то сделаешь все благоразумно. Я на кухне, готовлю нам завтрак. — С этими словами демоница быстро удалилась на кухню, а через секунду там стали слышиться копошения и нервное бурчание соседки. Шатенка же приняла этот жест ничем иным, как «время пошло». Она действительно уложилась в двадцать минут, и из отражения зеркала на нее смотрела очень даже привлекательная будущая демоница. Да, Вики считает себя именно демоном. Она далеко не ангел, и характер ее многим не по силам. Макар не знает о том, какую сторону она выбирает, а потому слепо надеется на счастливое будущее, где рядом с ними будут бегать детишки с милым белесым оперением, голубыми, как у Вики и Макара, глазками и золотистыми волосиками. Ну пусть думает, мечтать ведь не вредно. Такой принцип жизни сформировался у Вики, и она им полностью довольна. Сегодня Вики выглядела как истинная представительница темных сил - и какая же чертовски привлекательная. Черный корсет едва сдерживал пышную грудь, создавая глубокое декольте, от которого было трудно оторвать взгляд. Заканчивался он у самых тазовых косточек - грубой плетеной шнуровкой, уходящей под черный ремень. Пряжку ремня украшали стразы, выложенные в форме доллара — дерзкая, игривая деталь. Ремень висит на худых бедрах и позволяет черным строгим брюкам с них не спадать. Брюки аккуратные, подчеркивают стройность ее ног, а у самого их конца они аккуратно обрамлены кружевами - самой любимой частью Вики. Черные лакированные шпильки прибавляют ей в росте несколько сантиметров и делают образ утонченным. Вместо каблука выступает точно такой же доллар из стразиков, как и на ремне. Завершает сегодня Вики это все укороченным незастегнутым пиджаком в цвет брюк - все таким же черным и, конечно же с кружевами у края рукавов. На шее и выпирающих ключицах лежит красивое серебряное колье со вставками из черных алмазов. Они, словно капельки, стекают прямо в декольте, там и заканчиваются. В комплекте с колье ярко блестят на солнце две сережки с точно такими же алмазами, плотно сидящие на ушах. Вики крутится около зеркала, расчесывая вьющиеся волосы, в которых прячется черный сверкающий крабик, сдерживающий две прядки, заведенных и скрепленных вместе у затылка. Выглядит это совсем нежно и очень утонченно. Все, как нравится непризнанной. В одном кармане брюк лежит пачка нетронутых Marlboro Black Menthol с зажигалкой, которые в последнее время очень полюбились девушке. Курит она редко, только в случае, когда ей очень тяжело. Сейчас желания закурить нет, таблетка помогла справиться с сильной головной болью и убрала сухость в горле. Сейчас проблем нет. Вики наконец берет свою любимую черную кожаную сумочку-багет. Она легким движением дергает собачку, и замок раскрывает содержимое вещицы: любимые TOM FORD «Tobacco Vanille», уже наполовину использованные, пара упаковок жвачки с вишней, нетронутая упаковка молочного шоколада с ягодами, запасная пачка сигарет, влажные салфетки с каким-то свежим ароматом, черная гелевая ручка, ключи от комнаты с земным брелком в виде буквы “V”, полупустой блистер Глицина и целый Парацетамола. Туда Вики еще докладывает несколько жевательных конфет со вкусом клубники и берет оттуда одну подушечку жвачки, закидывает ее в рот и наконец закрывает наполненную сумку. В этот момент уже подтягивается Мими. Только сейчас Вики замечает, что ее соседка уже полностью готова и даже успела приготовить ароматный омлет. Как жаль, что кушать его будет она одна. На Мими сегодня кожаные латексные лосины, сидящие полностью по силуэту ее бедер, которые подчеркивают упругие ягодицы и стройную талию. Вместо какой-либо застежки на них крупная шнуровка, а чуть поодаль - кармашек на железкой застежке. Грудь демоницы скрывает тоже корсет, такой же черный и кожаный, как лосины. Он не перетянут, а шнуровка находится непривычно в передней части тела, едва скрывая недоступные обществу участки. У девушки прекрасные округлые бедра и тонкая талия с едва видным прессом. На ее шее плотно сидит черный чокер, подчеркивая ее стекловидные прямые волосы, которые красиво обрамляют грудь и слегка прикрывают талию. Лицо брюнетки украшает легкий смоки в темных оттенках и темная помада, закрепленная блеском. Весь ее образ гармоничен и выглядит выигрышно. Вики рассматривает соседку с ног до головы и закусывает губу. Мими очень красивая. Она до невозможности привлекательна, сейчас стоит перед шатенкой и хлопает своими черными-черными накрашенными ресницами. Глаза ее голубые и на всем ее фоне очень необычные. В руках девушки омлет с беконом, и она сует его в руки непризнанной, намекая на то, что пора принимать хоть какую-то пищу вместо сплошного алкоголя. — Ешь и побежим, — безапелляционно заявляет она, легким движением руки поправляя свои угольные волосы. — Мими, спасибо тебе, но я покушаю в школе, ладно? — пытается сгладить углы непризнанная, улыбаясь уголками губ и делая легкий шаг назад. Сейчас ей есть ой как не хочется, а впихивать в себя пищу против собственного желания она не привыкла. Вики тянется к сумочке, чтобы снова ее открыть и побрызгаться излюбленным парфюмом, но рука Мими останавливает ее, заставляя поднять глаза. — Вики, может все же поешь? Тебе же нельзя. Вдруг приступ будет? — обеспокоенно произносит демоница, так умоляюще заглядывая в такие как и у нее голубые глаза. Она прекрасно знает, чем чреваты такие голодовки непризнанной не по наслышке. — Мими-и-и-и, — улыбчиво тянет Вики и все же открывает сумку, на ощупь находит там духи и достает их, — Я ведь слежу за этим. У меня в сумке всегда шоколадка на такие случаи. — Она открывает крышку духов и легко пшикает их на оголенные участки шеи и за ушами, растирает аромат на запястьях. — Пообещай мне, что если будет плохо ты не будешь терпеть, как всегда. — выгибает бровь и как-то недоверчиво говорит брюнетка, испепеляя соседку настороженным взглядом с прищуром. — Обещаю тебе. Пойдем? Я уже готова. — все также улыбчиво отвечает непризнанная, перекидывая золотые волосы за спину. Мими недовольно поджимает губы и ставит тарелку с ароматно пахнущим завтраком на прикроватную тумбочку, где стоит пустой стакан, ранее доверху наполненный водой, и уже открытый шоколад с кокосовой стружкой внутри. Демоница берет свою сумку, одним движением вешает ее на плечо, пшикается своим парфюмом и оборачивается на терпеливо ожидающую ее Вики. Энергия непризнанной обволакивала — сладкая, тягучая, с нотами ванили и мятного табака. Ваниль была её собственной, природной — та, что остается на коже после сна, та, что въелась в каждую клеточку. А табак — нажитый, приобретенный, как броня, как вторая кожа, как напоминание, что она не так проста, как кажется. — Мими, пойдем. Опоздаем ведь. — Вики стоит у дверей, уже готовясь выходить. Она еще раз разминает свои крылья и поправляет непослушные волосы, а затем разглаживает уже успевшие образоваться складки в одежде. Мими невольно наблюдает за этим процессом и залипает на красивую девушку. Вики ей симпатична, безусловно. Эта симпатия не приставучая, не нервирующая, она как цветок — только благоухает. Она не романтическая, сугубо дружеская и невероятно теплая. Для Мими простая дружба с Непризнанной — лучшее, что случалось за последние несколько лет, помимо Люция. Мими наконец хватает со своей тумбы ключи с брелком в виде малины и деловито выходит из комнаты вслед за Вики. Затем она запирает дверь, и девушки выходят из женского крыла навстречу новому дню, который уже как девять часов вступил в свои права. Они быстро выходят в центральный холл, обмениваясь редкими рукопожатиями и объятиями со знакомыми ангелами и демонами. Вики хватило всего два дня, чтобы влиться в дружный коллектив бессмертных. Теперь она — званный гость, умеющий хорошо разрядить атмосферу. Вики обожаема всеми, многим симпатична и уже известна парням как «недоступная», потому что за ее плечами стоит Макар — уверенный и счастливый, одаренный вниманием Вики. Нет бессмертного, которому Вики противна. Нет и не будет. Она добрая подруга, ласковая девушка и надежный друг. Шатенка всегда держит улыбку и тонус, следит за собой, за своей речью, не позволяет себе многого. Но при этом она всегда может влиться даже в самую безбашенную тусовку. Это в ней и ценят — ее многогранность. Самой непризнанной это на руку — множество приятелей всегда спасало ее в трудных ситуациях, да и что такого в том, чтобы иметь много знакомых? Вики продолжает идти по коридору и, обаятельно улыбаясь, рассказывает очередную новую историю, произошедшую с ней на вчерашней вечеринке, Мими. Весь взгляд непризнанной на демонице, а потому она идет совершенно по инерции, потому что знает, что сейчас ей в кабинет демонологии. Неожиданно — толчок. Резкий, грубый. Крыло неприятно столкнулось с чужим крылом, и по перьям пробежала болезненная дрожь. — Какого… Вики развернулась, готовая выдать тираду, — и замерла. Она врезалась взглядом в черные глаза. Уголь. Бездна. В них не было зрачков — только сплошная чернота, глубокая, бесконечная, затягивающая. Как космос. Как сон, от которого не хочется просыпаться. Длинные ресницы, густые, обрамляли эти глаза, делая взгляд еще более пронзительным. И этот взгляд… он смотрел прямо в неё. Сквозь неё. В самое нутро, куда она никого не пускала. Слова застряли в горле. Язык превратился в кусок ваты. А сердце — сердце пропустило удар. — Аккуратнее, пожалуйста… — выдохнула она, и собственный голос показался чужим, жалким, не своим. В чернильной глубине мелькнуло что-то похожее на усмешку. Тучи разошлись ровно настолько, чтобы она поняла: он видел её реакцию. И ему… понравилось? А потом он исчез. Растворился в толпе, оставив после себя только запах — хвойный, свежий, как лес после грозы, и холодный, как горная река. Вики стояла, не в силах пошевелиться. «Твою ж мать…» Непризнанную резко дергает Мими и удивленно поднимает бровь. — Вики, все хорошо? Ты чего на него смотришь? — поясняет она свои эмоции, на что голубые глаза жадно всматриваются прямо в ее. — Мими, кто это был? Знаешь его? — умоляюще спрашивает девушка, так надеясь на положительный ответ, но получает только неуверенное… — Видела пару раз, кажется, но имени никогда не спрашивала. Какое-то оно заковыристое у него… От папы слышала. — От папы? Мамон его знает? — удивлено спрашивает Вики, продолжая идти следом за демоницей. — Да, он какая-то крупная шишка на небесах. Но что он тут делает? У него, кажется учеба давно завершилась и он числится одним из самых сильных бессмертных в истории. Дополнительное образование ему ни к чему. Только если учителем сюда… Но я не вижу смысла на него идти с такой репутацией, — задумчиво говорит брюнетка, прикусывая нижнюю губу. Девушки уже подошли к нужному кабинету. Мими изящным движением проходится по спине непризнанной, слегка ее успокаивая, поправляет сползшие темные волосы и отворяет дверь кабинета. Первое, что бросается в глаза Вики — это, как всегда, сборная солянка бессмертных. Все они одногруппники непризнанной, какие-то из них — непризнанные, а какие-то — совсем молодые ангелы и демоны. Обычно пары Мими проходят в другом учебном корпусе, но почему-то сегодня ее группу совместили с группой Вики. А потому девушки весело улыбаются и садятся на третью парту второго ряда, как всегда пустующую. По дороге к ней Вики и Мими здороваются со своим потоком, а после непризнанная подходит к Макару. Тот, как и всегда, идеален. Сегодня на нем бежевый вязаный свитшот, полностью закрывающий накаченную грудную клетку и ярко выраженный пресс. Он в серых спортивных штанах и светлых кроссовках. Волосы парня взъерошены и тоже вьются, а голубые глаза смотрят на девушку с любовью. Блондин взмахивает головой, распределяя чистые пряди совершенно по-другому. Ровный пробор теряется, и выглядит ангел смешно. На его шее красуются три небольших уже желтоватых синячка, которые несколько дней назад ему любезно подарила Вики. От парня, как всегда, пахнет свежестью и весенними ландышами. Энергия такая чистая, такая нежная и очень приятная. Для Вики он — совершенно чистый и словно все еще ребенок, только в теле взрослого. Она не любит. Совсем не любит. Непризнанная чувствует только сожаление к нему, знает что он легко обижается, но быстро отходит. Она не хочет делать ему больно, не хочет обрекать на страдание. Потому заставляет себя проглотить отвращение и сожаление и продолжать играть счастливую пару. Макар ярко улыбается ей и кивает на дверь. Конечно, в стенах школы и тем более при учителях свою любовь они не показывают. Здесь действует закон Неприкосновения, согласно которому они оба дышать не должны в сторону друг друга. Непризнанные только с непризнанными, ангелы с ангелами, а демоны с демонами. А при его нарушении можно легко лишиться головы. Потому Вики и Макар очень аккуратны в стенах школы и позволяют себе чуть большее только в стенах собственных комнат. Вики улыбается в ответ и первая выходит в коридор. До звонка еще немного времени, это должно сыграть на руку. Девушка облокачивается на стену, скрещивает руки на груди и терпеливо ждет, когда Макар выйдет из-за двери и наконец ее поприветствует. А пока он собирается, шатенка позволяет себе осмотреть все еще оживленный, кишащий учениками коридор. Все снуют туда сюда в достаточно резвом темпе. Бессмертные носятся из стороны в сторону и о чем-то беседуют, из-за чего в коридоре не стихает гул. В одной такой компании Вики замечает постороннюю незнакомую ей фигуру, достаточно высокую и даже, кажется, в несколько раз больше самого Макара. Крылья странного парня алые, напоминающие цветом венозную кровь. Они громадные, больше его на голову, а оперение на них густое, местами темнеющее. В сравнении с толпой бессмертных, крылья предположительно демона очень выделяются, приманивают взгляд. Вики непроизвольно залипает, провожает мужскую спину взглядом дальше по коридору и продолжает смотреть ей вслед, пока на ее плечо не ложится нежная рука парня. Точно, про него она совсем забыла. Шатенка оборачивается на парня и приподнимает уголки губ в полуулыбке. Макар растягивает ее в ответ. Ангел хватает девушку за предплечье и быстрым шагом ведет в сторону мужских туалетов. Они идут спешно, до звонка осталось совсем немного времени, а опаздывать на уроки Геральда ой как не рекомендуется. Блондин быстро отворяет дверь, подталкивает Вики в открытый кафельный санузел, заходит туда сам и закрывается на щеколду. Затем парень разворачивается и буквально врезается в непризнанную, сжимая в своих объятиях. Она же, будучи низкой и достающей ему только до носа, немного теряется и неумело утыкается ему куда-то в зону между плечом и ключицами. Макар зарывается носом в затылок своей девушки, вдыхает аромат ее приторной энергии, и на лице его непроизвольно возникает улыбка. Странно признавать то, что ему хватило всего двух дней разлуки, чтобы ужасно соскучиться. Он не скрывает этого, только поглаживает второй рукой девушку по спине и частично по волосам, тихо шепчет: — Я скучал, Викуль. Непризнанной нравится это чувство. Нравится видеть то, как кто-то плывет от нее, нравится ощущать власть над чьим-то разумом и это чувство безопасности сводит ее с ума. Она за ним как за каменной стеной — нерушимой, стоящей смирно даже тогда, когда, казалось бы, урон не выносим. Макар классный парень. Вот только не повезло ему ни с симпатией, ни с девушкой, увы. Но пока, в это самое мгновение, Вики заставляет чувствовать его счастливым только одним своим присутствием. Она первая отстраняется от ангела только для того, чтобы встать на носочки и легко мазнуть по мужским губам. Губы Вики были приторно-сладкими — от жвачки, от глифта, от неё самой. Макар вдыхал этот запах, как наркоман, не в силах насытиться даже спустя полгода. Ему нравилось всё: её запах, её кожа, её улыбка, то, как она смотрит на него… вернее, как делает вид, что смотрит. Но об этом он предпочитал не думать. Он целует ее долго, с чувством и расстановками, пока не перестает чувствовать собственные губы. Затем отстраняется и смотрит, смотрит, смотрит. Шатенка снова улыбается во все зубы. Губы ее красные, а помады словно никогда и не было. Она изящно поднимает руку, проходится тыльной стороной ладони по губам вправо-влево, стирая остатки поцелуя. Затем нежно поправляет выбившиеся прядки волос, перебрасывает их обратно за спину и поправляет крабик. Она тянет парня за руку и идет к выходу, а перед тем как дернуть щеколду и выйти из туалета, бросает ему так, между прочим: — Я тоже. И кажется, что лицо ангела сейчас треснет от улыбки. Он идет за Вики, а когда они попадают в нужный коридор, то быстро друг от друга отстраняются и идут на дистанции. В класс заходят со звонком и встречаются с недовольным Геральдом. — Быстрее, пожалуйста. — коротко бросает он и встает из-за своего стола. В классе по-прежнему стоит гул, а потому учитель хлопает в ладоши пару раз, привлекая общее внимание, — Разговоры прекращаем и садимся на места. Тетради открыли, записали тему. Вики быстро садится за парту с Макаром, в моменте встретившись взглядом с веселой Мими. Та уже находится в приятной компании общих друзей девушек — Ади и Сэми. Они развлекаются как могут, смешат рядом сидящую демоницу и сами смеются. Непризнанная на это закатывает глаза и тоже улыбается, наблюдая за этим ребячеством, а сама подсаживается к своему парню и привычно переплетает их пальцы на руках. Макар — левша, почерк у него мелкий и непонятный. Он пишет быстро, не всегда соблюдая принятые правила пунктуации. Вики же записывает название лекции своей черной ручкой, достанутой из сумки мгновение назад. Ее правая рука совсем не дребезжит, почерк получается каллиграфическим и простым для прочтения. Геральд начинает вещать. Он ходит по классу, держа одну руку в кармане своих черных брюк, а второй активно жестикулирует. Шаги у него медленные, размеренные и широкие. Ему хватает всего четырех таких, чтобы попасть из одного угла класса в другой. Вики слушает его очень внимательно, ведь собирается переводиться на уровень выше, в основную группу Макара. Базовые предметы даются ей легко, хочется чего-то сложнее, хотя бы уровня рожденных бессмертных. Но пока она не докажет ценность своих знаний, переводить ее никто никогда не будет, только покрутят пальцем у виска и отправят обратно, на «низший уровень». Макар сидит смирно, слушает лекцию, легко перебирая пальцы девушки в своих руках. Он смотрит в окно, где утреннее солнышко поднялось достаточно высоко, и теперь оно освещает кабинет. Солнечный свет падает на пшеничные волосы его избранницы, подсвечивает их золотистым цветом и заставляет щуриться глаза. На улице ранняя осень, а потому деревья еще не успели перекраситься в красно-желто-зеленую палитру, а солнце все такое же теплое, как и в тот день, когда он впервые увидел Вики. Ошалеть, это было чуть больше года назад. Кажется, уже тогда он все понял. Ему хватило полугода, чтобы наконец добиться ее внимания. А потом все пошло-поехало. Воспоминания приятным потоком проносились сквозь юную голову, заполняли мозг и возвращались восвояси. Ангел помнит все моменты с Вики до мелочей, помнит ее одежду, ее завлекающие голубые глаза, яркую вспышку ароматной энергии. Он помнит свои первые эмоции, которых тогда очень испугался. Вики - его первая любовь, чистая и настоящая. Блондин помнит, как пытался сначала подружиться за девушкой, помнит их первый поцелуй и ее улыбку. Помнит, при каких обстоятельствах произошел каждый момент, для него это — целая громадная история, состоящая из маленьких ярких кадров. Макар сильно отвлекся, даже не заметил того, из окна напротив его испепеляет охотничий взгляд. Темные глаза видно даже на дальнем расстоянии, они внушают тревогу и не дают покоя. Блондин сильно дергается, когда наконец замечает его. И он не на шутку пугается. Тут же отводит глаза от окна в тетрадь, всматривается в свой же неразборчивый почерк и только сильнее сжимает руку рядом сидящей девушки, на что та недовольно рычит. — Р-р-р! Сейчас укушу! — смешно фырчит Вики, а когда не слышит в ответ буквально ничего, то тревожно оборачивается. Макар что-то пишет, прикусив нижнюю губу. Рука его потряхивается, а глаза быстро-быстро бегают по строчкам. — Макар? — испуганно окликает Вики и сжимает ладонь ангела в ответ. — М-м? Что? — отстраненно бурчит блондин и наконец удостаивает взглядом Вики. Так испуганно на него косится, приподнимая вверх одну бровь. Ожидает объяснений. — А-а-а, — растерянно тянет парень. —Просто показалось кое-что. Не бери в голову. — И все же? Расскажи мне,- просит шатенка, наклоняясь чуть ниже и придвигаясь поближе к парню. — Просто смотрел в окно и пересекся с чьим-то взглядом. Он так на меня смотрел… Как-то голодно. Как будто сейчас убьет. — стыдливо оправдывается Макар и опускает глаза. Вики уже было хочет успокоить своего ангела, но на успевает и слова сказать, как над ее ухом разносится грозное: — Макар и Виктория! Мешаете всему классу! — склонившись над партой девушки и парня, прикрикивает Геральд. Он недовольно скрещивает руки на груди и еще с секунду испепеляет взглядом бесстыжих. Затем, как ни в чем не бывало, отправляется в другую часть класса и продолжает лекцию. Вики хватает мгновения, чтобы легонько дернуть парня за рукав свитера, заставляя склонить голову прямо над ее ртом. Затем она спешно начинает шептать что-то успокаивающее и в конце тихо и коротко целует в щеку. Макару достаточно и этого, чтобы в конце концов успокоится и настроится на изначальную учебную волну. Шатенка видит, что ее слова и поцелуй повлияли на парня положительно и, он снова в ресурсе, а теперь она сама откидывается на спинку стула, высматривая в окне ранее описанный устрашающий взгляд. Но никого и ничего она там не находит, а потом спокойно выдыхает и обращает свое внимание на Геральда, который к тому времени уже заканчивает свою лекцию. Остальную часть так называемой пары ни Вики, ни Макар больше не отвлекаются, а внимательно слушают преподавателя, необходимое конспектируют. Со звонком Геральд резко захлопывает свою записную книгу и быстро, но четко проговаривает домашнее задание. Он грузно садится за стол и ждет, пока все ученики выйдут из аудитории, чтобы покинуть ее самостоятельно. Непризнанная собирается быстро и выходит из-за парты, по дороге кидает свою тетрадь на одну из полок в кабинете. Эту тетрадку ей просто некуда девать, а потому в ненужное время она просто хранится в кабинете преподавателя. Тот не против и ему вообще, честно говоря, абсолютно ровно от всего. Потому он, как только все ученики покинут класс, позволит себе прикрыть глаза и недолго насладиться тишиной. Такой его план на ближайшие двадцать минут. Ну а Вики и ее компании сегодня, как и всегда, везет не очень. Непризнанная идет вместе с Мими, Ади, Сэми, Макаром и по пути они еще захватывают Люцифера — парня Мими. Такой дружной гурьбой он тащатся сначала до кабинета Мисселины, где остаются все, кроме Вики. Мими, Ади, Сэми и Макар — одногруппники, и, как девушке объяснила Мими, сегодня их даже решил посетить Люций, который в это место захаживает реже, чем остальные бессмертные. Шатенка коротко прощается с каждым небольшими объятиями, бросает парочку колких фраз в сторону Люцифера и настаивает на том, чтобы трое взрослых бессмертных хоть немного следили за неугомонными Ади и Сэми, которые друг от друга отлипать не желают ни на секунду. Потом непризнанная осторожно и быстро чмокает в щеку Макара и подходит к Мими. Та распахивает руки для объятий, приглашая Вики туда залететь, а она и не сопротивляется. Шатенка ныряет в предложенные объятия, а Мими резко прижимает ее к себе и очень тихо шепчет на ухо: — Я вспомнила. Его зовут Мальбонте. У тебя, кстати говоря, энергология сейчас. А я видела его поблизости поляны тренировок совсем недавно. Вики распахивает глаза от только что поступившей информации. Конечно она поняла, о ком только что вела речь Мими. Мальбонте… Маль-бон-те… Интересное оно. Даже очень. Не успевает девушка и ответить, как брюнетка быстро ее отстраняет от себя, игриво подмигивает и одними губами шепчет: — Приглядись. Вики вскидывает брови, но никак не комментирует этот жест. Еще раз машет своим друзьям на прощание и движется в сторону поляны, где будет следующая лекция. Из головы у нее не выходит имя незнакомца. Да и сам он тоже там просто засел. Ну и хрень. Непризнанная быстро выходит из стен школы на небольшую ухоженную лужайку. На ней коротко сострижен газон, растут красивые неземные деревья, а где-то совсем рядом поют птицы. Но Вики это совсем не заботит: вдали от себя она уже приметила две группы каких-то бессмертных. В одной такой она с горем пополам узнает в них своих сокурсников-непризнанных, которые топчутся одной небольшой группкой поодаль от компании побольше. Они все невзрачны и отличаются только одеждой, в остальном эта мешанина похожа на один большой серый ком — за счет цвета крыльев общий преобладающий цвет невзрачный и простой. Парни и девушки примерно одного возраста о чем-то разговаривают, совсем не замечая медленно идущую к ним Вики. Шатенка же кидает на них последний равнодушный взгляд и переводит его на другую группу. А еще одно скопление бессмертных достаточно яркое. Их гораздо больше, а разный цвет крыльев создает рябь в глазах. Девушки и парни до ужаса разные, они сильно отличаются друг от друга и не составит особо труда определить, кто кем является. Среди всех них есть и знакомые Вики лица. Она рассматривает каждого бессмертного отдельно, в мыслях произнося имена многих из них. Шатенка без вопроса движется в сторону этой компании для того, чтобы хотя бы поздороваться с каждым в ней присутствующим. Непризнанную встречают улюлюканием и выкриками со стороны. Она улыбается, все еще разглядывая порядка двух десятков лиц. Вдруг из-за спины знакомого ей ангела, которого, кажется, кличут Кириллом, показывается еще одна фигура, до этого ей не знакомая. Сначала шатенка замечает те огромные алые крылья, на которые подзалипла еще в школьном коридоре. Затем в нее буквально впериваются взглядом. Этот взгляд тоже ей уже знаком: до чертиков хмурый, темный, а зрачков в нем нет. Снова те тучи, которые она видела в центральном холле. Девушку пробирает холодок изнутри. Она подходит к компании и здоровается с каждым бессмертным короткими объятиями, пропуская мимо ушей лестные фразы. — Вики-и-и-и! — тянет справа от нее какой-то слащавый женский голос. Очень похоже на Розалию — до ужаса мягкую и солнечную девушку-ангела. Вики знакома с ней не так хорошо, только пару раз была у кого-то на тусовках совместно с ней. — Вики, ты такая прекрасная! — доносится откуда-то из-за спины. Непризнанная подавляет в себе легкую усмешку и без проблем отмечает про себя две вещи: это было сказано совершенно искренне и наигранно, а сказала это одна замечательная демоница. Кажется, ее зовут София? Или… Софи? Соня? С…. — Софь, пойдем со мной? — спокойно обращается к этой самое демонице тоже парень-демон. Того точно зовут Архаил, шатенка это запомнила еще давно, когда на очередной вечеринке в заброшенном поезде с ним соревновалась за какой-то нелепый приз. А вот Софи кажется ей немного склочной и с нотками стервозности, Как и подобает любой демонице. Вики еще раз оглядывает специфичную пару и тянется за следующим коротким объятием, но тут же себя обрывает. А потом она увидела его. Мальбонте. Теперь, при свете дня, у неё была возможность рассмотреть его целиком — и это зрелище лишало дара речи. Высокий. Настолько, что её макушка едва доставала ему до шеи. Волосы — черные, короткие, чуть небрежно зачесанные набок, пряди падали так, будто их укладывал ветер. Густые брови слегка сведены к переносице, придавая лицу выражение вечной задумчивости и превосходства.У него точно такого цвета густые брови, слегка нахмуренные и сведенные к переносице. Они широкие, но вяжутся с его внешностью в совершенстве. Но глаза... глаза были главным оружием. В них бушевал шторм. Непроглядный, черный, бездонный — в них не было дна, не было света, не было пощады. Они смотрели на неё в упор, и Вики чувствовала, как под этим взглядом плавятся все её защитные барьеры. Губы бессмертного изогнуты в подобие легкой улыбки-насмешки. Его подкаченное тело скрыто за слоем черной рубашки и притащенного пиджака в ее цвет. Он сидит прямо по форме торса, застегнут на запах, но при этом движения не сковывает. Ноги его обрамляют черные брюки точь-точь в оттенок пиджака. Они не слишком узкие, не слишком широкие, на золотой середине. Ноги покрыты лакированными дорогими туфлями, блестящими на солнце. Мальбонте стоял в паре метров, засунув одну руку в карман черных брюк, и смотрел. Просто смотрел. Но от этого взгляда хотелось одновременно бежать без оглядки и шагнуть навстречу, чтобы утонуть. Алые крылья — огромные, яркие, как венозная кровь, — расправлялись за его спиной, приковывая взгляды всех вокруг. Но он, казалось, не замечал никого, кроме неё. Красивый. До скрежета в зубах. До дрожи в коленях. До потери пульса. Он шагнул вперёд, сокращая расстояние, и протянул руку. Без улыбки. Без единого лишнего движения. Просто смотрел сверху вниз, давая ей время утонуть в этой черноте, а потом бросил коротко, как камень в воду: —Мальбонте. Без «меня зовут». Без «приятно познакомиться». Просто имя, которое должно говорить само за себя. Имя, которое она теперь не забудет, даже если захочет. Вики улыбается и несмело вкладывает свою руку в чужую. Его ладонь накрыла её целиком. Её рука утонула в его — маленькая, хрупкая, почти детская. И в этом контакте не было простого приветствия. Было что-то другое. Ток. Разряд. Искра, проскочившая между ними быстрее мысли. От него пахло лесом. Настоящим, хвойным, терпким — тем, что бывает только глубокой осенью, когда воздух становится прозрачным и холодным. И сквозь лес пробивалась горная река — свежесть, чистота, опасная глубина. Этот запах проник в неё мгновенно, заполнил легкие, осел на коже, смешался с её собственной ванилью и табаком. К животу подкатило тепло. Странное, незнакомое, пугающее. Мальбонте не спешил отпускать. Смотрел сверху вниз, чуть склонив голову, и улыбался уголками губ. Ей показалось — или он специально держит её ладонь чуть дольше, чем положено? А затем контакт прервался. Энергия схлынула, оставив после себя пустоту и недоумение. Вики моргнула, прогоняя наваждение, и выдавила из себя самую дурацкую фразу, которую только могла придумать: — Приятно было познакомиться! И отступила. Быстро. Слишком быстро. Потому что если бы осталась ещё на секунду — утонула бы в этих глазах окончательно и бесповоротно. Только сейчас мысли тяжелой лавиной начинают ее нагонять. Что это, блять, только что было? Почему ее разум и тело так резко отреагировали на, казалось бы, простого бессмертного? Почему только что было так тепло внутри? Почему он смотрел на нее так пристально? Почему вообще это случилось? По-че-му? Шатенка паникует. Она по-настоящему не понимает, что за реакцию у нее вызвал этот Мальбонте. Он обычный бессмертный, просто на ранг выше. Почему же ее так колотит внутри, а лицо не может сдержать улыбку? Вики нервно передергивает плечами и делает пару взмахов крыльями, чтобы убрать накопленное напряжение. Это совсем не намного, но помогает. Вокруг все также людно, все также бессмертные общаются между собой, и Вики невольно становится втянута в чужие разговоры. Она находится в центре внимания, общается с несколькими одновременно, но подсознательно тянется к тому, кто стоит поодаль всех, хмуро сцепив руки за спиной.