Реакции Горения

***

— Почему ты злишься? — искренне удивляется Роберт, щуря веки. — Ты чуть не пробил своей челюстью пол, — раздраженно вторит голос. Его обладатель все еще продолжает держать мужчину за бока, тепло его ладоней плавит сознание Робертсона не хуже последнего грушевого шота. Мозолистые. Он роняет голову, чтобы посмотреть на густые волосы, покрывшие твердые мышцы на руках. На пробу ведет пальцами, ныряет мизинцем под закатанный рукав рубашки. Тепло. И слишком тускло, чтобы разглядеть чужое выражение лица. Роберт кидает шальной взгляд из под намокших ресниц, отчего безликий оппонент вздрагивает. — Перестань. — Что перестать? — Это. — Я еще ничего не сделал, — безобидно парирует Роберт с довольной ухмылкой. В глазах его пляшут огоньки, утопив шоколадную радужку в расширившемся зрачке. Мокрый ворот его рубашки обмякает, открывая вид на пульсирующую яремную вену. Молчание напротив затягивается, и Роберт приближается, украдкой ловя чужое дыхание на губах…

Жестокая реальность настигает Роберта вместе с мерзким звоном будильника. Он продирает глаза от утренней корки и сглатывает сковывающую боль в горле. Проснись, блять, и пой. Мужчина поднимается на локте на матрасе и тянется рукой, доставая со стула часы, не прекращавшие свое визжание. Он мнет глаза, беря телефон в руки, но тот оказывается разряженным — провод, воткнутый в разъем мобильника, болтался свободной вилкой на противоположном конце. Слышится приближающийся клацающий звук, за которым следует слюнявый поцелуй прямо в потрескавшиеся губы Роберта. — Фу, блин, Бекон, — фыркает мужчина, окончательно проснувшись. Робертсон откидывается обратно на подушку, не выпуская умолкший будильник из руки. Он не знает, что чувствует к механизму — благодарность или злость. Это был какой-то затянувшийся ночной кошмар, который опустошил голову мужчины. Даже приближенно в сознании Роберта не было связанных мыслей, поэтому он понуро буравил взглядом потолок. На нем, кстати, сидел паук. Мужчина ныряет рукой под скомканный плед, ощупывает влажное пятно на боксерах и безнадежно стонет. Мокрый сон в тридцать лет. Фантастика. Роберт скидывает одеяло и неуклюже поднимается с матраса, оглушая квартиру щелчком в коленном суставе. По пути в ванную он останавливается в коридоре, чтобы потрепать пса по заднице пяткой. В зеркале сортира на него смотрит совершенно убитое отражение пока Роберт чистит зубы — он натягивает кривую улыбку поверх рта, полного пены, и сплевывает в слив. То, что ему приснился мужчина, вопросов не вызывало. Не было озарения или просветления — это было что-то, что плавно осело на раме души тонким слоем пыли, поэтому Роберт влезал под ледяные струи душа с чистой совестью. Он подставил затылок под массирующий напор и медленно закрыл веки. Этот мужчина целовал тебя во сне? Нет, сэр. А теперь скажи это, глядя мне в глаза. Роберт слегка поскальзывается на мокром кафеле, когда тянется за полотенцем, которого нет. Заложил же на днях в стирку и забыл, кажется там же канула и его последняя пара носков. Мужчина цыкает, влезая рукой в корзину с грязным бельем и выуживая полотенце, натягивает его на бедра и выходит в стылый коридор. Бекон топчется рядом и любопытно заглядывает в глаза. — Не смотри на меня так, потом постираю, — Роберт усмехается и поглядывает на время. Мать твою, сколько же он простоял в душе? Не то чтобы у него была хоть какая-то еда в доме, но чисто на автомате Робертсон все же заглядывает на полки холодильника, прыгая одной ногой в штанине. И замирает. Ролл с овощами. Времени остается слишком мало, поэтому он просто недоуменно хватает еду и подзывает пса, звеня связкой ключей в коридоре и пытаясь без рук влезть в туфли. Пока Роберт бежит на работу, он надеется что парад неурядиц закончится на его опоздании и день будет спокойным. Правда ведь? Нихуя. Где-то на половине пути начинается сильный дождь, который поднимал пыль с асфальта, поэтому в здание SDN мужчина вбегает в хлюпающих туфлях и насквозь мокрой куртке. Бекон продолжительно отряхивается и фыркает, поднимая голову на хозяина, мол, сделай так же. Роберт бы и сделал, если бы не спешившая ему навстречу Блейзер. Кажется, что-то срочное. Опять. — Ты мне нужен в кабинете через пять минут, — сразу обозначает Блонди, окидывая взглядом диспетчера. — Или десять. На складе есть запасная сменная одежда. — Геройские потеряшки? — вскидывает бровь Роберт. — Что-то вроде этого, да, — улыбка девушки выглядит напряженной, поэтому Роберт хмурится. Если команда снова что-то учинила, он может лишиться отпускных. Не вечно же компания будет закрывать глаза, всему есть предел, даже хваленой лояльности их корпорации. Блонди замечает его замешательство и тут же поясняет. — Это Капельмейстер. О. Плакали его отпускные. Роберт сдержанно кивает и направляется к лифту, оставляя за собой мокрые следы. И ощущает себя Водобоем, когда находясь в помещении склада стягивает с себя мокрые тряпки. Блин, тяжело живётся пацану. По влажной коже пробегает табун мурашек от сквозняка, и Робертсон ёжится, копаясь в ящике. Пара разномастных перчаток, несколько ножей — это точно потеряшки, а не конфискат? чье-то потасканное трико, ремни и куча прочего хлама. На дне оказывается свитшот — слегка пыльный и мятый, но в целом нормальный. Главное сухой. Мокрое гнездо на голове ерошится еще больше, когда Роберт протискивается через ворот. На свитшоте оказывается вышитая эмблема SDN. А еще он до смешного велик мужчине, укрывая его ладони в глубине рукавов, поэтому Роберт их закатывает и закрывает шкаф. Он не уверен, можно ли, но оставляет там же просыхать свою мокрую рубашку и куртку. Решив, что на этот раз можно не размениваться любезностями, Роберт сразу заходит в кабинет Блонди и обнаруживает там Чейза. Старик радостно протягивает руки к Бекону и тот запрыгивает ему на колени, намочив брюки, на что старший лишь удивлено крякнул и отряхнулся. — Намечается очередной мозговой штурм? — подмечает Роберт, со скрипом садясь в кресло. Кожаная сидушка под ним издает сомнительный звук и он тушуется: долбанные мокрые штаны. Благо никто не обращает внимание. — Если так можно сказать, — замечает героиня. Она устало потирает виски, и Роберт чувствует укол совести, что вчера сетовал на свою переработку. Мысленно, конечно, но тем не менее. — Есть проблемы, этот псих начал действовать агрессивнее чем обычно. Вместо других слов Блонди лишь разворачивает ноутбук к двум мужчинам. Запись, сделанная на качественную камеру, внезапно отличалась от других зацепок в этом деле — постановка кадра, распределение света и, конечно же, фигура в центре композиции. Связанный мужчина, в не самой лучшей физической форме, выглядел до смерти напуганным и мокрые пятна залегли у воротника его официальной рубашки, каких у работников SDN водилось по дюжине, если не больше. Он тяжело дышал и поднимал глаза наверх, едва шевеля губами, вероятно, читая какую-то молитву. Помещение темное и разглядеть ничего больше не удается. Только через несколько секунд Роберт осознает, что мужчина оплетен гирляндой из взрывчатки. Такого набора хватило бы снести небольшой супермаркет. — Мать твою, это наш работник? — поражается Чейз, отчего Бекон на его коленях вздрагивает. — Филиал Даунтауна, но если ты говоришь в целом, то да, — сдержанно отвечает женщина и включает запись. — Это нам прислали полчаса назад. Мужчина на видео вздрагивает и достает трясущимися руками скомканный лист бумаги. — Из вихря в бриз, По кругу вниз, С запада на восток, Где его исток? Пленник пугается от чего-то за кадром, его подбородок начинает безудержно дрожать, но он все равно умудряется натянуть улыбку на вспотевшее лицо. Вероятно по чьей-то указке. Запись обрывается. — Пиздец, — резюмирует Роберт, откидываясь в кресле. Только сейчас он заметил, что сжимал подлокотники так, что побелели костяшки. Он разминает пальцы и те хрустят. — По итогу мы имеем пленника, сраный ребус и неизвестное количество времени на его решение. Разумницу подключали? Вместо ответа Блонди перематывает видео в самое начало, где будто в детской игре перед камерой маячила картонка со словом, аккуратно выведенным маркером. «Мехамену» Роберт устало вздыхает. Ну да, естественно. — Выходит, он знает мою личность? — Сомневаюсь, — искренне отвечает Блонди, заглядывая в глаза Роберта. — Я полагаю, что он целится вслепую, с учетом что на него объявлена охота, а ты был последним, кто копал под него. Однако, ему известно в каком филиале ты работаешь и это меня тревожит больше всего. — Ну, если бы кто-то пореже щеголял в своем трико, то таких проблем в последствии бы не было, — резонно замечает Чейз, пожимая плечами. — Ты, еще, кажется, раньше оставлял меха-костюм на парковках общего пользования? — Это было всего пару раз, — кривится Роберт, понимая что Чейз прав. Он слишком халатно относился к безопасности собственной идентичности из-за вендетты. — В общем, загадка на моей ответственности? — Роберт, он знает, как ты действуешь, он рассчитывает на твое прямое участие. Всё это какая-то его… больная игра разума, и я не могу быть уверена в том, что будет, если ты не решишь задачу или сделаешь это не сам. Он подрывник, помнишь? Наша неосторожность может дорого обойтись кому-то, — говорит Блейзер, постукивая по гладкой поверхности стола. Материал ее перчаток неприятно скрипит. — Ребята тоже не в курсе. — Есть идеи? — интересуется следом Чейз. Роберт шумно выдыхает и поднимает брови, подъезжая на стуле ближе к столу. Пару секунд разглядывает пиксели на экране. — Загадка про ветер, вероятно. Однако, я заметил, что на груди пленника висит медаль, похоже, тоже часть ребуса. Олимпийская и старая, судя по всему. Девушка и старший вглядываются в изображение и положительно кивают, видимо, приметив эту деталь. Они вновь уставляются на мужчину и тот лишь вскидывает руки. — Простите, пока что это всё. — Ничего, большего я и не попросила бы, учитывая, что ты в деле не более дня, — понимающе улыбается Блонди. — Единственное, пожалуй, чем я могу помочь, это найти кем является наш пленный сотрудник и связаться с его родственниками. — Я поищу в наших архивах, были ли старые дела с этим сумасшедшим ублюдком, — решительно кивает Чейз, но замечает выражение лица девушки. — Прости, босс. — На самом деле, лучше бы я и сама не выразилась. — отмечает Блейзер и поворачивается к диспетчеру. — Роберт, извини, но тебе нужно продолжить смену. Он понимает, почему она извиняется: начальство надевает ему на голову дело, которое им не по зубам, следом цель начинает действовать и под раздачу попадает мирный житель. А еще, кажется, охота стала двухсторонней, отчего он оказался в небезопасном положении. И при всем этом, он должен продолжать работать. Но все же Роберт поднимает руку и останавливает ее. — Не волнуйся, я же сам согласился помочь. К тому же, когда спасем пленника у нас появятся новые зацепки. Утешать начальницу это что-то новое. Долбанный мессия. Выходя из кабинета Блейзер, Роберт поскальзывается на свежевымытом полу, но его резко дергают за предплечье. — Р-Роберт! Прости, я не.. не хотел, — Водобой спешно отстраняется и неловко улыбается. — Просто тут было грязно, я только… Он виновато поглядывает на табличку «Осторожно!» и расцепляет пальцы, сомкнутые на руке мужчины. — Я знатно наследил, да? — поясняет Роберт, оглядывая свою обувь. На чистом и влажном кафеле снова остались следы. — Извини. И спасибо, что поймал. Роберт криво улыбается и поднимает взгляд на парня. Тот несмело пожимает плечами. Кажется, стоит попросить Блонди освободить его подопечного от дополнительных обязанностей уборщика. Герман оглядывает мужчину. — С-сегодня у тебя новый имидж? Спортивное настр-роение, так сказать… — Да, пожалуй так и впрямь можно сказать, — Робертсон усмехается и Водобой окончательно расслабляется. — Если найдешь в подсобке мокрые тряпки, это мои. Мужчина делает неопределенный жест рукой, прежде чем похлопать Германа по плечу. Ладонь встречается с мокрым спандексом и невольно проезжается вдоль. — Я должен… — Да-да! Прости, что задержал! Парнишка забавно салютует вслед и остается наедине со шваброй в светлом коридоре. Уже подходя к своему рабочему столу в голове Роберта запоздало пролетает мысль: «Интересно, а он помнит что-то из того вечера?» Ну да, куча пьяных взрослых лбов и один трезвый мальчуган. Пожалуй, уточнять у него подробности не стоит. Устроившись поудобнее, Роберт чешет затылок Бекону под столом и включает дребезжащий компьютер, входя в систему. Шумный разговор долетает до него сразу же, как он нажимает кнопку общего канала связи. — Доброе утро, команда, — монотонно вещает мужчина, поправляя наушник. — Готовы к смене? Судя по погодным условиям, большая часть вызовов придется на разгребание дорожных происшествий или затопленных подвалов. Чисто гипотетически, в одном из таких сейчас находится пленный сотрудник, но у мужчины появляются вполне резонные опасения, что место окажется неоправданно пафосным. — Спящая красавица явилась на смену! — громко объявляет Кортни, чиркая зажигалкой рядом с динамиком. — Роберто проспал, солнце сегодня взошло на западе? — вторит ей веселый голос Призмы. — Оно разве не встает на востоке, — задумчиво уточняет Голем. — Э-это был подкол, мне каж..кажется, — вклинивается Водобой, видимо уже закончивший с беспорядком. Куп многозначительно вздыхает, вероятно, закатывая глаза. — Спасибо, Капитан очевидность. — Раз вам так весело, Визи, Призма, помогите вытащить слетевший с дороги школьный спортивный автобус в парке Делторн, — ехидно отвечает Роберт, поднося кружку ко рту. Тц, пустая. — Там ливень, а я только закурила, ты издеваешься? — цокает Визи, бормоча в динамик неразборчивые ругательства. — Не сахарная, не растаешь, у тебя хотя бы капюшон есть, — недовольно поддакивает Призма. — Почему не отправить Германа? — Потому что он мне нужен на другом задании, — невозмутимо говорит Робертсон. — Водобой, в «Деннис» буйные фанаты спортклуба, справишься? — Уже в пути, — откликается парень, направляясь по указанному адресу. — Ты какой-то напряжный сегодня, Боббо, — замечает Сонар, что-то сочно жуя за динамиком. Наверно, крысу. Роберт пропускает это замечание мимо ушей и хмыкает. Напряжный — не то слово. Голова пухнет от долбанного ребуса, недосыпа и… да в целом, самочувствие говно. Годы работы в одиночестве сказываются на его поведении в стрессовой ситуации, но Блейзер просила его решить всё самому в целях безопасности. Так что если команде покажется, что Роберт сегодня сука больше обычного, то он переживет. — Всю ночь дрочил свой засохший отросток, да, Робертсон? Ничего, с мужиками такое случается, разок из пяти, — заявляет Фламбе. — По личному опыту? — парирует Роберт, сжимая мышку. — Спасибо за сочувствие, я тронут. — Старался от всего сердца. — Я не сказал, в каком месте я тронут. — Девочки, не ссорьтесь, вам забронировать столик? — вклинивается вновь развеселившаяся Призма. — Герман, запиши на моё имя. — А? — Не слушай, Водобой, она шутит, не отвлекайся, — мужчина осаживает блоггершу и откидывается на спинку. Кресло нещадно скрипит. — Вижу ты уже на месте? — Да, здесь к-кажется проходила встреча…фанатов футбола? Они не поделили что-то между собой, — отвечает Водобой и его голос тонет в шумной забегаловке. Громила насмешливо фыркает, отплевываясь от капель дождя. — Не поделили, мягко сказано. Вчера Гэлакси позорно продули Далласу, на своей же, мать твою, территории! Карсон будто проклят… Роберт плавно выходит из разговора о футболе, когда туда включились Сонар и Малевола, и протирает глаза. Он выглядывает из-за перегородки и осматривает живущий полной жизнью офис, по которому туда-сюда сновали работники. Путь к кулеру свободен, а у мужчины пересохло в горле, так что он решает под шумок сбегать за водой, но внезапно слышит тревожное уведомление. Робертсон взметает глаза на экран и видит красную мигающую точку на карте. — Герман, что случилось? — интересуется мужчина, обратно подкатываясь к столу. Бекон подскакивает, спасаясь от твердых колесиков, оказавшихся в опасной близости от его лапы. — Прости, Роберт, пр-рости, мирно решить не удалось, — гнусаво отвечает парень, пытаясь успокоить голоса на фоне. — Тут…охх, драка. — Сам как? — Получил в, эээ….нос, но ничего, не смертельно, — заверяет его Водобой. — Так не пойдет, — хмурится мужчина, переключаясь между всплывающими окнами на экране. — Фламбе, я вижу ты близко, помоги ему. — От меня мало толку в дождь, — лениво отвечает пироман, мигая точкой на карте. — Драка в здании, Фламбе, — вкрадчиво говорит Роберт. — Ооо, — раздается протяжное в наушниках. Дошло таки. — Намек понят. По взбодрившемуся голосу становится ясно, что Фламбе явно в настроении набить кому-то морду. В целом, как обычно, и спасибо, что Роберта в этом списке нет. По крайней мере, он на это надеется. — Вежливо выпроводи их оттуда, — уголок рта невольно дергается наверх и Роберт снова переключается. — Герман, потерпи, скоро будет помощь. В ответ раздается неопределенное мычание.

***

Когда время стало приближаться к обеду, Роберт уже отчетливо различал пение китов и касаток в его желудке. Пару раз даже Чейз выглядывал со своего рабочего места, чтобы многозначительно посмотреть на источник звуков. Ближе к обеду в голове Роберта начали плавиться мозги. Вместе с решением проблем от небольшого возгорания в некой забегаловке и прочими поручениями над его несчастным затылком висел дамоклов меч. Мужчина написал четверостишие на канцелярском стикере и уже по десятому кругу выводил букву «О» в слове «восток». Первое предположение про метеостанцию в городе сразу отпало, ведь нужно было читать между строк, но их было слишком мало. — Где вообще может быть начало у ветра? — раздраженно бормочет Роберт, откладывая ручку. Он откидывается в кресле после объявления команде об обеде и сдавленно вздыхает. Чейз лишь понимающе поглядывает на него. — Иди развейся, пацан, своим истощением ты никого не спасешь. — Я скорее сыт по горло, — усмехается Роберт, поворачиваясь к старшему. — Нашел что-то? — Пара приводов, но он всегда уходил еще до прибытия полиции. — Не густо, — бесцветно отвечает Роберт. Противник, о котором даже супергеройская контора ничего не может сказать, это печально. Теперь понятно, почему они привлекли его — Мехамену просто повезло подобраться ближе всех. — Пойду поем. Чейз уже увлеченно беседовал с Беконом о том, как корпоративная система убьет искусство. Уже поворачивая из общего зала в холл, ведущий к кухне, мужчина натыкается на Водобоя, что-то обсуждавшего с Блейзер. Вид у него особенно помятый, поэтому Роберт решает подойти к паре. — А мы как раз о тебе говорили, — улыбается Блонди, чем отвлекает понурого юношу напротив. — Да? О том какой я клевый наставник, надеюсь, — подыгрывает мужчина. Он поворачивается к Герману, но тот почему-то потупляет взгляд. — Как ты? — Кровь уже не идет, так ч-что, — парень поднимает большие пальцы вверх и скромно улыбается. — Фламбе мне сильно пом…помог, честно говоря. Роберт вскидывает бровь, но ничего не отвечает. — Пойдем на обед? — предлагает Роберт, переводя взгляд с Водобоя на Блейзер. В животе жалобно скулят пара белуг, и он слегка задерживает дыхание, чтобы не оглушить собеседников. — Прежде я бы хотела поговорить с Водобоем насчет его санитарной подработки, — пожимает плечами Блонди. Ее взгляд скользит по лицу парня и она мягко улыбается. — О, — Роберт удивленно склоняет голову. Он рад, что ему не придется делать это самому. — Тогда увидимся позже. Отдохни после как следует. Он подбадривающе подмигивает Герману и поднимает палец вверх, разворачиваясь на пятках. На кухне обнаруживается один Фламбе, сидящий за столом и хмуро потирающий сбитые костяшки. Мужчина окидывает взглядом Роберта и хмыкает. Он что, действительно всегда ходит в одном и том же? Однако Фламбе ничего не говорит. Стоя у кофемашины под звуки журчания, Роберт чувствует, что его спину прожигают взглядом. Интересно, связано ли это со способностями пиромана. Взяв горячую кружку, Роберт садится за стол напротив мужчины и делает неосторожный глоток. Язык и небо моментально прожигает, отчего он кривится и ощупывает изнутри обожженные места. И всё под пристальным наблюдением. — Промок? — миролюбиво спрашивает Роберт, потому что тишина уже перешла границу от неуютной до дискомфортной. — О погоде поговорим? — саркастично спрашивает Фламбе, кидая взгляд исподлобья. — В мои обязанности входит забота о подчиненых, — поясняет Роберт, ставя кружку на стол. Пара капель падает на чистую поверхность и мужчина смазывает их пальцем. — К тому же это не твоя стихия. Фламбе испытующе смотрит несколько секунд, прежде чем заговорить. — Вода испаряется почти сразу, — сухо отвечает он, откладывая палочки для лапши, которую он ковырял. — Неудобство именно в паре, который появляется после. — Как ты тогда моешься? — хитро интересуется Роберт. Вопрос слетел с губ быстрее, чем он успел взвесить за и против. Говорить на обыденные темы, сидя за столом с Фламбе, в принципе ощущалось странно. И странно, что он шел на контакт. — Блять, в душе, что за вопрос, — раздражается афганец, мотая головой, чтобы смахнуть прядь волос, выбившуюся из хвоста. Но следом тут же гадко скалится. — Это домогательство, если что. — Да, вы на меня плохо влияете, — соглашается Робертсон, вспоминая первое время работы с командой. Он переводит внимание на обрубленные пальцы и делает очередной глоток. Мужчина прослеживает за его взглядом и сжимает кулак. Вероятно, он собирался еще что-то сказать, но на кухню резко вваливается остальная команда. — Я как сраная Рианна в клипе Амбреллы, спасибо Робби, — нависает Призма, отряхиваясь от воды. Роберт прикрывается от целого водопада и кривится. — Она по крайней мере секси, — подтверждает Сонар, вытирая свои уши полотенцем для рук, которое следом отправляет в раковину. Купе шарахается от летящего полотенца и цыкает на монстра. — Пахнешь как мокрая псина. Виктор лишь безвольно пожимает плечами. — Все любят собак. — Сухих. И мытых. — Если бы герои боялись дождя, мировая экономика бы рухнула, — говорит Роберт, поднимаясь с места и направляясь к автомату со снэками. Последний твинки за стеклом просто адски манит. Почему их никогда не закупают для офиса в большом количестве? — Да тебе бы мотивирующие открытки писать, — возникает из ниоткуда Кортни и перехватывает выпавший бисквит быстрее мужчины. — Это за моральный ущерб. — Серьезно? — Роберт раздраженно разводит руками. Но на него уже не обращают внимания. Приходится брать сраный «Сноуболс». Роберт решает молча покинуть кухню, но уже дернув ручку, резко получает дверью прямо в лоб. Нос пронизывает острая боль и мужчина сдавленно мычит, хватаясь за ушиб и сгибаясь. Комната разражается громким смехом. — Да в жопу этих!… Опа, — влетевший Кольм, останавливается в проеме, перегораживая дорогу Водобою. — Прости, мужик: футбол, сам понимаешь. Роберт показывает палец вверх и выпрямляется. — С-сильно ушибся? — доносится обеспокоенное сверху. Герман протягивает руки, но неуверенно замирает рядом. — К всеобщему сожалению: нет, — язвительно отвечает Роберт, пару раз сожмурившись. Кровь не идет, и на том спасибо. Он поджимает губы и протискивается мимо парня в коридор. За спиной слышится хохот и недоуменный голос Громилы: — Да что такого-то? Обессилено падая на стул, Робертсон тяжко вздыхает и делает глоток холодной воды, такой, что зубы сводит. На потолке всё так же висит унылый комок пыли. По окну продолжали бить редкие капли, заканчивающегося утреннего ливня. Мужчина встряхивает головой и наклоняется к столу — исписанный желтый огрызок бумаги снова привлекает его внимание. Ладно, попробуем сначала. Роберт включает компьютер и вводит логин, заходя на корпоративную почту. Блейзер должна была переслать… Вот оно. 8:24_11/21/23 От: БлондиБлейзер Прикреплено: видео.mpeg Он кликает по файлу и пиксели прогружаются. «Ладно, еще раз», уперто думает Роберт, переслушивая текст. «Из вихря в бриз, 
По кругу вниз,
 С запада на восток,
 Где его исток?» Вихрь — ветер, бриз — ветер полегче, круг — кольцо, дорожка? Исток — начало? Откровенное издевательство. Может, речь идет про реку? Ветер дует с запада, река течёт на восток, круг — излучина? «В городе даже рек нет, ну так, к слову», язвит внутренний голос. Мужчина смотрит запись пару раз и снова обращает внимание на медаль, которую он заметил ранее. Он сощуривается и видит датировку — 1936. В браузере сразу возникает уйма статей про Берлинскую олимпиаду и Роберт бездумно листает поисковик, пока мысль в голове начинает принимать очертания — она медленно притягивает к себе все данные, как если дернуть за нитку на ткани. Мужчина выскакивает из-за стола, спотыкаясь об мусорное ведро, чем привлекает внимание недоуменных коллег. Господи, лишь бы он оказался прав. — Стадион Замперини! — выпаливает Роберт, оперевшись обеими руками о дверной проем в кабинете Блейзер. Он пару раз шумно выдыхает. — Ты уже решил? — ошарашено оживляется девушка, отвлекшись от сортировки документов. Она напряженно поднялась с места и подошла к мужчине. — Ты уверен? Робертсон кивает и обходит ее, садясь на край стола. — Я не уверен только насчет моей трактовки загадки, но ответ правильный. В первых двух строчках зашифровано само прозвище Замперини, «Торнадо» Торранса, — он делает круговое движение рукой. — А вторая часть это его жизненный путь, сначала олимпиада в Берлине, потом плен в Японии. Но вырос-то он в здесь, поэтому в его честь назвали стадион. Роберт складывает руки на груди и выжидающе молчит. Блейзер обвела кабинет взглядом и закусила изнутри щеку. Кивнув какой-то мысли, она снова обращается к мужчине. — Тогда я сейчас же вызываю полицию и еду туда. Девушка хватает мобильный со стола и направляется к выходу, чеканя шаг каблуками. — Я остаюсь? — хмурится Роберт, наблюдая, как пальцы в перчатках быстро печатают что-то в телефоне. — Поможешь отсюда координировать, — поднимает глаза Блейзер, встречаясь с его взглядом. — Я могу незаметно пройти и все осмотреть, — внезапно появляется Невидива, чем заставляет вздрогнуть обоих. — Идем, — живо соглашается Блонди. — А насчет подслушивания разговор будет отдельный. Кортни ухмыляется и подмигивает, салютуя Роберту, когда они выходят из кабинета. Он лишь надеется, что всё пройдет гладко. Должно. Он за это в ответе. Снова вернувшись за рабочее место — серьезно, он уже набегал ежедневную норму шагов, Роберт подключается к карте и видит, как к команде присоединилась иконка Блонди. Она уже заканчивала объяснять происходящее остальным членам команды, когда диспетчер услышал голос Фламбе. — Я участвую, мне недалеко. — Серьезно, ты? На спасательную операцию, где куча взрывчатки? — недоверчиво уточняет Кортни. — Если будет взрыв, я смогу контролировать очаг возгорания, — оскорбленно отвечает мужчина, явно задетый ее намеками. — Он прав, — подтверждает Блонди. Больше Кортни не ответила. — Спасибо, что вызвался, остальных прошу работать в штатном режиме, мы не должны привлекать внимание. — Так, выходит, Роберт всё утро решал головоломку? — после некоторых минут молчания проясняет Сонар. — Шарады от сраной копирки Мориарти, — усмехается Дива. — Не-е-ет, он ведь звонил, это другое, — упирается летучая мышь, заламывая костями пойманных грабителей. — Давайте обсудим позже, кто является чьей копиркой, — встревает Роберт, попеременно открыв вкладку с браузером. Он рассматривает фотографии стадиона, раздевалок и прочих помещений. Южный вход как раз подходит. — Дива, заходи со стороны Санта-фе. — Поняла, — отзывается невидимка и ускоряется. Мужчина включает окно кодировки, чтобы войти в систему камер наблюдения. Из-за напряжения он пару раз чуть не попадается антивирусу. Нужно действовать быстрее. — Мать твою, — резко оживает в динамике Фламбе. — Тут сраные школьные соревнования. В подтверждение его словам, картинка с камер прогружается и Роберт видит толпу школьников, веселящихся в холле. Еще парочка автобусов заканчивала парковаться рядом с территорией. Блять.