Ты уверен?

      — Егор, не опаздывай! Сегодня Катюша приведёт своего нового парня. Как я поняла, у них всё серьёзно, так что будь хорошим братом — приди и прояви дружелюбие. Вдруг Катеньке наконец повезёт… — тарахтела мама, пока я одевался в прихожей.       Я привёз ей новый комод, который она заказала в интернет-магазине, но не позаботилась о доставке, так что мне пришлось самолично его забирать, а затем тащить огромную коробку на третий этаж: лифта в нашем доме не было. И хотя мы давно не жили вместе, мне часто казалось, что я всё ещё обитаю в родительской квартире. Окончательно отделиться от любимого семейства у меня не было ни малейшей возможности. Мать не молодела, отец умер ещё в моём глубоком детстве — неожиданный инфаркт оставил молодую женщину с тремя маленькими детьми на руках. Кате тогда было восемь, мне — пять, а Оленька ещё и ходить не умела…       Мы — старшие дети — уже давно жили отдельно, но регулярно навещали маму и младшую сестрёнку, которая, впрочем, тоже уже была совершеннолетней. Но ей труднее всего было покинуть отчий дом — всё-таки оставлять стареющую родительницу одну-одинёшеньку казалось неправильным. Да Оля, по-моему, и не спешила на вольные хлеба: они с мамой прекрасно ладили.       Младшая сестра была девушкой активной, весёлой, постоянно окружённой ухажёрами и воздыхателями. Кате же, более замкнутой и, будем честны, немного странной, тотально не везло в личной жизни. Ранний брак с молодым парнем закончился полным фиаско. Затем последовало ещё несколько неудачных романов, последний из которых почти довёл девушку до нервного срыва: у них была настоящая любовь, но в каком-то искорёженном разрушительном формате. И теперь, по словам матери, наконец-то нашёлся долгожданный приличный вариант, которого никто из членов семьи ещё не видел. Вот на сегодняшний вечер и были запланированы неофициальные смотрины, на которых настояла вечно переживающая за наше счастье маменька.       Катя долго отнекивалась, а затем сдалась под напором заботливой родительницы. Да и похвастаться кавалером, подозреваю, тоже была не против. Что ж… я обещал быть и собирался выделить для этого мероприятия достаточно времени в своём плотном графике. За сестру я был бесконечно рад, но, зная её неудачливость в личной жизни, хотел удостовериться, что мужчина на сей раз попался толковый и с серьёзными намерениями — хватит уже Катюше мыкаться, перебиваясь случайными связями.       Признаться, сам я тоже был свободен, но мама давно махнула на меня рукой. Жениться я категорически отказывался. Любовницы менялись с завидной регулярностью, но ни на что серьёзное я в свои двадцать шесть лет отнюдь не был готов. Бизнес, встречи, проекты — мне просто некогда было думать о семье. Да я, честно говоря, и не хотел.       Мне нравилась моя жизнь, возможность общаться, когда и с кем хочется, не заморачиваясь общим бытом с другим человеком. А уж дети меня пугали до чёртиков. Я всегда тщательно предохранялся, чтобы избежать малейшей возможности, что какая-нибудь из моих многочисленных пассий случайно залетит и попытается привязать меня на веки вечные толстым орущим карапузом. Спасибо, обойдусь!       В общем, я планировал вечером участвовать в семейных посиделках, а позже у меня была запланирована встреча с моим закадычным приятелем Лёньчиком. С ним можно было и в клуб сходить, и бухнуть под настроение, и, что уж там скрывать, поплакаться в жилетку, когда припирало. Такое бывало крайне редко, но и на старуху бывает проруха: пару раз мой бизнес был на грани и мне приходилось очень несладко. Море алкоголя и длинный вечер, полный слюнявого нытья, помогли мне справиться со стрессом и вырваться на финишную прямую, приведшую меня к очередному успеху.       В офисе я прокуковал до самого вечера: мы с командой разрабатывали стратегию для нового проекта, так что несколько часов пролетели как миг. Очень напряжённый и выматывающий миг. Понадобилось немало сил и внимания, чтобы учесть все мелочи и выйти в дамки с минимальными затратами. Ресурсов в этом деле было задействовано много, да и мои сотрудники работали на износ. И как бы ни хотелось закончить всё и сразу, но дела семейные всегда были у меня в приоритете, так что без пяти шесть я как штык стоял у дверей родительской квартиры с вкусным тортом из проверенной пекарни и экзотическим растением в ярком керамическом горшке — мама была большой любительницей этой бесполезной в хозяйстве красоты.       Родительница встретила меня при полном параде, громко расхваливая вручённый ей цветок с труднопроизносимым названием, посоветованный мне симпатичной флористкой, у которой я не преминул разжиться номером телефона. Насколько я мог судить, мама моим выбором осталась довольна.       Я прошёл в квартиру и увидел жизнерадостную Ольгу, которая суетливо крутилась в гостиной, накрывала на стол, расставляла холодные закуски и без умолку щебетала, пытаясь одновременно ввести меня в курс всех перипетий Катиных отношений, сообщить о своём очередном романе, поделиться успехами на работе и ещё много чем, в полном беспорядке умещавшимся в её хорошенькой голове.       — Катюха познакомилась с ним совершенно случайно! — вещала девушка, раскладывая цветастые салфетки в только ей одной понятном порядке. — Она въехала в его «Лексус» на стоянке у магазина, и так они обменялись контактами… Кстати, мой Пашка опять разбил машину, идиота кусок! Как мне теперь добираться до работы? Он же меня отвозил каждое утро… Правда, он на время одолжил какую-то еле живую развалюху у своего отца, но на ту без слёз не взглянешь… А я говорила тебе, что через пару недель меня отправляют в командировку? В какую-то несусветную дыру… Я же там загнусь без благ цивилизации… А Катя с Сашей планируют летом лететь в Тай! А я в какую-то жопу мира должна тащиться только потому, что Петя… Ну помнишь, я рассказывала, тот зануда, что тайно в меня влюблён… Так вот, он запорол образцы, и теперь меня отправляют собирать их заново…       От её эмоционального трещания у меня гудело в голове, но я мужественно терпел и даже слегка улыбался. Моя младшая сестра была удивительная, и я её безмерно любил, даром что страшная болтушка. Впрочем, я так относился ко всей своей семье. Они были самыми близкими мне людьми, и я бы любого за них порвал. А учитывая, что я был единственным мужчиной в этом женском царстве-королевстве, само собой разумеется, что на мои плечи ложилась непрестанная забота о красивой половине нашей семьи.       — Егор, не стой столбом — отнеси эти банки к Олюшке в комнату. Паша привёз их ещё днём, и они так и валяются под ногами… — попросила мама, ловко огибая кучу какого-то хлама.       — А я говорила этому дуралею сразу отнести на место, но он же слышит только то, что хочет! — в своей манере завелась Ольга. — И вообще, я просила купить матовый лак, а не блестящий, а он разве сделает так, как надо?       — Лак-то тебе зачем? — удивлённо спросил я, перетаскивая банки в указанный пункт назначения.       — Я решила перекрасить… — начала девушка, но так и не договорила: в дверь позвонили. Есть ли у неё свежая краска и почему она решила начать с приобретения лака, я решил поинтересоваться позже — сейчас же настало время изображать радушного братца.       Мама первой поспешила встречать гостей, и я ещё на подходе услышал:       — Привет, Катенька. А это, наверное, Саша…       Мамин голос был словно патока — как бы не засахарился наш перспективный жених от такой радушной встречи. Я сделал ещё пару шагов и, облокотившись о косяк, внимательно рассматривал нового ухажёра старшей сестры. Очень высокий, широкоплечий, фактурный. Светлые волосы неожиданно довольно длинные. Курчавые, густые, куда более объёмные, чем у обеих моих сестёр, вместе взятых. Лица его я не видел — мужчина стоял ко мне спиной. Хорошо одет, сдержанно, но не официально — самое то. Выглядит прилично, вполне подходяще для уютного вечера в квартире.       — Егор! Егор, познакомься с Сашей… — услышал я звонкий голос.       Моя прекрасная сестричка Катенька, как флюгер в ураган, вертела головой из стороны в сторону, пытаясь обойти двух других женщин нашего семейства и словить мой взгляд. Мама с Олей, худенькие и невысокие, умудрились создать в прихожей настоящий переполох.       Картинка суматохи на ровном месте была настолько привычной, что я невольно улыбнулся. Сделал несколько шагов вперёд, чтобы облегчить задачу новоявленному женишку и приветственно пожать ему руку. Блондин неуклюже развернулся — наша миниатюрная прихожая была явно узковата для его внушительных габаритов, — и, натянув на лицо дружелюбный оскал, протянул мне широкую кисть. Я в ответ сделал то же самое, однако улыбка моя завяла так же быстро, как и появилась: эти голубые глаза мне были слишком хорошо знакомы. Как, в общем-то, и сам мужчина.       Перед глазами калейдоскопом промелькнули картинки прошлого. В первый раз мы встретились в клубе, где я иногда зависал с Лёнчиком. Чем мне импонировала «Троя», так это тем, что там невозможно было выделиться: контингент собирался невероятно пёстрый и толерантный абсолютно ко всему — к расе, полу, внешности и ориентации… Туда тянуло такие экзотические экземпляры, что удивить завсегдатаев хоть чем-то было невыполнимой миссией. Невероятно приятное ощущение — затеряться в толпе, которая не обратит внимания, даже если ты разденешься догола. Где не надо думать, как ты выглядишь, что говоришь, а можешь просто отпустить себя.       После тяжёлого трудового дня я с удовольствием скидывал дорогой костюм, натягивал на свою упругую задницу потёртые джинсы, закатывал рукава у одной из десятка одинаковых белых рубашек, которые ежедневно носил в офис, и, натянув на лицо маску скучающего прожигателя жизни, ехал предаваться похоти и разврату.       В этом благословенном клубе я, с подачи моего незабвенного приятеля, испробовал всё: девочек, мальчиков, групповуху, нежный секс и сессии садо-мазо. На втором этаже были приватные комнаты, где за отдельную плату можно было уединиться как с гостем клуба, так и заказать кое-какие услуги. Большая часть испробованного мне пришлась по душе: я не любил монотонность, всегда искал что-то особенное, способное встряхнуть, насытить, обновить. Но попадалось и такое, что после одного-единственного раза было отправлено мною в личную папку «Неприемлемое».       Секс с мужчинами в активной позиции меня не особо вдохновил — всё-таки трахаться с женщиной мне казалось куда приятнее. Зато пассивный анальный секс оказался очень пикантным занятием, которым я занимался хоть и крайне редко, но от всей души. Правда, найти партнёра по вкусу было не так легко: мужчины в большинстве своём меня не привлекали. Да и я не был нежной изящной фиалкой, которую чаще всего искали брутальные активы. Как сказал один из них, от меня шла слишком сильная доминирующая энергия. Да и мой вечно неприветливый взгляд отпугивал многих соискателей доступной задницы.       Однако иногда мне везло. Пару раз я брал в оборот крупных сексуальных самцов, которые старательно вытрахивали из моей перегруженной извечными делами головы все проблемы, а из тела — накопившиеся за долгое время усталость и напряжение. Одним из них и был Алекс. То есть Саша, как он представился моей сестре.       Обычно партнёров я искал себе сам. По возможности приходил пораньше, мониторил гостей, прикидывал нашу совместимость. Мне нравилось проявлять инициативу, чувствовать, что именно я управляю ситуацией — как, в общем-то, и в повседневной жизни. Но в тот раз всё было с точностью до наоборот: выбрали меня. Я сразу почувствовал устремлённый на меня пристальный взгляд и с интересом уставился на его хозяина. Мужчина, к моему удивлению, не отвёл глаз, и мне это понравилось. Я знал, что мой взгляд был довольно тяжёлым, и прекрасно умел им пользоваться. Но светловолосый качок так явно сигнализировал свой интерес, что я оказался не в силах ему отказать.       Признаться, Алекс был не совсем в моём вкусе. Меня всегда привлекали хищники, такие как я сам, которым я мог позволить себе отдаться. Он же был… милым огромным мишкой. Светлокожий, голубоглазый, кудрявый, как ангел, с прелестными ямочками на щеках и широкой мягкой улыбкой. Но я почему-то согласился и ни на секунду не пожалел о своём решении. Он взял меня прямо там, на первом этаже клуба, в одной из тёмных ниш, так как до заранее заказанной мною комнаты мы просто не дошли.       Любовником мужчина оказался превосходным. Выносливым, чутким, страстным. Я кончил так бурно, что казалось, из меня вышла не только сперма, но и все заботы, как ураганным ветром, выдуло из загруженной головы. Я помог кончить и ему, а затем отговорился тем, что мне срочно надо в уборную, и быстро слинял домой. Я получил, что хотел, а пространные разговоры после секса — это не по моей части.       — Егор… Егор! Да что с тобой? Проводи гостя к столу, я сейчас подойду… — услышал я сквозь туман в голове. Катя недовольно прищурилась и нырнула следом за мамой на кухню.       — Пойдём, — невнятно буркнул я и, резко развернувшись, зашагал в комнату.       Балкон был открыт настежь: день был тёплым и солнечным, не хотелось сидеть в духоте. Я неосознанно шагнул на свежий воздух: неожиданная встреча меня немного дезориентировала. Вздохнул полной грудью, опёрся о перила. За спиной услышал тихие медленные шаги.       — Так вот как тебя зовут… — пробасил Алекс… тьфу ты, Саша. В этом доме этот милый светловолосый детина — Саша. И он вовсе не мой случайный любовник, а кавалер Кати. А это очень существенная разница.       — Ну как-то так… приятно познакомиться, — хмыкнул я, не оборачиваясь. Впрочем, в его словах была доля правды: по факту я так и не представился. А зачем? Повторных встреч не предполагалось.       — Вы с Катей совсем не похожи, — всё таким же безэмоциональным голосом заметил гость. Я чувствовал его присутствие совсем рядом. Ещё один небольшой шаг — нет, даже полшага, — и я смогу ощутить тепло его тела. Надо сказать, очень красивого, мускулистого, страстного тела.       — Что есть, то есть. Я в папу, она… нет, — пожал плечами я. И действительно, все девчонки у нас в доме были русыми, кареглазыми, один я — чёрный как ночь, со смуглой кожей и серыми глазами. Ситуация была до неприятного странной. Парень из моей другой, тайной жизни тут — в доме моей семьи.       — Тебя давно не было в клубе… — хрипло заметил мужчина. В его голосе не было ни упрёка, ни сожаления — лишь сухая констатация факта.       — Да… не было настроения, — пробормотал я и невольно поёжился. Чужой взгляд так и буравил мне спину. Что-то этот кудрявый мишка окончательно перестал ощущаться милым добряком.       — Почему ты всегда убегаешь? — этот вопрос был похож на выстрел.       Точный, конкретный, целенаправленный. И не имеющий однозначного ответа. Голос, его задавший, уже не был таким безэмоциональным, как в начале разговора. Я уловил в глухо прозвучавших словах лёгкую нотку обиды.       — Я не люблю сложности, — ответил я. Этот вариант был не хуже других. А правда?.. Кто его знает, в чём она…       — Почему ты решил, что будут сложности? — в низком голосе промелькнуло удивление.       — Они всегда бывают… — хмыкнул я и бросил взгляд вдаль.       Машины хаотично сновали туда-сюда, люди торопились по своим делам. А я отрешённо разглядывал их сверху, с удивлением ощущая присутствие Алекса за спиной.       — Тебе не кажется, что ты убегаешь от себя? — вопрос прозвучал так отстранённо, что я не сразу сообразил, что он адресован мне.       Крупная кисть легла на перила рядом с моей рукой. Я остро ощутил жар его массивного тела. Он обжигал. Нет — сжигал дотла. Опасность — вот что я чувствовал, вот с чем ассоциировался у меня теперь этот мягкий плюшевый медведь.       — Возможно. Но тебя это никоим образом не касается… — покачал головой я. Этот разговор будил во мне странные чувства, заставляя нервничать. А мне не нравилось ощущение беспокойства, которое я не мог контролировать.       — Жаль, что ты так считаешь. Я ждал тебя. Надеялся, что придёшь. И нам наконец удастся поговорить, — признался Александр и пододвинул свою руку вплотную к моей. Наши пальцы на миг соприкоснулись. Искра пробежала по телу, и я резко убрал руку.       — Не стоило, — хмуро заметил я. — Секс с мужчинами… для меня это так… забава. Просто изредка хочется попробовать что-то иное.       — Ты уверен? — безэмоционально спросил меня тот, кого я не хотел видеть. Из-за кого, впрочем, я и не появлялся уже несколько месяцев в полюбившемся мне клубе.       Лёня звал меня в «Трою» чуть ли не каждые выходные, но я отговаривался то занятостью на работе, то личными планами. Я не любил привязываться. Я не хотел прикипать. Я — как тот кот, что гуляет сам по себе. И Алексу придётся с этим считаться.