Его тень

ГЛАВА 3 Элиас ждал. Сжатая в кулаке запонка впивалась в ладонь, оставляя глубокий след, но он не разжимал руку. Он был готов. В голове прокручивались десятки сценариев: ударить в сонную артерию, выхватить нож, использовать Виктора как живой щит. Ему нужен был только момент, когда дверь снова откроется. Но дверь не открылась. Прошел час. Пять часов. Десять. Элиас мерил комнату шагами — три шага в одну сторону, три в другую. Он ждал шагов в коридоре, скрипа подошв, любого звука, предвещающего появление Виктора. Но дом молчал. На следующий «день» свет в комнате внезапно сменил спектр. Из стерильно-белого он стал ярко-красным. Это не просто раздражало — это вызывало первобытную панику на физиологическом уровне. Через час у Элиаса началась тошнота, а тени в углах стали казаться живыми. Люк для еды больше не открывался. Жажда начала сдавливать горло, превращая каждый вдох в пытку. — Виктор! — закричал Элиас, ударив кулаком в стену. Звук получился глухим, поглощенным мягкой обивкой. — Выходи, трус! Ты боишься меня? Боишься, что я сделаю с тобой то же самое? Ответом была тишина. Виктор мучил его отсутствием. Он лишил Элиаса возможности ненавидеть его в лицо, оставив наедине с галлюцинациями и красным маревом. Это была идеальная пытка: Элиас готовил себя к битве, а оказался в вакууме. На вторые сутки голода и жажды динамик под потолком ожил. Но это был не голос Виктора. Это была запись допроса Элиаса. Его собственный голос, уверенный и твердый, зачитывал права какому-то мелкому дилеру. «Вы имеете право хранить молчание...» — гремело под потолком. «Заткнись!» — орал Элиас, зажимая уши. Но запись прокручивалась снова и снова, перемежаясь со смехом Бенни и звуками полицейских сирен. Виктор наблюдал за этим через монитор в своем кабинете, потягивая виски. Его пальцы нервно постукивали по столу. Он видел, как Элиас мечется по камере, как он сжимает какой-то предмет в руке, как его губы шепчут проклятия. — Он не сдается, — тихо произнес вошедший Каспар. — Может, пора закончить это? Он просто сдохнет от обезвоживания. — Он не сдохнет, — отрезал Виктор, не сводя глаз с экрана. — Он слишком цепляется за свою ненависть. Он ждет меня. Он думает, что я — его шанс на спасение или побег. Виктор чувствовал странное, колючее удовольствие от того, что Элиас так отчаянно нуждается в его присутствии. Это было почти как любовь, только вывернутая наизнанку. Психопат намеренно тянул время. Он хотел, чтобы Элиас дошел до точки, когда ненависть смешается с мольбой. Чтобы когда он наконец войдет, Элиас увидел в нем не врага, а единственное живое существо в аду. В камере Элиас упал на колени. Красный свет вытягивал из него последние силы. Запонка выпала из ослабевших пальцев и со звоном покатилась по полу. Он понял тактику Виктора. Тот не давал ему сражаться. Тот просто выключал его, как ненужный прибор. — Приди... — прошептал Элиас, уткнувшись лбом в холодный пластик двери. — Просто приди сюда... я убью тебя... только приди... Он уже не знал, чего хочет больше — вонзить кусок металла в горло Виктора или просто услышать звук человеческого дыхания. Граница между желанием убить и желанием увидеть начинала стираться. И это было именно то, что планировал Виктор. Элиас больше не мог медлить. Он знал, что рано или поздно свихнётся. Надо действовать. Поэтому он так сильно начал водить запонкой, втыкивать себе в руку, что кожа проткнулась. Потекла кровь. На полу разлилась лужа. *** Виктор спокойно сидел за монитором и попивал кофе. Кофе было без сахара, потому что Виктор терпеть не мог сладкое. Он асоциировал сладость как что то жестокое, порождённое дьяволом. Но вдруг когда он увидел что на экране появился новый цвет он испугался. Такой человек как он уже много лет был под прицелом разных людей, но никогда не боялся. А сейчас ему стало страшно. Виктор вылетел из кабинета и помчался в подвал. По дороге он приказал слуга готовить аптечку, а ещё лучше операционную. Он хотел перестраховаться. Элиас лежал на полу, он стонал от боли. Но на его лице зияла улыбка: -Вот ты и пришёл. Я знал что ты.... Элиас отключился. Виктор поднял его на руки и вынес из камеры. Потом Виктор сам обрабатываю и зашивал рану. Он не понимал как какой то глупый коп заинтересовал его. Скорее всего Элиас стал его слабым местом. От слабых мест избавляются, но Виктор решил сделать Элиаса сильным. После операции Виктор бахнулся в кресло в своём кабинете, отправя раненого в комнату. Теперь он изменит Элиаса, он станет его куклой.