It's all wrong, it's all right

Шла третья неделя учебы, и Майк прогуливал школу тоже в третий раз. Уилл узнал об этом утром, когда не обнаружил знакомый чёрный пикап на парковке. В целом, он мог и догадаться сам, ведь Майк вчера весь вечер жаловался на то, что не готов к сегодняшнему тесту по алгебре. Но Уилл всё равно заметно сник, когда Майк так и не появился на первом уроке. Без него в школе было особенно тоскливо и одиноко. Уилл бы с удовольствием прогуливал вместе с ним, но как новенький не мог себе позволить быстро испортить репутацию среди учителей. Контрольная была именно такой, какой Майк её и предвещал – полное дерьмо. Уравнения сливались в бесконечный поток непонятных цифр и букв, в голове было пусто, желудок сжимался от тревоги. Как бы Уилл ни старался в них вникнуть, вспомнить подходящую формулу, увидеть её в них – бесполезно. Ещё и мистер Браун ходил между рядами и противно цокал языком, заглядывая в чужие листы. К концу урока Уилл был уверен, что полностью завалил тест, но ему уже было всё равно. Он просто хотел, чтобы эта пытка закончилась. Перемена после алгебры была едва ли не самым скучным событием в его жизни. Уилл сидел на подоконнике, смотрел в окно на опадающие листью и думал о том, где сейчас Майк. Спорит с Эдди о чем-нибудь идиотском? Дрыхнет без задних ног? Или просто катается по городу, слушает музыку и радуется жизни, пока Уилл тут страдает? Он поймал себя на мысли, что скучает. Глупо, конечно – они виделись вчера, сидели у трейлера и делали вид, что учат алгебру, хотя оба просто лениво листали учебники. Но сегодня, без его постоянных язвительных комментариев и дурацких шуток, школа казалась особенно унылой. Звонок на второй урок выдернул его из мыслей. Английский вела миссис Грэйси – добрая женщина с мягким голосом, которая, кажется, искренне любила свой предмет и старалась строить план урока так, чтобы ученикам было интересно. Сегодня они должны были представлять проекты про "своего героя". Уилл несколько вечеров возился со своим проектом: аккуратно наклеивал на ватман фотографии Алана Тьюринга, вырезанные из журналов, которые притащил ему Джонатан, выводил каллиграфическим почерком факты биографии. Мама предлагала помочь, но Уилл отказывался – это, почему-то, казалось личным. Тьюринг, в первую очередь, был для него не просто важным человеком, который оказал существенное влияние на развитие информатики, а тем, кого травили за то, кем он был. Уилл не формулировал это для себя чётко, но что-то в этой истории отзывалось глубоко внутри ещё с давних пор. А сейчас и вовсе если бы люди вокруг узнали всего один факт из его собственной жизни, его бы начали травить точно так же. Но Уилл не задумывался об этом. Вовсе нет. В классе Уилл сидел, подперев голову рукой, и вполуха слушал чужие проекты. Одри Хепбёрн и её вклад в кинематограф, Джон Кеннеди и значимость первых телевизионных дебатов, которые были между ним и Никсоном. Какой-то парень минут десять взахлёб вещал про Октавиана Августа и величие Римской Империи, пока миссис Грэйси вежливо не прервала его. Уилл придерживал свой ватман с Аланом Тьюрингом и думал о том, что его проект, наверное, тоже покажется странным и скучным. – Следующая у нас... Джейн Хоппер, – заглянув в журнал, объявила миссис Грэйси. Уилл нахмурился, услышав знакомое имя. Хоппер? Это же фамилия шерифа, на которого всё лето жаловались в трейлерном парке. Даже Майк как-то ворчал, что тот ему угрожал – что-то про то, что если ещё раз увидит его пьяным за рулём, то посадит в камеру до самого совершеннолетия. Уилл тогда тоже смеялся над Хоппером, но сейчас ему вдруг стало любопытно. К доске вышла девушка. Она была заметно зажатой, хоть и старалась казаться увереннее. На ней была потёртая футболка с логотипом strawberry festival, фланелевая клетчатая рубашка, мешковатые голубые джинсы. Длинные волнистые волосы каштанового цвета, кривоватая густая чёлка чуть выше бровей. У нее были не слайды для проектора и даже не ватман, а самодельная диорама, сделанная из коробки из-под Reebok. Уилл уставился на неё, забыв про свой проект. Впервые за весь урок ему стало реально интересно. – Привет, – тихо произнесла Джейн, обращаясь к классу. Класс молчал. В кабинете стояла та особенная, давящая тишина, которая бывает, когда все разглядывают новенького или того, кто явно не вписывается. Уилл и сам поёжился. Он слишком хорошо знал это чувство – когда стоишь перед всеми и каждую секунду ждёшь, что над тобой вот-вот начнут смеяться. – Своим героем я выбрала папу, – Джейн развернула коробку лицевой стороной к классу. Внутри была крошечная диорама: развалины какого-то дома, раскрашенные фломастерами фигурки людей, полицейская машинка. – В качестве пособия я сделала диораму одного дома. С задней парты кто-то фыркнул: – Скорее диарею. Класс засмеялся с тупой шутки. Уилл скривился так, будто это прилетело в его адрес. Ему было физически больно за неё. Эта интонация, этот тупой, стадный смех – будто бы он снова в Леноре, и кто-то только что крикнул "зомби бой". Только теперь смеялись не над ним, а над ней. И почему-то было ещё противнее. Джейн запнулась, неловко улыбнулась, будто бы ей тоже смешно, и у Уилла в который раз сжалось сердце. – А ну замолкли! – миссис Грэйси тут же прервала их, и смешки стихли, хоть и не до конца. – Проявите уважение. Продолжай, Джейн. Джейн кивнула, но улыбка стала ещё более натянутой. – Это мой папа, – она подняла маленькую фигурку. – Вы его знаете, его зовут Джим Хоппер. А это... – он указала на развалины в коробке, – место, откуда он меня спас. Она рассказывала тихо, то и дело запинаясь. О том, что папа для неё – герой, потому что он спас ей жизнь. О том, что он спасает много жизней, потому что он шериф. О том, что он самый важный человек в её жизни. Класс не слушал, а их шёпот становился громче и наглее: – Она серьёзно сделала доклад про папочку? – Ну, он же её приёмный папаша, если ты понимаешь, о чём я. – Фу, заткнись. – А чё такого? Она же толком не говорит, откуда он её там вытащил. Откуда нам знать, что именно там было. Уилл сжал кулаки под партой. Майк бы на его месте точно влез, послал бы их всех куда подальше, и они бы заткнулись. А он... он просто сидит и молчит. Как всегда. Один раз их взгляды пересеклись – всего на секунду. Уилл несколько раз быстро кивнул, одними глазами пытаясь передать: "я слушаю, у тебя всё хорошо, не обращай на них внимания". Но Джейн уже отвернулась, снова уставившись на свою диораму. Она договорила – тускло, быстро, сбивчиво, опуская детали и явно мечтая провалиться сквозь землю. Когда миссис Грэйси поблагодарила её, Джейн почти бегом вернулась на своё место. Уилл успел заметить, как её глаза блестят от слёз. *** На большой перемене Уилл плёлся по полупустому коридору, пытаясь унять противное чувство вины, которое всё ещё грызло его после английского. Он ненавидел себя за молчание, за страх, за автоматические мысли "не высовывайся, не привлекай внимания, иначе станет только хуже", которые так никуда и не делись. Он уже почти подошёл к лестнице, чтобы спуститься в столовую, как краем глаза заметил знакомую фигуру. В дальнем конце коридора на подоконнике сидела Джейн, спрятав лицо в ладонях. Рядом с ней валялась та самая помятая коробка Reebok. Уилл остановился на месте. Он слишком хорошо знал это поведение – съёжиться где-нибудь в углу, чтобы никто не видел, и молча ждать, пока не станет легче. Знал, как в такие моменты хочется, чтобы кто-нибудь подошёл, и как страшно, что подойдут только для того, чтобы добить. Шумно выдохнув через нос, он решился и шагнул в её сторону. – Привет, – тихо сказал он, останавливаясь в паре метров. Джейн дёрнулась, подняла голову. Её глаза были красными, но слёз уже не было. – Чего тебе? – её голос был глухим, почти враждебным. Уилл ожидал этого. Он бы отреагировал точно так же. – Я Уилл Байерс, – он немного помялся, не зная, с чего начать. – Мы в одном классе по английскому и, кажется, по рисованию. Джейн опустила взгляд на свои коленки и ссутулилась ещё больше. – Я знаю, кто ты, – буркнула она. – Чего тебе надо? Уилл кивнул на коробку. Джейн не смотрела на него, но он всё равно говорил, глядя на неё: – Твой проект был крутым. Правда. И диорама получилась красивой. Ты, наверное, долго над ней работала. Джейн только громко фыркнула, и в этом было столько горечи, что Уилл и сам замялся. – Ты издеваешься? – снова подняв взгляд на него, спросила она. В её глазах была настолько знакомая смесь обиды и недоверия, что у Уилла сжалось сердце от собственных воспоминаний. – Это тупой проект, все над ним смеялись. – Нет. Он не тупой. – Надо было сделать про кого-то нормального, – не слушая его, устало вздохнула Джейн. – Про Мадонну там, не знаю. Она больше похожа на героя, чем просто мой папа. – Нет! – Уилл даже возмутился, сам от себя того не ожидая. – Твой проект крутой, это они тупые. Уверен, твой папа покруче Мадонны. Он же спас тебе жизнь, как ты сказала. Джейн внимательно посмотрела на него, словно пытаясь найти подвох. Но не нашла. Её плечи чуть расслабились, и она грустно улыбнулась – той улыбкой, которая бывает, когда вспоминаешь что-то хорошее, но при этом больное. – Он правда спас меня, – тихо добавила она. – Из очень плохого места. Я там... ну... там было много плохого. Но он меня забрал оттуда. Он очень много для этого сделал. Уилл кивнул, вспоминая свою маму. – Я понимаю. Джейн беззлобно усмехнулась. – Вряд ли ты понимаешь. – Понимаю, – твёрже ответил Уилл. – Понимаю, что такое быть спасённым и что такое, когда для этого много делают. И знаю, какого это, когда потом за это платят. Джейн удивлённо подняла брови, чуть склонив голову набок. Уилл видел, что ей любопытно, но она не стала спрашивать. Только смотрела на него несколько секунд, словно решая, можно ли ему доверять. И вдруг её улыбка стала чуть ярче, чуть теплее. Кажется, она приняла решение, и Уилл улыбнулся в ответ. – Ладно, может, ты и понимаешь. Странное чувство – будто они оба увидели друг в друге что-то своё, знакомое до боли. Будто они оба говорили на одном языке, который никто вокруг не понимал. С Майком было иначе – тоже почти мгновенно, но гораздо ярче, острее, с бешеным желанием узнать друг друга. А здесь... тихо, спокойно. Может, это глупо, но Уиллу вдруг показалось, что он нашёл ещё одну частичку себя, о которой даже не подозревал. – Слушай... – Уилл запнулся, но всё же решился. – Не хочешь пообедать вместе? Он расстегнул рюкзак, показывая большой пластиковый контейнер. – Мама дала кучу вафель с собой. Мне явно нужна помощь, – он немного криво усмехнулся. – Это, конечно, просто Eggo, но тоже вкусные. Джейн вдруг широко улыбнулась, а в её глазах снова появился блеск, но уже не от слёз. – Я обожаю вафли! И Eggo – самые лучшие! Она спрыгнула с подоконника, закинула рюкзак на плечо, подхватила помятую коробку. – Идём! – Идём, – улыбнулся Уилл, впервые за весь день думая, что, кажется, сегодня будет не так уж и тоскливо, как он представлял себе. *** Они сидели на бетонной ограде у клумбы, грелись под сентябрьским солнцем, и между ними стояли контейнер с вафлями Уилла и термос с горячим шоколадом Джейн. Некоторое время они ели молча. Было немного неловко, но не напряжённо. Они просто привыкали друг к другу. – А почему ты выбрал Тьюринга? – спросила Джейн, кивая на ватман, который Уилл притащил с собой. Уилл пожал плечами, дожёвывая вафлю. – Ну, он многое сделал. Компьютер там, всякие штуки. Взламывал немецкие шифры, между прочим. Он очень много сделал для своей страны, для всего мира, но его всё равно хотели посадить в тюрьму и ненавидели за то, что он был... ну, не таким, как все. – Не таким? – Ага, – Уилл отвёл взгляд. – Его признали виновным в непристойном поведении, потому что он любил... парней. Он произнёс это и сам удивился, как спокойно это прозвучало. Раньше он боялся даже думать об этом, а тут сказал вслух почти незнакомому человеку. Джейн не скривилась, не фыркнула. Просто кивнула, задумчиво делая глоток горячего шоколада. – Несправедливо. – Ага. Сначала им было неловко, но постепенно они разговорились. Уилл вкратце рассказал ей о своей семье – про маму на двух работах, про Джонатана и развозку пиццы – и не получил в ответ ни единого упрёка или намёка на злую шутку. Джейн рассказала про Хоппера, про то, что они недавно переехали в дом побольше, но денег всё равно вечно не хватает. Никаких лишних комментариев, никаких оценок. Только принятие и понимание. – Я, кстати, в драмкружок записалась, – вдруг поделилась Джейн, глядя куда-то в сторону. – На следующий месяц. Но теперь не знаю, стоит ли идти... – О, правда? Я тоже, – оживился Уилл. – Если хочешь, можем ходить вместе. Мне самому как-то не по себе ходить туда одному. Ощущение, будто я буду стоять там как идиот, а все... – ...будут смеяться над каждой твоей ошибкой, – вздохнула Джейн, легко продолжив за него. Они понимающе улыбнулись, посмотрев друг на друга. Ещё одно подтверждение, что они похожи чуть больше, чем думали. Джейн предложила сделать проект для драмкружка вместе, и так они выяснили, что оба любят The Cure. И дальше они говорили без остановки, позабыв о еде. Оказалось, что у них куча общего: любовь к одним и тем же группам, фильмам, привычка рисовать на скучных уроках, неловкость в больших компаниях. Их прервал звонкий голос и громкие приближающиеся шаги: – Хей, Джейн, как ты? Уилл поднял голову. К ним быстрым шагом приближалась девушка. Яркие рыжие волосы, красная кофта Adidas, потёртые джинсы с дырой на коленке. В руках – видавший жизнь скейтборд, весь в царапинах и почти стёртых наклейках. Но самым выразительным в ней был её взгляд. Она смотрела на Уилла так, будто он уже успел как-то навредить ей лично. Не просто недоверчиво, а практически враждебно. Девушка остановилась рядом, возвышаясь над ними. Уилл неловко улыбнулся ей, но не получил в ответ даже намёка на улыбку. Она, наоборот, демонстративно фыркнула и отвернулась к Джейн, будто он ей ни капли не интересен, хоть и изредка всё равно кидала на него короткие, настороженные взгляды. Уилл тихо хмыкнул. Это поведение было до боли знакомым. Майк повёл себя точно так же, когда Джонатан ещё в июле представил его Майку и Эдди. Тот точно так же отвернулся, делая вид, будто ему ничего не интересно. – Уилл, это Макс, – Джейн улыбнулась, явно привыкшая к такому поведению. – Макс, это Уилл. Мы в одном классе по английскому, рисованию и ещё в драмкружке! – Привет, – Уилл старался быть дружелюбным. Макс не старалась. Она окинула его взглядом с головы до ног с преувеличенным презрением. – Я тебя знаю, – сказала она таким тоном, будто разглядела в нём особо опасного преступника. – Ты тот самый, который таскается с Уилером. Уилл поморщился, не сдерживая тяжёлого вздоха. – Макс! – шикнула Джейн. – А что? – Макс развела руками, даже не думая извиняться. – Разве не так? Уилл закатил глаза. Он так устал от этого за эти три недели. "Таскается с Уилером" прицепилось к нему похлеще, чем "зомби бой" в Леноре. – Ну да, это я таскаюсь с Уилером, – устало фыркнул он. – А что? Макс упёрла руку в бок, продолжая сверлить его взглядом. – Да ничё. Уилер же ёбнутый, это все знают. А ты, уж прости, выглядишь как задрот. С хера ли вы вообще общаетесь? Щёки Уилла слегка покраснели. Не от злости или раздражения, а от воспоминаний. Майк, целующий его на заброшке. Майк, крепко сжимающий его в своих руках. Майк, смотрящий на него так, что Уилл мгновенно таял. Но Макс ничего из этого знать не обязана. – Тебе-то что? – огрызнулся он, надеясь, что голос звучит достаточно ровно. – Общаемся и общаемся. И Майк нормальный вообще-то. Макс лишь усмехнулась, приподняв бровь. – Да ты что? Ну да, самый "нормальный" в этой школе. Слушай, ты с ним явно плохо общаешься, если так думаешь. Уилл только открыл рот, чтобы возразить, но Джейн его опередила. – Макс, перестань, – попросила она. Уилл бросил на неё взгляд и заметил, как поджаты её губы, как она отводит взгляд в сторону. Она согласна с Макс, тоже считает Майка... ненормальным. Это кольнуло сильнее, чем хотелось. Уилл тяжело вздохнул, собираясь с духом. – Слушайте, – он старался говорить спокойно, хоть и всё внутри начинало закипать. – Майк бывает говнюком, я не отрицаю этого. Но он правда нормальный, просто вы его не знаете. Он совсем другой, когда... – он запнулся. Когда что? Когда рядом с ним те, которому тот доверяет? Когда не защищается от всего мира? – Ну, в общем, он просто другой, ладно? Макс и Джейн переглянулись. На их лицах читалось любопытство, но они не стали задавать вопросов. Джейн только посмотрела на подругу и слегка задела её ногу своей. – Макс, перестань, пожалуйста. Макс закатила глаза, но спорить не стала. Но и к Уиллу лучше относиться не стала – это читалось во взгляде, в том, как она снова демонстративно отвернулась. Макс перевела взгляд на коробку, которая всё ещё лежала рядом с Джейн, и кивнула на неё. – Так что, как прошёл твой гениальный проект? Джейн заметно сникла. Она нервно заломила пальцы, посмотрев на диораму. – Нормально, – скривилась она. – Не очень понравился ребятам, но миссис Грэйси поставила А. Хоть какая-то польза от этого тупого проекта. Уилл, сам не осознавая, что делает, положил руку ей на плечо, слегка сжимая. Макс удивлённо посмотрела на его руку на плече подруги, нахмурившись. Но когда Уилл заговорил, её выражение лица чуть смягчилось. – Да пошли они, – искренне произнёс он. – У тебя не тупой проект. Они просто уроды со своими идиотскими шутками. Джейн подняла на него взгляд и благодарно улыбнулась. Макс фыркнула на его слова, но теперь как-то по-другому – не враждебно, а скорее одобрительно. – Именно, – кивнула она. – Они уёбки. Пошли они нахуй, правда. Уилл усмехнулся на её слова одним уголком губ. Ему показалось, или он только что получил от неё что-то вроде одобрения? Макс бы никогда не сказала это вслух, но в её взгляде читалось: "ну, может, ты и не полное говно". Что-то это ему напоминало... Звонок на следующий урок прервал их. – Бля, – Макс дёрнулась. – Джейн, погнали. Если опоздаем, опять потом выслушивать придётся. Они оба встали, хватая свои вещи. – Увидимся! – Джейн помахала ему рукой, и в её улыбке было столько тепла, что Уилл и сам расплылся в улыбке. Макс просто кивнула ему – без улыбки, без лишних слов. Но она смотрела на него уже без той враждебности, с которой подошла. Недоверие, конечно, явно осталось, но это был в любом случае прогресс. Уилл закинул рюкзак на плечо и побрёл в сторону стадиона на физкультуру. Он улыбался, пиная камешки. Кажется, у него, наконец, появился ещё один друг в этой школе. *** На следующий день Майка опять не было в школе. Уилл расстроенно поджал губы, когда снова не заметил его чёрный пикап на парковке. Может, что-то случилось или он заболел? Уилл мысленно поставил галочку, что надо будет позвонить вечером и узнать, в чём дело. Майка, конечно, не хватало, но на этот раз всё было немного иначе. Потому что сегодня в школе его ждёт ещё один человек, которому было не всё равно на него. *** Первым уроком было рисование. Уилл зашёл в кабинет и сразу увидел Джейн – она сидела за мольбертом у окна, сосредоточенно водя карандашом по листу. И рядом с ней было свободное место, которое Уилл тут же занял. – Привет, – он подвинул свой мольберт поближе к ней, падая на стул. – Ты сегодня рано. – Привет, – Джейн улыбнулась, ненадолго отрываясь от рисунка. – Ага. Хотела порисовать, пока тихо. А то потом эти... ну, ты знаешь. Уилл кивнул. Он слишком хорошо знал. Он наклонился в её сторону, любопытно разглядывая её работу – натюрморт с яблоками, кувшином и драпировкой на фоне. Аккуратные линии, правильные пропорции и объёмы, идеальные тени. Он и раньше мельком замечал её работы. Джейн правда хорошо рисовала. – Круто, – искренне похвалил он. – Драпировка идеальная. У меня с этим проблемы... – Знаю, видела, – Джейн мягко улыбнулась, и в её голосе даже скользнула лёгкая вина за этот комментарий. Уилл и не думал обижаться. – Зато у тебя с анатомией всё отлично. У меня люди постоянно кривыми получаются. – Могу помочь, если хочешь, – предложил Уилл, пожимая плечами. – Правда? – Джейн посмотрела на него с благодарностью. – Было бы круто. А я могу помочь тебе с предметкой. А то у тебя те же яблоки какими-то квадратными и острыми получаются. Уилл беззлобно фыркнул. – А я, может, специально так делаю. Кубизм так-то популярен. – Ага, конечно. Кубизм, – Джейн засмеялась, и Уилл улыбнулся в ответ. Они провели весь урок, перешёптываясь и показывая друг другу свои наброски. Учительница пару раз подходила, смотрела на их работы, одобрительно кивала и уходила. Впервые за долгое время Уиллу было действительно интересно на рисовании, и впервые за долгое время он не использовал этот урок как предлог спокойно отсидеться в углу. *** Перемены они тоже проводили вместе. На большой перемене к ним в столовой присоединилась Макс. Она ворвалась в их уютный уголок так же внезапно, как и вчера – откуда-то из-за спины донёсся её громкий голос: – Да пошёл ты нахуй, понял? Засунь свой "комплимент" в жопу своей мамочки! Уилл вздрогнул и обернулся. На секунду ему показалось, что это Майк. Тот же тон, та же интонация, та же взрывная энергия. Порой и часа не проходило, чтобы Майк кого-нибудь не послал в школе, особенно если начинали не так дышать в сторону Уилла. Джейн рядом тоже вздрогнула, и они оба уставились на Макс, которая плюхнулась на стул рядом с подругой, ставя поднос перед собой. – Ну что? – Макс развела руками, заметив их реакцию. – Заебали они меня. Поскорее бы сдохли, если только так заткнутся. Джейн закатила глаза, но явно привычно и даже с какой-то нежностью. – Макс, нельзя же так на каждую мелочь... – А я не на каждую, – щёлкая крышкой колы, огрызнулась Макс, но беззлобно. – Только на самые тупые. Я не виновата, что они у них все такие. Уилл молча наблюдал за ними, и чувство, будто он смотрит в кривое зеркало, не покидало его. Только вместо него и Майка – Джейн и Макс. Те же роли, та же динамика, только посильнее, чем у них с Майком. Одна – раздражённая, громкая, готовая драться. Вторая – терпеливая, понимающая, даже уставшая. Про них тоже хотелось сказать, что они слишком разные, чтобы дружить. Макс, конечно, не оттаяла к нему. Недоверие всё ещё читалось в каждом её взгляде, в том, как она следила за ним, будто он в любой момент может напасть на Джейн. Но язвить перестала. По крайней мере, так часто. Уилл даже умудрился аккуратно развести её на разговор о фильмах. Оказалось, они оба смотрели "Бегущего по лезвию" и оба сошлись во мнении, что на самом деле Рой не злодей. За это Уилл получил ещё один одобрительный хмык и подобие улыбки. Уилл мысленно поблагодарил Майка. Это он заставил его посмотреть этот фильм ещё в августе, а потом они долго обсуждали его смысл, лёжа совсем рядышком на матрасе у трейлера. *** После школы они с Джейн решили прогуляться. Макс укатила на скейте почти сразу, но перед этим так пронзительно посмотрела на Уилла, что тот аж поёжился. В этом взгляде читалось чёткое предупреждение: "только попробуй сделать что-то не так, и я вернусь". – Макс такая... эм... – Уилл замялся поправляя лямку рюкзака. – Знаю, – Джейн усмехнулась. – Она такая. На всех сначала огрызается, а потом только думает. Но она совсем другая, на самом деле. С теми, кому доверяет, а ей нужно время, чтобы довериться. Понимаешь? Уилл не сдержал тихого смеха. – Ну вообще-то да. Понимаю. Джейн сначала нахмурилась, но потом до неё дошло, и она тоже тихо рассмеялась. – Теперь я поняла, почему ты так про Майка говорил. Уилл улыбнулся, пожимая плечами. – Как думаешь, если они познакомятся поближе, то... – То объединятся и разнесут всю школу на первой же перемене? Уверена, – ловко закончила Джейн, и они оба рассмеялись. Они шли по тротуару, пиная опавшие листья, и обсуждали, как Майк и Макс похожи. Одинаково злые, одинаково громкие, одинаково недоверчивые, одинаково готовые защищать своих. И в одном они были полностью согласны: им повезло, что эти двое по какой-то причине считали их друзьями, а не врагами. – А как вы с Майком подружились? – спросила Джейн, отпивая колу из банки и передавая её Уиллу. Уилл сделал несколько глотков, стараясь не среагировать ни единым мускулом лица на слово "подружились". Иногда он думал, что хотел бы вернуть те времена, когда оба думали, что просто дружат. – Ну... – начал он, глядя куда-то под ноги. – Летом я от скуки зависал в трейлерном парке с братом и Аргайлом. Я тебе про них рассказывал. Ну и у них там постоянно были тусовки по вечерам. И однажды пришли Майк и Эдди. Ну, Эдди Мансон, – добавил он, взглянув на Джейн. Та кивнула, показывая, что слышала о нём. – Ну и как-то... не знаю, разговорились? Оказалось, у нас много общего, и вот как-то само и получилось. – И всё? – Джейн прищурилась. – Как-то коротко. Уилл пожал плечами, стараясь выглядеть невозмутимым. – Ну, ещё я иногда выпивал с ним, курил. Может из-за этого тоже стали ближе, больше болтали, всё такое. Уилл умолчал о многом. О долгих переглядках в течение трёх дней перед тем, как в первый раз нормально заговорили. О десятках листов в альбоме, заполненных его профилем, его руками, его глазами. О том, как они постоянно были рядом, постоянно касались друг друга. О том, как однажды Уилл проснулся на диване Бабблса в руках Майка и как не хотел вставать больше никогда. И, конечно, он умолчал о той самой ночи. Об откровениях на заброшенной фабрике, о поцелуях. О том, как это одновременно сблизило и отдалило их друг от друга. – Всё равно твоя история какая-то слишком короткая, – заметила Джейн, – для объяснения, почему Майк постоянно носится с тобой и почему рявкает на всех, кто косо на тебя посмотрит. Уилл закатил глаза, но улыбнулся. – Я и сам не знаю, почему он вдруг ко мне приклеился, – честно ответил он. И это было правдой. Из всей огромной толпы у трейлера, из всего города – почему именно он? Уилл не знал ответа, а спрашивать не решался. – А вы как с Макс подружились? – спросил Уилл, меняя тему. Джейн как-то грустно усмехнулась. Уилл уже хотел было сказать, что она может не отвечать, но та уже начала рассказывать. – Как ты уже понял, меня не очень-то любят в этой школе, – она говорила об этом обыденно, но Уилл прекрасно понимал, что скрыто под этими словами. – Но в первый год всё было гораздо хуже. Если в средней школе меня старались не трогать из-за папы, то в старшей уже были те, кому папа успел насолить. Она усмехнулась, и Уилл натянуто улыбнулся в ответ, поддерживая эту горькую шутку. В своё время его тоже доставали из-за того, что мама жаловалась на его обидчиков. – В общем, было так себе. Иногда очень так себе. Та компания Уилера сильнее всех цепляла, – Джейн поморщилась, вспоминая. Уилл аж остановился, и внутри всё похолодело. – Майк что... – голос предательски дрогнул. – Он тоже над тобой?... – Нет-нет, – Джейн быстро замахала руками. – Майк, кстати, наоборот никогда не трогал. Ну, не дрался с ними за меня, конечно, но как-то отводил их внимание, что ли. Может, из-за моего папы, не знаю. Уилл расслабленно выдохнул. Если бы он узнал, что Майк издевался на Джейн – над человеком, на которого он был так похож – это бы многое изменило. Слишком многое. – Ну а Макс... – Джейн продолжила, и они снова пошли дальше. – Ну, как-то одни ребята стащили мои рисунки, смеялись, рвали их, – она рассказывала, а Уилл мысленно перенёсся в Ленору. С ним было точно так же и не раз. – И Макс проходила мимо. К их несчастью. Она потом сказала, что просто была в дерьмовом настроении и поэтому накинулась на них. А потом... не знаю. Просто начали общаться, и теперь мы лучшие подруги. Джейн тепло улыбнулась, взглянула на него, и Уилл искренне порадовался за неё. – Я тоже не знаю, почему вдруг она решила взять меня под опеку, но я не жалуюсь. Они немного помолчали, переваривая информацию, пока Уилл задумчиво не хмыкнул: – Знаешь, я иногда даже завидую Майку, что он может быть... ну, таким. Я бы хотел уметь так постоять за себя, как он. Может, жизнь была бы проще. – Я тоже так думала раньше, – кивнула Джейн. – А потом поняла, что быть доброй гораздо тяжелее. Если бы весь мир был таким, как Майк и Макс, то человечество бы уже вымерло, все перебили бы друг друга, – они оба посмеялись, и Джейн продолжила. – Макс как-то призналась, что даже завидует мне, что я спокойнее, что я не лезу постоянно в драку. Что я, несмотря на всё, что было, доверяю этому миру чуть больше, чем она. Понимаешь? Уилл задумался. Несмотря на травлю в школе, он тоже всегда в глубине души верил, что сможет найти своих людей. Может, после школы, уже будучи взрослым, но надежда была с ним, хоть он и прятал её, чтобы не было больно каждый раз, когда не получалось. Потом, глядя на Майка и восхищаясь им, ему захотелось научиться быть агрессивнее, громче, уметь постоять за себя даже тогда, когда это не требуется. А сейчас он впервые задумался, а стоит ли оно того? Ведь быть таким не всегда означает быть как Майк или Макс. Это может означать быть похожим на Трэвиса, Триш, Дэна, на всех, кто задирает их в школе. Мысль была в новинку, и Уилл откинул её в дальний ящик, решив сейчас не грузить себя такими размышлениями. *** Они гуляли ещё пару часов, нарезая круги по центру города. Болтали обо всём и ни о чём. О музыке, о фильмах, об искусстве, о друзьях, о семье. Джейн рассказала, как Хоппер однажды пытался приготовить какое-то особенное блюдо на ужин и чуть не сжёг кухню. Уилл рассказал, как Джонатан однажды перепутал соль с сахаром, и они ужинали сладким супом, потому что другая еда закончилась. Они разошлись, когда начало темнеть, договорившись и завтра пообедать в школе вместе. Уже дома, у себя в комнате, Уилл поймал себя на мысли, что ему было хорошо и спокойно рядом с Джейн. С Майком тоже было хорошо, но как-то по-другому. С Джейн он как будто нашёл сестру, о которой всегда мечтал, хоть они практически не знакомы. Впрочем, как и не были толком знакомы с Майком, когда Уилл впервые начал скучать по нему. Ещё неделю назад он места себе не находил без Майка, а теперь у него появились собственные друзья в школе, собственные разговоры и прогулки. Он и не знал, насколько ему это было нужно. В коридоре зазвонил телефон, и Джонатан, взяв трубку, крикнул ему, что это Майк. Уилл аж подскочил, быстрым шагом направляясь к телефону. – Привет, – Уилл улыбнулся, прижимая трубку к уху. – Привет, – хрипло ответил Майк. – Ты как? Всё в порядке в школе? Уилл расплылся в улыбке от этой заботы, порадовавшись, что Майк не видит этого. – Да, всё в порядке. Кроме вчерашней алгебры, – скривился он, вспоминая заваленный тест. – Хах, я был прав, когда решил не идти. – Тебе в любом случае придётся писать этот тест вместе со мной на пересдаче, – фыркнул Уилл, прислоняясь спиной к стене. – Тут ты прав, – Майк вздохнул настолько несчастно, что Уилл невольно рассмеялся. Они поговорили о всякой школьной ерунде, прежде чем Уилл спросил, почему его не было вчера и сегодня. – Вчера помогал Эдди с переездом. Ты не представляешь, сколько там, блять, вещей. Я и не думал, что Эдди такой барахольщик. А потом мы, ну, выпили, и сегодня я валялся дома с "отравлением из-за несвежей пиццы", – со смешком ответил Майк, на что Уилл закатил глаза. – А меня чего не позвал? Майк замялся, и Уилл скривился от этой запинки. Он знал ответ. Они так и ни разу не пили вместе с той ночи, с того момента, когда вслух сказали "если ещё раз так не напьёмся, то ничего не повторится". Оба боялись, что повторится. Оба боялись, что тогда придётся называть вещи своими именами. – Да ну чего тебе тут таскаться было бы. Тут ребята не очень прикольные, да и спину бы только надорвал с их бесконечными коробками, – выкрутился Майк, и Уилл сделал вид, что поверил. – Ладно, как скажешь, – Уилл изобразил недовольство в шутку и сменил тему. – А завтра будешь в школе? – Ага, буду. Надо же знать, как у всех этих уродов дела, не сдохли ли они, наконец, – съязвил он, и Уилл едва не рассмеялся, узнавая интонацию Макс. Они ещё немного поболтали, прежде чем повесили трубки. Кусая губы, Уилл думал, почему он не рассказал ему о Джейн и Макс. Ему показалось, что это может прозвучать, как предъява: "тебя не было, и я нашёл себе новых друзей". К тому же, какая разница, завтра Майк и так с ними познакомится. Уилл улыбнулся, представляя их всех вместе. Он надеялся, что Майк тоже подружится с ними. Надеялся, что Джейн завтра будет в школе и что Майк сдержит своё обещание и тоже появится. И всё же когда он думал о том, что завтра утром увидит Майка, сердце всё равно начинало биться быстрее. Некоторые вещи, видимо, не меняются.