It's all wrong, it's all right

Проснуться в объятиях Майка было так сладко, что этого хватило для того, чтобы Уилл продержался всё воскресенье. Состояние было паршивым – голова гудела, тело ломило, живот скручивало – но всё равно в разы лучше, чем после прошлой вечеринки, так что он не жаловался. Они с Майком не сказали друг другу ни слова насчёт объятий. Ни про поцелуи, ни про вчерашние разговоры. Проснувшись в руках друг друга – растрёпанные, сонные, с припухшими губами и размазанной подводкой под глазами – они лишь неловко друг другу улыбнулись и отвернулись. Никто ничего не комментировал, словно ничего и не было. Словно они проснулись в одной постели совершенно случайно. Они просто напились и позволили себе лишнего, но это ничего не значит. Оба в это верили или старались себя убедить. Так было гораздо проще, чем принять в себе то, что каждый боялся назвать своими именами. Ведь тогда оно станет реальным, и тогда придётся что-то с этим делать. А что с этим делать, никто не знал. Вчерашние поцелуи отличались от прошлых, и оба это заметили. До этого они были страстными, голодными, такими, когда руки сжимают бедра, тянут за волосы, прижимают к стене так, что не вздохнуть. А в этот раз всё было иначе. Майк не сжимал его талию, не впивался пальцами в кожу. Лишь осторожно касался, гладил, будто в его руках было что-то хрупкое и самое важное в мире. Уилл тоже не набрасывался. Он нежно обнимал Майка, заглядывал в глаза, гладил его щёку. И утопал в странных тёплых чувствах, которым не было названия. А может и было, но Уилл не хотел об этом думать. По крайней мере, сейчас. *** К ужину Уилл окончательно пришёл в норму. Головная боль отступила, тошнота прошла, и теперь он выглядел свежим, как будто и не пил всю ночь. Волосы ещё влажные после душа, свежая футболка, на щеках лёгкий румянец. Но он всё ещё был в своих мыслях, порой улыбаясь чему-то своему, за что получал недоумевающие взгляды от брата. Но Уилл лишь пожимал плечами, ничего не рассказывая. Джонатан при всём своём желании не настаивал, только хмыкал и возвращался к своей тарелке. На ужин Джойс приготовила что-то новое, с каким-то сложным соусом, рецепт которого ей дала одна покупательница в магазине. Получилось не очень, но Уилл и Джонатан старательно нахваливали, чтобы не расстраивать её. Джойс увлечённо рассказывала, как долго она готовила, как экспериментировала со специями. Братья кивали, улыбались, но ели через силу, запивая водой – Как там твоя подруга? – спросила Джойс, передавая Уиллу хлеб. – Джейн? – Нормально, – Уилл пожал плечами, не зная, что и рассказать. – Она, кстати, просила принести ту книгу со схемами для вязания. Ты не против, если я её одолжу ей? Джойс тепло улыбнулась, махнув рукой. – Конечно, пусть посмотрит. Если нужно, могу дать ещё пару журналов. Уилл только кивнул в ответ, вернувшись к еде. Соус был пересоленным, и пить хотелось постоянно, но он честно ел, стараясь не морщиться. Джонатан тоже подолгу ковырялся в тарелке и каждый раз невольно кривился на секунду, когда прожёвывал очередной кусок, но молчал. Уилла это смешило. – А из какой она семьи? – спустя пару минут молчания продолжила Джойс. – Кто её родители? Чем занимаются? Уилл уловил в её интонации до невозможности знакомую тревогу. Он знал, что будет дальше: вопросы, которые на самом деле не про Джейн, а про то, безопасно ли его окружение, не попадёт ли он в беду. Он едва подавил тяжёлый вздох, а желудок слегка скрутило. Уилл старательно держал маску, готовясь отвечать максимально односложно, чтобы не давать поводов для новых расспросов. – Мм... её папа – шериф, – ответил Уилл, мельком взглянув на маму. – Хоппер. Джойс замерла, и её вилка упала на тарелку, громко звякнув. Братья удивлённо подняли глаза. Джойс замялась, подбирая вилку и делая вид, что это случайность. Уилл был готов к любой реакции, но только не к этой. Он ждал любых вопросов, но не этого ступора, не этой внезапной перемены в лице. – Всё в порядке, мам? – первым спросил Джонатан, откладывая вилку. – Да, да, конечно, – Джойс странно занервничала, и братья нахмурились. – Джим Хоппер? Мы... учились вместе. Давно, конечно. И виделись как-то на днях. Не знала, что у него есть дочь, семья... Уилл и Джонатан быстро переглянулись. В воздухе повисло что-то неуловимое, какая-то недосказанность, что-то, чего Уилл пока не мог распознать. – Э... она приёмная, – сказал Уилл, стараясь звучать обыденно. Он позабыл об ужине и теперь не отрывал взгляда от мамы. – Там какая-то сложная история. Всё, что я знаю, – он её откуда-то спас и удочерил. Джонатан секунду помолчал, а после аккуратно спросил его: – Напомни, они вдвоём живут? – Ага, – кивнул Уилл, мгновенно поняв, к чему клонит Джонатан. – Вдвоём. Джойс заметно расслабилась, и на лице снова появилась мягкая улыбка. – Понятно, – кивнула она. – Он молодец, что спас её. Храбрый поступок. Не каждый бы на такое решился. Джонатан улыбнулся и, как бы между делом, спросил: – Так вы вместе учились в школе? – Ну, э, да, – Джойс смутилась, поправила волосы, воротник футболки. – В старших классах. Не скажу, что близко общались, но... ну, виделись иногда. А сейчас иногда видимся в магазине, если он заходит, когда у меня смена. Джонатан и Уилл снова переглянулись и улыбнулись друг другу. Они давно не видели маму такой растерянной, с подозрительным румянцем на щеках. Одна и та же мысль возникла у них одновременно, и они оба повернулись к маме. – Может, позовём их на ужин? – предложил Джонатан, пряча улыбку в стакане воды. – Да, познакомишься с Джейн заодно, – поддакнул Уилл, прекрасно зная, что Джойс хочет её узнать. В конце концов, несмотря на тревогу перед мамиными расспросами, он правда хотел позвать Джейн в гости. Та пару раз намекала, но Уилл делал вид, что не понимает. Переживал, что мама будет задавать много вопросов, что будут какие-нибудь фразы про "невесту", что Джейн будет неловко. Но сейчас, глядя на маму, которая светилась при одном упоминании старого знакомого, он подумал: а почему бы и нет? – Оу, эм, на ужин? – замялась Джойс, шкрябая вилкой по тарелке. – Даже не знаю, получится ли. У меня и времени мало, ты же знаешь... – Я помогу с готовкой, мам, – быстро добавил Джонатан. – А я приберусь, – подхватил Уилл. Они оба этого хотели. Хотели, чтобы у мамы была своя жизнь, помимо работы и заботы об уже выросших сыновьях. Боялись, что она зачахнет, когда они захотят уехать, чтобы построить свою собственную жизнь, завести свою семью. Они не были уверены, что что-то выйдет с Хоппером, но даже просто друзья – уже хорошо. Просто кто-то, с кем можно провести время и поговорить не только о детях. Джойс помялась ещё немного, но в итоге улыбнулась и кивнула им. – Хорошо, – она посмотрела на Уилла. – Спроси у Джейн, когда они смогут. В субботу вечером было бы идеально. Я как раз освобожусь пораньше. Остаток вечера прошёл в удивительно лёгкой атмосфере. Джойс вспомнила пару забавных историй из старшей школы, связанных с Хоппером, и братья внимательно слушали, улыбались и переглядывались с едва заметными понимающими усмешками. Уилл вдруг поймал себя на мысли, что искренне ждёт этого ужина. Ему было интересно увидеть маму в такой обстановке. Не в роли вечно тревожной матери, которая тащит на себе двоих детей, а просто... женщины. Если это хоть как-то поможет ей избавиться от постоянной тревоги, свыкнуться с тем, что Уилл не всегда будет под боком, всем станет в разы легче. *** Братья сами вызвались прибраться после ужина, настояв на том, чтобы мама лишний раз отдохнула. Она поспорила для вида, но быстро поблагодарила и ушла в гостиную смотреть телевизор. – Никогда не видел её такой, – усмехнулся Джонатан, передавая Уиллу тарелку. – Смутилась совсем как школьница. – Может, у них что-то было? – предположил Уилл, вытирая тарелку и отправляя её на полку. – В школе? – Вот и узнаем в субботу. Они оба тихо засмеялись, переглядываясь. – Кстати, – спустя пару минут молчания продолжил Джонатан, – почему ты никогда до этого не звал Джейн в гости? – Не знаю, – быстро глянув в сторону гостиной, тихо хмыкнул Уилл. – Наверное, из-за мамы. Боялся, что она опять будет лезть с вопросами и всё такое. Она же всегда так делала в Леноре, ты же знаешь. Все мои друзья проходили через эти допросы. – Она уже не такая, – тихо ответил Джонатан. – Сам же видишь, что она стала спокойнее. Меньше паникует, меньше контролирует. Я уверен, ничего страшного бы и не случилось. Уилл пожал плечами, протирая столешницу от пятен от соуса. Он понимал это, видел, что мама меняется, но было не так-то просто избавиться от привычки, которая вырабатывалась годами. Привычки скрывать, врать, бояться её реакции. – А Майк? – спросил Джонатан, и Уилл вздрогнул. – Почему его никогда не звал? Уилл вздохнул, так и замерев с тряпкой в руках. Здесь была та же причина – он не хотел, чтобы Майк воочию видел чрезмерную заботу матери. Ему хватило и того позора с телефонным звонком. И даже несмотря на понимание, что Майк спокойно к этому отнёсся бы, что он сам живёт в доме, где обстановка не лучше, Уилл не мог переступить через себя. Но помимо этого была ещё одна причина, которая даже перевешивала – Уилл стеснялся их дома. Он боялся, что Майку не понравится их старый дом, дешёвая мебель, вечный небольшой бардак из разного хлама, который жалко выбросить. Что заметит, что у Уилла мало одежды, что еда однообразная и простая, что телевизор старше него самого. Что сморщится, скажет что-то невзначай или вообще ничего не скажет, но Уилл увидит в его глазах то, что боялся увидеть. Презрение. Жалость. Отвращение. С Джейн не было такого чувства. Возможно, потому что у её семьи тоже не так много денег, и она поймёт его в этом плане куда больше. А возможно, потому что потерять Майка он боялся чуточку сильнее. Это было несправедливо по отношению к подруге, но Уилл не мог ничего поделать с этими мыслями. Майк был другим. И их дружба была... другой. – Я... не знаю, – вздохнул Уилл, устало посмотрев на Джонатана. – Тоже из-за мамы, наверное. Но ещё... – он скривился, посмотрев куда-то в сторону, на старые обои, на потертый стол. – У Уилеров один фасад дороже, чем весь наш дом. Я не хочу, чтобы он начал думать обо мне хуже, потому что... ну... Уилл не договорил. Ему было стыдно, что он стесняется их дома, ведь мама много работала для него и всегда пыталась сделать уютным, несмотря на нехватку денег и времени. Стыдно, что он боится чужого мнения. Стыдно, что он так мало ценит то, что у него есть. Джонатан тяжело вздохнул, опустив взгляд. Уилл напрягся, уже готовясь к тому, что его пристыдят, но Джонатан лишь улыбнулся без капли осуждения. – Я на сто процентов уверен, что Майку нет никакого дела до нашего ремонта, – он мягко покачал головой. – Он всё лето тусил с нами у трейлера, который полная развалюха. И ведь ни слова не сказал. – Он же постоянно ворчал, что ему не нравится, – грустно возразил Уилл. – Что воняет, что жарко, что холодно, что неудобно... Джонатан тихо рассмеялся. – Уилл, даже я уже понял, что он фыркает для вида. И ты это тоже знаешь, – он поднял брови, и Уилл пожал плечами. – Если бы ему не нравилось, он бы не рвался к нам каждую свободную минуту. Он бы не проводил столько времени там, не спорил бы с Бабблсом за этот тупой диван, не валялся бы на этом засранном матрасе, который вы так облюбовали. Поверь, ему всё равно. Уилл тихо фыркнул, устало падая на стул. Он теребил тряпку в руках и осматривал кухню, пытаясь увидеть её чужими глазами. Старый холодильник, который гудит громче, чем нужно, облупленная плитка, покосившиеся шкафчики. Наверняка у Уилеров всё новое, дорогое, красивое. Он, конечно, никогда не был у Майка в гостях, и Майк никогда не говорил о их ремонте, но фантазия была слишком красочной, чтобы так легко от неё отделаться. Он представлял огромную гостиную, светлую кухню с мраморной столешницей, мягкие диваны, в которых можно утонуть. И на этом фоне их дом казался ему жалким, маленьким, почти нищим. – А вдруг не всё равно? – Уилл развёл руками. – Вдруг ему ничего не понравится, но промолчит, чтобы не обидеть? С Джейн в этом плане проще. Она говорила, что у них тоже не очень много денег, особенно сейчас. А Майк... ну, не знаю... – Уилл, – мягко произнёс Джонатан, садясь напротив него и наклоняясь, чтобы посмотреть в глаза. – Ты видел дом Эдди? Не в укор ему, конечно, но абсолютная помойка. Там даже плесень на стене и горячей воды толком нет нормальной. И Майк от него в восторге. Прибегает, сидит на разбитом диване, пьёт это пойло за три цента. Да наш дом по сравнению с домом Эдди – настоящий дворец. Джонатан весело усмехнулся, и Уилл невольно улыбнулся в ответ. Дом Эдди и правда был стремноватым, но в нём всё равно была своя притягательная изюминка. Своя свобода, свой протест обществу, его устоям, любому чужому мнению. Эдди не стеснялся своего дома, не боялся, что о нём подумают, и гордился тем, что имел. Уилл хотел бы такую уверенность. – И я даже слышал, как Майк кому-то говорил, что дом Эдди ему нравится в разы больше, чем его собственный, – добавил Джонатан, и Уилл удивлённо посмотрел на брата. – Серьёзно. Так что вообще не переживай насчёт этого. Я уверен, наш дом ему понравится. Уилл благодарно улыбнулся, и ему вдруг стало легче. Майку ведь и правда нравился и трейлер, и дом Эдди. Если он так ценил развалюху Эдди, то вряд ли станет презирать их скромную, но чистую и тёплую кухню. Уилл снова оглядел кухню, но теперь видел её чуть по-другому. Может, не самая новая техника и мебель, но она тут хотя бы была. Всякие мелочи – свечки, рамки с фотографиями, маленькие статуэтки, которые они привозили с гаражных распродаж. Чисто, опрятно, уютно. – Ладно, думаю ты прав, – наконец согласился Уилл. Джонатан улыбнулся и, подумав пару секунд, добавил: – Да и у тебя выбора нет, если честно, – его улыбка стала шире. – Если Майк узнает, что Джейн была у тебя в гостях, а он – нет, то устроит очередную драму. Уж не знаю, что там у него в голове, но факт остаётся фактом. Опять начнёт беситься, а тебе придётся с ним нянчиться. Уилл вздохнул так тяжело, что Джонатан громко рассмеялся. Губы Уилла тоже тронула улыбка, и он сам засмеялся, устало, но искренне. Джонатан был прав. Майк и правда расстроится. Вряд ли он снова начнёт его игнорировать – они уже прошли через это, и оба сделали выводы – но что-то может сломаться между ними. А Уилл не хотел этого. Не хотел снова случайно обидеть его, расстроить, не хотел, чтобы тот начал отдаляться. К тому же, ему, на самом деле, давно хотелось его позвать в гости. Так может самое время? *** Майк витал в облаках всё воскресенье. Ему тоже было приятно проснуться в объятиях Уилла, который чуть ли не вцепился в него во сне, обхватив руками и ногами так крепко, что невозможно было пошевелиться. Первым желанием тогда было поцеловать в макушку – просто так, даже не думая. Но Майк тут же подавил его в себе. Это неправильно, и ему лучше держать себя в руках. Они просто напились, просто уснули в одной кровати, потому что так вышло. Ничего больше. Дома он тоже был в прекрасном настроении, даже отец не смог его испортить. Возможно, так получилось, потому что Майк молчал большую часть времени за ужином, но результат был превыше: никакого скандала не было. Отец наверняка заметил его явную помятость, тёмные круги под глазами, но не стал ничего говорить. А Майк даже не пытался лезть на рожон, и они разошлись по комнатам без единой перепалки. Маленькая победа. Весь день Майк пытался отвлечь себя чем угодно, но мысли так и лезли в голову, не давая покоя. Уилл, который залип на его губы, его ответ "и на то, и на другое", от которого что-то сжалось в груди. Уилл, который не хотел возвращаться в дом, даже несмотря на то, что они сидели на холодной земле и он явно замёрз. Уилл, который сказал "я бы отдал все деньги мира, чтобы ты не прыгал" таким серьёзным тоном, что у Майка перехватило дыхание. Уилл, который хочет быть рядом с ним. Уилл, шепчущий "поцелуй на ночь" и не желающий его отпускать. Уилл, Уилл, Уилл... Майк с силой вцепился в волосы, пытаясь болью отвлечь себя от мыслей о нём. Это тупо, так нельзя. Но в его жизни было так много дерьма – отец, который никогда им не гордился, школа, где его считали фриком, вечные скандалы, бесконечное чувство, что он лишний. И на этом фоне эти воспоминания, эти моменты с Уиллом казались маленьким островком рая. Местом, где можно было спрятаться, забыться, почувствовать себя нужным хоть немного, и где хотелось остаться навсегда. – Ебучий бред, блять, – выругался Майк себе под нос и упал на кровать, утыкаясь носом в подушку. – Угораздило же. *** – Эй, Байерс, привет! Майк подошёл к шкафчику с улыбкой, которую не мог сдержать. Он несильно хлопнул его по плечу, так, чтобы тот обернулся, и тут же взъерошил ему волосы, рассмеявшись над шутливо-недовольной реакцией. – Привет, Уилер, – фыркнул Уилл, но всё же улыбнулся. Майк улыбнулся в ответ, открывая шкафчик, чтобы достать нужные вещи, а заодно перестать пялиться на Уилла. Майк первым начал жаловаться на предстоящий учебный день, и Уилл быстро подхватил эту тему, поддакивая и возмущаясь. Майк был рад, что они оба негласно решили не обсуждать ничего из того, что между ними произошло в выходные. Так легче и безопаснее для обоих. – Какие планы на сегодня? – спросил Майк, опираясь спиной о шкафчик и прижимая рюкзак к груди. Уилл грустно вздохнул. – Надо помочь Джонатану с доставкой. – А чего такой кислый-то? Можешь же отказаться, не будет же он настаивать. Скажешь, уроков много. – Не-а, – Уилл мотнул головой. – Я ему должен за то, что прикрыл меня перед мамой в субботу. Надо выполнять обещание, а то в следующий раз начнёт выпендриваться. Майк едва подавил улыбку на слова "в следующий раз". Что-то тупое внутри него закричало: "видишь, он хочет ещё на вечеринку, он не против ещё раз поцеловать тебя!". Майк мысленно закатил глаза и быстро заставил этот голос заткнуться. – Ладно, – он пожал плечами. – А завтра? Уилл сглотнул. Вчера днём они созвонились с Джейн, и та предложила погулять во вторник после того, как Уилл поможет брату с доставкой. Уилл с радостью согласился, соскучившись по их прогулкам. – Ээ... – он замялся, делая вид, что ищет что-то важное в глубине шкафчика, чтобы потянуть время. – Ну, мы с Джейн хотели погулять вечером после моей работы у Джонатана. Мы давно не гуляли вместе... Майк заметил его замешательство, его попытку подобрать слова, и несдержанно хмыкнул. Замечательно. Теперь Уилл боится ему говорить, что пойдёт гулять с Джейн, боится его реакции и того, что он снова может устроить драму. "Браво, Майк, – мысленно обругал он себя. – Так держать. Ты просто лучший друг на свете". Он понимал, что заслужил это из-за всех капризов, которыми достал Уилла. Это было нечестно по отношению к нему, и Майк пообещал себе, что больше так не будет. К тому же, как ни странно, сейчас ему было в разы легче даже если Уилл не проводил с ним всё свободное время. Он не знал, почему. Может, потому что понял, что Уилл тоже скучает по нему. Может, потому что Уилл тоже хотел его... целовать. Но Майк уверял себя, что просто стал мудрее. Вполне себе правда. – Ладно, круто, – пожал плечами Майк, надеясь, что это не звучит как сарказм, потому что сейчас это на самом деле не было сарказмом. Уилл недоверчиво покосился на него, и Майк вздохнул, закатив глаза. – Бля, Байерс, ну реально круто. Не смотри на меня так, – он махнул рукой. – Только рад буду, что не при мне будете обсуждать свои рисунки, вязание и шмотки. Тут уже Майк язвил, но Уилл всё равно заулыбался. Камень с плеч, что Майк не начал злиться и беситься из-за такого пустяка. Уилл не знал, что именно подействовало: его слова, их разговоры или последствия их пьянок, но оно сработало, и этого было достаточно. – М, кстати, – Уилл снова замялся, теребя лямку рюкзака. – А какие у тебя планы в пятницу? Майк пожал плечами. – Да никаких. Может, к Эдди сгоняю. Если хочешь, погнали со мной. – Эм, вообще-то я хотел тебе предложить другое, – Уиллу было немного неловко, и он сам не мог понять причину этому. – Если хочешь, можем после школы потусить у меня. Посмотрим что-нибудь. Если хочешь. Майк даже замер на несколько секунд, не веря своим ушам. Он был уверен, что никогда этого не дождётся. Уже сам подумывал о том, чтобы как-нибудь позвать Уилла к себе, но тот опередил, приятно удивив. – Я за, – улыбнулся Майк, изо всех сил держа себя в руках, чтобы не выглядеть слишком счастливым. – Наконец-то узнаю, какой ты грязнуля! Уверен, у тебя везде разбросаны вещи! – Я не грязнуля, – возмутился Уилл, толкая его в плечо. – Не путай меня с собой. – Ага, конечно, – весело фыркнул Майк и легонько щёлкнул Уилла по носу, заставив того сморщиться. – Вот и посмотрю в пятницу. – Вот и посмотришь, – передразнил его Уилл, шлёпнув его по руке. Спор закончился, даже не начавшись. Их прервал звонок, и они разбрелись по своим кабинетам. Сидя на уроке, Уилл лениво вёл конспект, но думал только о своём. О том, как Майк обрадовался приглашению, о словах Джонатана и о том, что тот, скорее всего, прав. Но устроить генеральную уборку хотя бы в своей комнате всё же не помешает, чтобы Майк не дразнил его до скончания веков. *** В столовой сегодня давали картошку фри, и Майк ковырялся в своей порции, перекладывая самые хрустящие кусочки в тарелку Уилла. Уилл как-то обронил, что больше всего любит именно такие, и Майк теперь всегда ими делился. Уилл доделывал домашку по истории, склонившись над тетрадкой, и не сразу заметил Джейн, которая села напротив. Подняв голову, он вздрогнул и виновато улыбнулся, когда понял, что перед ним всего лишь она. – Привет, – Джейн улыбнулась им обоим. – Привет, – тепло произнёс Уилл. Майк только кивнул, но не потому что не хотел с ней разговаривать, а потому что рот был набит картошкой. – А где Макс? – прожевав, первым делом спросил Майк. Он и сам удивился вопросу. Макс вечно лезла не в своё дело, спорила из-за ерунды, но почему-то, когда её не было рядом, это чувствовалось. Как будто чего-то не хватает. Уилл и Джейн переглянулись с лёгкой улыбкой, но не стали заострять на этом внимание, чтобы Майк не начал снова фыркать и делать вид, что ему всё равно. – Дома, – вздохнула Джейн. – Она вчера звонила, сказала, что не очень хорошо себя чувствует. Думаю, её продуло в пятницу у карьера. Они ещё немного поболтали о Макс, об устных опросах, которых та избежала, о том, что она всё равно будет звонить Джейн и жаловаться, как ей скучно. Уже ближе к звонку Уилл, немного помявшись, все же решился поговорить с Джейн об ужине на выходных. – Кстати, Джейн, – начал Уилл, и Майк заметил, как тот странно покосился в его сторону. – Мама предложила пригласить тебя и твоего папу на ужин в субботу. Вы сможете? Джейн тоже кинула быстрый взгляд на Майка. Майк и это заметил и едва не закатил глаза. Его теперь боятся или что? Хотя вопросы к Уиллу у него все же появились. – О, было бы круто! – согласилась Джейн и тут же хитро улыбнулась. – Когда я рассказывала папе про тебя, он как-то странно отреагировал, ещё спрашивал про твою маму. – Мама тоже! – глаза Уилла загорелись. – Она сказала, что они вместе учились. Интересно, конечно, – они оба посмеялись, и Майк тоже улыбнулся. Они сплетничали о их родителях, делясь их реакцией и хихикая. Майк тоже вставил пару шуток, и все расслабились. Джейн пообещала спросить сегодня же, но сразу сказала, что, скорее всего, смогут. *** – Подкинешь меня до пиццерии, пожалуйста? – попросил Уилл, выходя вместе с Майком из школы. – Да, да, конечно, – рассеянно кивнул Майк, открывая дверь машины и закидывая вещи на заднее сиденье. Остаток учебного дня Майк не мог перестать думать о вечном недоверии Уилла и о его приглашении в гости. Ему было приятно, что тот не забыл о нём, что решил поступить "справедливо", если это можно так назвать. Но что, если он сделал это только из-за чувства вины? Что, если он на самом деле этого не хотел, но ему пришлось позвать в гости и его, потому что Майк успел достать его до такой степени? Майк не хотел, чтобы Уилл делал что-то, только потому что "так надо". Он хотел, чтобы Уилл делал это, потому что сам хотел того. Сев в машину, Майк уже хотел было завести мотор, но устало вздохнул и оставил ключи в замке зажигания. – Уилл, слушай, – начал он и едва не застонал от того, что Уилл тут же заметно напрягся. Майк почувствовал себя полным дерьмом. – Такое дело... Я понимаю, что вёл себя как говнюк. Я знаю. И мне жаль, ладно? Но я всё уяснил и больше не буду ебать тебе мозг с этим. Честно. Тебе не надо каждый раз дёргаться и шугаться меня. И Джейн, между прочим, тоже. Уилл хотел было сказать, что никто его не шугается, но быстро понял, что бесполезно отрицать это. В конце концов, это была правда, он не хотел обманывать Майка и замалчивать проблемы. Это было нечестно по отношению к Майку, который старается ради него. – Я понимаю, просто... – Уилл неловко дёрнул плечом, подбирая слова. – Ну, эм... – Не оправдывайся, – Майк мотнул головой, перебивая его. – Я не для того это сказал, чтобы ты оправдывался. Просто прими к сведению, ладно? Уилл кивнул. Ему было даже приятно, что Майк первым начал этот разговор. Конечно, Уиллу уже было в разы спокойнее в этом плане – Майк действительно изменился, стал мягче, меньше злился из-за ерунды – но что-то всё равно осталось. Какая-то привычка переживать, моментально считывать реакцию, чтобы не попасть под горячую руку и успеть всё исправить. Почти как когда-то с мамой, когда Уиллу приходилось контролировать каждое своё слово, чтобы та не начала тревожиться и бесконечно говорить о безопасности. Но Уилл постарается довериться Майку, чтобы их отношения не скатились снова в яму. В конце концов это будет честно. – И да, – немного подумав, продолжил Майк. – Если ты позвал меня в гости только из-за того, что сначала запланировал ужин с Джейн и Хоппером... Ну, тебе не обязательно это делать. Я не хочу, чтобы ты это делал, только потому что тебе пришлось и у тебя якобы не было выбора. Это как-то... – он скривился, почёсывая затылок, – ну... стрёмно что ли. Я не обижусь, ладно? Майк приврал. Ему было бы обидно. Ему всегда было обидно, когда он чувствовал себя нежеланным. Но он постарается проглотить это, чтобы не нервировать Уилла лишний раз. Ему вообще не нравилось, когда кто-то общается с ним, только потому что "так надо". Велика вероятность в любой момент потерять такого человека, а Майку не хотелось внезапно осознать, что Уилл больше не хочет его терпеть. – Я позвал тебя в гости не из-за этого, а просто так, – ответил Уилл. Да, приглашение Джейн и Хоппера стало катализатором, заставило его задуматься и о Майке, о том, почему он так долго это откладывал. Но Уилл хотел этого и раньше, просто не решался. – Просто так совпало, – добавил он. – Просто так совпало, – повторил Майк, снисходительно улыбаясь. – Байерс, ты просил меня честно говорить с тобой, если мне что-то не нравится. Так подавай пример. Уилл шумно вздохнул и поджал губы. Он посмотрел на Майка и понял, что для него вся эта ситуация действительно казалась странной и некрасивой. Раз уж Уилл настаивал на честности с его стороны, то и ему нужно вести себя так же. Было немного сюрреалистично, что они спокойно разговаривают о такой проблеме, а не ссорятся или замалчивают. Но оно было к лучшему. Уилл бы сошёл с ума, если бы Майк опять замкнулся. В голове мелькнула мысль: "а не хочешь заодно поговорить о том, что произошло, когда мы...", но он быстро отмёл её. Уилл и сам не хотел говорить об этом. – Ладно, слушай, – сдался Уилл, хлопнув рукии по бёдрам. – Мама правда как-то... любопытно отреагировала, когда я сказал про Хоппера. И мы с Джонатаном решили, что неплохо было бы, если у мамы появится хотя бы просто человек, с которым она могла бы провести время. Не обязательно что-то... романтическое, – Уилл сделал паузу, подбирая слова. – Просто кто-то, чтобы она не была одинока. Потому что мы с Джонатаном переживаем, что она зачахнет, если мы однажды съедем. Майк понимающе кивнул. Уилл снова вздохнул и, подумав несколько секунд, продолжил: – Я и одну Джейн приглашать как-то... боялся, наверное, – он скривился от одного этого слова, но оно было самым точным. – Я же тебе рассказывал, какая мама тревожная. Но Джонатан сказал, что сейчас она стала спокойнее, всё такое. И походу это так. И я подумал, что, ну, хотел бы и тебя позвать. Не из-за Джейн, а просто... потому что я так хочу сам. Уилл не стал говорить, что дело не только в реакции мамы. Ему не хотелось унижаться лишний раз, не хотелось, чтобы Майк знал о его страхе, а потом старательно делал вид, что его всё устраивает в их доме. И даже если тому искренне будет всё равно, Уилл уже не сможет полностью поверить в это и будет постоянно искать подвох. Майк лишь хмыкнул и дёрнул плечами. Он понимал эту ситуацию. Ему и самому было страшно приглашать Уилла к себе, боясь, что тот столкнётся с его отцом. Хоть Майк всё ещё был уверен, что не всё так страшно, как кажется Уиллу, спорить он не собирался. К тому же ему было немного приятно, что Джейн тоже не была в гостях у Уилла. Всё это время он думал, что она уже сто раз там была, и дело только в нём. Но, как оказалось, это не так. – Я думаю, твой брат прав и всё будет нормально, – улыбнулся Майк, пытаясь его приободрить. – И... эм, ну, спасибо за... честность. Майк немного поёжился, подумав, что звучит как-то слащаво, но и не сказать это не мог. Уилл мог бы отмахнуться, но он тоже выбрал быть честным. Уилл удивлённо посмотрел на него, не ожидая такой мягкой реакции. Но улыбнулся, думая о том, что Майк действительно старается и держит обещание "не убегать, а разговаривать". – Я рад, что мы можем спокойно поговорить, – признался Уилл, и его щёки слегка покраснели. Майк заметил это, но не стал никак комментировать. Только кивнул, улыбаясь, и завёл машину. *** Майк высадил Уилла у пиццерии, пожелав удачи. Уилл улыбнулся в ответ и, помахав рукой, пошёл к чёрному входу, где его уже ждал Джонатан с кучей коробок. По дороге домой Майк думал о том, что разговаривать о проблемах оказалось не так уж и страшно. Уилл понял его, всё объяснил, не стал кричать и обвинять его в том, что он всё трактует неверно. Майк не привык к такому. Каждый раз, когда он пытался что-то объяснить отцу, получался только очередной скандал с обвинениями и предъявами. Со временем он привык обо всём молчать, но теперь вдруг понял, что разговаривать о проблемах – это нормально и вовсе не страшно, если человек готов слушать. А ещё он думал о том, что в пятницу впервые идёт в гости к Уиллу. Майк представлял, как выглядит его комната, какие там плакаты, какие книги и комиксы. Представлял, как они будут смотреть что-то по телевизору, болтать, смеяться. Как летом у трейлера, но теперь это будет комната Уилла. Его личное пространство, куда он никого не звал до этого. Майк не мог дождаться пятницы. И он не мог объяснить, почему. *** Остаток учебной недели пролетел незаметно. Их отношения с Майком стали теплее и от этого только крепче. Уилл чувствовал это каждой клеточкой тела, каждым случайным и неслучайным касанием в школьном коридоре, каждым взглядом, который они бросали друг на друга во время уроков. И Уилл был счастлив. Майк действительно стал спокойнее. Он искренне поинтересовался, как они погуляли с Джейн, где были, что делали. Даже посоветовал одно кафе с недорогим, но вкусным меню для их следующей прогулки. Уилл с каждым разом расслаблялся всё больше, чувствуя, что теперь может полностью доверять Майку и не ждать никаких претензий, если он не проводит с ним время каждый день после школы. Их прежняя тактильность вернулась полностью. Майк чаще приобнимал его и отпускал не сразу. А Уилл, в свою очередь, мог во время болтовни положить руку на локоть Майка или даже бедро, если они сидели в этот момент, и тоже убирал не сразу. Они почти всегда садились рядышком, иногда даже слишком, за что получали смешки от Макс, на которые Майк с лёгкостью отвечал. Джейн как-то странно поглядывала на Уилла, чем заставляла его нервничать, но ничего не говорила. И Уилл тоже не начинал разговор, чтобы не получить вопросы, на которые ему не хотелось отвечать. Им стало чаще прилетать "педики" от Оуэна, его дружков и других ребят, которые считали себя самыми крутыми и важными. В коридорах, в столовой, на парковке – везде, где они оказывались вдвоём. Майк каждый раз громко посылал их, оскорбляя в ответ. В какой-то момент Уилл тоже начал отвечать им. Не всегда, но иногда, когда накапливалось, когда очередная "шутка" воспринималась слишком близко к сердцу. Каждое их оскорбление оставляло маленький шрам сомнения в душе. Эти слова врезались в кожу, заставляли сомневаться в себе, в них, в том, что они делают. Но они оба делали вид, что всё, что про них говорят, – полная чушь. Что их это никак не касается, что они просто друзья, которые иногда перебирают с выпивкой. Они всего лишь могут поцеловаться по-пьяни, только и всего. Разве это делает их "педиками"? Это же всего лишь пьяная херня, и оба не считали это чем-то серьёзным. По крайней мере не хотели так считать. *** Кстати об этом. Четверг выдался паршивым. Потому что была контрольная по алгебре, и Браун снова смотрел на них как на дерьмо. Потому что каждое привычное оскорбление принималось особенно близко к сердцу в этот день, каждое "педики" будто бы звучало громче, чем обычно. Потому что учителя были слишком придирчивыми, требовали то, чего не задавали. Потому что Макс была особо раздражительной в этот день, и даже Джейн не могла её успокоить. А ещё потому что у обоих было похмелье после вечеринки в среду. Майк разнюхал, что какой-то знакомый знакомого устраивает вечеринку, и потащил туда Уилла. Они там практически никого не знали, было до ужаса скучно, музыка была дерьмовой, но это никак не помешало им хорошо провести время. Они быстро выпили достаточно для особых переглядок, и Уилл первым предложил свалить отсюда. Они уехали недалеко. Майк припарковал машину подальше от чужих глаз, и они быстро потянулись друг к другу, будто только этого и ждали весь вечер, все эти дни. В машине было холодно, но целовались они так, что быстро стало жарко. Майк обнаружил ещё одно чувствительное местечко на шее Уилла, ближе к затылку. Когда он провёл по нему губами, Уилл выгнулся и тихо застонал, вцепившись в его плечи. А Уилл, в свою очередь, вдруг понял, что ему особенно нравится касаться Майка под одеждой. Проводить пальцами по его спине, по тёплой коже, чувствовать, как напрягаются мышцы, как Майк вздрагивает и судорожно выдыхает в поцелуй. Обоим было так хорошо, что несколько раз приходилось шептать "подожди" в губы друг друга и делать маленькие перерывы, чтобы отдышаться и успокоиться. В штанах быстро становилось тесно – у обоих – но никто ничего с этим не делал и ни слова не говорил. Они ограничивались исключительно поцелуями. Пусть страстными, жадными, умопомрачительными, но всё ещё входящими в рамки их странной "нормы". *** Несмотря на усталость после целого дня, вечером четверга Уилл судорожно прибирался в комнате. Джонатан посмеивался над ним, припоминая, как тот шутил про Селину. Уилл огрызался, смущался, но тормозил себя. В конце концов вовсе не обязательно готовиться к приёму Майка так, словно ему жизненно важно произвести на него впечатление, чтобы тот думал о нем только самое хорошее. Хотя кого он обманывал... Он перебрал все вещи, помыл полы в каждом уголке своей комнаты, вытер пыль там, где её и не было. Но главное – ему нужно было убрать подальше скетчбук с бесконечными портретами Майка, чтобы тот случайно не наткнулся на него. В нём недавно появился новый рисунок. Растрёпанный Майк, с припухшими губами и горящими глазами – таким, каким он был на вечеринке у Эдди, когда нависал над ним, когда целовал его, когда прижимал к себе так крепко и при этом так бережно. Уилл нарисовал это, чтобы никогда не забывать, как прекрасен был Майк в тот вечер. Уилл сунул скетчбук под кровать, к самой стене, где его никто не найдёт. Майк не должен это увидеть. Вряд ли тот скажет что-то плохое, но очередная недосказанность повиснет между ними. А им и без того хватало вопросов, которые они не могут задать ни друг другу, ни самим себе. *** – Ты нервничаешь, – заявил Майк, когда они подъехали к дому Уилла. – Чего ты боишься? Даже если у тебя полнейший срач в комнате, он меня не напугает, Байерс. Уилл со вздохом закатил глаза. – Да не нервничаю я, отстань, – фыркнул он, выбираясь из машины и забирая рюкзак и пакет с чипсами и газировкой. Майк настоял на том, чтобы купить что-нибудь вкусное к фильму. Уилл хотел сам оплатить покупки – всё-таки Майк гость, и это было бы правильно – но тот только отмахнулся, не дав ему даже достать кошелёк. Как бы ни хотелось, Уилл не мог позволить себе настаивать, потому что у него осталось совсем мало карманных денег. До маминой зарплаты ещё неделя, а у Джонатана он уже и так дважды просил денег. Майк хотел фыркнуть, что Уилл ему врёт, но не стал смущать его ещё больше. Он и сам, скорее всего, будет переживать, когда позовёт Уилла к себе. Это было так тупо, но абсолютно неконтролируемо. – А твоя мама дома? – спросил Майк, когда Уилл открывал дверь. – Она на работе до девяти, – Уилл открыл дверь и сделал шаг в сторону. – Проходи. Майк быстро скинул обувь и прошёл дальше, освобождая место Уиллу. Дом оказался маленьким, но уютным. Пахло деревом и чем-то свежим, похожим на запах кондиционера для белья. Тесновато, но не из-за недостатка пространства, а из-за обилия вещей: два дивана в гостиной, кресла, много подушек, настольные лампы. Майк чётко видел перед собой, как Байерсы собираются здесь все вместе вечером – укрываются вязаными пледами, смотрят телевизор, болтают. Наверняка, когда они окончательно обживутся и появится больше друзей семьи, то смогут здесь собираться все вместе. Майк прошёл ещё дальше, останавливаясь у полки с разными сувенирами, привезёнными непонятно откуда, и фотографиями в рамочках. Джойс с сыновьями в парке аттракционов. Джонатан на выпускном из школы с академической шапочкой набекрень. Уилл, сидящий под деревом на, кажется, заднем дворе со скетчбуком в руках, щурится на солнце и улыбается. И Уилл, совсем маленький, лет пяти, сидит на качелях и широко улыбается, глядя в камеру, будто ему только что сказали, что сейчас пойдут за мороженым. Майк и не заметил, как замер с улыбкой на лице. Было в этих фотографиях что-то такое, от чего хотелось смотреть и смотреть на них. Чужая жизнь, чужие воспоминания, но такие живые, что, казалось, он сам там был. Уилл следил за реакцией Майка, чуть ли не затаив дыхание. Потёртая мебель, старый ковёр, дурацкие обои в цветочек – всё это было на месте, но Майк ничего не говорил и, казалось, даже не замечал ничего из этого. Поняв, что пауза затянулась, Майк повернулся к Уиллу и кивнул на его детское фото. – Так эта причёска у тебя всю жизнь, Байерс? – беззлобно усмехнулся он. – Ты не меняешься. – Ой, отстань, – фыркнул Уилл, но выдохнул с облегчением, так и не услышав ничего плохого. Он подхватил пакет с едой, чтобы отнести на кухню, но Майк перехватил, чтобы отнести самому. Уилл вспомнил слова Макс про "романтическую натуру" и мысленно улыбнулся. Какой-нибудь девчонке явно повезёт. Девчонке... У Уилла только что чуть было не испортилось настроение на месяц вперёд. Он поспешил отогнать эту мысль. Майк же шёл дальше. Он остановился у одной рамки на стене – Уилл и Джонатан стоят в обнимку на фоне какого-то озера. Уиллу на вид лет двенадцать, худой, бледный, даже какой-то болезненный, но с улыбкой до ушей. Джонатан обнимает его за плечи и смотрит на брата с такой гордостью, будто тот только что спас весь мир. – Мило, – Майк кивнул подбородком на фотографию и прошёл дальше, ставя пакет на стол. – Вы похожи на этой фотке. Обычно не очень, а тут прям одно лицо. – Да, это мы в Леноре, – сказал Уилл, идя за ним. – Где-то через полгода, как я... э... – он осёкся, подбирая слова. – Давно, в общем. Мне тут только-только исполнилось тринадцать. Уилл помнил этот день. Его тогда часто мучили кошмары, мама постоянно опекала, что тоже сводило с ума. Одноклассники дразнили, никто не хотел с ним дружить, и Уилл чувствовал себя самым одиноким человеком в мире. А в тот день Джонатан вытащил его на прогулку вместе с Аргайлом. Изначально планировалась рыбалка, но в итоге они просто проторчали у озера весь вечер, болтали обо всём на свете, ели чипсы и хот доги. Уилл потом сильно простыл, но до сих пор ни разу не вспоминал плохо о том дне. Майк убрал колу в холодильник и остановился возле него, рассматривая магниты. Опять какие-то безделушки, старые стикеры с напоминаниями что-то купить, парочка фотографий. Это немного захламляло пространство, но оно было таким тёплым и семейным, что Майк ни на секунду не задумался, что это выглядит как-то плохо. Наоборот, он подумал, что у них дома никогда не было столько фотографий повсюду. – Жесть, у вас столько фоток везде, – улыбнулся Майк. – Джонатан явно в восторге от своего дела. – Есть такое, – улыбнулся Уилл, продолжая наблюдать за Майком. Было непривычно видеть его у себя дома, но при этом... не ощущалось ничего странного, чужеродного. Напротив, словно нашёлся недостающий пазл, которого не хватало. Уилл не знал, как это объяснить, но и не пытался. – Пойдём, покажу тебе свою комнату, – предложил Уилл, коснувшись локтя Майка – Давай, оценим твой срач, – весело улыбнулся Майк. Уилл закатил глаза, но тоже улыбнулся. И пока они шли к его комнате, его пальцы всё ещё сжимали локоть Майка, и тот не отдёргивал. *** Майк ошибся – в комнате был абсолютный порядок. Он оглядывался, искал, к чему бы прицепиться просто шутки ради, но тщетно. Глядя на его растерянное лицо, Уилл ехидно хихикал про себя: "не выйдет, Уилер, я вчера как идиот драил тут всё, так чисто здесь никогда не было". Майк быстро бросил попытки найти повод для подкола, и начал рассматривать комнату. Ему всё равно виделось, что Уилл мог разбрасывать карандаши, холсты, книги. Даже сейчас стопки стояли на полу, хоть и аккуратно. На стенах висели плакаты: Боуи, The Cure, R.E.M, афиши разных фильмов. А над аккуратно застеленной кроватью висел гобелен в стиле... Майк забыл, как Уилл как-то его назвал, но ему в любом случае нравилось. Не самая новая мебель, потёртый ковёр, перекрашенные стол и шкаф. Всё было простым, дешёвым, но ему было абсолютно всё равно. Он даже этого не замечал. Майк всё же фыркнул что-то про "пыль на шкафу" чисто из принципа, но Уилл только улыбнулся на его выпад и совсем не злился. Он не увидел в Майке ничего из того, что боялся увидеть. Ни тени презрения, ни снисходительной жалости. – О, погоди-ка, – Майк подошёл к вешалке для одежды и взял в руки знакомую толстовку. – Это моя, да? Так вот где она! Я уже думал, где-то потерял. Уилл сглотнул. Майк отдал её как-то одним вечером, когда он снова замёрз – ему всё ещё было сложно привыкнуть к погоде в Хоукинсе после тёплого климата в Калифорнии. Уилл не забыл её отдать. Он просто не хотел. Сначала она пахла Майком, и он носил её дома, когда никого не было. А потом просто стала напоминанием о нём, о тех хороших временах. – Прости, совсем забыл, – соврал он, чувствуя, как лицо начинает гореть. – Ты можешь забрать, конечно. Майк махнул рукой. – Да не, можешь оставить себе. Она мне великовата, а тебе в самый раз, – он повесил её обратно. – Считай подарком. Уилл выдохнул. А Майк уже отошёл к книжной полке. Книги, комиксы, старый плеер, кассеты. Пару кассет он взял в руки и, улыбаясь, показал Уиллу – "эту я тоже слушал", "а как тебе эта группа?", "а другой их альбом у тебя есть? я тебе дам, послушаешь". Уилл стоял рядом, засунув руки в карманы, и нервничал, хотя сам не знал, почему. Майк не сморщился, не скривился, не спросил "и это всё?". Он просто любопытно разглядывал и улыбался чему-то своему. – Можно? – Майк кивнул на стопку скетчбуков, и Уилл пожал плечами, показывая, что не против. Они устроились на кровати. Майк сидел на самом краю, а Уилл – чуть позади него, чтобы заглядывать через плечо. Майк листал альбомы, восхищённо комментировал рисунки, иногда подолгу задерживаясь на одном развороте. Уилл с каждой минутой расслаблялся всё больше, а после и вовсе положил подбородок на плечо Майка. Просто потому что так было удобнее. Просто потому что так хотелось. Майк не отодвинулся. Майк был рад полистать альбомы, посмотреть рисунки, как и старые, ещё из Леноры, так и новые. Он наткнулся на парочку эскизов себя, но полноценные портреты, какие были летом, он так и не нашёл. Видимо, они в другом скетчбуке, но просить принести ему тот самый Майк не хотел. Он все ещё побаивался, что Уилл или выкинул все рисунки с ним, или теперь больше не рисует его. – Круто, Байерс, – сказал он, закрывая последний скетчбук и протягивая Уиллу. – У тебя талант. Уилл неохотно выпрямился, отлипая от Майка, и немного смущённо улыбнулся. – Да ладно тебе. – Нет, правда талант. Они все ещё сидели рядом, улыбались друг другу. Уилл думал о том, что хочет обнять Майка, и Майк думал о том же. Просто обнять, держать в своих руках, наслаждаться теплом и никогда не отпускать. Майк пришёл в себя первым. – Ладно, давай что-нибудь посмотрим, – предложил он, вставая. – Я тебе недавно кассету давал с "Пропащими ребятами", ты смотрел? Уилл виновато улыбнулся, и Майк фыркнул. – Давай посмотрим. Тебе понравится! – уверенно произнёс Майк. – Там про вампиров-байкеров! Не смотри так на меня, тебе зайдёт, обещаю. Макс тоже нравится этот фильм, уж ей ты хотя бы веришь? Уилл пытался сдержать смешок, но это было настолько очевидно, что Майк закатил глаза, отходя к двери. – Заткнись и пойдём уже. – Я ни слова не сказал! – Тебе и не надо. Уилл вздохнул и, оставив альбомы на кровати, пошёл следом за Майком. *** Они переместились в гостиную, прихватив все закуски и газировку. Уилл заодно предложил яблочный пирог – мама старательно пекла его вчера, и Уилл с Джонатаном сделали вид, что не поняли, что она "репетирует" перед субботним ужином. Майк не отказался и уплетал его, пока Уилл настраивал телевизор. Майк развалился на диване, а Уилл устроился на полу, прислонившись спиной к дивану. Майк сначала пытался комфортнее устроиться, но ему постоянно было неудобно. И в итоге, мысленно выругавшись на самого себя, пересел на пол поближе к Уиллу. Пакет с чипсами стоял между ними, и их пальцы иногда сталкивались, когда оба тянулись за очередной горстью. Они не отдёргивали руки, каждый раз оставляли их на пару секунд дольше положенного. Уиллу нравился фильм, но вот Майк был в восторге. Он постоянно что-то комментировал, иногда ругался, пихал его локтем и просил смотреть внимательнее, если ему казалось, что тот отвлекается. Уилл посмеивался над ним, но не делал никаких замечаний. Ему нравилось, когда Майк был шумным, много улыбался и шутил. Чаще всего его шутки были глупыми, но Уиллу они почему-то всё равно нравились. А ещё Уиллу нравился этот вечер. Не было выпивки, не было поцелуев, не было ни одного "мы просто пьяные", но всё равно было хорошо. Они просто сидели рядом, смотрели фильм и ели чипсы. И это было прекрасно. *** Ближе к восьми вечера Уилл начал нервничать. Он старался не показывать этого, а продолжал смотреть какой-то ситком, который они нашли после фильма, хрустеть чипсами, иногда что-то отвечать Майку. Но внутри всё сжималось, и он то и дело поглядывал на часы на стене. Майк уже давно перестал следить за сюжетом ситкома и больше наблюдал за Уиллом, поэтому быстро заметил его состояние. – Байерс, ты чего? – нахмурился он, поворачиваясь к нему всем корпусом. – Ты дёрганный какой-то. – Да обычный я, – попытался отвертеться он, но Майк лишь приподнял бровь. Уилл замялся, тяжело вздохнув. Не хотелось говорить прямо, но и молчать было глупо. – Мама скоро придёт, – ответил он, стараясь звучать спокойно. – Просто эм... Уилл не договорил, не зная, как объясниться. Может, Джонатан и прав, что мама стала спокойнее, но ему всё равно было не по себе. Вдруг она почувствует запах сигарет от Майка? Вдруг Майк случайно ляпнет про вечеринки, про которые Уилл никогда не рассказывал? Вдруг она спросит что-то стрёмное, на что Майк не захочет отвечать? Майк считывал всё на лице Уилла – эту нервозность, этот взгляд, который метался по сторонам. Первой реакцией было фыркнуть, съязвить, что Джейн-то он явно не боится представить маме, и уйти. Но он обещал Уиллу так не делать. – Просто что, Байерс? – устало вздохнул Майк, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри начинало закипать. – Чего ты боишься? – Я не боюсь, просто... – Ты меня стесняешься? – перебил Майк, глядя ему прямо в глаза. – Или в чём дело? Говори прямо, хватить хуйней страдать. Уилл вздохнул, отводя взгляд. Он уже понял: Майк не отстанет, пока не услышит правду. – Просто она будет задавать всякие вопросы, – сдался он. – Про школу, про родителей, про планы на будущее, про... ну, вредные привычки. И как ты проводишь свободное время, – с намёком произнёс он. – Она всегда так делала. Мне просто, ну, не хочется, чтобы тебе было неловко. Ответ Уилла заставил его расслабиться. Если дело только в этом, то ничего страшного. – И это всё? – усмехнулся Майк. – Уилл, мне каждый грёбанный вечер устраивают допросы дома. Отец постоянно спрашивают, где я был, с кем я был, что делал, почему пришёл поздно, почему пришёл рано, почему вообще пришёл, а не остался у Мансона, – он развёл руками. – Я уже привык к такой хуйне. Знаю, как себя вести и что говорить. Уилл вздохнул, вдруг почувствовав стыд за свои мысли. – Я тебе не пещерный человек и не тупица, Байерс, – добавил Майк. – Так что нехуй бояться, ладно? Уилл посверлил его взглядом, затем усмехнулся. – Ещё ты много материшься. – Что? Нет, – возмутился Майк. – Не пиз... э, ну, не неси ху... – он замялся, пытаясь вспомнить подходящие слова, и Уилл не выдержал и рассмеялся. – Вот об этом я и говорю, – улыбнулся он. – Это не то что бы плохо, просто... Не знаю. Не хочу, чтобы мама потом мне что-то говорила, чтобы она вдруг как-то поняла, что я с "друзьями Джонатана" не просто "устраиваю марафон кино". – Не так уж я много матерюсь, – обиженно фыркнул Майк, и Уилл с улыбкой покачал головой. – Ладно, давай так, – предложил Уилл. – Если сможешь ни разу не выругаться за... десять минут, то остаёшься. Майк с вызовом поднял подбородок. – Да как неху... – он осекся. – Да запросто! Уилл не смог сдержать смешок, но притворился, что не слышал этого. На стене висели часы, но Уилл всё равно взял Майка за запястье, чтобы посмотреть на циферблат его часов. Майк сглотнул, но руку не отдёрнул. – Так... – Уилл дождался, когда секундная стрелка дошла до двенадцати, и кивнул Майку. – Погнали. Майк молчал полминуты. Сначала Уилл выжидающе смотрел на него, но потом поднял брови и усмехнулся. – Так не пойдёт, Майк, – он покачал головой. – Тебе надо что-то рассказывать. А то так любой сможет. – Что мне рассказывать? – он развёл руками, чувствуя себя идиотом. – Мм... – Уилл задумался и тут же хитро улыбнулся, начиная изображать интонацию мамы. – Как дела в школе, Майк? Майк открыл рот, чтобы что-то сказать, и тут же закрыл. Он недовольно выдохнул носом, желая выругаться на слишком уж самодовольное лицо Уилла, но сдержался. – Всё хорошо, миссис Байерс, – он выдавил слащавую улыбку. Уилл прыснул от смеха, и Майк тоже улыбнулся, не удержавшись. – Был один тест вчера, – продолжил Майк уже серьёзнее. – По алгебре. Но, надеюсь, у меня будет хорошая оценка. Мы с Уиллом готовились вместе в среду. Уилл цокнул языком, а его щёки слегка покраснели. Перед глазами мелькнул вечер среды, когда они... "готовились". Но он заставил себя не думать об этом. – Не говори ей ничего про тесты, – попросил Уилл. – Она не в курсе, что я что-то заваливаю. А то потом ещё спросит, и мне придётся признаться. – Ладно-ладно, – кивнул Майк. – Я так уж, только сейчас. Уилл нарочно поспрашивал ещё о школе. Про учителей, про домашку, про прогулы. Майк, хоть и выглядел слегка напряжённым, отлично справлялся со своей задачей, отвечал спокойно, без единого ругательства. Было даже непривычно. Прошло восемь минут, когда Уилл решил достать козырь. – Майк, а что насчёт... мистера Брауна? – спросил он невинным голосом. Майк моментально скривился, и Уилл заулыбался. – Уилл говорит, что он слишком строгий. Это так? Майк раздражённо смотрел на Уилла, стискивая зубы. Это было нечестно. Тот знал, на что давить. Но Майк не придурок и справится чисто из принципа. Ему очень уж хотелось утереть ему нос и доказать, что он может не материться, когда хочет. – Да, есть такое, – сдержанно ответил Майк. – Иногда как будто специально валит. Но, в целом... он... нормальный. Майк аж закашлялся на этом слове, потому что всё внутри сопротивлялось называть его таким. Майк терпеть не мог Брауна, что в принципе было взаимно. – Да? – Уилл невинно хлопал ресницами, продолжая изображать голос мамы. – Разве он может валить учеников? Уверена, он просто хочет, чтобы вы хорошо знали его предмет. – Он... он не... – Майк запнулся, пытаясь подобрать слова, которые не нарушат правило, но в итоге не смог сдержаться. – Да мудак он полный, блять. Терпеть его не могу, конченый урод, – огрызнулся он и тут же посмотрел на часы, грустно вздыхая. Не хватило минуты. Уилл засмеялся, что-то говоря про "я так и знал", но Майк его уже не слушал. Ему вдруг стало очень обидно, что он проиграл в дурацком споре, что не может всего лишь присоединиться к ним на ужин. Просто потому что ругается, когда его что-то не устраивает. Просто потому что он тот, кого стесняются. Уилл тут же заметил его состояние, и улыбка сползла с лица. – Майк, ты чего? Майк только горько улыбнулся, вставая и отряхивая джинсы от крошек. – Ничего, – он пожал плечами, пытаясь выглядеть спокойно. – Ты выиграл. Пойду собираться тогда. Майк уже направился к комнате Уилла, чтобы забрать рюкзак, как Уилл подскочил на ноги и схватил его за рукав. – Майк, подожди, – спешно произнёс он. – Не надо. Оставайся. Майк замер на месте, но не обернулся. – Я просто шутил, – голос Уилла дрогнул. – Прости. Тупая шутка. Я буду рад, если ты останешься. Почему-то при виде грустного Майка, который собрался уходить в угоду его страхам, Уиллу вдруг стало совершенно неважно, будет ли тот материться при маме или нет, скажет ли что-то лишнее или нет. Уилл сможет с этим справиться, а вот с новой потерей Майка – нет. Майк всё же обернулся и посмотрел на него. – Я же буду материться, – хмыкнул он. – Да всё равно. Майк недоверчиво поднял брови, и Уилл пожал плечами, мол, правда всё равно. – А ещё расскажу про все тесты за последние пару недель. И скажу, что ты их завалил. – Что-нибудь придумаю, – улыбнулся Уилл. – Да? – Майк невольно улыбнулся в ответ. – А если случайно расскажу про то, что ты пропадаешь на вечеринках? Что ты пьёшь и куришь? Уилл весело фыркнул, зная, что Майк просто дразнит его. – Ты пойми, – сказал он уже серьёзнее. – Я боюсь не того, что мама меня поругает. А того, что мне потом будет не так-то просто выбраться на эти вечеринки. А мне... мне они слишком нравятся, чтобы так просто от них отказаться. Сказав это, Уилл покраснел, потому что знал, какой именно смысл вложил в эти слова. Ему бы не хотелось ссориться с мамой, но ещё больше ему не хотелось, чтобы появились преграды на пути к тому, чтобы выпить с Майком, уединиться с ним, поцеловать. Майк это понял, и его улыбка получилась мягче, чем он того хотел. – Ладно, Байерс, ничего я не скажу, не ссы, – он хлопнул его по плечу, как обычно задержав руку. – Не лишать же тебя возможности слушать новые завывания Эдди и пить его дурацкое пойло. Они оба засмеялись, и напряжённость отступила. Майку всё ещё было немного обидно, но он быстро растаял. Он понимал его. В конце концов он и сам нервничал не меньше, когда первый раз позвал Эдди домой и тот встретился с его отцом. Это вылилось в большие проблемы, и ему не хотелось, чтобы Уилл проходил через подобное. – И ещё, – добавил Майк, когда они уже успокоились и снова уставились в телевизор. – Я, может, и много матерюсь, но я не идиот. Я могу контролировать свою речь и не собираюсь говорить твоей маме ничего лишнего. Ни про оценки, ни про выпивку, ничего из этого. Я умею быть приличным, когда надо, Байерс. Уилл повернулся к нему, виновато потупив взгляд. – Я знаю, – вздохнул он. – Просто... не знаю, привык уже. Не хочу, чтобы мама снова начала контролировать всё, если узнает хоть что-то. Что начнёт постоянно названивать, что мне снова придётся отпрашиваться на каждый шаг, как раньше. А мне... – он запнулся. – Мне нравится тусить с тобой, и я не хочу, чтобы это прекращалось. – Не прекратится, – мягко улыбнулся Майк. – Даже если она будет контролировать. – С чего ты взял? – С того, что я – упрямый, – усмехнулся Майк. – И ты тоже. Уилл только усмехнулся и подвинулся ещё ближе к Майку, кладя голову ему на плечо. Майк чуть сполз, чтобы тому было удобнее, и приобнял, оставляя руку на его плече. *** Джойс пришла ровно в девять. Уставшая, с пакетом продуктов, но с улыбкой. Уилл встретил её в коридоре, забирая пакет, чтобы помочь. – Привет, мам. – Привет, солнышко, – Джойс чмокнула его в щёку и только потом заметила Майка, который стоял в проходе и неловко улыбался. – О, а это кто? Майк? – Да, мам, это Майк, – Уилл кивнул на него. – Он останется на ужин, если ты не против. – Конечно, не против, – Джойс улыбнулась и протянула руку. – Приятно познакомиться, Майк. Уилл много о тебе рассказывал. – И мне приятно, – Майк пожал её руку, улыбаясь так мило, что Уилл еле сдержал смешок. – Спасибо, что пригласили. Он говорил тихо, вежливо, без единого матного слова. Даже спину держал ровно. Уилл смотрел на него и не узнавал. Этот Майк был далёк от того, кто ещё сегодня утром громко, на весь школьный двор, орал на Оуэна. Уилл еле сдерживал хихиканье. – Проходите на кухню, я сейчас разогрею ужин, – Джойс уже начала суетиться, доставая кастрюли и тарелки. Майк замедлил шаг и, когда Уилл с ним поравнялся, легонько пихнул его плечом. – Ты чего так пялишься? – прошептал он, заметив его взгляд. – Ничего, – тоже шёпотом ответил Уилл. – Просто ты... другой. – Как видишь, я умею быть разным, Байерс. Не только тем придурком, за которого ты меня держишь. – Ладно, признаю, я был не прав. Майк довольно усмехнулся, и они прошли на кухню, садясь рядом за стол. *** Джойс поставила на стол куриные ножки, картофельное пюре и сделанный наспех овощной салат. Майк поблагодарил, дождался, когда она тоже сядет, и только потом начал есть. Уилл смотрел на это, уже не скрывая улыбку. – Майк, а чем твои родители занимаются? – спросила Джойс, подкладывая ему ещё картошки. – Мама домохозяйка, – ответил Майк, прожевав и вытерев уголок губ салфеткой. – А отец адвокат. Корпоративное право. – Вот как, – Джойс приподняла брови. – Должно быть, ответственная работа. – Да, он много работает, – согласился Майк. Ему не очень нравилось говорить о семье, но это были стандартные вопросы, и он к ним привык. К тому же миссис Байерс была мила, вежлива и смотрела на него без всякого негатива. Майк быстро расслабился, понимая, что его, кажется, не будут ни за что стыдить, как часто бывало со знакомыми отца. – Какие у тебя планы после школы? – спросила она, принеся графин с соком и налив каждому в стакан. – Уилл вот никак не может определиться с колледжем. Уилл уже хотел было фыркнуть "ну мам", но Майк ответил первым, выручая его. – Я тоже пока не решил, – он пожал плечами. – Хотелось бы на журналистику, но, возможно, я поработаю хотя бы год, чтобы самому накопить себе на обучение. Уилл удивлённо поднял брови. Майк не говорил ему об этом, и он не знал, соврал тот или нет. Но его слова звучали убедительно, если Майк и правда решил идти против воли отца. Уилл посмотрел на него с новым уважением. Они ещё поговорили о школе, о погоде, о том, что в этом году сентябрь выдался тёплым. Джойс была приветлива, даже ласкова, и Майк отвечал ей тем же. Уилл быстро расслабился, включаясь в разговор. Он видел, что мама спокойна в компании Майка, а значит, всё в полном порядке. Конечно, Уилл всё ещё ждал неприятных вопросов, но, казалось, мама не собиралась читать никакие нотации. Майк спросил про магниты с других городов, и тема зашла за путешествия. Майк рассказывал, как они с семьёй бывали в разных штатах из-за командировок отца. Уилл вспомнил, как они ездили на Великий Каньон в его детстве, и Джойс улыбалась, тоже вспоминая те времена. – В молодости я, конечно, больше путешествовала, – рассказывала Джойс, подперев голову рукой. Тарелки были уже пусты, и они просто болтали. – Даже была на первом Вудстоке, представляешь? Столько людей было, огромная толпа. Громкая музыка, все такие свободные, счастливые... – Ого, на Вудстоке? – любопытно переспросил Майк, чуть наклоняясь вперёд. – Вы были на выступлении Джими Хендрикса? – Конечно! – она произнесла так, словно иначе и быть не могло. – Кто же знал, что уже через год его не станет. Мне повезло увидеть его вживую. Он был очень талантливым человеком. Джойс много рассказывала о тех днях. О том, что купила там несколько пластинок, кассет, и Джонатан потом всё детство их слушал, требуя обещания свозить его на следующий фестиваль. О том, что были плохие репортажи о Вудстоке, но там было не всё так плохо, как сначала пытались преподнести. – Но, конечно, многие и до сих пор не любят хиппи, – она пожала плечами, лениво колупая салфетку на тарелке. – Говорят, много болезней появилось из-за них. Ну, знаете, те самые. Зря они так, конечно. Ведь не все хиппи были... ну, такими. Такими. Она говорила об этом буднично, без злобы, без ненависти. Про как факт: "те самые болезни", "не все были такими", но у Уилла всё сжалось внутри. Он бросил короткий взгляд на Майка – тот сидел с непроницаемым лицом, но Уилл заметил, что тот тоже напрягся. "Она не про нас, – убеждал себя Уилл. – Она не знает. Она просто... болтает. Да и мы всё равно не... не такие". Майк кашлянул первым и умело перевёл тему на более нейтральную – спросил про других исполнителей, про то, кто понравился ей больше всего. И Джойс с удовольствием подхватила тему. Уилл тоже постарался втянуться в разговор, хоть и в голове всё ещё звучали мамины слова: "болезни от таких", "мальчики ведь не женятся на мальчиках". Он украдкой смотрел на Майка и не мог перестать думать о том, что их поведение на вечеринках – ненормальное. Про них тоже могут сказать "те самые", и в чем они будут неправы? Смогут ли они убедить всех, что это просто пьяные штуки и они не имеют ничего общего с реальной жизнью? Уилл и сам себя-то не может в этом полностью убедить. *** Ужин затянулся. Джойс рассказывала истории из своей молодости, из детства Джонатана и Уилла. Майк слушал с неподдельным интересом, задавал вопросы, улыбался и шутил, особенно когда речь заходила о маленьком Уилле. Особенно ему понравилась история, как Уилл однажды нарисовал Джонатана с зелёными волосами, потому что "так круче", и тот потом месяц уговаривал маму разрешить ему покраситься. Уилл закатывал глаза на его шутки и на поддерживающий смех мамы, но улыбался и тоже смеялся. Он смотрел на них и думал, что всё получилось не так уж и плохо. Даже хорошо. Майк умудрился ни разу не выругаться, был до невозможности вежливым и спокойным. Уилл понял, как сильно ошибался. Когда они закончили разговаривать, было уже почти одиннадцать. Джойс посмотрела на часы, потом на Майка. – Уже поздно. Ты как до дома доберёшься? – Я на машине, – ответил Майк. – Всё в порядке. – Уже темно, дороги плохие, – Джойс покачала головой. – Может, останешься? У нас есть запасной матрас, Уилл постелет тебе в своей комнате. О, или можешь спать в комнате Джонатана, он всё равно сегодня у Аргайла. Майк неуверенно пожал плечами и посмотрел на Уилла. Уилл видел его сомнение, но ещё он заметил искорку надежды. – Оставайся, – согласился Уилл, стараясь не улыбаться во весь рот. – И правда уже поздно. А завтра суббота, всё равно никуда не надо. Майк подумал ещё пару секунд для вида, но в итоге кивнул. – Да, наверное, лучше останусь. Спасибо. – Вот и отлично, – Джойс хлопнула в ладоши и начала собирать посуду, складывая тарелки. – Майк, мне позвонить твоей маме, сказать, что ты останешься у нас? – Нет, спасибо, миссис Байерс, – Майк поднялся, помогая с грязной посудой. – Я сам позвоню. Уилл тоже помог маме и начал мыть посуду. Майк неловко потоптался рядом, но потом отошёл к телефону. Джойс подошла к сыну, забирая чистые тарелки, чтобы вытереть их и поставить на полку. – Такой хороший, вежливый молодой человек, – улыбнулась она, и Уилл прикусил щёки, чтобы не хихикнуть. – Я очень рада, что у тебя такой замечательный друг. Почему ты не звал его раньше? "Потому что я идиот", – мысленно ответил Уилл. Он и правда повёл себя как идиот, поверив своим страхам, что Майку не понравится их дом, что мама будет недовольна Майком, что сам Майк скажет лишнего. Ужин прошёл чудесно, и Уилл не мог этому нарадоваться. Значит, он сможет чаще приглашать Майка к себе в гости. Погода портится, где-то гулять холодно, а постоянно сидеть в машине скучно. Уилл не смог сдержать улыбки – ведь теперь они могут зависать у него, смотреть фильмы, слушать музыку, что-то читать вместе. Да хоть просто сидеть рядом и болтать, ему и этого достаточно. – Не знаю, как-то не получалось, – пожал плечами Уилл, передавая ей чистую тарелку. – И я рад, что вы нашли общий язык. Они быстро справились с мойкой посуды, и Джойс, поцеловав сына в щёку и пожелав спокойной ночи, ушла к себе. Перед тем, как зайти в свою спальню, она заглянула в комнату Уилла и пожелала спокойной ночи и Майку. Тот был приятно удивлён и широко улыбнулся в ответ. *** Зайдя к себе, Уилл закрыл за собой дверь. Майк сидел на краю кровати, теребил в руках старую мягкую игрушку, которую убрал в сторону, когда заметил его. – Мама сказала, что ты хороший, вежливый молодой человек, – улыбнулся Уилл, подходя ближе. – А ты умеешь быть джентльменом, Уилер. Майк только фыркнул, но тоже улыбнулся. – А ты сомневался во мне, Байерс, – в его голосе проскользнули нотки обиды, и Уилл это заметил. Вздохнув, он подошёл ещё ближе. Повинуясь мимолетному желанию, прекрасному настроению, тому, чего всегда хочет, он мягко обнял Майка, прижимая его голову к своему животу. Прямо как тогда в трейлере. – Не пытайся меня задобрить, Байерс, – фыркнул Майк ему в живот, но и отстраняться не собирался. Ещё бы, он и сам постоянно хотел этого. – Не пытаюсь, – усмехнулся Уилл, гладя его волосы – как всегда спутанные, но мягкие и приятные на ощупь. Майк что-то буркнул в его футболку, но обнял в ответ, прижимаясь ещё ближе. В конце концов, они друзья, даже лучшие, а вечер был немного нервным. Это же нормально просто обняться, так? – Прости, я вёл себя как придурок, – тихо произнёс Уилл, продолжая гладить его волосы. – Мне надо было сразу тебе довериться. И вообще позвать тебя в гости ещё давно. Майк улыбнулся, принимая извинения. Уилл понял свою ошибку, да и дальше обижаться было бессмысленно. Майк прекрасно понимал его мотивы, у него и самого похожая ситуация. – Ничего, Байерс, – Майк первым отстранился, боясь привыкнуть и потом не отлипнуть от Уилла. – Я и сам не ожидал, что могу таким быть, – посмеялся он, глядя на него. Уилл отошёл на шаг назад, улыбаясь ему. – Вот был бы ты таким с Брауном... Уилл и закончить фразу не успел, как Майк моментально скривился, изображая тошноту. – Фу, бля, Байерс, – прошипел он. – Даже не упоминай этого обмудка. Я школу хочу закончить только ради того, чтобы поскорее плюнуть в его мерзкое ебало. Уилл громко рассмеялся от моментального возвращения прежнего Майка, стоило только упомянуть учителя. Майк ещё пару раз огрызнулся, но и сам заулыбался, закатывая глаза. – Ладно, – Уилл вытер слезу от смеха. – Давай ложиться. Я принесу тебе матрас. Он сделал шаг в сторону, но остановился, снова посмотрев на Майка. – Или ты можешь спать в комнате Джонатана. Там явно будет удобнее. Могу даже постельное белье сменить, если хочешь. Майк покачал головой. В его мыслях даже не было варианта спать в другой комнате. – Не, я лучше здесь, – ответил он. – Ну, если ты не против. – Я не против, – улыбнулся Уилл, только радуясь такому решению. *** Вскоре всё было готово. Матрас лежал рядом с кроватью, Уилл отдал Майку самую удобную подушку и одеяло потеплее. Ещё дал ему одну из своих футболок в качестве пижамы и, по восторженным словам Майка о принте на ней, понял, что эта вещь перекочует в шкаф Майка. Что ж, он был не против. Майк перед сном втихую выбрался на улицу, чтобы покурить, потому что Уилл не разрешил это делать в комнате. И только после этого они, наконец, легли спать. В комнате горел тусклый ночник – Уиллу было неловко за это, но Майк только сказал, что так даже лучше и ему самому, если вдруг среди ночи приспичит встать. Майк догадывался, в чём дело, поэтому даже не думал как-то подшутить или глупо прокомментировать. Каждый лежал в своём уголке и думал о своём. Оба старались быть тихими, но всё равно ворочались, пытаясь устроиться удобнее. Но не получалось по одной простой причине – им было мало лежать просто рядом друг с другом. Последние разы, когда они засыпали вместе, они обнимали друг друга, прижимали к себе. Майк заботливо укрывал Уилла одеялом, а Уилл довольно улыбался ему в шею. Но тогда они были пьяными, а сейчас – полностью трезвые. Да ещё и Джойс спала за стенкой и в любой момент могла заглянуть к ним. Одно дело просто обняться на минуту, но другое – спать в обнимку. И они не решались пойти на поводу у своих желаний, ведь оправдания "мы просто друзья" вряд ли помогут. – Уилл? – тихо позвал Майк, переворачиваясь на спину. – Не спишь? – Не-а. – тут же отозвался Уилл. – Что такое? – У вас классный дом. И твоя комната крутая, – произнёс Майк, смотря на тени от ночника на потолке. – И мама у тебя прикольная. Добрая ещё такая. И круто, что она была на Вудстоке. Мой отец бесится только с одного упоминания, – тихо рассмеялся он. Уилл перевернулся на бок лицом к Майку и улыбнулся ему, встретившись взглядами. – Кажется, твоему отцу не помешало бы выбираться куда-то поприкольнее, чем суды да званые вечера. – Ещё ему не помешало бы почаще затыкаться, – весело добавил Майк, и они оба тихо засмеялись. Спустя пару минут молчания Уилл заговорил первым: – Тебе правда нравится наш дом? – он кусал губу, все ещё нервничая из-за этого. Но настоящего повода волноваться не было – Майк ни разу ничего плохого не сказал. – Ну да, – искренне ответил Майк, посмотрев на него. – А что? Боялся, что не понравится? – Ну, нет, просто... – Уилл замялся, пытаясь найти достойное оправдание, но Майк и без этого понял, что тот имел в виду. Майк вздохнул, снова посмотрев на тени на потолке. Он вспомнил, как Уилл сегодня постоянно следил за его реакцией, и только теперь догадался, почему. – То, что у моих родителей есть деньги, не делает меня каким-то... снобом, не знаю, – выдохнул Майк. – Типа... у вас правда классный дом, мне здесь нравится. Мило, уютно. Куча всяких безделушек, – он улыбнулся, – но они все прикольные, со своей историей. Твоя мама столько рассказала про тот город, откуда у вас этот дурацкий магнит в виде ложки. Это же круто! Уилл засмеялся в подушку. Майк так много спрашивал маму обо всём, а мама улыбалась и была только рада что-то рассказать. – Можешь как-нибудь опять прийти на ужин, – предложил Уилл, и его голос был таким тёплым, что у Майка сжалось сердце. – Мама тебе расскажет про остальные пятьдесят магнитов. И заодно вспомнит ещё какие-нибудь мои позорные истории из детства. Майк рассмеялся. – Только ради этого и приду! Они ещё немного поболтали о всякой ерунде, лишь бы не замолкать, лишь бы этот вечер не заканчивался. Но усталость брала своё. Они пожелали друг другу спокойной ночи и зарылись в одеяла. Уиллу хотелось хотя бы свесить руку, коснуться ладони Майка, которая лежала в нескольких сантиметрах от его кровати. Но вместо этого он сжимал край подушки, контролируя себя. Майк тоже боролся с желанием подняться, как-то коснуться Уилла. В голове даже мелькнула тупая идея – поправить ему одеяло, будто это было так важно. Но он лишь мысленно выругался на самого себя и закрыл глаза, заставляя себя спать. Явно не сейчас и не здесь. А лучше никогда. По крайней мере, пока они не выпьют достаточно, чтобы стало "можно".