It's all wrong, it's all right

Вчера вечером Уилл был примерным сыном, помогал маме и вежливо общался с шерифом. А сегодня вечером он стоял посреди гостиной Эдди и держал в руках пластиковый стакан с очередным коктейлем. Его постоянно толкали, музыка оглушала, но он был пьян, и всё было прекрасно. Утром Уилл, как и обещал, позвонил Майку. Они обсудили вчерашний вечер, посплетничали. Он рассказал о том, как Хоппер вломился в его комнату, и Майк посмеялся как-то слишком натянуто. Но Уилл не стал заострять на этом внимание. Майк сообщил, что Эдди снова устраивает концерт, спросил, не хочет ли он пойти. Уилл не смог отказать, да и не хотел, и уже через несколько часов они были на месте. *** Сначала был шумный концерт, от которого опять заложило уши. Эдди исполнил ещё несколько авторских песен, и они не давали Уиллу покоя. Почти всё время он дёргал Майка за рукав, приставал с вопросами, наклонялся к самому уху, чтобы перекричать музыку. – А эту песню ты написал? – Нет, Байерс. – Ну а эту? – Тоже нет. – Точно? Ты мне врёшь! – Блять, Байерс, отвали. Нахуя мне тебе врать? Уилл не верил ему. Но и причин сомневаться у него не было, кроме кричащей интуиции и уверенности, что Майк способен на большее, чем показывает. В какой-то момент Уилл даже отвёл Эдди в сторонку, пытаясь выяснить правду. Тот только усмехнулся и покачал головой: "нет, Байерс, больше нет, правда". Это огорчило Уилла сильнее, чем он думал. Ему бы хотелось знать больше о творчестве Майка, о том, что ещё он писал раньше и пишет ли сейчас. Но, видимо, пока не время. Уилл надеялся, что однажды Майк сможет довериться ему в этом плане. *** Было уже девять, и вечеринка была в самом разгаре. Уилл пил уже который по счету коктейль, специально добавляя себе больше сока, чем водки, чтобы подольше оставаться на ногах. Но Уилл быстро опьянел и отпустил себя практически полностью. Он много разговаривал, шутил, спорил с кем-то о ерунде. Кто-то обнимал его, и Уилл не отстранялся, но каждый раз ловил себя на мысли, что ему хотелось бы, чтобы это был Майк. Джонатан сначала что-то говорил ему – по типу "не перебирай" и "мама будет волноваться" – но Аргайл и Хипповый Свитер куда-то увели его. В любом случае, Уиллу было весело, и он просто наслаждался жизнью. Эдди позвал Майка проветриться, и Уилл поплёлся за ними. На свежем воздухе стало немного легче. Но, несмотря на то, что ночь была достаточно тёплой для октября в Индиане, Уилл быстро съёжился, обхватив себя руками, и начал дрожать. Майк моментально это заметил. – Ты чего? Замёрз? – спросил он, хмурясь. – Не-а, – соврал Уилл, но никак не мог унять дрожь. Ветер был слишком сильным. Майк вздохнул, стряхнув пепел с сигареты. – Иди в дом, Байерс. Не хватало ещё, чтобы ты заболел. – Да всё в порядке, – начал было Уилл, но Майк уже развернул его к двери и легонько подтолкнул в спину. – Иди, говорю. Я скоро приду. Уилл оглянулся и столкнулся взглядами с Эдди. Тот смотрел на них с той самой хитрой, понимающей усмешкой, которая всегда злила Майка. Уилл хотел прижаться к Майку, уткнуться носом в его шею и согреться таким образом. Но при Эдди это было невозможно. Так что ему ничего не оставалось, кроме как вернуться в дом. *** Внутри было душно, пахло сигаретами, алкоголем и потом, но он уже привык к этому запаху и почти не морщился. Уилл быстро согрелся и хотел было пойти на кухню, как какая-то девушка схватила его за руку. – Эй, Уилл! Пошли танцевать! Эми – кажется, её звали Эми – вытащила его на импровизированный танцпол. Музыка гремела из колонок, все кричали, толкались, смеялись. Напитки постоянно выплескивались на кого-то, жирная еда вечно выскальзывала из чьих-то рук, и Уилл уже не обращал внимания на очередное пятно на одежде. Эми танцевала рядом, кружилась, что-то кричала ему. Она была симпатичной, даже красивой. Уиллу нравился её прикид: вручную обрезанная под топ футболка с кучей булавок и цепочек, ярко-синие короткие волосы, татуировка на плече в виде какого-то символа, который он не распознал. Она как-то странно смотрела на него, постоянно улыбалась, близко наклонялась, но Уилл не обращал на это практически никакого внимания. Он мог улыбнуться ей в ответ, но сам постоянно искал глазами Майка, который, судя по всему, был ещё на улице с Эдди. К ним подошла ещё одна девушка, и они с Эми что-то крикнули ему. Уилл не разобрал ни слова, но кивнул, сам не зная, на что согласился. – Отлично! – крикнула Эми и схватила его за запястье, выводя из толпы. *** В другой комнате, куда они пришли, на полу собралось человек пятнадцать, если не больше. Кто-то сидел на подушках, кто-то на сложенной куртке, и в центре лежала пустая пивная бутылка. Уилл не сразу понял, что происходит, пока не увидел, как один парень крутанул бутылку, и та указала на сидящую рядом девушку. И под общий гул и свист они потянулись друг к другу и поцеловались. А в разных углах комнаты несколько парочек целовались отдельно, уже отойдя от игры. – Давай с ними, Уилл, – Эми потянула его за локоть. – Пойдём, лапуля, – другая девушка – кажется, Шелли – подтолкнула его в плечо, и Уилл пошатнулся на месте. Он покачал головой. Всё его тело сопротивлялось присоединиться. Когда-то, ещё пару лет назад в Леноре, он мечтал попасть на похожую вечеринку, поцеловать какую-нибудь девушку хотя бы в такой игре. Но сейчас... Сейчас ему было противно даже думать о том, чтобы поцеловать кого-то другого, кроме Майка. Наверное, дело просто в комфорте и доверии. Целовать Майка было приятнее, чем незнакомого человека. Только и всего. Пока Эми и Шелли пытались уговорить его и подталкивали к кругу, у тех был новый кон. И на этот раз целовались две девушки. Уилл застыл на месте, наблюдая за ними. Он не был с ними лично знаком, но знал, что у каждой есть парень, что они просто подружки. Но это никак не мешало им целоваться под одобрительные крики толпы. Значит, друзья одного пола всё же могут спокойно целоваться, если пьяные? И это правда ничего не значит? Просто развлечение? – Что, нравится шоу? – Эми засмеялась и, взяв его за руку, повела к ним. – Давай, будет весело. Обещаю. – Эми, я не хочу, правда... – Не стесняйся, все свои же, пойдём, – настаивала Шелли. Уилл уже был готов сдаться, чтобы не выглядеть занудой и чтобы те уже отстали, когда сзади послышался знакомый голос. – Сказал же, что не хочет. Отвалите от него. Майк стоял за его спиной. Он был каким-то раздражённым, но Уилл вздохнул с облегчением. Девушки закатили глаза, но отпустили Уилла. – Да ладно тебе, – Шелли развела руками. – Что такого-то? – Ничего, – ответил Майк, глядя только на Уилла. – Нахуя настаивать, если не хочет? Вам самим бы это понравилось? Шелли переглянулась с Эми, и они обе пожали плечами, сдавшись. – Ну давай хоть ты с нами, Майк, – улыбнувшись, Эми потянулась к нему рукой. – Ты давно с нами не играл. – Ага! – подхватила Шелли. – Раньше вечно первым вливался! Уилл удивлённо поднял брови, посмотрев на него. Майк лишь усмехнулся, дёргая плечом. Ну да, было дело. Когда-то он обожал эту игру, желая поскорее поцеловать любую девчонку. Это было легко, весело и, главное, без обязательств. – Помнишь, ты как-то три раза подряд целовал ту девчонку? Терри, кажется, – засмеялась Эми. – Ты её явно покорил! – Погнали! Может в этот раз тоже повезёт, а? – улыбнулась Шелли, но Майк лишь покачал головой. – В следующий раз, ладно? – усмехнулся он, подмигнув им. – Обещаю. Уилл на это громко фыркнул, не сдержавшись. Это вышло само собой, и он тут же прикусил губу, чувствуя, как лицо начинает гореть. Эми и Шелли переглянулись, но ничего не сказали, лишь пожали плечами. – Ладно, чёрт с вами, – махнула рукой Эми. – Но в следующий раз так просто не отвертитесь! *** Майк отвёл его в сторону подальше от толпы, от чужих взглядов. Уилл плёлся следом, позволяя себя вести. Он споткнулся прямо у стены и приложился плечом, громко выругавшись. Глядя на него, Майк только недовольно цокнул языком, сморщившись. – Блять, Байерс, сколько ты выпил? – Мм... – Уилл привалился спиной к стене, зажмурился, пытаясь вспомнить, но тщетно. Медленно открыв глаза, он посмотрел на Майка и беспечно улыбнулся. – Три, четыре... мм... Хер знает. Да и какая разница? Майк покачал головой, закатив глаза. Он прислонился плечом к стене, продолжая сверлить Уилла взглядом. Он и не заметил, когда тот успел столько выпить, что аж еле на ногах стоял, но зато рвался танцевать, обниматься со всеми и даже... играть в эту чёртову бутылочку. Сам он старался пить поменьше. Как раз для того, чтобы приглядывать за Уиллом, который сегодня, кажется, решил оторваться по полной. – Чё ты такой злой? – протянул Уилл, пихнув его кулаком в плечо, и Майк вздрогнул от неожиданности. – Да не злой я. – Нет, злой, – настаивал Уилл, скрещивая руки на груди. У него это получилось не с первого раза, и Майк заулыбался. – Я же вижу! Говори! Майк вздохнул. Злым он не был, но вот раздражённым – вполне. Ещё бы, опоздай он на пару минут, и Уилл бы вовсю целовался с какой-нибудь девчонкой. Тот даже мог искренне не хотеть этого, но Уилл был явно слишком пьян, чтобы не сдаться под напором уговоров. Майк так не хотел видеть, как Уилл целуется с кем-то ещё. Да, это тоже было бы "по-пьяни", это тоже, скорее всего, "ничего бы не значило", но... Было какое-то огромное "но", которое не давало Майку покоя. – Майк! Майк вздрогнул от его вскрика. Посмотрев на Уилла, он снова закатил глаза, тяжело вздыхая. – Говорю же, не злой я, отстань, – фыркнул он, посмотрев в сторону толпы. – Принести тебе чего-нибудь? – Ничё мне не надо, – недовольно хмыкнул Уилл, махнув рукой так, что едва не заехал Майку по лицу. Реакция Майка казалась ему смешной и притягательной одновременно. Было забавно видеть его ревность, которую тот даже сдержать не мог. И Уилл прекрасно знал, почему – по той же причине, почему он сам уже который час хотел утащить Майка подальше от чужих глаз. – Я думаю, ты злой, потому что... хочешь... что-то, – Уилл широко улыбнулся, пошатываясь на ровном месте. – Что я хочу? – Ну... что-то... – повторил Уилл, прикусывая губу и даже не пытаясь скрыть своё желание. Он почти безотрывно смотрел на губы Майка, лишь иногда поднимая взгляд к его глазам. Уилл был слишком пьян, чтобы как-то смущаться своего желания. Он пьяный, Майк пьяный, они не соображают – всё, что нужно, чтобы снова поцеловаться. Какой смысл тянуть? – Что-то? – губы Майка дрогнули в улыбке. Он быстро догадался, о чём идёт речь. Было странно, что Уилл вообще произнёс это вслух, а не молча потянул его подальше от толпы или не дождался, пока Майк сам этого не сделает. – Я злой, потому что... хочу что-то? Уилл нахмурился и потупил взгляд, задумавшись. – Нет... ну... – он прикусил губу, пытаясь сообразить. – Ты злой, потому что... – с расстановкой произнёс Уилл, – ты не делаешь то, что хочешь, прямо сейчас. Заявив это, Уилл посмотрел ему прямо в глаза. Он выглядел таким серьёзным и таким довольным, что смог произнести это чётко и без запинки, что Майк не смог сдержать смех. Уилл был таким милым и забавным, и Майк просто не мог злиться на него всерьёз. Да и не за что было, на самом деле. Если бы тот и поцеловался с кем-то, Майк бы смог это пережить. Наверное. Он хотел в это верить. – Чё ты блять угараешь? – Уилл недовольно пихнул его в плечо. Майк перехватил его руку, несильно сжимая запястье. – Блять, Майк, ты... – Пойдём, Байерс, – Майк оторвался от стены, даже не думая отпускать его руку. – Надеюсь, не опять курить? – фыркнул Уилл, но улыбка медленно начала появляться на лице. – Не курить, – Майк улыбнулся в ответ и кивнул в сторону лестницы. Уилл позволил себя вести и старался не улыбаться слишком сильно, хоть это плохо получалось. Они поднялись наверх, и Уилл уже знал, что будет дальше. И хотел этого так сильно, что голова кружилась уже не от алкоголя. *** Они лежали рядом, почти впритык друг к другу. Майк накрыл его ладонь своей, и Уилл мягко сжал её, переплетая пальцы. Оба тяжело дышали. Губы пылали, шея горела. Каждое место, которого касались руки, губы друг друга, всё ещё пульсировало, напоминая о том, что случилось пять минут назад. И о том, что могло бы случиться, если бы Уилл не шепнул "подожди", если бы Майк не отстранился. Они оба снова сделали вид, что ничего не произошло, что просто нужна ещё одна передышка. Уилл смотрел в потолок, стараясь дышать через нос, чтобы поскорее успокоиться. Сердце бешено колотилось, отдавая в висках. Он медленно повернул голову в сторону Майка. Тот лежал с закрытыми глазами, пытаясь выровнять дыхание. Его волосы были растрепаны – Уилл прижимал его лицом к своей шее, запустив в них пальцы, и теперь они торчали в разные стороны ещё сильнее. Его подводка размазалась – Уилл провёл кончиками пальцев по его скуле, прежде чем поцеловать, и лёгкие чёрные полосы случайно остались на щеке. Воротник футболки съехал – Уилл зацеловывал каждый сантиметр его шеи, каждую чувствительную точку, от которой Майк выгибался и тихо, почти неслышно стонал. Уилл перевёл взгляд обратно на потолок и шумно сглотнул. Он уже и сам не знал, хотел бы он переступить новую черту, к которой они случайно подошли. Наверное, да, но, возможно, и нет. Хочет ли он этого только с Майком? Хочет ли он этого с парнем? И хочет ли он этого вообще? Уилл запутался и ничего не знал. Мысли путались, в голове всё смешалось. Всё, кроме одного. Уилла вдруг начала раздражать формулировка "какая разница, с кем целоваться, когда пьяный". Майк вспомнил это в прошлый раз, когда они целовались в машине, и Уилл тогда согласился, хотя что-то неприятно скрипнуло внутри. Разница была. И для Уилла она вдруг начала заключаться не в том, что Майк – парень, а ему положено целовать девушек. А в том, что ему хотелось, чтобы это был именно Майк. Именно его хотелось целовать, прижимать к себе, чувствовать его дыхание на своей коже, его пальцы, скользящие под футболкой. Только его хотелось видеть рядом, только ему хотелось позволять целовать себя. Уилл даже не захотел играть в дурацкую бутылочку, будучи абсолютно пьяным, потому что это значило бы целовать кого угодно – неважно, парня или девушку – но не Майка. Он заметил, как Майк разозлился на Эми и Шелли. Замечал, как Майк злился каждый раз, когда кто-то флиртовал с ним при нём, когда какая-нибудь девушка делала ему милые комплименты, от которых Уилл краснел и смущённо улыбался. Но и сам Уилл тоже раздражался, когда видел, как с Майком кто-то флиртует, как кто-то подкатывает к нему, как кто-то прижимается в толпе на танцполе. Даже сегодня, когда Майк сказал, что присоединится в следующий раз к игре, что-то больно кольнуло в груди. Значит, разница всё же есть. И не только для него одного. Возможно, дело в том, что Уилл выпил довольно большое количество коктейлей, но ему вдруг остро захотелось услышать, что Майку не всё равно, кого целовать, даже если пьяный. Что Майку хочется целовать именно его. Что Майк тоже чувствует то самое, чему нет названия, но что заставляет их возвращаться друг к другу снова и снова. – Майк? – Что такое? – устало промычал он. – А... мы сейчас просто... развлекаемся, да? – тихо спросил Уилл, сам боясь своих слов. – Просто выпили, да? Майк сглотнул, заставляя себя держать глаза закрытыми. – Ну... да? Он не понимал, с чего вдруг Уиллу захотелось поговорить об этом. Уилл больше не хочет целовать его? Или Уилл теперь хочет целоваться на трезвую голову? Майк не знал, что пугает его больше. – Мм... Значит, как ты говорил... Неважно, с кем целоваться, да? – алкоголь развязал языку Уиллу сильнее, чем тому казалось. – Как там было... "губы у всех одинаковые", да? Майк ответил не сразу. Уилл слышал его недовольное сопение, почувствовал, как тот напрягся всем телом. Майк даже отпустил его ладонь, сложив руки у себя на груди. Уилл сжал простынь, чтобы не потянуться к нему снова. – Да, – Майк нарочно отвечал односложно, чтобы не выдать истинных эмоций. Но голос дрогнул слишком заметно. Майк сморщился, молясь, чтобы Уилл не заговорил о том, как ему хочется целоваться с кем угодно, только не с ним. Он понимал, что надо было дать Уиллу самому решить, хочет он играть в эту ебучую бутылочку или нет, но не смог себя вовремя остановить. Ревность ударила в голову раньше, чем он успел подумать. Уилл наверняка скучает по поцелуям с какой-нибудь красивой девчонкой. Наверняка, у него были такие в Леноре, и он хочет вернуть это. И как же это бесило. – Значит... поцелуи с тобой тоже как с другими? Уилл так сильно хотел спросить: "мои губы для тебя такие же, как у всех остальных? целоваться со мной для тебя, как с кем угодно другим? поцелуи со мной ничего не значат для тебя?". Но он не мог решиться задать прямые и честные вопросы в лоб, особенно на эту тему. Майк аж весь дёрнулся и посмотрел на Уилла, резко повернув голову. – Чего? Уилл знал, что так и будет. Знал, что провоцирует Майка. Но ему очень хотелось услышать, что он тоже особенный, что поцелуи с ним отличаются от других. У Майка их наверняка было множество – куча девчонок на вечеринках, случайные связи, о которых Уилл старался не думать. И Уилл так хотел быть значимым. Хотя бы примерно так же, как Майк значим для него. – Ну, ты говоришь, что "неважно, с кем целоваться", – медленно повторил Уилл, не сводя глаз с Майка, который уже заметно напрягся. И, сам не зная, как ему это вообще пришло в голову, откуда эта мысль появилась, Уилл внезапно добавил: – Значит, поцелуи с Джейн такие же, как с тобой? Уилл замер, шумно сглатывая. Сердце бешено колотилось, и внутри всё сжималось от страха. Хоть и Уилл сам не понимал, чего конкретно боится – его злости? его молчания? его ответа "да, всё так"? Майк приподнялся на локте и практически навис над ним, смотря прямо в глаза. Уилл увидел в них опасный блеск. – Ты мне скажи, – едва ли не прошипел Майк, и от его низкого голоса по спине побежали мурашки. Майк не понимал, в чём дело, что случилось и, особенно, при чём тут, блять, Джейн?! Внутри всё кипело, и Майк даже сам не мог понять, что именно: ревность? обида? злость? Уилл, что, их сравнивает? Но зачем это ему? Майк не понимал, что происходит. – Ну... не знаю, – Уилл беспечно пожал плечами, будто правда не знает ответ. Но это неправда, и Майку наверняка это видно. Как и то, что голос Уилла слегка дрожит, а пальцы вцепились в простынь. – Получается, что... так? Губы одинаковые у всех, да? Уилл позволил себе самую малость съязвить, но тут же пожалел об этом. Он ожидал, что Майк фыркнет в ответ, выругается, открыто заревнует и скажет ему в сердцах то, что Уилл так хотел услышать. Но Майк молча смотрел на него. И будь Уилл проклят, если в его глазах не было боли, грусти, разочарования и даже отчаяния. – Майк, я... – Уилл едва успел выдохнуть его имя, как Майк перебил его. – Ты целовался с Джейн? Майку было больно. Внутри больше ничего не кипело – только пустота и ноющая боль. Он сам не ожидал, что будет больно настолько, что даже не сможет скрыть это, вовремя спрятаться под маской равнодушия. Может, алкоголь сделал его таким уязвимым. А может, что-то гораздо сильнее, из самой глубины души. Что-то связанное только с Уиллом. – Нет-нет, Майк, нет, – Уилл тут же покачал головой и потянулся ладонью к щеке Майка, но тот отвернулся, садясь на кровати. – Майк, нет, правда. Ты же знаешь, она мне как сестра. Конечно, нет. Майк только расстроенно фыркнул на его слова. Он пытался сделать вид, что ему всё равно, но у него не получалось, как бы он ни старался. Уилл всё видел, и его сердце сжималось от вины и боли за него. – С кем-то ещё, да? – тихо спросил Майк, не глядя Уиллу в глаза. Он сам не знал, зачем это спрашивает. Может для того, чтобы сделать себе настолько больно, чтобы был повод вновь замкнуться в себе. А может для того, чтобы закопать абсолютно все идиотские чувства к Уиллу и просто жить дальше. Майк бы предположил вариант "чтобы всё равно доказать Уиллу, что я лучше", но он знал, что никогда так не сделает. Майк никогда и ни с кем не считал себя достойным соперником в этом плане. – Нет, Майк, я... вообще-то нет, – выдохнул Уилл, чувствуя, как щёки начали краснеть. Майк только недоверчиво фыркнул на его слова, даже не посмотрев на него. – Вообще-то, – Уилл глубоко вздохнул, собираясь с духом. – Вообще-то, в принципе только с тобой... Ему было неловко в этом признаваться, даже стыдно. В конце концов ему уже семнадцать, а у него даже нормального первого поцелуя не было. За все годы не было ни одной девчонки, которая захотела бы поцеловать его. Он был уверен, что так продолжится вплоть до колледжа в далёком будущем, что он никогда никого не найдёт. Но каким-то образом появился... Майк. Что было тоже неловко, на самом деле. – Что? – Майк уставился на него, и Уилл неловко поджал губы. – Ты не... Погоди, ты хочешь сказать, что я, – он ткнул себя в грудь, – твой первый поцелуй? – Ну да... – краснея, ответил Уилл, садясь рядом с Майком. – Я думал, это очевидно... Уилл был уверен, что отсутствие опыта ощущалось, что Майк просто вежливый, чтобы сказать, что он плохо целуется. Но тот выглядел искреннее потрясённым, и Уилл не знал, что и думать. Майк тоже не знал, что думать. Это было мило, что Уилл подарил ему свой первый поцелуй. Но... Майк вдруг почувствовал себя отвратительно. Ведь он забрал его первый поцелуй, ни разу даже не поинтересовавшись. Он был уверен, что у Уилла была какая-нибудь девчонка в Леноре, а может и не одна, даже несмотря на то, что тот, по его словам, почти ни с кем не общался. Иначе и быть не могло, ведь Уилл такой замечательный. Какое право имел Майк стать для него первым поцелуем? – Ну, вообще-то... нет, не очевидно, – растерянно пробормотал Майк, едва справляясь с дрожью в голосе. – Прости, если бы я знал, я бы... – он нервно дёргал заусенец, избегая смотреть на Уилла. – Я бы не стал тогда... – Но я... – Уилл не мог оторвать взгляда от Майка. Тот выглядел подавленным, сжатым в комок, и у Уилла болело сердце за него. – Я ни о чём не жалею, Майк... Майк только фыркнул себе под нос. Не жалеет он, ну конечно. – Почему ты вообще... блять, ты... почему я... Майк не смог договорить. Ему хотелось спросить: "почему я? почему такой, как я?". Но он слишком боялся услышать в ответ что-то вроде "а у меня был выбор?" или "не знаю, просто по приколу, пока не найду красивую девчонку". Уилл удивлённо моргнул. Майк правда не понимает? Майк всё ещё думает, что он не особенный для него? Что он просто случайность, которой он не придаёт значения? – Майк, – Уилл подвинулся ближе, кладя руку на его ладони, чтобы тот перестал ковырять заусенцы до крови. – Я... я думаю, ты знаешь, почему. Он наклонился, чтобы заглянуть Майку в глаза. Ему и самому было не по себе – они никогда не говорили о таком. И ему не хватит смелости сказать прямо: "Потому что это ты". "Потому что ты особенный для меня". "Потому что я не хочу больше ни с кем целоваться, кроме тебя". Но Уилл надеялся, что Майк сможет всё понять без слов. Майк застыл, смотря Уиллу в глаза. Он сглотнул и едва заметно качнул головой из стороны в сторону, подняв брови домиком. "Невозможно, Байерс, ты мне врёшь". Уилл мягко улыбнулся одними уголками губ, чуть наклонив голову вбок. "Майк, я тебе не вру. Пожалуйста, поверь мне. Потому что я не смогу сказать это вслух, не сейчас". Майк долго смотрел на него. В его взгляде что-то менялось. Недоверие, удивление, страх – всё это сменилось чем-то тёплым, почти нежным. А затем ещё чем-то, чему Уилл не знал названия, но это тронуло его до глубины души. Не замечая тишины, Майк смотрел на него так, будто Уилл подарил ему весь мир. Будто он – Майк Уилер, позор семьи, никому не нужный придурок – вдруг оказался самым важным человеком на планете для него. Для Уилла. Это осознание ударило наотмашь, сбило с ног, заставило сердце биться где-то в горле. Майк не знал, как это называется, не знал, есть ли слова для этого чувства. Но одно он знал точно: ему хотелось, чтобы Уилл тоже чувствовал это, чтобы знал, чтобы никогда не сомневался. Облизнув губы, Майк подался ближе и поцеловал его, прижимая к себе. Теперь не жадно, не отчаянно, не так, как они целовались всю эту ночь и прошлые – а медленно, почти благоговейно, будто Уилл был чем-то хрупким и бесценным. Он старался вложить в этот поцелуй всё, что не мог сказать вслух. "Ты даже не представляешь, что это значит для меня". "Ты даже не представляешь, что ты значишь для меня". "Я никогда никого не хотел так, как хочу тебя". Уилл зарылся пальцами в его волосы – эти мягкие, чёртовы кудри, которые всегда сводили с ума – и выдохнул в поцелуй что-то бессвязное, похожее на "Майк". Он услышал его ответ, хоть и они ничего не сказали вслух. Мягко уложив его на лопатки, Майк оторвался от его губ, спускаясь ниже. Уилл запрокинул голову, обнажая шею, чувствуя, как его губы скользят по ней, оставляя влажную дорожку. Как Майк слегка касается зубами, совсем не больно, как тут же зализывает эти места, отчего по телу проходит волна мурашек. – Тут... – выдохнул Майк куда-то в кожу. – Тут я тоже целовал первым? Уилл тихо фыркнул. – Майк, ну ты же знаешь... Но Майк уже целовал ниже, слегка прикусывая там, где шея переходила в плечо. Уилл выдохнул громче, чем хотелось. – А тут? – Ну... да... – неуверенно пискнул Уилл, не понимая, к чему эти вопросы. Но от каждого слова, от каждого поцелуя внутри разгоралось что-то горячее, нетерпеливое. Майк целовал дальше. Ключицу, впадинку у горла, плечо. И каждый поцелуй, даже самый крошечный, сопровождался вопросом: – Здесь? – Да... – А тут? – Майк... – Тут? Голос Майк был хриплым, низким, и от него по спине бежали мурашки. Он мягко, медленно и беспрерывно целовал его ниже и ниже, заставляя судорожно выдыхать каждый раз. Уилл таял лужицей под ним, почти не соображая. – Да, – выдохнул Уилл уже почти без смущения. – Да, Майк, тут ты тоже первый. Ладони Майка медленно оглаживали его бока, живот, задирая футболку почти до самого верха. Поцелуи на шее не прекращались, и Уилл не заметил, как уже прикрыл глаза и часто, прерывисто дышал, сжимая плечи Майка. Постепенно в поцелуи вплеталась страсть, прикосновения Майка становились жадными, собственническими. Уилл вцепился в его плечи, слегка царапал спину под футболкой, слепо тыкался в его висок, макушку, в край уха, лишь бы тоже поцеловать. Рука Майк "невзначай" прошлась по соскам, и Уилл выгнулся, не сдержав короткого, сдавленного стона. Он не знал, что это может быть так приятно. Заметив, как Майк мельком глянул на него, словно проверяя реакцию, Уилл погромче выдохнул его имя, показывая, что всё хорошо. Хотя по нему это и так прекрасно видно – Уилл был в этом уверен. "Что же ты со мной делаешь", – пронеслось в голове у Майка. Он не мог сказать этого вслух, но он показывал. Каждым прикосновением, каждым поцелуем, каждой секундой, когда его руки скользили по телу Уиллу, словно помечая – "моё". Он целовал его ключицы, грудь, живот, вырывая тихие всхлипы каждый раз, когда находил новую чувствительную зону. Майк целовал его живот, когда провёл руками под рёбрами, слегка надавив пальцами, и Уилл снова выгнулся, пискнув от неожиданных, ярких ощущений. Майк не останавливался. Он зацеловывал его живот, когда поднял руку выше и снова коснулся соска, на этот раз задержавшись и слегка сжав между пальцев. Уилл тихо заскулил, и Майк улыбнулся, оставляя бледный засос почти у самого пояса джинсов. В штанах горело, теснота стала почти невыносимой. Уилл судорожно выдохнул от одного только вида Майка – растрёпанные волосы, уверенный взгляд, размазанная подводка, припухшие губы – который был сейчас так опасно близко к его ширинке. Это было слишком, это было запретно, но так желанно, что Уилл раскраснелся от одних только собственных мыслей, не в силах отвести взгляд. Майк всё же остановился. Поднялся выше, нависая над Уиллом и встречаясь с ним взглядами. Уилл был таким красивым – раскрасневшимся, с припухшими, блестящими губами, с расширенными глазами, с разметавшимися по подушке волосами. Он выглядел разнеженным, зацелованным и явно хотел большего. Майк и сам сходил с ума от собственного желания, держась из последних сил, чтобы не сделать что-то, о чём они оба потом пожалеют. Правой рукой он бережно коснулся его щёки, пока старался удержаться на левой. Сердце сжалось от того, как трепетно Уилл прильнул к его ладони, как прикрыл глаза, полностью доверяя ему. Майк задыхался от собственных чувств, которым не было названия. Конечно, виной всему алкоголь. Конечно. Но было что-то ещё, о чём он так старался не думать. Уилл накрыл его ладонь своей и поцеловал её, глядя прямо в глаза Майка. Тот смотрел на него... с обожанием. Не то чтобы Уилл разбирался в таких взглядах – на него никогда так не смотрели. Но он видел это в глазах Майка, и от этого перехватывало дыхание. – Майк? – Что такое? – шепнул Майк, и Уилл был тронут, заметив беспокойство за него на его лице, смешанное с нежностью и чем-то ещё, более глубоким. Уилл сам не знал, что им движет в этот момент. Может, то, как Майк смотрел на него своими тёмными, щенячьими глазами. Может, то, как Майк нежно касался его, зацеловывая всё тело, не пропуская ни сантиметра. Может, то, что поселилось в нём ещё летом, в тот день, когда они познакомились – то странное, щемящее чувство, которое он тогда принял за восхищение. А может, всего лишь коктейли с водкой, от которых Уилл не мог оторваться весь вечер. Но ему вдруг захотелось сказать это вслух. – Ты не просто мой первый поцелуй, – тихо шепнул он. Так тихо, что Майк, наверное, скорее прочитал по губам, чем услышал. Майк поднял брови, не понимая. Уилл закрыл глаза, кусая губы. Это было не так-то легко, но они ведь пьяны. А значит, это не считается. Или, по крайней мере, они не будут обсуждать это, когда протрезвеют. – Ты единственный, Майк. Слова почти идентичны, почти синонимы, но смысл, вложенный в них, – совершенно разный. Тишина. Уилл не решался открыть глаза, замерев в ожидании. Сердце бешено колотилось, отдавая в висках. А потом Майк выдохнул. – Блять, Уилл... боже... В его голосе было столько всего, что Уилл, наконец, открыл глаза. Майк смотрел на него так, словно... Уилл не знал, как назвать это чувство, которое он увидел в его взгляде. Может, л... Уилл боялся даже думать об этом слове. Глаза Майка расширены, в их уголках появились едва заметные капельки слёз. Он понял всё, что хотел сказать Уилл этими двумя несчастными словами. – Ты... – Майк запнулся, сглотнул, пытаясь справиться с комом в горле. – Уилл, ты... я... Он не смог договорить. Уилл мог бы спросить: "что ты?". Мог бы спросить: "что я?". Мог бы молчать, дожидаясь ответа. Мог бы сказать в ответ "я тоже, Майк", даже мысленно не называя это чувство. Но он знал, что никто из них не готов обсуждать это вслух. Ни Майк, который, скорее всего, потом замкнётся, испугавшись собственной уязвимости. Ни он сам, который, скорее всего, потом засомневается во всём, начнёт слишком много анализировать. И не хотелось позже большей неловкости, чем они готовы вынести после каждой пьянки. Поэтому Уилл просто притянул к себе Майка за шею и нежно поцеловал. Позволяя и Майку сказать всё, что он думает, таким образом, и себе ответить ему так же. Нежность быстро уступила место другому желанию. Дикому, жадному, собственническому. Они целовали друг друга так, будто хотели заполнить всё пространство, будто хотели, чтобы другой забыл, как дышать без него. Майк прижался всем телом настолько близко, насколько это было вообще возможно. И Уилл ярко почувствовал, как стояк Майка упирается в его собственный. Он не сдержал рваный вздох, крепче впиваясь пальцами в его спину, наверняка оставляя следы. Нога Майка оказалась меж его, и тот толкнулся бёдрами ему навстречу. И от этого движения Уилл чуть не выгнулся дугой, судорожно дыша. Никто не заметил, как это произошло. Сначала случайные, медленные касания, потом ритмичные, неконтролируемые. Их тела словно жили своей жизнью, не подчиняясь разуму, который тоже отказывался работать. Каждый чувствовал возбуждение другого через джинсы и своё собственное, такое сильное, что кружилась голова. "Мы не должны, – мелькнуло где-то на периферии у обоих. – Это слишком, так нельзя... Мы зашли слишком далеко". Но никто не мог остановиться. Им обоим было слишком хорошо, чтобы позволить себе отстраниться. Каждый толчок, каждое трение отзывались волной удовольствия, которая в итоге накрыла их с головой. Уилл выдохнул ему в губы что-то невнятное и сильнее сжал его волосы, притягивая ближе. Ему никогда не было так хорошо. Он и не знал, что это в разы приятнее, чем уединяться с самим собой в темноте своей комнаты. Майк сжал его бедро, притягивая ближе, усиливая трение. В его голове было пусто: только Уилл под ним, Уилл рядом, Уилл везде. Уже совсем близко, ещё чуть-чуть, ещё пара движений и... – Блять, Майк! – Уилл выгнулся в его руках, запрокидывая голову. Он вцепился ногтями в спину Майка, оставляя сильные царапины, но он позже за это извинится. Возможно. А пока он закатывал глаза от яркого оргазма, который прокатился мелкой дрожью по всему телу. Уилл даже не заметил, как это произошло. Он просто плыл, чувствуя только Майка, его дыхание, его руки, и ему вдруг на несколько секунд стало всё равно на то, что это неправильно. Майк кончил следом, уткнувшись лицом в его шею с глухим, сдавленным стоном. Он тяжело дышал, вдыхая запах Уилла, который сводил его с ума уже так давно. Ему никогда и ни с кем не было так хорошо. И Майк не был уверен, что дело в алкоголе, потому что у него никогда не было секса на трезвую голову. Но думать об этом не было сил. Майк практически полностью навалился на Уилла, спрятав лицо в изгибе его шеи. Чувствовал, как бешено колотится его сердце под щекой, как вздымается грудь, как Уилл лениво гладит его по спине. Уилл прижал его к себе крепче и поцеловал в макушку, зарываясь носом в его волосы. – Тяжёлый, – прошептал он с улыбкой. – Отстань, – буркнул Майк куда-то в шею, но не шевельнулся. Наоборот, прижался ещё ближе, обхватив его покрепче. Они лежали в тишине, пытаясь прийти в себя. Басы музыки и чьи-то голоса доносились с первого этажа, но они слышали только биение собственных сердец. Всё это было слишком, и оба это знали. Но ещё никто из них ни о чём не жалел, до безумия надеясь, что второй тоже не жалеет. Уилл первым нарушил тишину. – У нас теперь всё липкое... – сказал он, тут же почувствовав, как Майк усмехнулся ему в шею. – Да ты что, Байерс, правда что ли? – фыркнул он. Уилл несильно шлёпнул его по плечу, улыбаясь. Майк устало вздохнул, так и не оторвавшись от шеи Уилла. – Я только позавчера стирал джинсы, – пожаловался Майк. – И теперь они... ну, в этом. – Ого, – усмехнулся Уилл. – Не знал, что ты их вообще стираешь. – Заткнись, Байерс. – Сам заткнись. Майк опять фыркнул ему в шею и, нехотя приподнявшись на локте, посмотрел на него. Уилл смотрел на него с таким теплом в глазах, что Майк невольно нежно улыбнулся в ответ. – Это было... – начал Майк и запнулся, не зная, что и сказать. И нужно ли вообще что-то говорить? – Ага, – выдохнул Уилл, тоже не зная, как себя вести. – Было... Щёки у обоих пылали, и они смущённо улыбнулись друг другу, как два идиота, которые только что перешли черту и понятия не имели, что делать дальше. – Как-то... неловко получилось, – Майк криво усмехнулся. Уилл качнул головой. – Н-нормально вроде... – он шумно сглотнул, мысленно фыркнув на дрогнувший голос. – Думаешь? – Ага. Они смотрели друг на друга, кусали губы, пытались придумать, что вообще можно сказать такого, чтобы неловкость ушла. И возможно ли подобрать такие слова? – Хорошо, что мы не в светлых джинсах... – Уилл криво улыбнулся, пытаясь перевести разговор хоть в какое-то подобие шутки. Майк улыбнулся в ответ – с облегчением, с благодарностью за то, что Уилл пытается сделать всё менее неловким. – Да уж, Байерс, повезло, – Майк тихо засмеялся, и Уилл подхватил смешок. Они сами не понимали, почему смеются, но неловкость медленно отступала. Майк немного сполз с Уилла, чтобы тому не было тяжело, но всё равно продолжал утыкаться лицом в его шею. Уилл прижимал его к себе, успокаивающе перебирая спутанные прядки. Они долго лежали, молча обнимаясь и думая о своём. О том, как было хорошо, пусть это всё неправильно. О том, что это было лишним, но, кажется, не против... повторить. Главное – выпить побольше, ведь иначе это будет странно, да и вряд ли им понравится. Так ведь? Майк полностью расслабился, едва ли не мурлыча от того, как ласково Уилл перебирает его волосы. Он думал о том, что только что произошло, как так получилось. Хватило всего двух слов – "ты единственный" – чтобы Майк потерял голову и отдался желанию. И когда он успел таким стать? – Кстати, Байерс, – вдруг вспомнил Майк, снова приподнимаясь, чтобы посмотреть на Уилла. – К чему была вся эта хуйня? Ну, про Джейн? Ты по приколу, что ли, выёбывался? Уилл криво улыбнулся, занервничав. Его пальцы замерли на затылке Майка. Это и правда было тупо с его стороны. Он сам не знал, зачем полез провоцировать Майка, когда мог сказать об этом как-то деликатнее. – Эм, я... – замялся он, мечтая съехать с темы, но Майк слишком пристально смотрел на него. Уилл быстро понял, что тот не угомонится, пока не услышит внятный ответ. – Я, ну... Ты же типа, наверное, много с кем, ну, целовался, – краснея, пытался объяснить Уилл, – и я просто хотел, эм, узнать... типа... я имею какое-то... значение или нет?... Сказав это, Уилл поджал губы, чувствуя, как всё внутри сжимается от неловкости и уязвимости. Подначивать Майка вопросами было в разы проще, чем самому говорить о своих переживаниях, настоящих чувствах. Майк молча смотрел на него несколько долгих секунд. Удивлённый, чуть растерянный, но совсем не злой. А потом Майк только мягко улыбнулся, покачав головой – Уилл только что задал ему самый тупой вопрос в мире. – Я думаю, ты знаешь, – прошептал Майк, специально передразнивая тот ответ Уилла. Уилл не успел ничего сказать, как Майк поцеловал его. Не жадно, не требовательно, а ласково, проходясь кончиками пальцев по его щеке, плавно скользнув в волосы. Уилл сначала прикусил его нижнюю губу за расплывчатый ответ, но быстро расслабился, сдавшись под этим поцелуем, под этими прикосновениями. Кажется, он и правда знал ответ. – Не делай так больше, ладно? – прошептал Майк, целуя его за ушком. – Не сравнивай меня с Джейн в... ну, этом плане. Пожалуйста. Это "пожалуйста" разбило Уиллу сердце. В его голосе не было ни злости, ни привычного ворчания – только усталость и какая-то тихая, почти детская просьба: "не делай мне больно. не заставляй меня сомневаться. я и так не знаю, что со мной происходит". Уилл тихо всхлипнул от нежности к Майку. Ему стало очень стыдно за свои слова. Он крепко обнял Майка, прижимая к себе и целуя в висок. – Прости, я просто... – он сглотнул, не зная, что и сказать в свое оправдание. Да и оно не нужно было. – Прости. – Доведёшь меня так однажды, Байерс, – устало выдохнул Майк, прикусывая мочку уха. – И я тебя съем, честное слово. Ойкнув от очередного покусывания, Уилл заулыбался. Майк не злился на него, быстро простил, но Уилл понял свою ошибку и больше не собирался её повторять. – С кленовым сиропом? – тихо спросил он, и в его голосе скользнула лёгкая, дразнящая нотка. – С тройной порцией, – серьёзно ответил Майк. – Потому что ты противный. Они оба тихо засмеялись, так и не отпуская друг друга из своих объятий. – И чего я лишусь первым? – улыбнулся Уилл, даже не замечая, насколько флиртующей была интонация. А вот Майк заметил и широко улыбнулся в его шею. Он посмотрел на Уилла и игриво поиграл бровями, усмехнувшись. Уилл скривился, поняв, куда клонит Майк. – Блять, только не говори про... – Заметь, это ты сказал! – весело перебил Майк, засмеявшись с его недовольного лица. Но, чмокнув Уилла в нос, он всё же ответил: – На самом деле, я бы начал с этого... С этими словами Майк снова зарылся носом в его шею, на этот раз кусая посильнее. Уилл вздрогнул под ним и выгнулся, не сдержав шаткого выдоха. Майк оставил несколько поцелуев на этом месте, зализывая след. – Ты прям вампир... – прошептал Уилл, прикрывая глаза от удовольствия. – Жаль, что не байкер, – Майк вздохнул настолько печально, что Уилл не выдержал и прыснул от смеха. Они оба громко засмеялись, и с этим смехом ушла абсолютно вся неловкость, которая только осталась между ними. Они получили все ответы, которые хотели, даже если мало о чём было сказано вслух. Да и оно и не требовалось. Нежась в объятиях друг друга, они почти задремали, несмотря на непрекращающийся шум за дверью. Их не волновало ничего, пока они были рядом друг с другом. Уилл очнулся первым и затормошил Майка. Тот что-то сонно проворчал, но поднял голову и посмотрел на Уилла, не понимая, в чём дело. – Что такое? – Ты обещал отвезти меня к Джонатану сегодня... Уилл сам не хотел никуда уезжать отсюда, потому что тогда пришлось бы встать с кровати, отпустить Майка, а потом и вовсе засыпать одному. Но им завтра в школу, и переодеться было жизненно необходимо. Майк замер на секунду, переваривая информацию, а потом простонал так жалобно, что Уилл не сдержал улыбки. – Да бляяя, – протянул он, устало ткнувшись носом в плечо Уилла. – Точно здесь не останемся? – Завтра в школу... – напомнил Уилл, хотя сам не хотел об этом думать. – Бляяять, – Майк едва ли не захныкал. – Пиздец. Ты специально ждал, чтобы испортить настроение, Байерс? Я уже почти уснул, всё было хорошо, а ты... – Я тоже почти уснул, – усмехнулся Уилл. – Вот и спали бы дальше. – Нам завтра в школу. Надо будет принять душ и переодеться. – В школу можно и в том, в чём мы сейчас. – Фу, Майк. – Ладно-ладно. Умеешь же уговаривать, – приглушённо буркнул Майк, сдавшись. – Ещё немного поваляемся и поедем, хорошо? Уилл тихо захихикал с этой привычной ворчливой интонацией, которая успела стать родной. Он покрепче обнял Майка и поцеловал его в макушку, чувствуя, как тот улыбается ему в шею. – Хорошо. Они ещё полежали – может, пять минут, может, двадцать, может, целую вечность – в полумраке комнаты, под приглушённую музыку с первого этажа. Никто не хотел, чтобы этот момент заканчивался. *** Майк сдержит обещание и отвезёт его к Джонатану в трейлер. Джонатан опять огрызнётся на Майка, выскажет Уиллу про "сколько можно". Аргайл довольно улыбнётся, скажет что-то смущающее и раздражающее одновременно про "судьбу" и "вселенную". Но никого из них это не будет волновать, потому что оба лишь по одной короткой улыбке друг друга поймут – никто ни о чём не жалеет. И оба догадаются, что скоро всё повторится снова, даже если это странно и неправильно.