Принять себя

Дарин закончил читать дневник через два дня. В этот раз я не стал останавливаться на подробностях и пересказал ему содержимое вкратце. Дарин пожал плечами, принял к сведенью и вернулся к своим привычным делам. Ему древняя история была не интересна, ведь она не несла в себе никакой практической пользы. Вот если бы в дневнике было написано где и как найти сокровища — это было бы совсем другое дело. А так — бесполезная информация о людях, которые уже давно умерли. А я над прочитанным задумался серьёзно. Над самой ситуацией, над тем, как легко может погибнуть цивилизация. Всего-то достаточно лишить её доступа к энергии. Что здесь, собственно, и произошло. Как я понял из разрозненных кусочков — было время, когда дарги и занги жили бок о бок, ничем друг другу не мешая. Дарги могли воздействовать на материю. И, как я понял, моя способность лепить из камней — это как раз от них. А вот блуждающий слух — это от зангов, которые работали с нематериальными субстанциями. Дарги строили дома, поднимали к ним источники воды и создавали колонны управления. Занги же обеспечивали наличие связи и беспроводной подачи энергии при помощи пилонов. То есть каких-то вышек, которые в городах были натыканы везде, где возможно. Примерно как у нас вышки сотовой связи. Чем теснее становилось сотрудничество, тем больше на свет появлялось смесков, которые оказались «серыми мышами», не унаследовав никаких способностей своих родителей. Со временем люди и кхары превратились в рабочий класс, а занги и дарги отодвинулись в элиту. Что-то вроде олигархов, политиков, которые тусуются в своём узком кругу, куда попасть со стороны практически невозможно. Если только ты не чей-то сын, брат или сват. С увеличением количества смесков стали развиваться технологии. Ведь им, в отличие от чистокровных, для полноценной жизни требовались «костыли». То есть приспособления, нивелирующие отсутствие способностей. Как слабовидящему нужны очки, а глухому — слуховой аппарат. С каждым годом людей и кхаров становилось всё больше, а зангов и даргов всё меньше. В какой-то момент пропорция составила пятьдесят на пятьдесят, а потом и вовсе семьдесят на тридцать. А затем кто-то с кем-то что-то не поделил. Кто начал первый — сказать невозможно, как и ответить на вопрос: кто виноват? Здесь была территория даргов, а они во всём винили зангов. И понеслась душа в рай! Биологическое оружие, климатическое оружие, тектоническое оружие, энергетическое оружие. Дарги могли работать с камнем — это были их врождённые способности. Они владели умением холодной плавки. Под воздействием магии или энергетического поля, называйте как хотите, они превращали любую каменную породу в лёсс — мельчайшую, как просеянная мука, каменную взвесь. Этот лёсс заливался в опалубку, воздействие сторонней силы прекращалось и камень восстанавливал свою структуру и прочность, но уже в новой форме превращаясь в монолит. Почти как бетон. Только бетон после застывания невозможно снова сделать жидким, а камень можно. Благодаря большому количеству людей, эти личные умения даргов стали технологией, с помощью которой они «расплавили» десятки крупных и сотни мелких городов зангов. «Горы текли как реки, и реки застывали камнем…». Что сразу не рассыпалось каменной пылью, то оказалось замуровано в глубине застывшего массива. Обе стороны в первую очередь били по крупным центрам, по заводам, по производственным мощностям. Дальше были ещё обмены бяками, и под конец занги уничтожили энергетические пилоны. Но не просто взорвали, они врубили отрицательную интеграцию. Грубо говоря, это как если бы вышки сотовой связи вдруг превратились в мощнейшие источники СВЧ-излучения, которое за несколько минут убило всё живое в радиусе своего действия. И, в качестве финальной точки, разогрело камень до состояния лавы. Вот так за полчаса обнулилась оставшаяся часть населения. Но речь не о погибших, а о тех, кто случайно выжил в этом замесе. Как медики, перевозящие младенцев, как сотрудники научной станции, пилон которой был в тот момент отключён из-за ремонта. На огромной территории осталась небольшая группа людей. Без связи, без энергии, без понимания, что происходит в других частях света. Первые несколько недель они ждали помощи, хоть какой-то весточки. Но однажды наступило понимание, что никто не придёт, и нужно выживать самим. Да, среди них были не только простые люди, но и именитые учёные. Только что может сделать программист, если нет компьютера? Профессору математики его знания не помогут наполнить желудок. Инженер сможет сделать чертёж станка, но не сможет его создать из-за банальной нехватки материала. Даже высококвалифицированный кардиохирург останется не у дел. Без нужной аппаратуры он не сумеет провести успешную операцию. В медицине востребованным будет «коновал», который сможет резать наживую. И терапевт, умеющий поставить диагноз и вовремя переключившийся в лечебных рекомендациях на календулу и подорожник. А в тяжёлых случаях на бубен и молитву. Что-то купить негде и не на что. Безналичные деньги просто исчезнут вместе с отключившимися серверами. Цифровые носители бесполезны из-за отсутствия энергии. Даже наличные деньги больше ничего не стоят. Отныне ценность имеют только физические вещи. Вот только вряд ли у кого дома имеются пособие «Сделай сам» или «Справочник лекарственных трав». Мы умеем пользоваться высокотехнологическими вещами, но совершенно не знаем, как они работают и как их починить. Уж не говоря о том, чтобы создать с нуля. Самолёты, смартфоны, микроволновки останутся лишь воспоминанием. Год или два люди ещё смогут выживать за счёт поиска уцелевших складов. Но потом часть продуктов будет съедена, а остальное придёт в негодность. И не останется другого выхода, как начать вести натуральное хозяйство. Ещё пару лет можно будет использовать для облегчения труда брошенную технику, но потом в резервуарах АЗС закончится топливо, которое можно было черпать ведром. Станут ломаться машины, но починить их будет невозможно. Нет специалистов, нет запчастей. Так что вскоре в небытие уйдут автомобили и трактора. Вернётся ручной труд. Тяжёлый, выматывающий. После целого дня работы в поле и ухода за скотиной ни у одного учёного не останется ни сил, ни времени, ни возможности совершать открытия. У него будет только одна цель — найти пропитание на завтра. А дальше — бытие начало определять сознание. Желудок победил и образование, и воспитание, и гуманизм. Правила и условности старого мира были отброшены, как не соответствующие текущему положению дел. И новоявленная община стала жить по первобытным законам. «Не работаешь — не ешь». «Не согласен с политикой партии — добро пожаловать на выход за ворота». «Любой чужак — враг». «Сначала себе — потом детям». Последнее правило очень разумное. Не зря в самолётах объявляют: «Сначала маску на себя, а потом на ребёнка». Потерявшего сознание ребёнка взрослый сможет вынести на руках. Потерявшего сознание взрослого ребёнок не спасёт. В случае критической нехватки еды этот принцип не менее актуален. Сначала мужчина, потом женщина, потом ребёнок, потом старик. Это не дискриминация, это оптимальный способ выживания. Основной добытчик должен оставаться на ногах дольше всех, чтобы иметь возможность найти, добыть и принести ещё еды. Со временем физическая необходимость превращается в устои общества, а уже они — в закон. Для примера возьмём запрет для женщины на владение имуществом. Давайте будем откровенны. Если не сравнивать между собой спортсмена и обывателя, то в обычной жизни любой мужчина сильнее любой женщины. Ни одна женщина не может бегать быстрее мужчины и не может нести больший вес. Причина этому — строение мышц и иной центр тяжести. Поэтому женщина просто не сможет защитить свой дом и скот, если явится мужчина, который решит всё это отобрать. Она просто физически не сможет ему противостоять. А если попробует, то в результате убьют и её саму, и её детей. Только у мужчины есть шанс выстоять. Какой-никакой, но есть. А для женщины единственный вариант — принять нового мужа как хозяина дома. Тогда ей сохранят жизнь. Тоже шанс с вариантами, но он хотя бы имеется. Это и есть тот самый пресловутый закон выживания. Про гуманизм сейчас вспоминать не надо, и про равноправие тоже. О нём почему-то говорят тогда, когда речь идёт о привилегиях, но молчат, когда разговор заходит об ответственности. Не за своё благополучие и не за детей, нет… Об ответственности за слова, за поступки, за последствие принятых решений. Когда ты сама должна разгребать проблемы потому что ты их создала. И никто в это момент тебе помогать не обязан. Ведь это полностью твоё решение. Но именно тут вдруг выясняется, что женщины — это слабый пол. И вообще, им все должны просто потому что потому. Речь не об этом, а о том, что сострадание может себе позволить только тот, кто закрыл свои базовые потребности. Голодающий несколько дней человек не станет умиляться зайчику или птичке. Какими бы они ни были милыми — он увидит в них только жаркое. Страдающий от жажды не выльет последнюю воду, чтобы полить засыхающее деревце. Голодный и замёрзший будет злым и беспощадным. И только тот, кто сыт, одет и согрет может проявлять милосердие. Не нужно в этом винить людей. Да и кхаров тоже. Они везде одинаковые. Во всех частях света во все времена они любят и ненавидят, жертвуют собой и предают, живут честно и обманывают, трудятся на благо и злоупотребляют властью. Напрасно многие считают, что счастье в материальных благах. Деревенская девушка, получившая в подарок от приглянувшегося парня сплетённую лично им корзину, может чувствовать себя намного счастливее, чем богатая горожанка, получившая в подарок от навязанного жениха золотые серьги. Единственное, что меняется, — это понятие «базовых потребностей». В одно время — это еда, одежда и дом. В другое — еда, дом и украшения. Потом — вкусная еда, красивый дом, статусные украшения и прислуга. Только пропорция остаётся неизменной. Самые добрые и отзывчивые люди это те, кто имеет базовый минимум и небольшой излишек. Грубо говоря — средний класс. Чем дальше от «золотой середины», тем явственнее проявляется человеческая жадность. Нищие последнего не отдадут, но и богатые состоянием делиться не станут. Но переосмыслить своё существование меня заставило другое. Осознание, что самый отвратительный обман, который мы слышим с самого детства, — это фраза: «Ты можешь стать кем угодно!». Нет, не можешь. На то, кем ты в итоге станешь, влияет твоё телосложение, здоровье, интеллект. Уклад семьи, место, где ты родился и время, когда ты родился. Тут показателен мой собственный пример. Появился бы тушканчик на свет в крестьянской семье, то никто не приглашал бы к нему морского шамана и прочих врачевателей. Придушили бы по-тихому, и на этом история бы закончилась, даже не начавшись. Второе наебалово: «Будь собой, и тебя примут…». Ничего подобного! Принимают удобных, понятных и полезных. А если ты хочешь быть иным, то должен быть готов заплатить огромную цену. Отторжение, игнор, ненависть тебя будут сопровождать до тех пор, пока ты силой, физической или духовной, не отстоишь своё право быть именно таким. И вот это напрямую относится к кхарам, вся вина которых лишь в раннем рождении и физическом отличии. Если бы они владели какими-то понятными возможностями, вроде «властью над камнем», то у них был бы шанс на достойную жизнь. Лучшие мастера, гордость своей профессии! Но нет, власть над материей — это как раз удел даргов. А кхары… Они управляют нематериальным, тем, что нельзя пощупать. Блуждающий слух может заинтересовать политиков и шпионов, но он не добавит авторитета своему владельцу. Наоборот, такая способность вызовет ещё больший страх и недоверие. Породит ещё больше предрассудков, в добавок к тому, что уже есть. Да, кхаров будут привлекать к работе, но ненавидеть станут ещё сильнее. Они превратятся в касту отверженных просто по факту своего рождения. И никого не будут интересовать их чувства и моральные качества. Будет ли такая судьба лучше смерти во младенчестве? А ещё я понял, что мы похожи с этим миром. И моя, и его память хранит в себе тени прошлого. Технические чудеса, волшебство квантовой физики, магию генетического конструирования… Мы с этим миром старики, которым подарили молодое тело. Мы многое понимаем, ещё больше знаем, но не можем воплотить в жизнь. Нам не хватает сил, возможностей и ресурсов. Как оказалось, медики специально оставили мумифицированные зародыши в капсулах, чтобы их можно было идентифицировать при поиске. Но самым большим откровением для меня стал список имён выживших детей, который был приведён в дневнике. Среди них был мальчик Энима Арден. Почему я запомнил именно его? Потому что род моей матери носит имя да-Арден! Зачем ты позвал меня, Новый Мир? Зачем привёл сюда со старой памятью? Чтобы моими глазами увидеть себя, как в зеркале? Посмотреть со стороны? Только мне-то что с этим делать? Как мне стать твоей частью? Как мне принять другого себя?