Крылья

- Папа Смурф! - Где твой колпак? - Прикрыть смурфиную сущность! - Смурф! Смурф! Смурф! Утро началось с издевательств. Едва войдя в зал, Кристофер уже почувствовал усталость. Принимая на себя град насмешек, он прошёл свой путь позора до ковриков для йоги и принялся растягиваться. Тело отяжелело после вчерашнего и болело. При растяжке боль усиливалась, но это было даже приятно, помогало отвлечься. Волосы так и остались синими. Причём не красивого ярко-синего цвета, как обещал тоник на этикетке, а грязного тёмного оттенка, уходящего в какой-то бурый. Кристофер честно извел на них половину нового пузырька шампуня. Волосы стали блевотно-синими. Заебись. Хотел было испробовать на них чудо-средство, которым свёл пятна с кожи, но Косински закричал, чтобы он не смел этого делать, если не хочет получить ещё более шокирующий результат. И было что-то в его голосе, отчего Кристофер ему поверил. Теперь он выглядел странно, как жертва криворукого парикмахера, и не мог винить парней за насмешки. Он бы и сам с удовольствием к ним присоединился, если бы чертовы синие волосы не были на его голове. Что ещё можно было предпринять? Подождать, пока всё это вымоется и ходить посмешищем? Или лучше сбрить всё нафиг. Сейчас лето, многие носили покороче. К сентябрю волосы отрастут до приемлемой длины, и никто не узнаёт... - А вот и смурфетта! В зал вошёл Косински в неоново розовых компрессионных лосинах, надетых, а, скорее, туго натянутых под короткие розовые же шорты. У Кристофера зарябило в глазах. Он отвёл взгляд, стараясь не пялиться на вызывающе блестящие в свете галогеновых ламп мускулистые икры. Какой кошмар. Косински издевательство проигнорировал, и с грацией слона плюхнулся рядом с ним на соседний коврик. Потянулся вверх всем своим огромным телом, так, что край белой майки задрался, обнажив полоску живота, и буквально сложился пополам, принимая какую-то странную позу из йоги. - Не, это не смурфетта, - возразил Кейси Моррено, нападающий их неполного третьего звена. - Это ж чисто Цветан и Розочка! По залу прокатился довольный гогот. - Блядь, почему я сам до этого не додумался? - обиженно закричал Коллинз. - Дамы и господа, наш троллиный дуэт! Он с пафосом указал на них рукой. - Спойте, попляшите, обнимитесь! - крикнул кто-то. Кристофер моргнул и сел. Команда подхватила: - Спойте, попляшите обнимитесь! Спойте, попляшите, обнимитесь! Парни подтягивались ближе, сжимая их в кольцо. Кристофер не сразу понял, с чего вдруг из-за его дурацких волос этим утром прилетело и Косински. Смурф тут был только один. Теперь же до него медленно дошло, что проблема тут вовсе не в волосах, а, точнее, не только в них. Просто кто-то наконец прочитал релиз с сайта, разнёс его по всей раздевалке, и команде очевидно не понравился столь явный, агрессивный пиар конкретной пары. Над дуэтами всегда подшучивали, иногда зло, иногда восторженно, но эффективная связка двух мужчин неизменно вызывала в ограниченных головах хоккеистов нечто похабное. Хотя в ста из ста процентов случаев таковым не являлась. Все это знали и продолжали стёб. Это была своеобразная традиция, ритуал. Проще говоря, зависть, потому что а кто не мечтает о надёжном напарнике. Кристофер покосился вправо. "Напарник" не спеша разогнулся из позы "Собака мордой вниз" и одним плавным, слитный движением поднялся на ноги. Окинул взглядом толпу и с выражением невозмутимой доброжелательности на своём большом тупом лице спросил у Коллинза: - Себби, ты какой цвет радуги предпочитаешь? Коллинз поначалу удивлённо моргнул, явно не понял, о чем речь. Кристофер не без удовольствия наблюдал за тяжелой работой его мысли. Косински чуть-чуть ему помог, зачесав со лба свои розовые волосы. Себ отпрянул в ужасе и воскликнул: - Да пошёл ты! Только посмей! Но по паскудной, многозначительной ухмылке паршивца было понятно: не только посмеет, но и сделает это с большим удовольствием. - Думаю, синий пойдёт к твоим глазам, - доверительно сообщил Косински, слегка понизив голос, отчего тот приобрёл неуместно интимный оттенок. - Станешь смурфеттой... Чтобы смурфик не скучал. И бросил на Кристофера короткий игривый взгляд. "Маленький предатель!" - с досадой подумал тот и огрел Косински по заднице полотенцем. Поднялась новая волна шума. Теперь ржали над Коллинзом, подкалывая его "смурфеттой". Краснющий и злой, тот осознавал, что прозвище прилипнет надолго, пока не произойдёт какая-нибудь другая абсурдная пакость. Кристофер наблюдал за ним со смесью удовлетворения и разочарования. Было хорошо, что парни про них забыли. Плохо, что вообще обратили внимание. И ещё, какого чёрта Косински его дразнит? Разве они не должны быть на одной стороне?? Мысль до того попахивала детским утренником, что Кристофер сам от себя поморщился. Разумеется нет. Тот факт, что тему с краской они между собой закрыли, не означал, будто засранец вдруг перестал быть засранцем. Наконец вошёл Платт и разогнал их по тренажерам. Все заткнулись и быстро забыли о чём-то ещё, кроме своих потных, больных тел. *** Тренер не обманул: под конец установленных полутора часов даже самые стойкие буквально выползали из зала на четвереньках. Хьюзи шумно дышал, как паровоз, и постоянно прикладывался к своей бутылке с водой. Себ и Кит сидели, привалившись друг к другу, и тупо пялились в пространство. Кто-то лежал трупом прямо на полу раздевалки, позволяя перешагивать через себя, как через бревно. Косински с озабоченным лицом то и дело потирал левое плечо. Этого, блядь, ещё не хватало. - Покажи, - толкнул его к стенке Кристофер и развернул к свету, чтобы улучшить обзор. Тот недовольно попытался вырваться, но был профессионально зафиксирован. Пробурчал: - Просто ушиб. Вспомнилось, с каким грохотом он свалился в первом периоде, погребенный под тушей Джонса. Давя беспокойство, Кристофер немедленно подверг его инспекции и обнаружил на плече небольшой синяк. А ещё тонкий, едва заметный шрам под ключицей. Прошёлся пальцами вдоль плеча к шее. Мышцы были каменными и буквально звенели от перенапряжения. Придурок. Кристофер сурово глянул на него и наткнулся на ответный взгляд "Не здесь". Подумав, оттолкнул. - Ладно. Но, стоило им покинуть спорткомплекс, мгновенно накинулся. - И какого хрена? Косински издал вздох и утомлённо глянул на него. - Всё в порядке. Правда. - Ага, щас! - прошипел Кристофер. - Как долго собирался скрывать? Тренер знает? Ты вообще помнишь, что на кону, идиот? Его слова Косински заметно задели. - Говорю же: всё в порядке, - очень терпеливо, с нажимом повторил он. Добавил неохотно: - Просто... психосоматика. - Да нихуя! - взорвался Кристофер. - Там такой спазм! Удивительно, что кость не треснула. - Подпихнул в спину. - Давай, шевелись. Спазм мог скрывать проблему и похуже. Например разрыв связки. Или, не дай Господи, перелом. Это минимум два месяца на восстановление. И что они нахрен будут делать? Что он будет делать? Интересно, Милтон закладывал в риски поломку своего драгоценного сыночка? Что в таком случае он собирается предпринять? - Куда ты меня ведешь? - недовольно спросил Косински. - В госпиталь, блядь! - рявкнул Кристофер. - Чтоб тебе во все дыры залезли и дали письменное заключение, что ты здоров. Иначе хрен ты на лёд выйдешь! Некоторое время они шли молча. Косински что-то там себе пыхтел и покусывал нижнюю губу, но Кристофер срать хотел на его недовольство. Перед глазами стояло поражение команды и собственное бесславное будущее. Уже на подходе к воротам университета тот вдруг негромко сказал: - ... Ладно. Кристофер настолько изумился, что переспросил: - Что? - Хорошо, - буркнул Косински, с независимым видом разглядывая очень интересные кусты у скамеек. - Ты прав. Пойдём. Оставались лишь ловить челюсть от такой внезапной покорности. Выглядело чертовски подозрительно. Но всё же лучше, чем перспектива как-то скручивать этого слона и силой доставлять в больницу. Транквилизатором что ли запастись, с тоской подумал Кристофер, пока они сворачивали по серой каменной дорожке к громаде университетского госпиталя. Так ведь тренер запалит. Что бы он понимал в дрессировке опасных животных. *** Отделение диагностики было Кристоферу знакомо до нервной дрожи ночных дежурств после целого дня учёбы и тяжёлых тренировок. Один вид вызывал желание спрятаться и прикрыть обеими руками голову. Но он не прятался. Сам выбрал. Сам решил учиться и играть. В этом никто не был виноват. И всё же, шагая по выскобленному до блеска коридору (о, этот запах чистящих средств ему в кошмарах снился), не мог отделаться от ужасающей мысли о том, что на третьем курсе он будет проводить здесь ещё больше времени. Почти всё время. Возможно здесь его тихо похоронят. Кабинет доктора Чэн оказался приоткрыт, но Кристофер всё равно из вежливости постучался. - Войдите, - раздался звонкий женский голос. - А, Бэйл. Опять привёл мне работу? Маленькая азиатка в зелёном халате поднялась из-за стола, но это ей не сильно помогло: ростом она оставалась Кристоферу по грудь. Рядом с Косински и вовсе терялась где-то на уровне пупка и начинала смахивать на десятилетку. Но её энергичные манеры и цепкий взгляд могли приструнить хоть мамонта. Мамонт, однако озадаченно на неё уставился и неловко застыл на месте, так, что Кристоферу пришлось дать ему направляющего пинка в сторону кушетки. - Показывай, - приказала доктор Чэн. Косински, морщась, стянул футболку и продемонстрировал ей своё плечо. Некоторое время доктор деловито и профессионально его ощупывала. Затем отрывисто спросила: - Фамилия, имя? - Дэвид Косински, - нехотя ответил тот, и Кристофер вдруг понял: ему не по себе от вида врачей и медицинских кабинетов. В целом в этом не было ничего странного, многие люди не любят больницы. Но обнаружить такую фобию у Косински оказалось забавно. Просто как подтверждение, что это животное тоже чего-то боится. В груди разлилось злорадное удовлетворение. Кристофер небрежно похлопал его по голому плечу. Подсказал доктору: - Свалился на матче. Косински странно глянул на него снизу вверх и немного отодвинулся. Это одновременно позабавило и задело. "Сиди тихо, - подумал Кристофер. - А то в следующий раз отвезу к ветеринару". Делать прививку от бешенства. Словно что-то почуяв, Косински придвинулся к нему обратно. Чуточку. - Ох уж эти спортсмены, - проворчала доктор. Она вернулась за стол и искала медицинскую карту. - Дадите мне хоть одно спокойное лето? Вопрос, впрочем, был риторический. Доктор Чэн обожала свою работу и добровольно вызывалась дежурить каждые каникулы. За этот фанатизм Кристофер её безмерно уважал, но и побаивался тоже. - Как давно ломал ключицу? - В марте, - нехотя ответил Косински. Кристофер глянул на него. Ах, да. Травма, стоившая Кубка. Обидно, конечно, ничего не скажешь. Стоило даже посочувствовать. Но это был хоккей. Дерьмо случалось. Подумав, он снова неловко похлопал по необъятному белому плечу. На этот раз Косински не отодвинулся и вообще никак не отреагировал. Меж тем карта загрузилась. Доктор Чэн некоторое время изучала данные на экране, переодически щелкая мышкой. В какой-то момент осеклась, нахмурилась. Пристально всмотрелась в монитор, затем, подняв взгляд, в Косински. Заметила напряжённым голосом: - Не похоже на спортивную травму. Ходячая катастрофа помялась и равнодушно ответила: - Это и не она. Кристофер пересёк в два широких шага расстояние от койки до монитора. Его охватила тревога пополам с любопытством. Что там, блядь, такое? На экране был всего лишь снимок перелома. Только очень дерьмового. - Блядь. Просто вдребезги, - потрясенно пробормотал он, пялясь на острые очертания осколков. - Очень профессионально, Бэйл, - сурово произнесла доктор Чэн. - Классифицируй. Кристофер ещё раз вгляделся в снимок внимательнее, подмечая летали, которые прежде мог упустить. Буркнул: - Закрытый, оскольчатый, со смещением. Получен... - он неуверенно глянул на Косински. - В результате прямого удара твёрдым, тупым предметом. Ты что, в аварию попал? - Битой ударили, - ответил тот всё в тем же равнодушием. Будто не случилось ничего страшного. Словно в подтверждении этого добавил: - Бывает. Но меня хорошо починили. И слегка улыбнулся. Если что и могло взбесить Кристофера больше, так эта улыбка. В мгновении ока он навис над ним и воскликнул: - Битой!.. Всего лишь!.. Ты о чем, блядь, думал, идиот? Косински глянул на него всё с той же невинной улыбкой. Ответил: - В основном о том, чтобы выжить. Кристофер молча отвесил ему подзатыльник. - Бэйл! - раздался суровый окрик доктора Чэн. - Если ты ему сейчас устроишь сотрясение, играть он лучше не станет. Сядь. Кристофер плотно сжал губы и медленно повиновался, всё ещё кипя бешенством. Плюхнулся на кушетку рядом с Косински, искоса бросил на него сердитый взгляд. Розовые волосы призывно горели в солнечных лучах, заставляя жёстко догадываться, что послужило причиной драки. "Ну неужели, даже после такого, желание выёбываться способно перевесить здравый смысл?" - думал Кристофер со злостью. Он бы сам так не смог. Он бы... Точно, наверное, что-то сказал, но тут доктор Чэн погнала Косински на рентген. *** - В целом всё в порядке, - сообщила доктор, когда Косински облучили, осмотрели и ощупали со всех сторон три врача. - Походишь на процедуры, для плеча пока режим щадящий. Я передам информацию вашему тренеру. Да, и поноси тейпы для разгрузки. Есть кому клеить? - Я буду, - проворчал Кристофер. Внутри всё разливалось от облегчения: все-таки придурок не поломался. Можно было выдыхать и жить дальше. Доктор Чэн выдала ему упаковку полосок. Показала, как клеить и натягивать для лучшего эффекта. Косински смирно сидел всё это время, прикинувшись медицинским манекеном, и позволял делать с собой всё, что требовалось. Почему-то от этого послушания внутри что-то грелось, растапливая злость. Лежачих не бьют. Даже если они полные идиоты и сами в своих бедах виноваты. - Если не поможет, проколем миорелаксанты, - добавила доктор, когда тейпы были наложены, а на Косински совместными усилиями натянута футболка. - Через неделю на повторный приём. И, Бэйл, - она остановила его в дверях. - Следи за ним. Кристофер только обречённо кивнул. Похоже вселенная всерьёз решила, назначить его ответственным за Дэвида Косински. Кристофер даже начал к этому привыкать. Он профессионал. Он сможет.