Удар в «солнышко»

      Цумики начала встречаться с Джиро Ямадой прошлым летом, но от сводного брата скрывала это почти три месяца.       — Ты к нему слишком предвзято относишься! Ты просто с ним дрался все детство! Джиро хороший.       Мегуми знал Ямаду с пятого класса, когда тот пришел в его спортивную секцию, переехав из Кусиро в Токио. Потом их пути расходились и снова сходились в борьбе, но одно оставалось неизменным — Джиро Ямада рос подлым говнюком.        Стриженный почти «под ноль» пацан быстро обзавелся бандой прихлебал в школе единоборств. Он задирал младших, отбирая у них бенто и карманные деньги. Его мать, сбежавшая от вечно пьяного мужа в столицу, приходила извиняться за сына и отдавать возмущенным родителям украденные им сбережения. Ямада обожал доканывать всех в поле своего зрения, но были те, кто давал ему отпор. Таких детей он ненавидел.       В немилость впал Мегуми Фушигуро и быстро завоевал титул «Враг №1». Они враждовали чуть ли не с первого дня совместных занятий. Дрались и на татами, и в коридоре, и за пределами секции. Ямада вместе со своей «группой поддержки» поджидал Мегуми за поворотами, где проходил его путь домой. Фушигуро возвращался в синяках, но с чувством победы. Он не сдавался даже когда Ямада отступал и нечестно натравливал на него своих дружков.       А потом Джиро Ямада уехал. Он с горем пополам окончил среднюю школу. Не начав старшую, бросил дзюдо и пошел в бокс, потому что «философия самосовершенствования и уважения для телок вроде Фушигуро». Шайка Ямады, которая поддерживала его, быстро рассыпалась.        Год назад Джиро объявился. Вернулся, когда Мегуми бросил татами, решив с головой уйти в ММА. После окончания школы Фушигуро начал постепенно терять интерес к дзюдо, на которое в шесть лет его отдал занятой отец. Бесконечные соревнования, поездки заграницу, растяжения, наглаживание формы, термины и правила ему надоели. Ино, с которым они в детстве занимались в школе единоборств, подсел на UFC и начал звать Мегуми. На экране он нашел то, что искал.        Философия дзюдо заключалась не в победе. Весь путь бойца — это тропа совершенствования своих способностей. Если по этой тропе с тобой рядом кто-то идет, то вы обязательно становитесь лучше вместе. Особенно, если вам предстоит сразиться друг с другом. Дзюдо воспитывало самоконтроль и уважение к традициям. Здесь ценили мастерство, благородство, точность и дисциплину. Подставить плечо товарищу являлось не просто помощью, а частью целого учения, где ты тренируешь свой дух быть настолько же сильным, насколько и тело.       В бою, который мелькал пиксельными всполохами по телеку, никто не пытался помочь партнеру стать сильнее. Второй человек в октагоне и за партнера-то не считался — это соперник, которого надо уложить в партер и не дать встать. И чем зрелищнее ты нокаутируешь оппонента, тем лучше. Оттого и хотелось смотреть еще. Фушигуро захватывали старые бои, где не было щадящих правил в виде ограничений в ударах. Эти страшные «человеческие петушиные бои» выглядели честно и отчаянно. В них не нужно было сдерживаться, чтобы не удушить Джиро Ямаду за его мерзкие слова в сторону твоей семьи. На татами тебе скажут помочь Ямаде как товарищу. В ММА тебе разрешат добить Ямаду. Мегуми понял свой путь и быстро нашел дверь, которая к нему ведет.       Кривая вывела его в сейчас, где со лба у него стекает пот, ноет бок, а перед глазами красная пелена гнева.       — Я трахнул твою сестрицу пару раз. Зачетные сиськи у нее. Колись, сводный брат, присовывал ей, пока она спит?       Прошли годы с момента, как они виделись с Ямадой в последний раз, но тот совсем не изменился. Его моральное уродство с годами начало перетекать во внешность. Лицо, явно обделенное интеллектом, заимело более заметные следы уличных драк и поножовщины. Он наверняка успел померзнуть на нарах за хулиганство, мордобой или мелкое воровство. И почему-то Цумики на него повелась, рассказав о его доброте и чуткости Мегуми. А Ямада о ней не сказал ничего хорошего и сделал это специально за пять минут до боя.       Джиро Ямада сам будет виноват, если Фушигуро им пополнит скромный список жертв «боев без правил».       Мегуми собрался и ринулся на него, очистив голову от тактики, подсчета времени и лишних вопросов. Например, какой сейчас по счету раунд? Ямада, как известный любитель нападать первым, не ожидал от выдохшегося Фушигуро броска, но попытался встать в защиту. Сжатая поза стала капканом, на который и делал ставку оппонент. Мегуми взял Ямаду в клинч. Удерживая того практически за голову, Фушигуро особо не задумывался, куда успевает долбить коленом. Мерзкий червь мстительной злобы надеется на попадание в пах, а не в живот или в бок. И это происходит. Запрещенный удар выталкивает из чужого тела вой. Ямада дергается, и рефери вместе с ним. В ушах нарастает гул и фантомное предупреждение, что с таким ведением боя Фушигуро не попадет в UFC.        Но ему откровенно насрать.        Ямада вырывается из захвата, успев садануть кулаком куда-то в ребра, а после, извернувшись, подхватывает Мегуми и уводит вниз. От неприятной встречи тела с полом по спине прокатывается пекущая боль. Благо успел голову приподнять. Ямада тоже забывает о всяких правилах и начинает избиение лежачего, не чураясь махать ногами. Рефери беснуется и летит к ним на всех парах. Мегуми кое-как отталкивает Ямаду и бьет его в челюсть, а после наваливается на дезориентированного соперника и бьет коленом в пах уже без сомнений и попыток убедить себя, что так нельзя.        Нет, можно.       Для таких как Ямада подобное полезно.        Тот в запале хлопает Мегуми по уху, а после перехватывает его руку и в какой-то невообразимой позе заламывает ее. Боль в локте стреляет в шею, а оттуда — в мозг. Несколько рук, точно не принадлежащих Ямаде, быстро оттаскивают его. Удивительная скорость для ситуации, где бойцы скрутились в морской узел и только молитвами их можно разнять. Боль обступает Фушигуро, кто-то похлопывает его по лицу и что-то кричит.        Как же все равно. Хоть бы у Ямады после боя отсохли яйца. 

***

      — Что ты устроил на октагоне?       — Думаю, что ничего хорошего, но я не жалею.       — Я не спрашивал тебя, что ты думаешь. Я задал тебе вопрос, что ты там устроил? Это по-твоему бой?       Мегуми предпочел бы сейчас встретиться с самим дьяволом, чем со злым Гето. Тот смотрел на него так, что самым лучшим решением было бы не отвечать, а сразу совершить харакири.        Фушигуро совсем не помнил, как оказался стянут с октагона. Рука разразилась такой болью, что ее легче было отсечь, чем лечить. Сознание мутило от переизбытка ощущений в теле и эмоций в голове. Неясно что было сильнее: боль от перелома или за сестру.        — Ты сам знаешь, что нет, - парень оторвал почти виноватый взгляд от кроссовок и посмотрел на тренера исподлобья.       — О своих знаниях я прекрасно осведомлен. Потрудись поделиться, что было в твоей голове, когда ты решил проигнорировать правила на соревновании страны. Пожалуйста.       Каменный тон, который уже начал покрываться трещинами неконтролируемого раздражения, полоснул по телу хлыстом. Мегуми так отчитывать мог только один человек, и он сейчас сидит прямо перед ним и убийственно смотрит в ответ.       — Он меня спровоцировал, - Фушигуро сел ровно и поморщился. - Почти назвал мою сестру шлюхой.       — Почти или назвал? - Гето еще больше подался вперед, уперев руки в кушетку, на которой сидел.       — Это сейчас не имеет значения.       — Еще как имеет, Фушигуро!        Во-первых, Гето никогда не повышает голос. Он методично долбит по мозгам ледяным тоном. Очень эффективно и доходчиво. Во-вторых, никогда не называет Мегуми по фамилии. Сегодня все правила попали под пресс исключений.        Воздух заискрил напряжением. Конфликты между ними случались. Упрямство Мегуми встречалось с дотошностью Сугуру. Первый был готов нарушить правила, если того требовали обстоятельства, второй — пытался научить подстраиваться, когда необходимо, и не рубить с плеча под влиянием юношеской горячности.       — Если Ямада провоцировал тебя, переходя рамки дозволенного, то на него можно подать в комитет и о твоем временном отстранении можно забыть, - попытался убедить парня Гето.       Мегуми едва сдержал смешок. Он остался калекой на неопределенное время, и думать о помиловании нет смысла. Его простят, поймут и примут, но рука от «зеленого света» со стороны руководства не срастется в один миг. Ебучий Ямада знал, как сделать так, чтобы он пожалел о своей смелости. Но Фушигуро не жалеет. Может немного.       — Оскорбления и намеренные провокации недопустимы. Если это подтвердится, то Ямада распрощается с профессиональным спортом, - Гето встал и, подойдя к своему ученику, присел на корточки, заглядывая в глаза. - А теперь скажи четко, он назвал Цумики… Вот прямо так, как ты сказал, или это был косвенный смысл.        — Блять, да какой еще косвенный! - Мегуми подорвался на месте. Руку больно дернуло от резких движений, и он зашипел. - Он заливался о том, что спал с ней…       — Факт оскорбления и четкие показания решат проблему быстрее. Ямада произнес слово «шлюха» или нет?        Гето встал и выпрямился. Он испытующе посмотрел на Мегуми. Небольшая разница в росте вдруг стала казаться бесконечной. Мужчина выглядел внушительно и грозно. Под таким моральным давлением врать было бесполезно. Мегуми поймал себя на мысли, что и не пытался ни разу. Гето слишком много для него сделал, чтобы хотя бы с ним быть честным.       — Нет. Но смысл близок к тому.       О словах Ямады даже трудно думать. Они отравляюще проплывали в сознании, поднимая со дна всю ненависть. Цумики расстраивается, когда Мегуми злится. В такие моменты она просит его простить обидчиков и не трогать. Ее праведность и клиническая доброта вводили в ступор. Обостренное чувство справедливости не давало Мегуми простить тех, кто делает больно. Оно же сделало свой решающий ход, когда Ямада вылил грязь на Цумики.       Сугуру Гето слишком хорошо выучил чужой характер. Он строгий, но справедливый тренер. А еще он знает, что Мегуми живет эту жизнь самостоятельно с малых лет. У него не было взрослых, которые возьмут всю боль и трудности на себя. Фушигуро-старшего хватает только на то, чтобы сын и падчерица не умерли от холода, голода и жажды. На роль морально-этического компаса или психологической поддержки он кастинг не прошел. Поэтому Гето позволяет себе на время надеть на себя личину родительской фигуры. Он аккуратно обнимает Мегуми и слабо похлопывает по спине.        — Мы справимся, слышишь? - вечно всклокоченные волосы парня щекочут лицо Сугуру.       На вопрос-утверждение заторможенно кивают. Гето отходит, все еще держа своего ученика за плечи. В холодном свете больничного кабинета для перевязок до странного тепло. Наверное, взгляд тренера и его улыбка так поддерживающе отогревают, пока в душе Мегуми медленно, но успокаивается шторм. Им уже пора. Нужно разбираться с тем, что Фушигуро наворотил.       Дверь они открывают одновременно с запыхавшимся и пропахшим сигаретами Кусакабе. Спортивный промоутер Фушигуро выглядел не менее измотано, чем он сам. Складывалось ощущение, что Кусакабе только что избили в уличной драке, а после заставили бежать стометровку. Возможно, общение со спортивным комитетом так и влияло на человека.       — Как ты, парень? Жив? - мужчина тронул Мегуми за здоровое плечо и машинально потянулся в карман бушлата за сигаретами. Вспомнив, что находится в коридоре больницы, одернул себя.       — Да, нормально. Что эти сказали?       Под обезличенным «эти» Фушигуро имел ввиду людей, стоящих у власти в спорте. Даже такой его вид как смешанные единоборства, часто выходящие за рамки других боевых искусств, иронично, но подчинялся правилам. Все решения и нововведения в ММА для Японии исходили из уст представителей Международной федерации смешанных боевых искусств, которые собирались в местечковые комитеты и сотрудничали (читать как «контролировали») с японскими спортивными организациями вроде Rizin FF. Те, в свою очередь, собирали таланты со всей Японии на октагоне, чтобы потом заботливо или как пойдет передать в престижную UFC. Бойцам слава, имидж, возможность показать себя, а многоступенчатой системе смешанных единоборств деньги и популярность среди молодежи.        Мегуми прекрасно уяснил, что ММА да и любой профессиональный спорт — развлечение для богатых. Никто тебя за качественный мордобой до звезды не возвысит. Ты должен быть, как минимум, отбитым при своем пустом кошельке, чтобы обратить на себя внимание. Очарованный боями с экрана телевизора Мегуми столкнулся с суровой реальностью, и вот спустя пять лет Фушигуро здесь — разочарованный, все так же принадлежащий не себе, а соревнованиям, но хотя бы твердо идущий к понятной цели. Его уже узнают на улице, просят сфотографироваться и даже искренне переживают за него, дерущегося в «клетке». Каждую победу воспринимают как личную. До этого дня у Мегуми Фушигуро не было ни одного поражения. Неизвестно, станет ли бой с Джиро Ямадой исключением.       — Они пока не решили, кому победу присуждать, - Кусакабе тяжело вздохнул и сунул руки в карманы. Все трое медленно двинулись по коридору. - Сами понимаете, как это выглядит со стороны: Фушигуро нарушил правила, а Ямада с психу перегнул палку.        — И когда комитет и судьи захотят послушать мнение с нашей стороны? - спросил Гето.        Его голос обволакивало молочной шапкой искреннего любопытства, но под сладкой пенкой — целый слой непоколебимой решимости и желания в случае чего порвать за своего подопечного.        — Сказали, чтобы вы держали в курсе состояния здоровья бойца. Тогда и позовут. Так что лечитесь и готовьте бальные платья на прием, девчата, - с горькой усмешкой ответил Кусакабе.       Они вышли на улицу со стороны парковки, вдали от главного входа в больницу. Ветер пронизывающими порывами хлестанул по лицу и поднял полы курток. Кусакабе, матерясь, кое-как прикурил сигарету, достав ее из своего вечного портсигара с журавлем. Мегуми помнит эту вещицу с того момента, как Гето познакомил их и представил ему мужчину как спортивного промоутера. Ацуя Кусакабе не из скромников, и когда Мегуми бросил взгляд на металлический портсигар, то тот ответил, что вещицу ему придарил сам Нобуюки Сакакибара. Зачем крупному спортивному бизнесмену дарить хоть и опытному, но обычному промоутеру подарок, Мегуми спрашивать не стал. Слишком уж ему вскружило голову одно только словосочетание «твой личный спортивный промоутер».        — Как заботливо, - прошипел Мегуми. - Да им же похеру. Почему они тянут время?       — Так они мне и сказали! - выдохнув сигаретный дым возразил Кусакабе.       — Они тянут время, потому что все могло быть спланировано, - заметил Гето, на что второй мужчина скривился: - Что? Думаешь нет? А похоже на то.       — Что ты имеешь ввиду под «спланировано»? - Кусакабе сделал затяжку и поежился от холодного ветра. - Не та ситуация, чтобы так напрягаться.       Мегуми хотелось сказать, что его решили использовать ради продвижения урода Ямады, потому что комитет увидел в нем больше перспектив для зарабатывания денег. Но слова застряли в горле от усталости. День вымотал и физически, и морально.        — Иди в машину, - мягко, но настойчиво посоветовал Гето.       Мегуми встретился с ним взглядом. Тренер снова смотрел так же твердо, как и в кабинете перевязок. Он не примет отговорки и даже те, что не были еще сказаны вслух.        — Окей, позволю вам посплетничать за моей спиной обо мне же.       Сказав это, Фушигуро развернулся и пошагал в сторону машины Гето. Хотелось настоять на своем и остаться, но вряд ли бы получилось переспорить двух человек разом, когда едва стоишь на ногах. Мегуми открыл дверь авто и, не глядя в салон, резко упал на сидение. Боль, стрельнувшая в локте, напомнила о том, что теперь садиться надо медленно и аккуратно, а ближайшие полгода относиться к себе как хрустальной вазе. Он поморщился.       — Что врач сказал? Тебе больно? Может сядешь вперед, там удобнее?       Цумики засыпала вопросами.       Она ходила на каждый его бой, хотя Мегуми просил этого не делать. Сестра слишком впечатлительная, у нее сердце каждый раз подпрыгивает на очередном ударе. Но ходить продолжает. Цумики сказала, что никто кроме нее не придет, намекая на реакцию отчима, когда Мегуми принес билет на один из своих боев. Тогда Тоджи ничего не выражающим взглядом посмотрел на плотный лист, сунул в рот порцию лапши, пожевал, проглотил, этим всем начал бесить Мегуми и наконец ответил:       — По телеку посмотрю.       На что он рассчитывал? Отец не из тех, кто уделяет много внимания его скромной персоне.        Поэтому приходилось сильно не давить на Цумики в попытках убедить, что она сама себе хуже делает. Мегуми в глубине души было приятно, что хоть кто-то из семьи приходит его поддержать и не считает досадной случайностью само его появление на свет.        — Ты почему домой не поехала? - Мегуми проигнорировал шквал вопросов и задал свой.       — Ты серьезно? Тебя увезли на скорой! Я не собиралась бросать тебя в таком состоянии и поехала с Кусакабе-саном, который пригнал машину Гето-сану.        На это было нечего возразить. Цумики и правда переживала.       — Что произошло на ринге? - снова заговорила она.       Мегуми пришлось приложить усилия, чтобы истерически не засмеяться. Он ей не расскажет, что его заставило потерять голову от злости. Цумики видимо поняла настрой брата без слов и продолжила за него:       — Как это глупо, Мегуми! Прошло столько лет, а вы все вспоминаете дурацкую вражду из детства. Вы уже взрослые мужчины! Я поговорю с Джиро сама…       — Не надо с ним разговаривать.       Боже, он что научился подбирать тон как Гето? Так же припечатывать собеседника словами, чтобы он не мог ничего сказать? Потому что Цумики вдруг испугано застыла и едва выдавила из себя:       — Но почему? Вам надо помириться…       — Это тебе надо, чтобы мы были лучшими подружками. Мне это нахер не упало, как и Ямаде, - Мегуми сам себя одернул за резкость, выдохнул и продолжил спокойнее: - Хочешь прислушивайся, хочешь — нет, но Ямада не тот парень, отношения с которым может одобрить даже такая кривая-косая семейка как мы.       Хотя Тоджи, возможно, и не заметил бы в чужой роже ничего криминального, ибо сам не обладал дружелюбным видом. Мегуми не стал это добавлять в свою речь.       Цумики же потупила взгляд на свои колени в капроне. Она опять оделась не по погоде, зато брата любит ругать за отсутствие шарфа и не надетую шапку.        — Ты так старался, - севший голос сестры коснулся слуха, - шел к цели, а теперь что?        Она подняла на Мегуми отчаянный взгляд, полный слез.       — Ты думаешь, что я переживаю за Джиро? Он дорог мне, точнее был… Не о нем речь! Я думаю о тебе, - Цумики взяла брата за руку. - Всю жизнь я вижу, как ты стараешься, тренируешься и работаешь без отдыха. Это все было не для того, чтобы сейчас тебя выперли взашей из-за дурацкой драки! Ты восстановишься. Если мне нужно перестать общаться с Джиро, то перестану. Он мне нравился, но это не стоит твоих нервов и карьеры, Мегуми.       В тишине салона раздались шипение и ритмичный стук. Дождь забарабанил по крыше и окнам машины. Цумики смотрела на Мегуми решительно, сжимая его руку будто в подтверждение своих слов.        — Я не брошу тебя! Ты мой брат!

***

      Огонь зажигалки на мгновение согрел кончик носа, пока поджигалась сигарета. Гето проводил Мегуми взглядом, пока тот не сел в машину.       — Ты ж не куришь?       — Я по настроению.       Кусакабе на это ответил лаконичным и смешливым «о как» и подпалил вторую сигарету себе. Гето повернулся к автомобилю спиной. Пусть Мегуми уже не подросток, но лишний раз подавать дурной пример не стоит. Сигареты Кусакабе курил дорогие и крепкие, поэтому отвыкшее от никотина горло начало драть.       — Ты, наверное, хочешь знать, почему комитет вообще поставил их в пару? - произнес старший мужчина, бесцельно всматриваясь вдаль.        Гето малодушно не хотел знать ничего. У него с самого объявления этого поединка душа находилась не на месте. Слишком много неприятных совпадений намекали на то, что Мегуми Фушигуро мешает чьим-то планам.       — За спиной Ямады стоит клан Камо, - снова заговорил Кусакабе, а Гето устало прикрыл глаза — он так и знал. - Правда, с какого хрена в ММА опять так спокойно относятся к бандитам я не понял. Но что мне точно ясно, так это незнание головного комитета о всех этих мутных схемах.       Гето открыл глаза и непонимающе посмотрел на мужчину.       — В смысле? Что это значит?       — Это значит, что нам в какой-то степени повезло. Пока, - Кусакабе затянулся сигаретой. - Препятствия нам чинят на уровне страны, а не мировом. Представительство федерации недовольно боем, но хочет справедливого суда и личного разговора с Фушигуро и с тобой. Все эти коммерческие организации, которые ждут решения, уже обсуждают, кого из двоих заберут. Наглые америкосы из UFC видят в этом скандале перспективы и уже выпятили пузо, мол мы тут, можно сказать, главные, поэтому заберем «сливки». Вы главное решите, кто «сливки», а кто — навылет.       — Какая же это херня все, - прошипел Гето и, сделав глубокую затяжку, выкинул бычок. - Опять они делят деньги.       — Ну ты же не маленький, Гето. Они всегда думают только о бабках, - просто заявил Кусакабе и поежился от очередного порыва ветра. - Мое предложение такое: не дергаться и оставаться под чутким взором Rizin. Фушигуро уже долгое время выступает с их подачи, но пока не является официальным бойцом. Они возьмут его на всех правах, если дело с этим Ямадой решится в вашу пользу. Про UFC сейчас даже не думай, там своя политика и требования, хотя на молодые таланты они ведутся только так. Не отсвечиваем короче.        Ветер принес дождь. Он сразу же зарядил мощным ливнем и начал заливать парковку, тарабаня по машинам.       — Тебя же попросят от нас? - спросил Гето, отходя от козырька больницы, с которого потекло        — Да, вам с пацаном придется искать нового промоутера и вообще новое все, - невесело ответил Кусакабе, докурив. - Я же говорю, шансы есть попасть в другую контору, но только после восстановления руки и решения комитета. Думаю, ты уже понял, почему вокруг такая шумиха.       Конечно, Гето понял. Они в полной заднице. Ямаду курируют якудза, которые стоят во главе крупной спортивной организации в Осаке. Мегуми как талантливый боец привлек внимание перспективных клубов, которые готовы его забрать к себе. При этом Ямада тоже хочет в большой спорт. Он не плох. Сугуру видел его бои по видео и успел оценить технику вживую, но Ямада вывозил больше за счет силы удара, чем при помощи мастерства. Бой ведет агрессивно, давит на оппонента, но сдать позицию может только в случае резкого ответа. Видимо Ямада не ожидает, что при его навязывании собственного темпа, кто-то будет отвечать. Такая тактика хороша либо при огромной уверенности в своей выносливости, либо при идиотизме.       — Если что, я буду держать вас обоих в курсе, - сказал Кусакабе и задумчиво потер крышку портсигара. - С вашей парочкой проработаю до момента, пока вопрос не решится. Если, конечно, они меня сами не уволят, ха!       — Спасибо, - Гето протянул ладонь для рукопожатия, и мужчина ответил ему.       — Да за что? Это моя работа. Ну все, давай! Фушигуро пусть не киснет, а своей красотке передавай «привет».       Кусакабе ушел, оставив Гето наедине с горечью настоящего и туманным ощущением будущего. Сугуру натянул куртку на голову и быстро зашагал под стеной дождя к машине. Он еле вытянул ключи из быстро намокшего кармана джинсов и заскочил в салон. Цумики без слов помогла ему стянуть куртку и повесила ее на свободное пассажирское сидение спереди. Гето повернулся — Мегуми спал, откинув голову на спинку кресла. Он точно киснуть не будет, либо в жизни в этом не признается. Как и сам Сугуру никому не сказал, что вчера развелся со своей «красоткой», которой Кусакабе передал «привет».