Приключение Фриск по Бумажной школе

Лиззи бесшумно, словно кошка, подошла к Уильяму. Он стоял у плиты, сосредоточенно наблюдая за сковородкой, куда только что положил нарезанное мясо. Шипение масла заполняло кухню. И когда он отложил щипцы, резко ощутил мягкость и тепло у себя за спиной. Лиззи обняла его, прижавшись щекой к его спине. Это заставило Уильяма вздрогнуть на месте и замереть с поднятыми руками. Он уже собирался повернуть голову, чтобы увидеть её лицо, но Лиззи опередила его, крепче прижимаясь к нему. — Не смотри... — сказала она тихо-тихо, её голос звучал приглушённо через ткань его костюма. — А то я точно отключусь... — ярко пылая, призналась она в этом, чувствуя, как жар разливается по всему телу. Уильям моментально просчитал варианты её поведения, анализируя температуру её лица, дрожь в голосе и силу объятий. Он остановился на единственном верном выводе, который заставил его широко улыбнуться, хотя она этого не видела. Лиззи влюбилась в него. "Значит, вот оно какое ощущение от осознания того, что тебя любят." — подумал он, чувствуя, как искреннее счастье разливается по телу, тёплее любого огня. — "Можно уже мне поцеловать её?" — спросил он сначала у себя, а затем мысленно обратился ко мне, зная, что я слышу. На что я ему отправил виртуальную открытку прямо в голову. Перед его внутренним взором вспыхнула яркая картинка с огромной красной надписью: "НЕТ. ПОКА РАНО." Уильям слегка поморщился, ощутив лёгкое разочарование, но спорить со мной не стал. "Ладно, ещё успею." — подумал он, смиряясь с неизбежным. В этот момент он краем глаза заметил, что вода в кастрюле начинает опасно подниматься, готовясь убежать на конфорку. Он резко развернулся, посмотрев на Лиззи, и заставил ту замереть от его быстрого движения. Но он лишь быстро потянулся мимо неё, поднял крышку кастрюли и подождал пару секунд, пока вода успокоится и перестанет кипеть так ярко. После этого он снова вернулся в её объятия, аккуратно накрыл её ладони своими и сцепил её застывшие пальцы в замок у себя на животе. Как и говорила Лиззи, она не выдержала этой близости, тепла и эмоций. Её голова закружилась, и она начала медленно сползать вниз, теряя сознание. Уильям почувствовал, как она начинает падать, таща его за собой. Но он устоял. Развернувшись на месте, он ловко подхватил её за талию прежде, чем она коснулась пола. Он оказался в прекрасном моменте для поцелуя: её лицо было так близко, глаза закрыты... Был бы поцелуй, если бы она была в сознании. Но та была без чувств, окончательно перегруженная счастьем. Уильям улыбнулся, но слегка грустно, осознавая упущение момента. Однако забота превыше всего. Легким, плавным движением он взял её на руки, как хрупкую куклу, и потащил её в гостиную. Он осторожно опустил её на диван, затем раскрыл его механизм, чтобы получилось полноценное спальное место и она не упала во сне. После этого он быстро поднялся наверх, взял в своей комнате тёплое одеяло и две мягкие подушки. Вернувшись, он бережно уложил её, укрыл и подложил подушку под голову. Бросив последний взгляд, полный бесконечной нежности и любви, на её спокойное лицо, Уильям тихо вышел из гостиной и продолжил свою готовку, теперь уже с новой целью — накормить её, когда она проснётся. А тем временем на другом конце города, в доме Оливера, происходили не менее интересные события. Оливер резко проснулся. Его глаза распахнулись, и в ту же секунду он вскочил с кровати. Не тратя времени на раздумья, он рванул к Алисе, схватил её за руку и куда-то потащил, не удосужившись объяснить причину такой спешки. Алиса открыла рот, чтобы возмутиться, чтобы спросить, какого чёрта он творит, но не успела издать ни звука. Оливер резко развернул её к себе и заключил в страстный, сбивающий с ног поцелуй. Все мысли мгновенно испарились из головы Алисы, уступив место густому, пьянящему туману. Она просто последовала за ним, забыв обо всём на свете, оставляя Эдварда одного в доме вместе со спящей Зип. Эдвард лежал на диване, уставившись в потолок. Мысли роились в голове, переплетались, создавая хаотичный узор из событий прошлого. Он прокручивал в памяти встречу с Фриском, разговор с Автором, визит к Деми, безумного учителя из другой реальности... Слишком много всего свалилось на него за последнее время. Он медленно сел, провёл рукой по лицу, пытаясь стереть усталость, и, подняв взгляд к потолку, неуверенно позвал: — Austral... Тишина. Эдвард замялся, но всё же продолжил, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо: — Если тебе не сложно... можешь, пожалуйста, кое-что объяснить? Он замер в ожидании, не зная, чего ждать — то ли очередной записки, то ли меня самого. Примерно через пять секунд воздух перед ним сгустился, замерцал звёздной пылью, и я материализовался прямо перед диваном. Эдвард дёрнулся от неожиданности — несмотря на всё, что он уже видел, к такому было сложно привыкнуть. Я склонил голову набок, разглядывая его с лёгкой усмешкой: — Что случилось, ёж? — спросил я весело. — Что тебе объяснить? Эдвард прокашлялся, прочищая горло, и посмотрел на меня с непривычной для него серьёзностью. Вопрос, который терзал его душу последние несколько дней, наконец готов был сорваться с губ. — Austral... можешь сказать, кем была та сущность в двери? И та, что напала на Зип? — спросил он, и в его голосе звучала искренняя тревога за любимую. Я глубоко вздохнул, чувствуя, что разговор предстоит не из лёгких. Присел рядом с ним на диван, по-свойски положив руку на спинку. — Что ж, это будет довольно долгий разговор. — начал я и принялся объяснять. Примерно через десять минут я выложил ему всё. Не только ответы на его вопросы, но и практически всё, что, по моему мнению, ему стоило знать. О Гастере, о прошлой истории, где главным героем был он сам. О том, как всё устроено в этом мире. Эдвард сидел, переводя взгляд то на меня, то на свои руки, пытаясь переварить услышанное. Информация тяжёлым грузом оседала в сознании, требуя времени на осмысление. Наконец, собравшись с духом, он спросил, всё ещё не веря до конца: — То есть... я был главным героем твоей прошлой истории? — Ага. — коротко бросил я, не видя смысла увиливать. — И я там... — начал он, но я его перебил, понимая, к чему он клонит. — Ага. — повторил я, поднимаясь с дивана. Я потянулся, чувствуя, как звёздная пыль осыпается с моих плеч, и обернулся к нему: — Ну, у тебя наверняка возникнут претензии к Уильяму. Но не стоит так уж горячиться. Он исправился, я за это ручаюсь. — Я подмигнул, давая понять, что ситуация под контролем. — Чао. С этими словами я щёлкнул пальцами и растворился в воздухе, оставляя после себя лишь лёгкое мерцание. Эдвард ещё некоторое время смотрел на пустое место, где только что сидел Austral. Затем медленно покачал головой, пытаясь стряхнуть мысли, и снова прилёг на диван. Сердце забилось быстрее, разгоняя кровь по телу. Услышанное от меня не укладывалось в голове, но где-то глубоко внутри, в самой груди, начало разгораться знакомое, тёплое чувство. Решимость переполняла его. Он уже собирался закрыть глаза — ночь выдалась трудной, и поспать толком не удалось. Но перед тем, как провалиться в сон, его ноги сами собой подняли его с дивана и понесли к комнате, где спала Зип. Эдвард пытался остановиться, но тело не слушалось. Сердце и каждая клетка тела требовали тепла, а Зип была идеальным источником. Полный Решимости, он тихо открыл дверь и лёг рядом с ней. Она мирно спала, укутанная одеялом, её дыхание было ровным и спокойным. Эдвард осторожно обнял её, притягивая ближе. Тепло её тела, мягкость кожи, тихий выдох — всё это ударило в голову, затуманивая рассудок. Его руки, повинуясь инстинктам, отпустили её и потянулись к краю одеяла, готовые скинуть его, чтобы ничто не мешало наслаждаться её близостью. Но в тот самый момент, когда пальцы уже коснулись ткани, Решимость внутри него вспыхнула ярче, возвращая ясность мышления. Она остановила его, а затем накатила волной усталости, смывая все посторонние мысли. Эдвард бессильно закрыл глаза и почти мгновенно уснул, продолжая обнимать Зип, прижимаясь к ней всем телом. А что случится дальше, когда проснутся Лиззи и Зип, и какие сюрпризы приготовил им этот день — узнаем в будущем.