Приключение Фриск по Бумажной школе

Отцом Лиззи оказался мужчина лет тридцати восьми, чья внешность сразу внушала уважение, смешанное с опаской. Его длинные волосы до плеч слегка развевались на ветру, но главным было лицо: хищный, острый взгляд. На правом плече, проступая сквозь ткань рубашки, виднелась татуировка в виде сердца. — Назовись. — твёрдо произнёс он, прожигая Уильяма взглядом. Уильям не опустил глаз. Он выпрямился во весь рост, расправил плечи, демонстрируя уверенность, и чётко ответил: — Уильям Гаст, сэр. Затем, сделав паузу и слегка склонив голову в знак вежливости, он добавил вопрос, который застал обоих врасплох: — А вас как зовут? Лиззи замерла, ожидая гнева отца за такую фамильярность, но Норман лишь медленно наклонил голову набок, изучая парня с новым интересом. Уголок его губ дрогнул в подобии улыбки. Он отошёл в сторону, освобождая проход в дом. — Меня зовут Норман. — представился он спокойным, низким голосом. Уильям шагнул внутрь, чуть ослабив хватку руки Лиззи. До этого момента он сжимал её ладонь так крепко, что мог причинить ей дискомфорт, и теперь старался быть нежнее. Но едва он переступил порог, как Норман выставил руку, преграждая путь дальше вглубь дома. Его взгляд упал на руки Уильяма, где отчётливо виднелись сквозные отверстия. — Как ты их получил? — спросил Норман с неподдельным интересом, разглядывая дыры в руке парня. Уильям сначала посмотрел на свои руки, затем снова поднял взгляд на отца девушки. — С рождения. — ответил он просто и, мягко, но настойчиво отодвинув руку Нормана, прошёл внутрь коридора. Эта дерзость на мгновение взбесила Нормана. Его мышцы напряглись, кулаки сжались, но он сдержался. Вместо того чтобы устраивать скандал прямо в прихожей, он лишь глубоко вздохнул, закрыл входную дверь и последовал за ними, внимательно наблюдая за каждым движением гостя. В этот момент я, находящийся в Пустоте и наблюдающий за этой сценой, вдруг почувствовал приступ такой всепоглощающей лени, что писать подробности их дальнейшей беседы, чаепития и неловких вопросов стало физически невозможно. Мозг отказывался генерировать диалоги. Поэтому скажу кратко: встреча прошла напряжённо, но успешно. Благодаря своей харизме, искреннему взгляду и странному обаянию, Уильям сумел растопить лёд в сердце сурового Нормана. Он прошёл негласный тест на прочность и официально получил благословение стать парнем Лиззи. Спустя некоторое время Уильям уже стоял у двери, собираясь уходить. — Заскакивай, когда время будет. — с широкой улыбкой сказал Норман, по-отцовски хлопнув парня по плечу. Уильям кивнул в ответ. Перед тем как выйти, он встретился взглядом с Лиззи и тепло помахал ей рукой. Лиззи помахала в ответ, но её глаза были полны грусти. Ей совершенно не хотелось его отпускать, каждая клеточка её тела кричала о том, чтобы позвать его обратно. Но она понимала, что удерживать его сейчас было бы слишком эгоистично. Бросив последний печальный взгляд, она развернулась и медленно поднялась по лестнице в свою комнату. Уильям проводил её взглядом до самого верха, тяжело вздохнул и повернулся к хозяину дома: — До свидания, Норман. — сказал он, глядя мужчине прямо в глаза. Получив кивок в ответ, он вышел на улицу. На дворе стоял прекрасный день. Солнце уже миновало зенит и медленно клонилось к закату. Уильям прикинул время: примерно 15:20. Пожав плечами, он направился в сторону своего дома, наслаждаясь тишиной улицы после напряжённой встречи. Именно в этот момент его телефон в кармане завибрировал, сообщая о новом входящем сообщении. Уильям достал телефон, и экран озарился новым уведомлением. Сообщение было от Лиззи. Лиззи 15:21 Дорогой... можешь, пожалуйста, подняться ко мне в комнату через окно? Глаза Уильяма широко распахнулись от неожиданности. Он посмотрел назад, на дом, из которого только что вышел. Для него слова Лиззи были не просто просьбой, а мягким, но обязательным приказом. Не раздумывая ни секунды, он аккуратно сменил направление и двинулся вдоль стены дома, стараясь ступать максимально тихо, чтобы не привлечь внимания Нормана. Он проскользнул мимо окон и оказался на заднем дворе, заросшем кустарниками. Там, на втором этаже, в окне своей комнаты стояла Лиззи и отчаянно махала ему руками, приказывая быстрее. Уильям осмотрелся. Рядом со стеной росло старое, раскидистое дерево, ветви которого как раз доставали до подоконника спальни Лиззи. Не долго думая, он ухватился за нижнюю ветку и начал подъём. Его движения были ловкими, хотя сердце отдавало бешеную дробь — не от страха высоты, а от осознания того, что он делает что-то запретное и романтичное одновременно. Лиззи наблюдала за ним снизу вверх, затаив дыхание. Она чувствовала себя ужасно виноватой за то, что заставляет его лазать по деревьям сразу после официального знакомства с родителями, но в то же время её переполняло невероятное счастье. Осознание того, что он готов на такие безрассудства ради неё, грело душу сильнее любого солнца. Вдруг в дверь её комнаты постучали. Лиззи вздрогнула и, бросив последний взгляд на окно, побежала открывать. На пороге стоял Норман. На его лице играла добрая, немного хитрая улыбка. — Как твои дела, дорогая? — спросил он, проходя внутрь и оглядывая комнату. — Неужели уже скучаешь по своему парню? Разлука даже в несколько минут так тяжела? Лиззи мгновенно покраснела до кончиков ушей. Она молча кивнула, не в силах соврать, и стыдливо отвернулась к окну, надеясь, что отец не заметит её паники. Норман усмехнулся и присел на край её кровати. И тут, совершенно случайно, его глаза уловили движение за окном. Он нахмурился, встал и направился к окну, чтобы понять, что там происходит. Лиззи поняла, что если отец увидит Уильяма, всё пропало. Ей нужно было срочно что-то предпринять. Действуя чисто инстинктивно, она схватила первую попавшуюся подушку и со всей силы швырнула её в отца. Подушка угодила Норману прямо в голову, сбив его с толку. Он замер на секунду, ошеломлённый такой атакой, а затем, подобрав "снаряд", слабо кинул его обратно в дочь, рассмеявшись. — Ладно, ладно, уже ухожу! — сказал он, подняв руки в знак капитуляции. Он решил, что это просто каприз дочери, которая хочет побыть одна и поплакать в одиночестве после расставания. — Не буду больше беспокоить тебя, моя маленькая революционерка. С этими словами Норман вышел и мягко прикрыл за собой дверь. Лиззи тут же повернула ключ в замке, отрезая любой путь для повторного вторжения, и рванула к окну. Выглянув наружу, она увидела, что Уильям уже почти достиг цели. Его пальцы цеплялись за подоконник. Не медля ни секунды, Лиззи протянула обе руки вниз. Увидев её поддержку, Уильям собрал последние силы, рывком подтянулся и, перехватив её ладони, ловко влез в комнату. Инерция падения сыграла свою роль и Лиззи не удержала равновесия, падая спиной на мягкий ковёр. Уильям, пытаясь удержать её, навис над ней, опираясь руками по обе стороны от её головы. Сердце обоих колотилось так сильно, что, казалось, его стук слышен во всей комнате. Уильям медленно перевёл взгляд на Лиззи. Его глаза скользнули по её лицу, шее, плечам, спустились ниже. Раньше она всегда носила свободное худи, и он не мог разглядеть её фигуру. Да, он видел её в платье, но это было до того, как он по-настоящему влюбился в неё. Сейчас же... Перед ним лежала девушка с невероятно красивой фигурой для своих шестнадцати лет. Изящные изгибы, тонкая талия, мягкие линии, которые теперь были так близко. Его взгляд скользнул по ней, фиксируя каждую деталь. Но этот момент длился всего секунду. Уильям моргнул, осознавая неприличность ситуации. Он резко отстранился, встал на ноги и, протянув руку, помог Лиззи подняться. Его щёки залил густой румянец, и он стыдливо отвёл взгляд в сторону, боясь, что его мысли написаны у него на лице. Лиззи заметила эту реакцию. Она увидела, как он смутился, как избегает её взгляда, и в этот момент почувствовала невероятное, сладкое удовольствие, разливающееся по телу. "Так значит, Уильяму нравится моё тело." — пронеслось у неё в голове с торжеством. Она прикусила нижнюю губу, и в её глазах зажглась новая искра. В уме начал созревать дерзкий план. Если он так реагирует на неё сейчас, то, возможно, ей удастся воплотить свою самую смелую мечту — план о беременности, который она давно лелеяла в тайне. Сможет ли она реализовать этот замысел и привязать его к себе навсегда? Или же Уильям, почувствовав опасность, возьмёт ситуацию в свои руки и перевернёт игру? Узнаем в будущем.