Приключение Фриск по Бумажной школе

Но не успел Оливер даже на долю секунды приблизиться к противнику, как Чувак продемонстрировал безумную импровизацию. Он выстрелил из своей базуки прямо под ноги, используя мощную взрывную волну как реактивный ускоритель. Его тело взмыло в небо с невероятной скоростью, достигая самих облаков. Там, в полете, он ловко активировал трубку здоровья, восполниляя 30 единиц здоровья. Затем, словно метеорит, он рухнул вниз, приземлившись перед Оливером ровно в двадцати метрах. Теперь он находился в состоянии полного раша. — Оу, ты... — не успел Оливер даже вставить слово, как пространство вокруг него превратилось в сплошной удар. Кулак Чувака первым делом встретился с его лицом, ломая челюсть. Мгновенно следом пришла лопата, пробившая ребра, затем очередь пистолета, выпустившего всю обойму в упор, и наконец — второй выстрел из базуки, который добил комбинацию. Весь этот адский арсенал был применен менее чем за одну секунду. Оливер отлетел назад с такой силой, что пробил насквозь несколько вековых деревьев, оставляя за собой шлейф щепы и пыли. Но Чувак так просто его не оставит. Он рванул вслед, сокращая дистанцию за мгновение. — Ты текучая девчонка! — прорычал Чувак, оказываясь прямо за спиной врага. — Я заставлю тебя съесть своё же сердце! Он нанес сокрушительный прямой удар кулаком точно в позвоночник. Раздался отвратительный хруст ломающихся костей — хребет Оливера был переломан пополам. Оливер же, даже учитывая такие критические ранения, не вскрикнул от боли. Наоборот, его лицо исказила гримаса экстаза. Боль лишь подпитывала его безумие. Игнорируя то, что его нижняя часть тела была парализована, он каким-то неестественным усилием Решимости развернулся и нанес ответный удар ножом. Чувак легко увернулся, читая движения искалеченного тела, и тут же нанес новый, еще более мощный удар лопатой снизу вверх. Этот удар с чудовищной силой подбросил изуродованное тело убийцы высоко в небо, заставляя его взлететь далеко над верхушками деревьев, превратившись в маленькую точку на фоне облаков. Достигнув пика траектории, Оливер на мгновение завис в невесомости, а затем стремительно полетел вниз, ускоряясь гравитацией. Чувак, не теряя ни секунды, мощно оттолкнулся от земли, подпрыгивая ему навстречу. Он вытянул руки, намереваясь поймать падающего Оливера в воздухе и буквально разорвать его пополам прямо в полете, поставив жирную точку в этом бою. Но в самый последний момент, Оливер безумно оскалился. Его глаза горели красным огнем. Он резко взмахнул своим ножом, вкладывая в этот жест всю свою искаженную решимость. Лезвие рассекло не воздух, а саму ткань реальности. Пространство перед ним треснуло, образовав черный разлом. Оливер мгновенно провалился в эту пустоту, исчезнув из поля зрения, оставив Чувака хватать руками лишь ветер. Чувак тяжело приземлился на ноги, подняв столб пыли, и тут же резко развернулся, сканируя местность. Оливер уже стоял на земле в десяти метрах от него. Черная, пульсирующая решимость с жутким звуком наживую сшивала и выпрямляла его сломанный позвоночник. Кости вставали на место, мышцы регенерировали на глазах. — Хе-хе... А ты быстрый, мясной мешок. — прохрипел Оливер, вытирая черную жижу с лица лезвием ножа. Его голос дрожал от возбуждения. — Но резать тебя на куски я буду медленно! Наслаждаясь каждым криком! Сразу после этих слов Оливер сорвался с места. Он двигался не как человек, а как призрак, оставляя за собой черные шлейфы искажения пространства. На полной скорости он понесся на Чувака, совершая непредсказуемые зигзагообразные рывки, занеся нож для смертельного удара. Чувак остолбенел на секунду от этой нечеловеческой скорости, но боевой опыт взял верх. Поняв, что уклониться невозможно, он решил пойти ва-банк. Вместо того чтобы отступать, он помчался навстречу, выставив вперед свою верную лопату, намереваясь отбить атаку грубой силой. Прямо в самый-самый момент перед столкновением, когда лезвие было в миллиметре от его лопаты, Оливер злобно усмехнулся. За мгновение ока он исчез из фронта и материализовался точно за спиной Чувака. — Я победил. — прошептал он ему в ухо, наслаждаясь шоком противника, и нанес колющий удар прямо в сердце. Но... с Чуваком ничего не случилось. Нож прошел сквозь него, как сквозь дым никакого урона. Ни крови, ни боли. — Что за... — не успел Оливер осознать абсурд произошедшего, как получил увесистый, сокрушительный удар рукоятью лопаты по голове. Удар был такой силы, что Оливер снова отлетел далеко-далеко, кувыркаясь через голову, прежде чем врежаться в землю. Сам же Чувак внезапно засветился ярким, ослепительным белым светом. Раны затянулись мгновенно. Он полностью излечился, чувствуя прилив свежих сил. Он сам не понимал, что только что произошло: "Какого черта? Тот удар должен был прикончить меня. Почему я жив? Почему я исцелился?" Но долго размышлять было некогда. Чувак решил просто поблагодарить судьбу за этот неожиданный шанс и крепче сжал лопату в руках. — Ладно, ублюдок. — пробормотал он, глядя на поднимающегося Оливера. — Второго шанса не будет. Сейчас я надеру тебе зад. Оливер медленно встал на ноги, отряхиваясь от пыли и черной слизи. Его усмешка стала шире, но взгляд изменился: исчезла игривая безумность, появилось что-то тяжелое, серьезное. Похоже, кто-то наконец-то взялся за дело по-настоящему. — Ты ходишь по острию ножа, идиот. — произнес Оливер, медленно проводя языком по лезвию своего кинжала, пробуя его на вкус. — И этот нож... ой какой острый. В следующее мгновение за спиной Чувака воздух закипел, и из темноты вырвалось черное щупальце. Оно обвило тело Чувака, сжимая его, лишая возможности двигаться. Оливер зарядил свой нож густой решимостью, готовясь нанести финальный, разрывающий душу удар. Но в ту же секунду, когда лезвие должно было коснуться плоти, произошел взрыв. Это был не просто хлопок пороха. Это был ядерный гриб, разверзшийся прямо в центре леса. Ослепительная белая вспышка поглотила всё: деревья, землю, небо. Ударная волна такой мощности должна была испарить обоих бойцов, оставив после себя лишь радиоактивный кратер. Но... Ни Чувак, ни Оливер не пострадали. Огонь лизнул их одежды, жар опалил кожу, но ни единой царапины, ни капли крови. "Что произошло?" — недоумевал Чувак, моргая и пытаясь понять, почему его гранатомет, стреляющий ядерными залпами, оказался бесполезен против этого маньяка. Его взору предстала новая фигура. Она материализовалась из остатков дыма, состоящая из той же темной, живой субстанции, что и раны Оливера. Субстанция обретала очертания девушки с огромными черными крыльями и длинным, извивающимся хвостом. Её аура давила так сильно, что трава вокруг поникла и почернела. — Погляжу, у тебя тут проблемы? — спросила Зип. Её голос звучал не как речь человека, а как скрежет кошмара, от которого стыла кровь в жилах. Она смотрела на Оливера с явным укором. — Т-босс... — выдавил из себя Оливер. Вся его наглая уверенность мгновенно испарилась. Он резко опустил нож, с которого тут же спало свечение решимости, словно оно испугалось её присутствия. — Я просто... контролировал ситуацию. Да, контролировал! — Контролировал? — спросила она и её голос заставил воздух вокруг похолодеть. — Ты чуть не сдох от игрушки этого ничтожества. Твоя самоуверенность начинает меня утомлять, Оливер. Ты становишься беспечным. Чувак, всё ещё ошарашенный тем фактом, что ядерный взрыв не оставил на этих тварях ни царапины, быстро пришел в себя. Белый свет, исцеливший его мгновением ранее, оставил после себя странное, пульсирующее тепло в груди, придавая сил. Страха не было — осталась только чистая, кипучая злость на то, что его лучшую пушку так бесцеремонно проигнорировали. — Эй, кальмар недожаренный! — гаркнул Чувак, наводя свой теперь уже бесполезный, дымящийся гранатомет прямо в глаза Зип. — Я не знаю, из какого паблика с хентаем ты сбежала, милашка, но у меня ещё полно дерьма в заначке! Хочешь добавки? Кошмар медленно, с леденящей грацией повернул голову в сторону Чувака. Чёрная жижа, составляющая её тело, забурлила сильнее, реагируя на исходящую от человека агрессию и раздражение. Для повелительницы негатива это было отличное топливо, усиливающее её мощь. — Ещё один смертный, возомнивший себя богом. — тихо произнесла Зип, и в её голосе сквозила скука, смешанная с предвкушением жестокой расправы. За её спиной с глухим, влажным свистом распрямились четыре огромных остроконечных щупальца, каждое из которых заканчивалось острым, как бритва, шипом. — Оливер. Сядь и смотри, как это делается. Если, конечно, твои глазницы ещё способны видеть после такого позора. Оливер послушно сделал шаг назад, прячась в тень деревьев. На его лице снова поползла жутковатая, но уже более нервная усмешка. Он с нетерпением предвкушал, как его босс разорвет этого наглого Чувака на мелкие, кровавые куски. Чувак, поняв, что дальний бой бесполезен, с ругательством отбросил гранатомет в сторону. Он перехватил свою верную лопату обеими руками, пригнулся, напрягая мышцы ног, готовый к стремительному рывку. В его глазах горел огонь битвы насмерть. Зип холодно улыбнулась и направила свои смертоносные щупальца прямо в его сторону. Воздух между ними заискрил от напряжения. Битва только начиналась. Продолжение следует...