След на двоих

Большую часть ночи Эндрю провёл за компьютером, почти не замечая, как медленно уходит время. Экран холодным светом освещал комнату, пока он переходил от одной статьи к другой, от новостей к старым архивным заметкам, от сомнительных форумных обсуждений к редким, едва ли надёжным источникам. Имя Веснински всплывало снова и снова, обрастая противоречиями, слухами и домыслами. Большинство публикаций уверенно утверждали, что Мэри владела стихией воздуха. В некоторых источниках говорилось о телекинезе, словно это было чем-то само собой разумеющимся. Но среди всей этой однообразной информации нашлись лишь два упоминания о совершенно иной теории — о том, что Мэри, единственная в семье Хэтфорд, обладала стихией воды. Именно эта версия почему-то зацепила Эндрю сильнее остальных. Возможно потому, что она не вписывалась в общую картину. Возможно потому, что в ней было слишком много странных несостыковок. Он открыл несколько фотографий семьи, внимательно вглядываясь в лица. Голубые глаза Мэри резко выделялись на фоне остальных. Ни у Стюарта Хэтфорда, ни у их родителей, ни у других родственников такого цвета глаз не было. Это выглядело как случайность, но Эндрю слишком давно разучился верить в них. Когда за окном начало светать, он только тогда заметил, насколько сильно устали глаза. Лето давало о себе знать ранними восходами — небо постепенно светлело, окрашиваясь в бледные оттенки розового и золотого. На часах было половина четвёртого утра. Эндрю без лишних движений закрыл вкладки и отодвинул ноутбук. Мысли всё ещё крутились в голове, цепляясь друг за друга, но сил продолжать уже не было. Он направился в спальню, где постель встретила его приятной прохладой и привычной тишиной. Лёг, прикрыл глаза — и почти сразу провалился в неглубокий, тяжёлый сон, в котором наконец затихли собственные мысли. Утро наступило слишком резко. Сквозь остатки сна до него сначала донёсся приглушённый шум, потом звук открывающейся двери и голоса, которые становились всё громче. По всей видимости, братья решили, что пришло время вернуться домой, и ровно к десяти утра квартира вновь наполнилась жизнью. Ники что-то оживлённо рассказывал, его голос звучал почти непрерывным потоком, а Аарон время от времени отвечал короткими фразами или просто кивал, явно слушая вполуха. Эндрю недовольно открыл глаза, моргнул несколько раз, пытаясь прогнать остатки царства морфея, и медленно повернул голову к часам. Всего семь часов. Для него этого было недостаточно. Он некоторое время лежал неподвижно, надеясь снова уснуть, но шум на кухне окончательно разрушил эту надежду. Раздражённо выдохнув, он всё же поднялся с кровати и направился к источнику звука. Когда Миньярд вышел в общий коридор и затем на кухню, перед ним предстала вполне привычная картина: Ники и Аарон стояли у стола, раскладывая на нём пакеты с едой и вытаскивая из них коробки, контейнеры и какие-то пластиковые упаковки. Ники выглядел бодрым и довольным, словно утро только начиналось, а Аарон, наоборот, казался слегка уставшим, но всё равно помогал разбирать покупки. — О, Эндрю, доброе утро! — Ники сразу заметил его появление и широко улыбнулся, будто встречал старого друга, а не человека, которого только что разбудил. Он протянул блондину пластиковое ведёрко с мороженым, словно это было самым логичным завтраком на свете. — Мы тебе тут купили завтрак. Взяв протянутую сладость, Эндрю скептически посмотрел на Хэммика, словно пытаясь понять, что тот задумал на этот раз. Ники сиял с таким довольным видом, будто только что совершил великое благодеяние. Он лениво поддел ложкой верхний слой, снимая немного мороженого. Холод коснулся языка, и приятная сладость медленно растеклась по телу, оставляя после себя лёгкую прохладу. Напряжение, накопившееся за утро, чуть ослабло. Эндрю тихо выдохнул через нос, будто позволив себе несколько секунд передышки. Он опустился на стул, поджимая под себя одну ногу и устраиваясь удобнее. Ложка снова коснулась мороженого. Эндрю ел медленно, почти лениво, наблюдая за остальными из-под светлой челки. Его взгляд скользил от одного к другому, фиксируя каждое движение. Ники суетился у кухонной стойки, громко шурша упаковками, а Аарон, наоборот, выглядел так, будто предпочёл бы сейчас оказаться где угодно, только не здесь. — Боже, Эндрю, ты не поверишь, что было! — Хэммик резко поставил на стол пачку с замороженными блинами. Пластик громко хлопнул о столешницу, и он тут же опёрся на неё обеими руками, наклоняясь вперёд, будто собирался поведать нечто невероятное. Его глаза буквально горели возбуждением, а жесты становились всё более размашистыми. — Когда вчера мы приехали к Кевину, и легли спать, всю ночь кухня просто ходила ходуном! — продолжал он, понизив голос, словно рассказывая страшную тайну. — Сначала мы подумали, что кто-то там что-то уронил или решил ночью поесть… но когда мы приходили и включали свет — там никого! Ники всплеснул руками, изображая полное недоумение. — Серьёзно! Мы заходили раза три! Всё тряслось, будто кто-то шкафы открывает, посуду двигает… а кухня пустая! Аарон, сидевший рядом, устало потер глаза ладонью и тяжело опустился на стул. Он выглядел так, будто этот разговор уже начинал его утомлять. Потянувшись к тарелке, он развернул сэндвич, быстро откусил большой кусок и несколько секунд молча жевал. — Это просто чья-то шутка, боже, — наконец произнёс он ровным голосом. Аарон уставился куда-то вперёд, его взгляд был абсолютно нечитаемым. Он говорил это таким тоном, словно обсуждал прогноз погоды, а не ночные происшествия. — Да в жизни там не было такого! — Ники тут же возмутился, выпрямляясь и размахивая руками. — Сколько Кевин там живёт? А мы сколько раз у него ночевали? Он начал нервно ходить вдоль кухни, то хватаясь за край стола, то снова отпуская его. — Ни разу! Ни одного чёртового раза ничего подобного не было! — продолжал он. — А вчера будто кто-то специально решил устроить концерт из кастрюль и шкафов! Ники остановился и посмотрел на братьев так, будто ожидал поддержки. Эндрю молча зачерпнул ещё одну ложку мороженого. Его лицо оставалось абсолютно спокойным. Но взгляд стал чуть внимательнее. Он обдумывал каждое слово Ники, анализируя и наконец выдавая.  — Вы точно никого не видели? Может это чья-то сила.  — Да говорю тебе! Нет!  — Хорошо, я с этим разберусь, не лезть никуда. — Эндрю поднялся, оставляя мороженое и выходя из кухни.  Он молча прошёл в ванную, щёлкнув выключателем. Холодный свет лампы ударил по глазам, отражаясь от зеркала и бледной плитки. Несколько секунд Эндрю просто стоял, уперевшись руками в край раковины и глядя на собственное отражение — спокойное, почти равнодушное, будто происходящее его вовсе не касалось. Он открыл кран и подставил ладони под струю холодной воды. Вода быстро наполнила их, и он плеснул её в лицо. Холод обжёг кожу, заставив на мгновение прикрыть глаза. Эндрю снова набрал воду и ещё раз умылся, проводя мокрыми ладонями по лицу, по волосам, по шее. Он словно пытался смыть с себя не просто усталость, а всё, что произошло за последние дни — разговоры, встречи, странные события, воспоминания. Особенно одно. Встречу с Натаниэлем. На секунду ему почти захотелось вернуться назад. В тот день, когда всё ещё было просто. Когда жизнь шла привычным, ровным ритмом без чужих тайн, без странных появлений и разговоров о призраках. Вернуться и просто… не делать то тату. Он выпрямился и потянулся за полотенцем. Ткань мягко коснулась лица, впитывая холодную влагу. Эндрю медленно провёл ею по коже, вытирая капли воды, и на мгновение задержал полотенце у лица. Но уже через секунду он спокойно выдохнул. Желания ничего не меняли. Опустив вещь, Миньярд бросил ещё один короткий взгляд на своё отражение и молча вышел из ванной. В комнате он взял со стула сумку с вещами, закинул её на плечо и направился к двери. Эндрю быстро накинул кожанку, проверил ключи и, не задерживаясь, вышел наружу. Спустившись вниз по лестнице, он пересёк парковку и подошёл к машине. Металл был ещё холодным после ночи. Эндрю открыл дверь, бросил сумку на пассажирское сиденье и сел за руль. Двигатель тихо завёлся. Он выехал со двора, не торопясь вливаясь в утренний поток машин. Дорога до салона была знакомой до мелочей — каждый поворот, каждый светофор. Эндрю ехал почти автоматически, держа одну руку на руле и наблюдая за дорогой холодным, сосредоточенным взглядом. Через некоторое время впереди показалось здание салона. Он припарковался, заглушил двигатель и несколько секунд сидел неподвижно, прежде чем выйти из машины. Внутри уже сидела Рене. Она устроилась за стойкой администратора, слегка наклонившись к компьютеру. Пальцы быстро перебегали по клавиатуре, а рядом стоял бумажный стаканчик с кофе, от которого всё ещё поднимался тонкий пар. В помещении было тихо — только негромкий стук клавиш и редкое шуршание бумаги нарушали спокойствие. Услышав, как открылась дверь, Рене подняла голову. Увидев Эндрю, она мягко улыбнулась — спокойно и по-доброму, как обычно. — Доброе утро. Какими судьбами? — она слегка повернулась на стуле в его сторону. — Мне казалось, сегодня запись только у Элисон. Элисон была ещё одним мастером тату в салоне. Её стиль сильно отличался от того, что делал Эндрю. Если его работы со временем становились реальными, то татуировки Элисон жили по-другому. Её рисунки двигались на коже. Линии заметно меняли положение, тени скользили под кожей, а обладатели таких татуировок часто говорили, что ощущают их как нечто чужое… и одновременно совершенно своё. Словно маленькое живое присутствие, к которому со временем привыкаешь. Эндрю коротко кивнул Рене, не задерживаясь у стойки. — Да. Я просто пришёл кое-что забрать. Он уже направился по коридору к своему кабинету. Его шаги были тихими, почти бесшумными. Дверь открылась без скрипа. Кабинет встретил его привычной тишиной и лёгким запахом краски, металла и антисептика. Всё выглядело так же, как он оставил… на первый взгляд. Эндрю сделал пару шагов внутрь и медленно скользнул взглядом по комнате. И почти сразу заметил. Блокнот с эскизами лежал на столе, но был повернут под другим углом. Баночка с краской стояла на полке выше, чем обычно. Один из инструментов лежал ближе к краю стола, чем должен был. Незаметные мелочи. Но блондин видел такие вещи сразу. Он резко открыл первый ящик стола. Потом второй. Затем третий. Пальцы быстро перебирали содержимое — перчатки, упаковки игл, флаконы с пигментами, маленькие коробки с расходниками. Всё было на месте… но почти в каждом ящике что-то лежало чуть иначе, чем он оставлял. Как будто кто-то аккуратно всё просмотрел. Эндрю выпрямился и несколько секунд молча смотрел на стол, после чего резко вышел обратно в коридор. — Рене, — позвал он. Она подняла взгляд от монитора. — Да? — Кто-то был в моём кабинете? — Голос Эндрю звучал ровно, но в нём появилась жёсткость. И лёгкая, едва заметная напряжённость. Рене нахмурилась, сразу понимая, что вопрос не случайный. — Нет. Ключи только у тебя и у меня, — спокойно ответила она. — А я к тебе не захожу без спроса. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Эндрю устало кивнул. — Понял. Он снова развернулся и вернулся в кабинет. Закрыв за собой дверь, он медленно выдохнул и принялся методично раскладывать вещи обратно по местам. Банки с краской — на свои полки. Блокнот — в точное положение на столе. Инструменты — строго в привычный порядок. Одновременно он проверял всё. Каждый ящик. Каждую коробку. Каждую мелочь. Ничего ли не пропало. Однако одного эскиза не было. Эскиз татуировки Натаниэля исчез. Он точно помнил, что оставил его на столе. Бумага лежала поверх других листов, немного сдвинутая в сторону. Он видел её ночью. Теперь её не было. Эндрю нахмурился и начал искать тщательнее. Он снова перебрал все листы на столе, заглянул под них, открыл ящики, проверил папки с эскизами. Затем прошёлся к шкафу, быстро просмотрел полки. Ничего. Он даже проверил мусорку, перевернув пакет и бегло осмотрев содержимое. Пусто. Листа нигде не было. Через несколько минут бесполезных поисков Эндрю опустился на кушетку. Пружины тихо скрипнули под его весом. Он наклонился вперёд и вплёл пальцы в волосы, на мгновение прикрывая глаза. Тяжёлый выдох сорвался сам собой. — Понятно… Сомнений почти не оставалось. Мэри. Значит, она была здесь. Он медленно выпрямился, уставившись в пол. Мысль не укладывалась в голове. Зачем ей собственный рисунок для сына? Если это была она — почему именно этот эскиз? Почему вообще забирать его? Это был всего лишь рисунок, набросок уже готовой татуировки. Пазл не складывался. Мысли путались, а голова начинала неприятно гудеть. Эндрю провёл рукой по лицу и поднял взгляд на часы, висевшие на стене. 14:30. Он тихо цокнул языком. Нужно было ехать. Сначала домой — забрать братьев. Потом заехать в общежитие за Кевином и отвезти их всех на корт. Там же сегодня должна была быть встреча с Натаниэлем. Эндрю поднялся с кушетки, ещё раз окинул кабинет быстрым взглядом и вышел в коридор. — Рене, — позвал он. Она снова оторвалась от компьютера. — Да? — Я на стадион сейчас поеду. Ты со мной или потом с Элисон? Рене улыбнулась, откидываясь на спинку кресла и делая глоток уже остывшего кофе. — Эли меня подхватит после клиента. Она слегка пожала плечами. — У неё запись заканчивается через полчаса. Эндрю кивнул. — Понял. Он вышел из салона, закрыв за собой дверь. Дневной воздух оказался горячее, чем он ожидал. Эндрю пересёк парковку, открыл машину и сел за руль. Блондин выехал со стоянки и, одной рукой удерживая руль, достал телефон. Несколько гудков — и на другом конце ответил Ники. — Алло? — Собирайтесь, — коротко сказал Эндрю. — И Кевину напишите. Он на секунду замолчал, сворачивая на дорогу. — Я ждать не буду.  Он подъехал к дому и ещё издалека заметил знакомые фигуры. Аарон и Ники уже стояли у подъезда. Ники нервно переминался с ноги на ногу, время от времени заглядывая в телефон, рядом спокойно стоял Аарон.  Машина Эндрю едва успела остановиться, как Ники сразу же распахнул дверь и запрыгнул на заднее сиденье. — О, слава богу, ты приехал! — выдохнул он, захлопывая дверь. Аарон сел рядом с ним, коротко кивнув брату. Эндрю ничего не ответил. Он просто снова тронулся с места, выруливая на дорогу. Следующей остановкой стало общежитие. Кевин уже ждал у входа — в спортивной куртке, с сумкой через плечо и тем самым нетерпеливым выражением лица, которое появлялось у него каждый раз перед тренировкой. Он быстро сел в машину. — Вы поздно, — бросил он вместо приветствия. — Заткнись, — лениво ответил Аарон. Эндрю просто поехал дальше. Дорога до корта заняла около 20 минут. Машина наконец свернула на знакомую парковку. Часы на панели показывали 15:10. Рано. Натаниэль должен был приехать позже. Эндрю заглушил двигатель и вышел из машины. Остальные выбрались следом, прихватывая свои сумки. Несколько минут спустя они уже направлялись по коридору к раздевалке. Помещение встретило их привычным запахом, скрипом лавок, звоном шкафчиков.  Эндрю переоделся быстро и без лишних движений. Джинсы и майка сменились на спортивные шорты и футболку с его номером. Ткань была лёгкой, холодной на коже. Он провёл рукой по волосам и молча вышел к остальным. Эндрю никогда не любил экси. Шумный, агрессивный спорт с кучей правил и ещё большим количеством идиотов. Но он раздражал его меньше, чем бесконечное сидение дома. Поэтому он согласился ездить на тренировки. Со временем всё стало… терпимее. Особенно после того, как в игре начали использовать способности. Суперсилы добавили экси новый смысл. Иногда игроки ускорялись быстрее человеческого глаза, иногда мяч летел так, будто его толкала невидимая сила, иногда воздух вокруг игроков буквально вибрировал от чужой энергии. Игра становилась зрелищной. Иногда даже завораживающей. Корт встретил их прохладой и характерным запахом паркета и резины. Высокие лампы освещали площадку ровным светом. Команда начала с разминки. Кто-то растягивался у борта, кто-то делал пробежку вокруг корта. Мяч несколько раз глухо ударился о стены. Через некоторое время в зал вошли Рене и Элисон. Они о чём-то тихо разговаривали и смеялись, пока направлялись к остальным. Следом появились капитан команды Дэн, её парень Мэтт и Сэт. Постепенно привычная суматоха заполнила пространство. Кто-то спорил, кто-то шутил, кто-то уже начинал тренироваться. Эндрю стоял на воротах, лениво отбивая пару пробных мячей, но через несколько минут просто махнул рукой и вышел с площадки. Ему захотелось покурить. Он прошёл через коридор и толкнул дверь на улицу. Свежий воздух ударил в лицо. Парковка была почти пустой… но одна машина сразу привлекла его внимание. Чёрный Porsche. Он уже видел её. Точно такую же машину показывали в новостях рядом с фотографиями Натаниэля. Эндрю медленно подошёл ближе, доставая сигарету. В этот момент дверь машины открылась. Рыжий выбрался из салона, захлопнул дверь и поднял взгляд. — Привет. — Натаниэль приветливо улыбнулся, опираясь бёдрами о капот машины. Он выглядел спокойным, почти расслабленным, будто их разговоры о призраках и странных появлениях стали чем-то совершенно обычным. Эндрю остановился в паре шагов от него, доставая сигарету и щёлкая зажигалкой. Огонёк на секунду вспыхнул в его руках. Он сделал затяжку и медленно выдохнул дым в теплый воздух. — Как сегодня? Видел её? — вместо приветствия сразу спросил он. Натаниэль покачал головой. — Нет. Ни ночью, ни в течение дня. Ни намёка. — Он провёл ладонью по лицу, устало потерев глаза, а затем откинул голову назад, уставившись в сероватое небо над парковкой. Несколько секунд он молчал. — Мама… что ты хочешь? — тихо пробормотал он скорее в пустоту, чем обращаясь к Эндрю. — На его губах появилась едва заметная улыбка — странная, почти задумчивая. Затем он снова перевёл взгляд на блондина. — Может, это всё-таки твоя способность? Эндрю коротко затянулся и медленно покачал головой. — Нет. Слово прозвучало коротко и окончательно. Он сделал ещё одну затяжку и добавил: — Она была ночью в моём кабинете. Натаниэль сразу выпрямился. Его тело напряглось, плечи слегка подались вперёд. Взгляд стал внимательным и острым. — Что? — Она забрала эскиз твоей татуировки. — Эндрю машинально кивнул в сторону предплечья Ната, где был рисунок. Рыжий нахмурился. — Это… странно. Зачем ей это? — Он провёл рукой по волосам, явно пытаясь быстро прокрутить в голове возможные причины. Эндрю пожал плечами. — У тебя дома остался оригинальный лист? — спросил он после короткой паузы. — Может, там было что-то ещё. Натаниэль задумался на секунду. — Я посмотрю, когда приеду. Эндрю кивнул. Он докурил сигарету, бросил окурок на асфальт и спокойно притоптал его подошвой. Несколько секунд они просто стояли на парковке, слушая далёкие звуки тренировочного зала за стеной. Позади послышались шаги — быстрые, уверенные. Эндрю обернулся первым, а Натаниэль лениво бросил взгляд через его плечо. — О боже, это что, сам Натаниэль Веснински к нам пожаловал? — голос Кевина звучал скорее издевательски, чем удивлённо. В его глазах мелькнул знакомый азарт. — Скажи мне, что ты решил играть в экси, и я прямо сейчас дам тебе экипировку. Натаниэль усмехнулся. — Только в твоих влажных мечтах, Кев. Он широко улыбнулся и распахнул руки. Кевин фыркнул, но всё же шагнул вперёд, позволяя втянуть себя в короткие объятия. — Тогда какими судьбами у нашего стадиона? — Дэй слегка отстранился и бросил быстрый взгляд на Эндрю. — И не смей забирать лучшего вратаря страны. Нат хмыкнул. — Даже не думал об этом. Мы с Эндрю просто решаем некоторые вопросы. Он поднял руку и лениво взъерошил волосы Кевина. На секунду всё выглядело как обычная дружеская перепалка… пока кончики его пальцев не вспыхнули. Пламя мгновенно перекинулось на тёмные пряди Кевина. — Блять, Нат, прекращай! — Кевин резко отшатнулся, смеясь и хлопая ладонями по голове. Языки огня вспыхнули ярко и тут же погасли, словно их и не было. Волосы остались целыми — только слегка растрёпанными. Кевин раздражённо пригладил их рукой. — Я тебе твою огненную жопу надеру, брат. Натаниэль только рассмеялся. Эндрю всё это время наблюдал за ними, чуть прищурившись. В его взгляде мелькнуло настоящее любопытство. Он не ожидал увидеть подобную сцену. Было… странно. Натаниэль и Кевин — знакомы. — Откуда вы знаете друг друга? — наконец спросил он. Кевин удивлённо посмотрел на него. — Я не рассказывал? Он повернулся к Нату, будто проверяя, можно ли говорить. — Я играл с Натаниэлем в малой лиге. И с Рико. Эндрю кивнул, машинально вспоминая всё, что знал о семье Морияма и их команде. В голове всплывали новости, старые статьи, слухи… но имени рыжего среди них он не припоминал. Кевин продолжил: — Он ушёл от нас, когда ему было… пятнадцать? Да, Нат? Натаниэль пожал плечами. — Примерно. Кевин закатил глаза, будто до сих пор не мог с этим смириться. — Хотя у него такой талант к игре. Ты бы видел его на поле — и в нападении, и в защите. — Он мечтательно выдохнул. — Двери Пальметто для тебя всегда открыты. Натаниэль тихо усмехнулся и опустил голову, рассматривая носки своих кед. — Ты же знаешь, что я играю либо очень редко… либо никогда. Кевин резко выпрямился. — Пора забыть ту историю и вернуться в спорт. Ты закапываешь свой талант.  Он зло ударил Ната по плечу. В ту же секунду воздух вокруг них резко взвыл. Порыв ветра поднял пыль с асфальта и растрепал волосы всех троих. Стихия Кевина — воздух. Он владел ей уверенно и почти инстинктивно. На поле это делало его опасным игроком: он быстрее обычных людей и мог менять траекторию мяча в воздухе. Натаниэль поднял руки в примирительном жесте. — Тише-тише, королева драмы. — Он усмехнулся. — Может однажды так и будет. Кевин ещё пару секунд сверлил его взглядом, после чего ветер постепенно стих. Парковка снова погрузилась в спокойную тишину. Спустя несколько мгновений он кивнул Нату на прощание и развернулся к зданию стадиона. — Мне пора на корт. Натаниэль посмотрел на Эндрю. — Мне тоже пора ехать. Напиши, если снова её увидишь. Я приеду, если нужно. — Вперёд, — коротко ответил Эндрю. Он махнул рукой и развернулся, направляясь следом за Кевином. За спиной послышался звук закрывающейся двери машины, затем завёлся двигатель. Через несколько секунд по парковке прокатился звук шин, и всё стихло. Когда Эндрю вернулся на стадион, тренировка уже была в разгаре. Он спокойно занял своё место у ворот, перехватил клюшку и приготовился к очередному броску. Первый мяч полетел почти сразу. Эндрю отбил его автоматически. Второй. Третий. Он двигался чётко и точно, реагируя на каждый удар, но мысли были где-то далеко. Всё происходило на уровне привычки, мышечной памяти. Игра шла сама собой. А в голове у него всё ещё крутились странные события последних дней.