Смелость и здравый смысл

Кажется, от нервной улыбки уже свело лицо, когда впереди замаячила макушка Майка в толпе прилетевших. Джейн вскочила, смотря за тем, как его фигура становится всё более различимой. Она приветливо помахала, позвала его – вот показалась желтая рубашка поверх голубой футболки, короткие шорты и даже странная кепка с ярким рисунком стала совсем хорошо различима. Странно. Она точно знала, что сердце должно сжимать от предвкушения и руки ломить от желания обнять, но парень оказался уже совсем рядом, а в голове промелькнула лишь одна мысль – это совсем не кепка, а только козырёк. И лишь когда откуда-то из-за спины раздалось тихое и восторженное «Майк», её словно на автомате бросило вперёд, и она крепко обняла его, пытаясь прижаться как можно ближе, плотнее сжать его в руках. Однако, несмотря на то, что своей грудной клеткой она уже ощущала размеренное биение его сердца, чувство невероятной пропасти между ними всё никак не отступало. Он привёз ей подарок – это Джейн поняла, когда отступила и увидела протянутый маленький букетик. Конечно, она тут же взяла его, широко улыбаясь, но уголки губ предательски дрогнули. На маленькой привязанной записке значилось: «Для Оди от Майка» Для Оди… Такое привычное имя вдруг отозвалось чужим и холодным. На секунду посетило осознание – давно её так не называли, и в какой-то момент показалось, что было бы даже здорово начать всё сначала. Но эти бредовые мысли девушка быстро отогнала – всё же хорошо. Теперь всё точно будет как прежде – вот её родной Майк, вернулось даже её старое имя, и связь с Хоукинсом чувствовалась уже почти физически. Правда вдруг стало дискомфортно, и почудилось, что эта нить связи подозрительно сильно напоминает затягивающиеся на ногах путы, лишающие движения. Однако, Джейн предпочла не прислушиваться к ощущениям, а думать лишь о том, как дома поставит цветы в вазу, и после они начнут насыщенные каникулы по её плану. О, конечно у неё был план – она прогоняла его в голове тысячу раз, и, чем ближе был приезд Майка, тем больше она за него цеплялась, пытаясь распланировать каждую секунду, чувствуя, что только так может вернуть себе ускользающий контроль. Сейчас она уже была в его объятиях и говорила без умолку, так что пока всё шло вполне по плану. На плече она чувствовала его руку, но раствориться в ощущениях и долгожданном тепле почему-то не получалось. Она вышагивала осторожно, осознанно контролируя каждый шаг - физически было некомфортно, казалось, что сейчас или она ударится об его плечо, или он стукнет её локтем по задней стороне шеи, что было бы весьма некомфортно. Удивительно, до чего глупые и абсурдные мысли беспокоили её сейчас, когда момент, которого она так долго ждала, наступил. Раньше она много представляла, как вдохнет его запах, прижмётся поближе и всё перестанет иметь значение. Но это было месяц назад. Сейчас же она думала о том, как вести себя максимально естественно, и вопрос Майка о том, встретятся ли они с её друзьями на роликовом катке, резанул острой болью где-то в районе солнечного сплетения. Встретятся, конечно, встретятся – как же глупо было, что он ничего не знал, что приходилось продолжать врать. Она понимала, что не остановится, было уже слишком поздно, однако подумалось с незнакомой прежде досадой – он ведь уже давно мог понять, догадаться обо всём, сложив очевидные несовпадения. Но он не смог. От этих размышлений Джейн замутило. Уилл шёл позади – за мыслями, оглушительно накрывающими лавиной, она и не сразу поняла, что он не участвует в их разговоре и держится поразительно отстраненно, что было странно, учитывая, как он был рад ещё пару часов назад. А Джейн его сейчас очень не хватало – казалось, что он точно смог бы утянуть Майка в разговор, причем настоящий, живой и с искренним интересом, и девушка смогла бы выдохнуть хоть на минутку, не вынуждая себя подчеркнуто весело болтать без умолку. В смысле, и она общается с Майком с искренним интересом, конечно же. Просто сейчас она бы очень хотела, чтобы его внимание на секунду перешло на кого-нибудь другого. До дома они добрались быстро, и Джейн тут же поднялась в свою комнату, по пути захватив маленькую вазу. Она могла бы заглянуть и в ванную, налить воду, всё как следовало. Однако почему-то она поставила цветы в пустую вазу, на секунду застыв над ними. Наверняка она забудет налить воду позже, и это ведь точно приведёт к тому, что цветы завянут очень быстро – она отдавала себе в этом отчёт, но развернулась и пошла к выходу, пытаясь игнорировать звенящую в голове мысль и уж точно не обращать внимания на холодок медальона на своей шее.

***

Одним из самых главных пунктов их списка дел был роликовый каток. Джейн была здесь в лучшем случае один раз и, как только они зашли, её сразу окружили огни, сияющие в полумраке, музыка, разговоры и громкий смех. Это место дышало и жило, но почему-то захотелось съежиться, стать совсем маленькой и незаметной. За месяцы жизни в Ленора Хиллз она так и не начала чувствовать себя комфортно в таких толпах людей, не привыкла к бесконечному шуму, так и осталась чужой. Неосознанно она прижалась ближе к Майку. Рядом с ним она могла сделать вид, словно они гуляют как прежде, когда её ещё никто не знал, кроме их компании, и хотелось вырваться наружу и впитать в себя всё, что может предложить мир. Кто же знал, что мира может быть слишком много. Конечно, ей и здесь приходилось придерживаться своей версии – у неё много друзей, в том числе и здесь с ними она часто бывала. Это было абсурдно и, кажется, если бы Майк начал расспрашивать хоть немного подробнее – её бы прорвало на смех, но, к счастью, в отношении Джейн и её «друзей» его мало что интересовало. Однако интересовало Уилла, и девушка не могла на него злиться. Он вёл себя странно весь день и раз за разом пытался указать на её ложь, открыто подмечая абсурдность истории, которую она рассказывала Майку последний год. Возможно, стоило обидеться на него, поругаться, попросить не портить их долгожданное воссоединение, однако Джейн вместо ярости чувствовала лишь всепоглощающую усталость. Почему-то казалось, что Уилла возмущало вовсе не равнодушие Майка, но было совсем не важно, какие цели он преследовал - её саму утомила собственная ложь и внимание Уилла даже казалось приятным. А Майк всё равно ничего не поймёт, пока не сказать прямо, и она продолжала играть в эту игру, хоть и интереса уже совсем не осталось. Майк ушёл за чем-то, кажется, покупать носки, чтобы надеть ролики, когда Уилл обратился напрямую к Джейн. — Как ты могла забыть про носки? Ты же часто тут бываешь. Он явно пытался её укорить, застыдить за вранье. Но он не знал, каким тяжелым грузом эта ложь лежит на ней – хотелось уже сдаться и раскрыть все карты, и, честно говоря, девушка уже и не могла вспомнить, почему ей казалось, что так важно поддерживать легенду, что в Ленора Хиллз у неё всё хорошо. Возможно, казалось, что, если она начнёт загружать его своими проблемами, он отдалится от неё, станет меньше писать. Забавно – в итоге он всё равно отдалился, несмотря на все усилия. Может, если бы она ничего не скрывала и постоянно жаловалась, ему бы хотелось писать больше, хотелось бы стать спасателем, её рыцарем? Это уже было совершенно неважно. Но при мысли о рыцаре в её голове всплыл образ рисунка Майка, который она видела недавно у него в комнате, так что совершенно беззлобно девушка добавила: — Ну, куда я без твоей помощи. Ты же всегда без проблем подмечаешь всё, что связано с Майком, так что я могу позволить себе оплошность. Однако это возымело намного больший эффект, чем планировалось, потому что Уилл открыл было рот, чтобы ответить, но замер со странным выражением лица, словно его застали врасплох. Стоило извиниться за этот комментарий, который, кажется, неожиданно получился едким, но вернулся Майк, плюхнувшись между ними. Это было в каком-то смысле даже облегчением, потому что на сегодняшний день уже было слишком много забот, и хотелось отвлечься хотя бы от одной, так что она зацепилась за возможность прекратить этот разговор с Уиллом. И в какой-то момент, спустя десятки относительно спокойных минут, Джейн даже поверила, что день может пройти спокойно, без дальнейших потрясений. Можно сказать, она уже даже почти привыкла к Майку, к тому, как ощущается её рука в его руке, что было, конечно, достаточно странно, учитывая, что она должна была не привыкать, а наслаждаться его компанией, но и это уже ощущалось как маленькая победа. Но всё шло слишком хорошо, и это должно было закончиться. Конец наступил резко и вполне понятно – к их столику подошла Анжела. Наверное, на этом моменте стоило прекратить спектакль, рассказать о том, что же действительно происходит с ней в Ленора Хиллз, попросить помощи у Майка, у Уилла, вцепиться в стол и ни за что не уходить, но она лишь безвольной куклой пошла за Анжелой, когда та потянула её на каток. О, это было очень плохо, просто ужасно – только эта мысль крутилась у неё в голове, когда она наблюдала, как вокруг неё формируется круг, но от одолевшего её ужаса не могла сдвинуться с места. Ей хотелось бы, чтобы Майк сам всё понял, увидев ужас в её глазах, когда к столу подошла Анжела – казалось, что это было совсем не сложно. Хотелось, чтобы он засомневался, остановил её или хотя бы просто попросил не уходить. Но он ничего не понял. Лишь Уилл сразу запаниковал, но что он мог сделать? Кажется, как только её начали уводить, он вскочил, сказал что-то Майку, в беспомощности огляделся по сторонам и в панике куда-то убежал. Но Джейн не была уверена – она была больше обеспокоена своей судьбой. Определённо, страшнее всего было из-за непонимания, что же именно её ждет. Когда они толкали, смеялись, унижали – это было больно, но не страшно. Самым жутким был момент, когда они только смотрели и перешептывались – было ужасно ждать. Так и сейчас, группа лиц окружила её, постепенно сжимаясь всё в более узкий круг – кто-то был ей знаком, кто-то, кажется, просто присоединился из любви к унижениям. Мелькали фигуры, раздавался смех и казалось, что музыка начинает звучать всё громче, и вместе с ней накатывали волны паники, постепенно захлестывая её с головой. Она почти потеряла способность мыслить здраво, задохнувшись от ужаса, когда в голову пришла абсурдная и не менее забавная мысль – наверное, примерно это и чувствовала волшебница Джейн, когда к ней подходил рыцарь, и она была уверена, что умрёт? В её голове мелькнула картинка созданной Дастином истории, и мир вокруг стал чуть четче, а паника на шаг дальше, и вот она уже смогла вдохнуть. Она представила себе тишину леса, нарушаемую лишь тихим шелестом листвы. Представила, какого было бы сейчас ощущать под ладонями щекочущую траву, вдыхать свежий прохладный воздух – думать об этом было приятно, и она неожиданно поняла, что звуки вокруг стали тише, естественнее, уже не так пугали. Было бы здорово, если бы сейчас у неё были силы – она бы откинула всех их в стороны, избежала бы своей смерти, как и в истории спасения, которую придумал Дастин… Дастин – при мысли о нём стало тепло. Только сейчас, позволив его образу заполнить голову, она осознала, как старалась этого избежать весь день. Что же, у неё почти получилось, но парень всё же нашёл способ прорваться, и теперь совсем не хотелось, чтобы он уходил. Помимо истории обретения сил, Дастин писал ещё и о том, что Джейн смогла бы справиться с боем и без волшебства. Ну, он говорил это о волшебнице Джейн, конечно, но девушка не могла не перекладывать на себя – казалось, что и он имел это в виду. Именно эта мысль прервалась холодным и липким ощущением молочного коктейля на коже – напротив стоял парень со стаканчиком в вытянутой руке, растянув губы в мерзкой ухмылке. Почему-то, когда Джейн представила всех окружающих её подростков как несмышленых и грубых воинов, глубоко уязвлённых своей посредственностью и пытающихся убить её лишь за то, что она особенная, перестало быть страшно. Хотелось им лишь посочувствовать, и эта мысль вызвала улыбку на лице. Девушка почти ликовала – Дастин, сам того не понимая, дал ей невероятное средство, самое сильное оружие. Вокруг раздались первые перешептывания в непонимании, Анжела вышла из круга, приближаясь к Джейн. Сейчас она попытается как обычно оставить язвительный комментарий, завершить круг унижения, поэтому действовать было необходимо быстро. Что Дастин говорил – можно застать врасплох хорошим отношением и хитростью? Джейн звонко засмеялась и потянулась к руке Анжелы – она успела лишь нахмуриться, прежде чем оказалась схвачена и притянута в крепкие объятия, против воли прижимаясь к платью, залитому сладким коктейлем. Кто-то рядом охнул, и уже через секунду Анжела взвизгнула, отталкивая от себя девушку, но этого хватило, чтобы и по её одежде растянулись коричневые пятна. Губы с розовым блеском растянулись в омерзении, и взгляд голубых глаз заметался между своим испорченным нарядом и улыбающимся лицом напротив. Наверное, она бы хотела сейчас её проклясть, но ситуация застала врасплох настолько, что найти подходящий ответ не удалось. — О, отличная шутка, Анжела! Джейн смеялась абсолютно искренне – это замешательство и паника, пожалуй, действительно стоили многого. — Жаль, конечно, одежду… Ну, что не сделаешь ради хорошего смеха, правда? — Люди вокруг стояли в полной тишине, переводя взгляд от одной девушки к другой. — Ну, что вы стоите? Принесите кто-нибудь салфетки, нам с Анжелой нужно устранить последствия шутки. Несколько секунд все продолжали стоять в кругу, не двигаясь с места, но Анжела метнула яростный взгляд, и сразу несколько человек бросились за салфетками к ближайшим столам. Кажется, девушка даже не подняла на неё взгляд больше ни разу, пытаясь оттереть темные пятна, но Джейн это было и не нужно – она ликовала. Конечно, спасти белое платье уже было нельзя, но она перехватила принесённые кем-то салфетки и попыталась хотя бы ради приличия потереть ими шоколадные разводы, когда почувствовала прикосновение к плечу. Подняв глаза, мир схлопнулся в одну точку и, кажется, подогнулись ноги – напротив стоял Дастин, широко улыбаясь и смотря на неё с выражением искренней радости, очень напоминающей обожание. Девушка потянулась к нему, хватая за плечи, и он тут же крепко сжал её в объятиях – кажется, только это и помогло ей устоять. Всё вокруг на мгновение померкло – на несколько секунд для неё остался только Дастин, так сладко пахнущий чем-то древесным и чистым, его мягкая светлая футболка, которую она так и продолжала сжимать пальцами, и полностью поглотившее её тепло. Из уюта этого момента её вырвал вскрик совсем рядом. — Джейн! К ним приближались Майк и Уилл с крайне обеспокоенными выражениями лиц. — Господи, ты в порядке? Твоё платье… — Уилл нахмурился, скользя глазами по ткани, которая ещё недавно была полностью белой. Только в этот момент Джейн вспомнила про то, что вообще-то вся её одежда облита сладким мерзким месивом, и отодвинулась от Дастина. — Боже, прости, теперь и ты измазался… Я была так удивлена тебя увидеть, что даже забыла про платье… Он тихо засмеялся и рукой сжал её запястье, останавливая попытку убрать одну из рук от его плеча. — Это такая ерунда, ты чего! Прости, что не сказал – я был на научной конференции здесь, в Ленора Хиллз. Но, видимо, сюрприз? Джейн засмеялась, и в этот момент ей показалось, что её объяло какое-то странное безусловное и всепоглощающее счастье. Майк нерешительно шагнул ближе, и Дастин отпустил запястье девушки, повернувшись в сторону парней. — Наша Джейн просто невероятна! Ну кто ещё мог так виртуозно выйти из этой ситуации. В ответ на это Уилл, так и стоявший поодаль, неуверенно улыбнулся. Его взгляд замер на руке Джейн, которую она так и не оторвала от плеча Дастина, несмотря на то, что тот уже отпустил её запястье. Это Уилл позвал Дастина, когда понял, что ситуация выходит из-под контроля. От Майка толка не было, а здание, в котором проходила научная конференция, было буквально по соседству. В момент к нему настолько подступил ужас и отчаяние, что парень уже четко представил, как они оказываются вечером в полицейском участке вместо теплого домашнего ужина, и он был готов пойти на любые меры, чтобы этого не допустить. И в этот момент к нему пришла абсурдная и абсолютно нелогичная идея позвать Дастина. Но это уже было сделано, и теперь он не мог избавиться от ощущения, что допустил ошибку, и теперь всё точно изменится.