Смелость и здравый смысл

Уилл был в невероятно хорошем настроении с самого утра – улыбался, напевал что-то под нос, и, кажется, ещё немного и начал бы пританцовывать. Сегодня прилетал Майк – Уилл напомнил это с самого утра, вдруг решив разбудить Джейн, распахивая шторы и вызывая стон протеста. Но он лишь улыбнулся широко, неожиданно чмокнул её в макушку и выпорхал из комнаты. Наверное, и нужно было радоваться так, как Уилл, – делиться с ним взаимными улыбками, проснуться с первыми лучами, накрывать сейчас внизу завтрак под тихую музыку из радио, стремясь как можно раньше начать этот день, чтобы приблизить заветный момент. Однако Джейн лежала в кровати, натянув одеяло по самый нос. Она не дремала, пытаясь продлить сладкие сны, просто бездумно смотрела в потолок. Девушка пробыла в одном положении, не двигаясь, вплоть до момента, пока её не позвали спуститься к столу. И только тогда она очень медленно сползла с кровати, с удивлением отметив, что почему-то ей сильно не хочется выходить из комнаты. Она не была готова начинать этот день, он её пугал. Наверняка из-за того, что, как бы сильно ты не мечтал об исполнении желания, когда момент наступает – он всё равно тебя пугает, и отчего-то ты медлишь перед получением того, чего так долго хотел. Именно так успокаивала себя Джейн, пытаясь выбрать, что надеть сегодня. Это тоже было очень важно, но почему-то потребность выбрать раздражала. Её злило то, что она понимала, как важно выглядеть именно хорошо, но никакого предвкушения и энергии не было совсем. Не в силах больше нерешительно стоять перед кучей вещей, девушка просто выдернула комфортную клетчатую рубашку и штаны. Подумав несколько секунд, она кинула штаны обратно и подцепила белое платье с неяркими полосочками цветной ткани. Кажется, на свидание спустя долгую разлуку надо было одеться чуть менее повседневно. На завтрак были вафли – Джейн предположила, что сегодня ей хотят особенно угодить, в такой-то важный день. Джойс улыбалась, шутила, постоянно клала ладонь поверх руки девушки в ободряющем жесте, и, кажется, даже Джонатан улыбался и смеялся больше обычного. И она улыбалась вместе с ними – ей были дороги эти теплые моменты и то, что они знают, что ей нравится, хотят сделать ей приятно. И ей было действительно очень приятно, но больше от сладкого вкуса крема на вафлях и ощущения семейной поддержки, чем от ожидания. Ожидание, на самом деле, подкрадывалось тревогой и легким страхом, сжимая что-то в районе солнечного сплетения в узел. В голове плотно засела одна мысль, но Джейн правда не хотела этого делать. Правильным решением было досидеть до конца со всеми за завтраком, помочь убрать со стола и загрузиться уже в машину, направившись в аэропорт с шутками и смехом. Однако с каждой минутой она понимала, что не сможет подавить желание вернуться в свою комнату буквально на мгновение. Именно поэтому, не доев, она встала раньше всех из-за стола, на обеспокоенные взгляды лишь сказав, что уже наелась и хочет успеть ещё прибраться в своей комнате. Больших усилий стоило передвигать ноги по лестнице неспешно, а не бежать наверх что есть сил. Захлопнув дверь своей комнаты, она бросилась к столу, открывая ящик. Изнутри распирали крайне яркие и острые чувства, но они так плотно сплелись между собой, что стали единым неразличимым комком, давящим и на желудок, и на сердце так сильно, что Джейн почти затошнило от того, что она не могла понять происходящее. Но она и не сильно к этому стремилась, просто казалось, что её разорвёт, если она сейчас же снова не почувствует в руках гладкую белую бумагу. Из открытого ящика она взяла в руки последнее отправленное Дастином письмо и села с ним на кровать, вновь открывая и жадно скользя глазами по буквам. Она перечитывала его уже много раз за последние несколько часов, но от этого жажда не становилась меньше.

Джейн, привет!

Я так рад, что ты поделилась этим со мной. В плане, размышлениями на тему своего персонажа, конечно же… Но я это очень ценю.

Ну конечно же, он понял её. Это было несложно, но почему-то всё равно в груди сразу разливалось тепло. А ещё – он не пытался ничего выяснить и продолжал их маленькую игру в рамках придуманного волшебного мира.

Я уверен, что уязвимость – это сила, особенно когда находишь смелость поделиться с правильными людьми. А волшебница Джейн – очень сильная. Конечно, физически, но ещё больше морально. Пережить то, что ей довелось, так ещё остаться такой нежной, заботливой, думать о других и об их безопасности… Поверь, то, что она боится за безопасность других, мучается мыслями «а если слухи правы, и я действительно монстр», уже говорит о том, что она не представляет никакой опасности и уж точно никакой не монстр. Я встречал много монстров, но такими чудесными они точно не бывают.

А люди во все времена считали тех, кто хоть немного отличался от них, опасными. Возможно, это от того, что сами они страдали комплексом неполноценности, что думаешь? Я вот в этом уверен – хотелось уничтожить необычных людей, чтобы осталась лишь серая масса, и в ней они могли себя чувствовать не хуже других.

Джейн не в первый раз хихикала на этих строчках, но сейчас в уголках глаз предательски начала скапливаться влага.

Я понимаю переживания волшебницы из-за опасения по поводу силы, но… мне кажется, она ей на самом-то деле не так уж и нужна? В плане, у неё такой колоссальный объем знаний за годы в попытках скрыться, уверен, что она может отлично защитить себя и без древней магии. Возможно, не всегда нужна сила – иногда помогает хитрость, терпение и «игра в долгую»? Можно подумать – а как ей пойти против какого-нибудь рыцаря, он же сильнее и яростнее. Однако его несдержанность и желание сразу вступить в битву его и погубит. Ты ведь не можешь себе представить, чтобы он мог проигнорировать, быть умнее, перетерпеть и создать стратегию для того, чтобы победить намного меньшими усилиями в будущем, верно? А волшебница Джейн точно смогла бы. Возможно, она бы даже подружилась с рыцарем – уверен, что его, несмотря на внешнюю холодность и жестокость, застала бы врасплох дружелюбность, простое хорошее отношение. И, кто знает, может в дальнейшем он бы сам захотел помочь волшебнице заполучить что-то секретное или сбежать? Может быть победа – это не всегда жестокая расправа, понимаешь?

А я уверен, что одна из самых сильных сторон волшебницы Джейн – то, что она невероятный человек и хороший друг. И против этого не справится никакой меч или волшебный посох.

На белый лист упала прозрачная капля, и девушка тут же тыльной стороной руки вытерла влажную дорожку на щеке. Не хватало сейчас ещё спуститься вниз с красными глазами и потратить несколько минут на оправдания, но она не могла прекратить читать.

Персонаж, за которого я постоянно играю, - бард. Он не особо сильный, у него не так много каких-то именно атак, но его сила в том, что он един с командой, вдохновляет их, веселит. Вообще он и лечит, но мне нравится думать, что здесь решает не магия, а то, что он создаёт атмосферу, в которой никакое ранение не страшно, и хочется верить только в лучшее.

Бард очень подходил Дастину – Джейн была в этом уверена. Никто и никогда ещё не дарил ей такое ощущение защищенности. Она вдруг почувствовала, словно всегда была на виду, но тут её впервые кто-то действительно увидел, разглядел в толпе и помахал рукой. Наверное, даже в глухой чаще с бардом волшебнице было бы не страшно. Они нашли бы, чем себя развлечь, даже совсем без сил – развесили бы огоньки, сделали какие-нибудь фигурки из подручных материалов, расставили ловушки для зевак и хихикали бы над глупыми слухами. Она закрыла письмо, не опуская глаза на последние строчки. Она знала, что там. Возможно, она могла бы даже процитировать наизусть – настолько много перечитывала. Но сейчас это было слишком – её бы точно разорвало от переживаемых эмоций, учитывая, что ей предстояло сегодня сделать. Вообще не стоило перечитывать это письмо - оно было приятным, но отдавалось глубокой тупой болью. Причина была не в том, что что-то было написано не так, конечно. Причина была в том, как сильно Джейн в этом нуждалась, как глубоко чувствовала каждое слово. Пора было уже идти, и девушка с трудом поборола желание вырвать с конверта смешного гуся в кепке, чтобы положить в карман. Он так ей нравился, и, кажется, уже стал символом веры в то, что всё обязательно будет хорошо, но портить конверт совсем не хотелось, поэтому она убрала его в аккуратную стопку и закрыла ящик стола. В любом случае, шею приятно холодила цепочка, скрытая под рубашкой. Её никто не увидит, Джейн никому о ней не расскажет, но главное, что она сама знала о ней, и помимо холода металла каждый раз словно на секунду ощущала поддержку, присутствие кого-то дорого, абсолютно принимающего. Господи, если бы только ещё было время, хотя бы пару дней, чтобы понять, что с ней происходит, успокоиться, пережить. Но времени больше не было - Майк был в пути, им предстояло долгожданное воссоединение. Джейн ведь правда так долго и отчаянно раньше представляла этот момент... Она сильно расстроилась, когда сразу после выбивающего дух нежного письма увидела новость о том, что новых конвертов придётся подождать, вероятно, достаточно долго. Но, пожалуй, как бы она ни ненавидела мысль о перерыве, он ей был необходим. С ней уже происходило что-то странное, совершенно уникальное и ужасно ненормальное. Сейчас абсолютно точно было нужно сконцентрироваться на Майке.