Безумие
9 февраля 2026 г., 17:18
Минхо поднял стул вместе с привязанным к нему Ханом и впихнул вглубь большого дубового шкафа. Дверцы захлопнулись с сухим щелчком. Стало тесно, темно и нечем дышать.
Минхо вытер пот со лба, прислонился к шкафу.
— Ну и ночка, — хрипло выдохнул он. — Если бы ты не дёргался, я бы так не устал.
Он приоткрыл дверцу, наклонился. Его пальцы скользнули по пуговицам на лице Хана.
— Знаешь, оно того стоило. Красиво вышло. Тебе нравится?
Из-под кляпа донёсся сдавленный стон. Минхо усмехнулся, резко захлопнул шкаф.
— Спокойной ночи, малыш.
Шаги удалились. Тишина.
В тесной тьме Хан плакал без слёз. Каждая рана на руках и ногах пульсировала огнём. Мысли расползались, цепляясь за одно: выжить. Надо выжить.
---
Резкий звонок разорвал тишину. И ещё. И ещё.
Хёнджин, выругавшись, сдернул трубку.
— Алло?!
— Доброе утро. Полиция. — Голос был сухим, как бумага. — Расследуем исчезновение парня по имени Хан. Его видели в клубе в компании молодого человека. По нашим данным, вы — его близкий друг. Это так?
Сон как рукой сняло.
— Я… нет! Не знаю я никакого Хана! Звоните, когда имя этого молодого человека узнаете!
— Хорошо. Будем на связи.
Щелчок. Хёнджин несколько секунд смотрел на трубку.
— Чёрт! Меня ж посадят!
Он начал названивать всем. Минхо не отвечал. Только противный голос автоответчика: «Абонент временно недоступен…»
---
Три часа дня. Кафе.
За дальним столиком столпилась вся компания. Хёнджин рухнул на стул.
— Ребят, это пиздец. Минхо не в сети. Копы уже тут как тут. Они мне звонили.
— Мне тоже звонили.
— И мне.
— Видите?! — Хёнджин ударил кулаком по столу. — Нас возьмут за соучастие!
Тёмноволосый парень (Чанбин) сжал кулаки.
— Я в тюрьму не хочу! Надо что-то делать!
— Звоним Минхо. Все. Пока не возьмёт.
Минхо спал на диване, дышал тяжело и ровно, будто всю ночь разгружал вагоны.
И тут раздались десятки звонков.
Они долгое время не прекращались Минхо всё-таки потянул руку за телефоном.
— Да? — голос Минхо звучал сонно, будто его разбудили.
— Минхо, ты охренел?! — заорал Хёнджин в трубку. — Мы тут с ума сходим! Полиция! Где Хан?!
— Не интересно, — холодно бросил Минхо.
— Где он?! — вскрикнул кто-то на заднем плане.
Пауза. Потом тихий смешок.
— Он теперь мой манекен. Полностью мой.
— Минхо, сука, отпусти его! Нас всех посадят!
— Это всего лишь игра, — голос Минхо стал сладким, тягучим. — Вы даже не представляете, как интересно наблюдать.
В трубке стоял гул перебивающих друг друга голосов — угрозы, мольбы, мат. Минхо ухмыльнулся.
— Идите к чёрту. Я решу сам.
Он уже собирался сбросить, но Хёнджин выкрикнул:
— Куш! Забирай весь куш! Ты выиграл! Отпускай его!
Минхо замолчал. Потом медленно:
— Жду вас у себя. В семнадцать ноль-ноль. С деньгами.
Щелчок. Звонок оборвался.
---
Тяжёлые шаги. Дверцы шкафа распахнулись.
Минхо наклонился, улыбаясь.
— Ну что, куколка, скучала?
Он снял кляп.
— Нет, — прохрипел Хан.
Минхо нахмурился, но тут же усмехнулся.
— Грубый. Мне это нравится. Проголодался?
— Нет.
— Тем лучше. Значит, я буду кормить тебя сам.
Он вернулся с тарелкой. Запах жареного мяса заполнил комнату. Минхо отломил кусок стейка, поднёс к губам Хана.
— Кушай. Для любимой куколки — особый деликатес.
Хан сжал зубы. Кусок лишь скользнул по ним.
Минхо придвинулся ближе, его шёпот обжёг кожу:
— Ну чего ты? Надо кушать. Я помогу.
Сильные пальцы разжали челюсть Хана и втиснули мясо внутрь. Тот подавился, но проглотил. Минхо наблюдал, как движется его горло, и в глазах вспыхнуло странное удовлетворение.
— Вот так, моя куколка. Ешь.
Он кормил его медленно, кусок за куском, пока за дверью не раздался резкий, требовательный стук.
17:00.
