The Characters of MDZS Watching the Grandmaster of Demonic Cultivation

      Несколько адептов принялись бить вёслами по поверхности и пытаться набросить сеть на подводную тень, однако их усилия были тщетными.       Вэй Усянь размышлял вслух:       — Как странно… По форме эта тень совсем не напоминает человеческую фигуру: иногда она неестественно вытягивается, а иногда, наоборот — укорачивается; порой она становится больше, а порой — меньше… Лань Чжань, прямо за тобой!       В то же мгновение Бичэнь за спиной Лань Ванцзи вылетел из ножен и наотмашь вошёл в воду. Через секунду меч вернулся, повторив движение в обратном порядке и подняв радужную дугу брызг. Но оружие ничего не задело.       Брат Лю, сощурившись, задумчиво погладил подбородок:       — Не похоже это на обычного речного гуля.       Один из адептов на другой стороне, по его примеру, обнажил свой клинок и направил его на чёрную тень, что неистово кружила рядом с лодками.       — Эй, а он кажется мне знакомым, — заметил Лань Цзинъи, указывая на адепта.       Цзинь Лин нахмурился:       — Серьезно? Ну, мне-то откуда знать, он же из вашего Гусу Лань.       Лань Сычжуй задумчиво произнес:       — Но, кажется, я никогда не видел в Облачных Глубинах никого из старших, кто был бы на него похож.       — Это точно, — кивнул другой младший адепт Гусу Лань, прищурившись и вглядываясь в лицо человека на экране.       Сидящий неподалеку Вэй Усянь поморщился. Он вот ни капельки не скучал по физиономии Су Шэ. Большинство других заклинателей в зале, узнавших его, тоже тут же принялись перешептываться и сплетничать.       Но адепт побледнел, поняв, что не может отозвать свой меч.       Адепт постарше, стоявший рядом с ним, произнёс:       — Су Шэ, мы ещё даже не знаем, что за тварь прячется под нами. Почему ты решил действовать, как тебе вздумается, и позволил своему мечу уйти под воду?       У младших адептов отвисли челюсти.       — Это Су Шэ?!       Лань Цзинъи презрительно сморщился:       — Никогда бы не подумал, что увижу этого человека в одеждах нашего ордена Гусу Лань.       Лань Сычжуй мягко напомнил:       — Цзинъи, не стоит проявлять такое неуважение к мертвым.       — Да-да.       Лань Сичэнь нахмурился, глядя на Су Шэ на экране. Он задавался вопросом: что он мог сделать иначе, чтобы не позволить этому юноше в будущем превратиться в столь мстительного человека?       — Я увидел, что второй молодой господин Лань тоже… — начал было Су Шэ. Но тут же густо покраснел от смущения и пробормотал, осознав, насколько нелепы его слова.: — Я... я слишком возомнил о себе.       Юноша мельком взглянул на Лань Ванцзи, но тот не смотрел в его сторону, а внимательно изучал воду.       Лань Цзинъи закатил глаза:       — Ну разумеется, он попытался подражать Ханьгуан-цзюню. Почему я ни капельки не удивлен?       Вэй Усянь раздраженно цокнул языком, перехватив этот взгляд:       — Не смей так пялиться на Лань Чжаня.       Лань Ванцзи же, в свою очередь, было абсолютно плевать на человека, который путался у него под ногами еще со времен их с Вэй Усянем юности. Су Шэ сам нарисовал у себя на спине мишень в тот самый миг, когда решил стать соучастником интриг Цзинь Гуанъяо, которые в конечном итоге привели к гибели Вэй Ина.       Кончик Бичэня подцепил из воды какую-то тень, и на дно лодки с мокрым шлепком вывалилось нечто черное и бесформенное. Вэй Усянь разглядел, что это был кусок одежды.       Вэй Усянь смеялся так сильно, что чуть было не свалился в воду.       — Лань Чжань, ты просто великолепен! Впервые в жизни вижу, чтобы кто-то вместо того, чтобы поймать речного гуля, раздел его!       Лань Ванцзи осматривал острие меча на предмет ещё каких-либо странностей. Цзян Чэн вставил свои пять копеек:       — Тебе бы лучше помолчать. То, что плавало под водой, на самом деле не было гулем. Это был всего лишь кусок одежды!       — Только не говорите мне, что это Водяная Бездна? — спросил брат Лю, хотя по голосу было ясно: он уже ничуть не сомневается в своем ответе.       Вэй Усянь оглянулся через плечо и улыбнулся:       — А вы и впрямь догадливы. Могу я узнать имя многоуважаемого господина?       Мужчина выпрямил спину и поклонился прямо со своего места:       — Клан Лю из Наньху. Я Лю Вэй, вежливое имя — Лю Дачжун.       Позади один заклинатель зашептал другому:       — Это тот самый парень, который блестяще прошел все испытания главы ордена Ян и даже заслужил одобрение самого Лань Цижэня, несмотря на столь юный возраст.       — Да неужели?       Вэй Усянь подумал:       «Само собой, я тоже это видел. Просто я не чувствую удовлетворения, если не подразню Лань Ванцзи хотя бы пару раз».       Цзян Чэн раздраженно вздохнул:       — Твоя голова буквально забита одним лишь Ханьгуан-цзюнем. Кому вообще охота всё это слушать?       — Я же не заставляю вас слушать мои мысли силой, — попытался оправдаться Вэй Усянь.       Тем временем Тан-Тан и Фэй-Фэй едва сдерживались, чтобы не выкрикнуть: «НАМ ОХОТА!», но глава ордена Цзян оставался главой ордена Цзян — он был слишком страшен, чтобы вступать с ним в спор, поэтому они послушно держали языки за зубами.       Он сказал:       — Так значит, тварь, что шныряет прямо под нами, оказалась лишь куском одежды? Теперь понятно, почему сетями её было не поймать, а мечами — не пронзить: она меняла форму и ускользала от опасности. Но всё же просто кусок одежды не смог бы поглотить целый меч заклинателя. Под водой прячется ещё что-то.       К тому времени лодки уже добрались до самой середины озера Билин. Вода здесь была мутно-зелёного, почти болотного цвета. Внезапно Лань Ванцзи слегка поднял голову:       — Сейчас же все назад.       Лань Сичэнь спросил:       — Почему?       — Подводная тварь намеренно заманила нас сюда. — ответил Лань Ванцзи.       Вэй Усянь заметил, что воды озера Билин были уже не мутно-зелёного, а почти чёрного цвета, и тут кто-то закричал:       — Что это такое?!       Адепт указывал на водоворот, из-за которого их лодки начали тонуть:       — Нас затягивает!       — Так это и впрямь Бездонный омут! — потрясенно воскликнул Лю Дачжун. Он не отрывал взгляда от экрана, впервые в жизни видя воочию столь жуткое порождение тьмы.       — Как страшно... — прошептала одна из заклинательниц, судорожно сжимая в руках платок.       — Но как она могла появиться в городке Цайи? Разве жители Гусу не славятся как отличные пловцы, почти как в Юньмэне?       Вэнь Нин вспомнил, как в свое время слышал о Водной Бездне на одной из территорий ордена Вэнь, и что Вэнь Чао якобы лично уничтожил её. Теперь же, видя этого незваного демона в Гусу, не нужно было быть таким гением, как господин Вэй, чтобы догадаться об истинных причинах её появления.       Все встали на свои мечи и взмыли ввысь. Вэй Усянь взглянув вниз, увидел, что Су Шэ стоял по колено в воде, а нос его лодки уже наполовину засосало водоворотом. Вэй Усянь без малейших колебаний нагнулся, протянул руку, схватил Су Шэ за запястье и потянул к себе.       — Ты спас жизнь этому человеку?! — вскричал Лань Цзинъи в полном изумлении. Многие старшие заклинатели тоже были шокированы этим фактом.       — И у него хватило наглости годы спустя оборвать твою? У него что, с рождения дефицит мозгов? Он же жизнью тебе обязан! — прошипел Цзинь Лин.       Лань Сычжуй кивнул:       — Согласен. В ударе в спину нет чести.       Вэй Усянь тепло рассмеялся:       — Оу, ребята. Вы слишком за меня переживаете, — он прижал руку к сердцу и со вздохом откинулся назад, опираясь на Ханьгуан-цзюня.       Из воды вырвалось щупальце, пытаясь схватить Вэй Усяня, но тот стремительно уклонился на своём мече. Однако под тяжестью двух человек лезвие под его ногами резко пошло на снижение. Вскоре со стороны Су Шэ ощутимо рвануло — неведомая сила едва не стащила Вэй Усяня с меча вслед за ним.       Нижняя половина тела Су Шэ уже скрылась в чёрном озёрном водовороте. Казалось, нечто под водой мёртвой хваткой вцепилось в его ноги и тянуло их в самую глубь. Заметив это, Цзян Чэн бросился на подмогу:       — Вэй Усянь, сюда!       — Надо было просто бросить этого типа, — проворчал Цзян Чэн, чьё лицо исказилось от неприязни при одном взгляде на Су Шэ.       Цзян Чэн потянулся к нему, и до его руки оставались считанные дюймы, когда Вэй Усяня внезапно дернуло вниз. Засасывающая сила озера оказалась непомерно велика, и Вэй Усянь погрузился в пучину под отчаянный крик Цзян Чэна, зовущего его по имени.       В зале раздалось несколько испуганных вздохов, когда Вэй Усяня затянуло в бездну.       Лицо Цзян Чэна омрачилось при виде этой сцены; он невольно начал презирать самого себя в прошлом. Он был так слаб — почему он не сумел ничего предпринять?       Тени в воде обвились вокруг тела Вэй Усяня, затягивая его в бушующий водоворот.       Лань Ванцзи едва заметно поджал губы; ему было не по себе от мысли, насколько близко он был к потере Вэй Усяня в тот день.       В тот миг, когда тени уже были готовы поглотить его, Вэй Усянь вспомнил свои слова об упокоении свирепых призраков, сказанные на уроке Лань Цижэня, и на экране предстали бесчисленные трупы, покоящиеся на дне. Тогда Вэй Усянь начал шевелить пальцами, призывая вихрь темной энергии, который устремился прямо к нему.       Глаза многих присутствующих расширились от осознания: это был самый первый раз, когда Вэй Усянь вошел в контакт с энергией обиды. И произошло это в тот момент, когда он пытался спасти чью-то жизнь.       Внезапно Вэй Усянь почувствовал, как кто-то схватил его за ворот сзади и поднял в воздух. Обернувшись, он увидел Лань Ванцзи, который одной рукой крепко держал его за шиворот. Тому удавалось не только удерживать на своём мече троих человек, но и одновременно противостоять таинственной мощи озера, продолжая уверенно и плавно набирать высоту.       — Значит, даже Ханьгуан-цзюнь спасал этого неблагодарного типа, — фыркнул Лань Цзинъи, скрестив руки на груди.       — Ладно, но вы это видите? Ханьгуан-цзюнь тащит на мече двоих мужчин, держа их за шкирку?! — в изумлении воскликнул Цзинь Лин, указывая на экран.       Лань Сычжуй заворожённо кивнул, и в его глазах зажегся огонек восхищения:       — И это при том, что он здесь — наш ровесник.       — Чертовски круто, — потрясённо пробормотал Оуян Цзычжэнь.       — Теперь-то вы верите в силу рук адептов ордена Гусу Лань? — обратился Цзинъи к остальным юношам. Те лишь закивали с бешеной скоростью, опасаясь, что Цзинъи решит устроить им наглядную демонстрацию прямо сейчас.       Цзян Чэн был поражен: «Если бы я успел спуститься на Саньду раньше него и схватить Вэй Усяня, то, скорее всего, я бы не смог подняться так же быстро и плавно. А ведь Лань Ванцзи примерно моего возраста…»       — Цзян Чэн, ты сейчас рассуждаешь точь-в-точь как эти дети, — хохотнул Вэй Усянь, а затем добавил с лукавой поддевкой: — Ого, смотри-ка, кто это тут тоже заделался фанатом Лань Чжаня, а? — Внезапно он осекся, и выражение его лица стало странным: — Так, погоди-ка, нет. Цзян Чэн, не смей думать о моем муже. Это уже перебор.       — Я думаю о нем совсем не так, как ты, идиот! — прорычал Цзян Чэн, выглядя донельзя оскорбленным.       В это время Вэй Усянь воскликнул:       — Лань Чжань, а твой меч обладает значительной мощью, да? Спасибо, спасибо! Но скажи, тебе обязательно было хватать меня за шкирку? Неужели ты не мог просто придержать меня? Теперь мне неудобно висеть так. Давай я протяну тебе руку, и ты возьмёшь меня за неё?       Лань Ванцзи ответил холодным, как лед, тоном:       — Я не касаюсь чужаков.       Тан-Тан не смогла сдержать громкий смешок, который тут же поспешно скрыла за кашлем, густо покраснев под устремленными на неё взглядами. Но не она одна видела всю иронию в этих словах. Вспоминая то, что Лань Ванцзи позволял Вэй Усяню после того, как привел его в Цзинши, многие невольно подумали, что Лань Чжань действительно стал совсем другим человеком.       Между тем остальные, и особенно младшие адепты, воочию наблюдали разительную разницу между тем Лань Ванцзи, чье сердце еще было свободно, и будущим Ханьгуан-цзюнем, который уже познал вкус любви.       Вэй Усяня, успевшего в полной мере вкусить всю страсть «прикосновений» Лань Ванцзи, эта ситуация тоже изрядно забавляла.       — Ох, прости, Лань Чжань, я и забыл, что ты у нас не любишь физический контакт. Может, мне просто отсесть поо... Ха-ха-ха, Лань Чжань, ты же мне и шелохнуться не даешь!       Лань Ванцзи, чья рука собственнически и крепко сжимала бедро мужа, не проронил ни слова. Он мог лишь думать о том, насколько же его прошлая версия была невежественна в те времена.       Вэй Усянь тем временем продолжал допытываться:       — Да ладно, мы же уже почти приятели, как ты можешь считать меня чужим?       Лань Ванцзи отрезал:       — Мы не приятели.       Вэй Усянь картинно изобразил глубокую обиду:       — Ты не можешь так со мной поступать…       Тут терпение Цзян Чэна лопнуло, и он забранился:       — Нет, это как ты можешь так говорить?! Ты висишь между небом и землёй только на своём воротнике и продолжаешь болтать!       — Не-е-ет, пусть болтает, пока у Ханьгуан-цзюня терпение не лопнет! — прошептала Фэй-Фэй на ухо Тан-Тан, и та согласно прыснула в ответ.       Заклинатели, паря на мечах, благополучно покинули озеро Билин. Приземлившись, Лань Ванцзи отпустил воротник Вэй Усяня, затем спокойно повернулся к Лань Сичэню:       — Это был бездонный омут.       Лань Сичэнь покачал головой:       — Дело принимает серьёзный оборот.       Лань Ванцзи спросил, не страдали ли в последнее время какие-нибудь земли от Водяной Бездны, и в ответ Лань Сичэнь лишь указал в небо, прямо на солнце. Сцена на экране внезапно сменилась, на мгновение показав Вэнь Чао, который приказывал своим подчиненным согнать Водную Бездну с их территорий; в неровном свете фонарей его лицо казалось поистине зловещим.       Как и следовало ожидать, многие в зале помрачнели, бросая на экран испепеляющие взгляды.       — Проклятый орден Цишань Вэнь! Ну разумеется, они предпочли свалить свои проблемы на чужие плечи.       — Какое вопиющее лицемерие! — возмутился кто-то. — Называют себя величайшими, а сами не в состоянии справиться с собственной Водной Бездной!       — Им плевать, сколько невинных пострадает, лишь бы их драгоценный орден оставался в безопасности, — с презрением сплюнул один из заклинателей.       Вэнь Нин не съежился под градом этих обвинений в адрес своего бывшего клана. Он уже давно привык к самым гнусным оскорблениям в их сторону и прекрасно понимал, что у людей есть все основания для гнева. В те времена орден Вэнь творил поистине ужасающие вещи. Он лишь горько сожалел о том, что его собственная маленькая семья оказалась втянута в этот безжалостный перекрестный огонь.       Один из адептов возмутился тем, какой огромный вред это принесло городку Цайи. Лань Сичэнь лишь тяжело вздохнул:       — Оставим это. Пора возвращаться в город.       В месте переправы они погрузились в новые лодки и погребли к своеобразному центру посёлка, где всегда собирались толпы людей. Вскоре они миновали арочный мост и вышли к главному водному каналу. Вэй Усянь тем временем принялся за старое. Он отложил весло в сторону, поставил одну ногу на борт лодки, глянул на своё отражение, дабы удостовериться, что с его волосами всё в порядке, и стал посылать обольстительные и кокетливые взгляды по обеим сторонам, словно не он только что ловил речных гулей и сбежал из гигантского беззубого рта бездонного омута:       — Сестрицы, сколько стоит один цзинь локв?       — Опять он за свое, — произнес Цзян Чэн с едва скрытой усмешкой.       Лань Ванцзи глубоко вдохнул.       Одна женщина приподняла свою бамбуковую шляпу в знак приветствия и с улыбкой произнесла:       — Молодой чаровник, тебе не нужно платить. Хочешь, я подарю тебе одну просто так?       Лань Ванцзи медленно выдохнул.       Вэй Усянь невольно бросил на мужа настороженный взгляд:       — Лань Чжань, ты же понимаешь, что это был я из прошлого, верно? Теперь я ни с кем, кроме тебя, и заигрывать не посмею.       Лань Ванцзи лишь кивнул, по-прежнему храня непроницаемое молчание.       Вэй Усянь сложил руки перед грудью, левой ладонью обхватив правую в знак благодарности:       — Если мне подарит его сестрица, то, конечно, хочу!       Женщина запустила руку в корзину и бросила ему круглую наливную локву:       — Можешь не быть таким церемонным. Это тебе за то, что ты такой красивый!       Вэй Усянь обернулся, ловко поймал локву и, смеясь, произнёс:       — Сестрица ещё красивее!       — Ах, Лань Чжань… моя талия… ты сжимаешь её слишком сильно… Лань Эр-гэгэ?       Недовольный поведением старшего Вэя, Лань Цзинъи фыркнул:       — Старший Вэй, вы проявляете такую ветреность прямо на глазах у Ханьгуан-цзюня. Вы заслуживаете любого наказания, которое он вам назначит.       Вэй Усянь хмыкнул:       — Лань Чжань называет это наказаниями, но на деле это скорее — ой! Лань Чжань, не щипайся так больно! У меня же синяки останутся.       Лань Ванцзи тем временем неподвижно смотрел прямо перед собой. Вэй Усянь самодовольно подбросил локву и внезапно указал на Лань Ванцзи:       — Сестрицы, а он, по-вашему, красивый?       Лань Ванцзи никак не ожидал, что Вэй Усянь вдруг заговорит о нем. И пока он пребывал в замешательстве, не зная, что ответить, женщины на берегу хором отозвались:       — Даже ещё красивей! — И среди этих голосов послышался добродушный мужской смех.       Вэй Усянь ласково проворковал, уже позабыв о ревности своего мужа:       — Оу-у, маленький Лань Чжань совсем не знает, что и делать.       Цзян Чэн лишь закатил глаза к небу.       Вэй Усянь сказал:       — Тогда, может быть, кто-нибудь из вас хочет подарить локву и ему? Если я получу от вас подарок, а он — нет, то боюсь, он начнёт ревновать, когда мы вернёмся домой!       Женщина бросила ему вторую, и Вэй Усянь обменялся с ними еще парой любезностей.       Вэй Усянь помахал локвой перед глазами Лань Ванцзи, но тот всё так же смотрел ровно перед собой:       — Убери.       Вэй Усянь послушался его:       — А я знал, что ты откажешься, так что и не собирался тебя угощать. Цзян Чэн, лови!       Тан Тан закатила глаза:       — О боги, ну и ребенок.       — Вечно он со всеми заигрывает, — покачала головой Фэй Фэй.       Цзян Чэн поймал локву одной рукой, и слабая улыбка проскользнула на его лице, затем сразу же сменившись привычным недовольным фырканьем:       — Ты опять кокетничал со всеми подряд?       Вэй Усянь оскалился, довольный собой:       — Сгинь с глаз долой! — А потом повернулся и спросил: — Лань Чжань, ты ведь из Гусу, значит, умеешь говорить на местном диалекте, да? Научи меня вашим бранным словам.       Лань Ванцзи бросил на него очередной «убожество»-взгляд и перешёл на другую лодку.       Вэй Усянь надулся:       — Лань Чжань, я до сих пор не слышал, чтобы ты говорил со мной на этом диалекте.       — Ты не просил.       Это заставило его оживиться:       — Значит, сделаешь это?       Лань Чжань наклонил голову:       — Когда вернемся.       Вэй Усянь повалился рядом с ним, капризно протянув:       — Это же будет целая вечность!       Лань Ванцзи время стоял бок о бок с Лань Сичэнем, и сейчас даже выражения их лиц выглядели одинаковыми: оба будто погружены в невесёлые думы о том, что делать с бездонным омутом и что сказать главе посёлка Цайи.       Мимо них проплыла лодка, до отказа гружёная корзинами с большими наливными локвами. Лань Ванцзи мельком взглянул на неё и продолжил смотреть вперед.       Но Лань Сичэнь вдруг сказал ему:       — Если тебе так хочется локв, может быть, купим корзину?       — …       Лань Ванцзи раздражённо взмахнул рукавами:       — Я не хочу!       И вновь перешёл на другую лодку.       Вэй Усянь зашёлся от смеха, дрыгая ногами и практически улегшись верхней половиной тела на колени Лань Ванцзи.       — Брат Сичэнь, ты тоже принялся дразнить Лань Чжаня сразу после меня!       — Иногда Ванцзи просто невозможно не подразнить, — признался Лань Сичэнь, на что Лань Ванцзи лишь тихо вздохнул.       — О, уж мне-то это известно! — рассмеялся Вэй Усянь.