Shadows Within

Когда я проснулась, то с удивлением обнаружила, что он всё еще спит. Обычно он ложился позже всех, а вставал раньше. Я была рада, что ему удалось наконец-то отдохнуть. Без очков и когда он не хмурился, его лицо выглядело намного мягче. Ын Хёк был очень красив, и я знала, что все девчонки в школе думали так же. Даже мои одноклассницы часто пускали слюни, когда он забирал меня после занятий. Многие просили меня свести их с ним, но у меня всегда была наготове отговорка: он занят на работе, ему нужно учиться, у него важная встреча. Правда заключалась в том, что уже тогда я хотела, чтобы он принадлежал только мне. Мне не хотелось, чтобы вокруг него крутились другие девушки — мне нравилось, когда всё его внимание сосредоточено на мне. К сожалению, я не всегда умела скрывать свои чувства, и всё заканчивалось тем, что Ын Ю поддразнивала меня, смеясь над моей привязанностью. Думаю, она поняла, что я влюблена в её брата, гораздо раньше меня самой. Жаль, что у меня не было шанса признаться ему до того, как всё это началось. Ведь разве сейчас подходящее время для таких слов? Внезапно я заметила, как изменилось его лицо — он начал просыпаться. Я тут же уткнулась носом ему в грудь, притворяясь, что крепко сплю. — Я знаю, что ты не спишь, — пробормотал он хриплым спросонья голосом. Я лишь улыбнулась, не отстраняясь. Он наверняка это почувствовал, но мне было всё равно — я была счастлива. Мне нравилось просыпаться в его объятиях. Он тихо вздохнул и снова зарылся лицом в мои волосы. — Мне пора вставать. Дел полно. Я и так проспал дольше, чем следовало. Нахмурившись, я обхватила его крепче. — Ну еще капельку? — Ладно, совсем немного. Пару минут, — сдался он. Я прижалась к нему так близко, как только могла, но вдруг замерла, почувствовав, как что-то уперлось мне в бедро. Сердце подпрыгнуло в груди. У меня были подозрения, что это такое, но поскольку он никак не реагировал, любопытство взяло верх. Я снова заерзала в его руках, нарочно задевая эту часть его тела. На этот раз он издал низкий стон. — Не делай так. Я густо покраснела. — Прости, оппа. — Особенно когда ты говоришь это таким тоном.

──── ୨୧ ────

Ему нравилось просыпаться с ней в руках. Частью сознания он верил, что это сон, потому что всё казалось слишком мирным. С тех пор как появились монстры, он будто постоянно бежал на одном адреналине. В такие моменты он мог представить прежнюю жизнь. Жизнь, где он мог бы молча обожать её... но он хотел большего, чем просто молчание. Он не хотел, чтобы она видела в нем только «брата». Он думал, что легенда о родстве с другими жильцами будет временной, но когда они начали лгать через недосказанность, остановиться стало невозможно. Даже сейчас, когда можно было бы открыться, они этого не сделали. К чему это приведет? Каков его финальный план? Очевидно, что он относился к ней совсем не так, как к Ын Ю. Сестра не раз указывала ему на это. Было ясно как день, что он не воспринимает её как родственницу. Пока он был погружен в свои мысли, он внезапно почувствовал, как она прижалась к его чувствительному месту. Он замер, не зная, что делать. Отстраниться, чтобы скрыть это, или притянуть её ближе, отбросив всякое приличие? Он слишком долго раздумывал, потому что она придвинулась еще ближе и снова задела его. Низкий стон, который он подавил в первый раз, вырвался надтреснутым звуком. — Не делай так. Она делала это нарочно. Что это значило? Чего она от него хотела? — Прости, оппа. «Оппа». Это слово действовало на него магически. Он и сам не заметил, когда это невинное обращение стало значить для него гораздо больше, чем положено. — Пора вставать, — с сожалением сказал он. — Сегодня я оставлю тебя с Джэ Хоном. Он увидел, как она подняла голову и надула губы. — Мне не нужна нянька! К тому же, почему я не могу остаться с тобой? Я буду молчать. Найду себе дело. Ей было трудно в чем-то отказать, особенно когда она смотрела на него такими глазами. — Это для твоего же блага, ты сама знаешь. Если что-то случится, я хочу, чтобы тебя привели прямиком ко мне. Джэ Хон доказал, что ему можно доверять, — объяснил он, потянувшись за очками. Он попытался сесть, но она вцепилась в него, как осьминог. Её руки и ноги обвили его тело, голова опустилась ему на живот, а грудь прижалась к самому паху. Ему определенно понадобится либо ледяной душ, либо визит в игровой зал, чтобы «снять напряжение». — Ари... — Не уходи, оппа, — пробормотала она. Он и не хотел. Если она продолжит просить, его решимость рассыплется в прах. — Джэ Хон! — позвал он учителя, заметив, как тот складывает свое одеяло. Ари заныла, сворачиваясь вокруг него еще плотнее. — На меня напали. Помоги снять с меня этого осьминога, — бесстрастно обратился Ын Хёк к Джэ Хону, который с явным азартном наблюдал за этой сценой. — И присмотри за ней. Он ткнул её в щеку. Она тут же попыталась его укусить, но он быстро отдернул палец. — Она кусается и склонна к насилию. Не советую подходить слишком близко. — Оппа злой... Джэ Хон подошел с другой стороны и подхватил её под мышки. — Давай, Ари-я, подъем. У твоего брата дела. Ты же не хочешь ему мешать? Неохотно она отпустила его и уселась на коленях, всё еще обиженно дуя губы. — У нас ведь будет день для отдыха? Целый день? Его взгляд смягчился. Конечно, он хотел этого. Он не верил, что кошмар продлится вечно. Либо они оба умрут (о чем он старался не думать), либо наступит передышка. В идеале они найдут укрепленное убежище или феномен монстризации удастся локализовать. — Хорошо. Веди себя прилично. Не хочу слышать от Джэ Хона никаких жалоб, — он взъерошил ей волосы. — Спасибо, что выручил. Он подавил улыбку, когда она попыталась отмахнуться от его руки. — Конечно, в любое время, — ответил Джэ Хон. — Я правда ценю всё, что ты делаешь, чтобы удержать нас вместе. Знаю, как это непросто. Действительно, работа учителем научила его следить за тем, чтобы никто не спалил школу. Ын Хёк кивнул ему и в последний раз посмотрел на Ари. — Береги себя, — тихо сказала она. — Не перетруждайся, я правда за тебя волнуюсь. Он улыбнулся: — Не беспокойся обо мне. Я должен прожить достаточно долго, чтобы заботиться о тебе.

──── ୨୧ ────

У него был тяжелый день. Поводов для радости было мало, а когда И Гён прижала его в туалете с расспросами о Хён Су, он был готов просто уйти. Он устал объясняться. — Он не оружие, которое ты можешь использовать по своему усмотрению. Ты собирался решить его судьбу голосованием! — она явно была недовольна его лидерством, но сама власть брать не спешила. Он бы с радостью уступил ей, понимая, что по навыкам она самая компетентная — в конце концов, он был всего лишь студентом. Проблема И Гён была в том, что она вечно была занята чем-то своим. И сейчас тоже. Она была погружена в свои мысли и не могла по-настоящему заботиться о группе так, как это делал он. У неё была другая цель, и его лидерство было ей просто удобно. Он достал из кармана пачку бумажек. — Я никогда не собирался его выгонять. Зачем мне это, если он спас Ари? У него такой же защитный инстинкт по отношению к ней, как и у меня. Мне выгодно держать его рядом, поэтому я подготовил эти бланки. Никто не узнает, кто как проголосовал, потому что никто не захочет признаваться в убийстве. Я сам удивился, что это даже не понадобилось. — Ты действительно манипулятивная сволочь, — прошипела она. — Я делаю то, что необходимо, потому что больше никто не сделает, — ответил он. — Возможно, святой — это не тот, кто нужен людям прямо сейчас. У него не было времени на сомнения. Если бы он начал сомневаться, он бы не смог идти по выбранному пути. Ему нужно было быть твердым в своем убеждении: выживание большинства важнее жизни немногих. — Прочти это, — он достал телефон. Он сохранил столько статей, сколько успел до отключения интернета. — Я нашел блог некоего «Крукру». Что бы это ни было, это может быть не болезнью, а проклятием, порожденным глубоким человеческим желанием. Чем-то настолько сильным, что оно меняет саму ДНК. Он наблюдал за тем, как она пробегает глазами текст. На её лице отразилось нечто похожее на осознание, но прежде чем он успел спросить, она вернула телефон и быстро ушла. Было тревожно не знать то, что знает она. Это могло быть жизненно важным, но она молчала. Он уже представлял, как она снова действует в одиночку без объяснений. Ей явно не хватало командного духа. Внезапный звук открывающейся двери кабинки вырвал его из раздумий. Разве он не проверил их? Он думал, здесь никого... — Оппа... Конечно, это была она. Никто другой не мог так выбивать его из колеи и заставать врасплох каждый раз. Она сделала пару шагов и обхватила его за талию. Её теплое тело прижалось к его спине. — Не слушай её, оппа. Она не знает, скольким ты пожертвовал ради нас. Он положил свои ладони на её руки. — Неважно, что она думает. — Это проклятие... значит ли это, что мы все можем превратиться в любой момент? Мы заперты здесь, кругом опасность. Рано или поздно мы все захотим чего-то большего. Сколько времени пройдет, прежде чем кто-то из нас начнет меняться? Он не знал, что ответить, но попытался: — Всё что угодно может случиться когда угодно. Единственное, что мы можем — это готовиться к худшему и надеяться на лучшее. Она кивнула, прижимаясь к его спине. — Но если бы была вероятность, что кто-то из нас начнет меняться... что бы ты сделал? Он погладил её мягкую кожу большим пальцем. — А каково было бы твое желание? — Не знаю. Может быть, быть с оппой вечно-вечно-вечно? — она хихикнула, потираясь лицом о его лопатки. Иногда он задавался вопросом, не должна ли она была родиться кошкой. — А как насчет тебя? — спросила она. Он задумался на мгновение. — Я хочу вывести эту группу в безопасное место. Хочу защитить всех, но больше всего мне нужно знать, что ты и Ын Ю в безопасности. Я правда гадаю: если дойдет до дела, смогу ли я быть настолько объективным, насколько это требуется? — Я думаю, ты сделаешь то, что должен, и никто не вправе тебя винить. Её слова утешали, но он понимал, что винить его будут всегда. Джин Ок уже ненавидела его за то, что случилось с её дочерью. Он верил, что тогда принял верное решение. Никто не мог помешать монстру убить девочку. Но если бы он позволил матери побежать к ней, погиб бы еще и Со Ун? Группе бы пригодился лишний солдат. А может, погибли бы все трое. — Перестань. Перестань накручивать себя! — она снова прервала его мысли. — Я чувствую, что ты опять нервничаешь. Слышу, как твое сердце колотится. Если не будешь осторожен, закончишь как я! Он усмехнулся: — Это так не работает. — Пошли отсюда, хватит тут околачиваться. Здесь вообще-то воняет, — рассмеялась она. Ему не хватало её тепла, когда она отстранилась, но он последовал за ней. Он немного отстал, бросив взгляд в узкое вертикальное окно, выходящее на лестницу. Прошло несколько дней с тех пор, как Хён Су и Сан Ук ушли. В последний раз, когда он проверял камеры, с ними всё было в порядке, но он надеялся, что они уже вернутся. Возможно, возникли проблемы с тем человеком из 1408-й. Я в шоке уставилась на человека перед собой. Когда его выпустили? Разве он не утверждал, что он монстр? Или он вышел, потому что знал, что Сан Ука сейчас нет рядом? — Смотри, я не исцеляюсь. Я не монстр, — он с улыбкой показал мне руку. Порез действительно кровоточил, но я не понимала, зачем он мне это говорит. — Мне нужно подняться в свою квартиру, забрать кое-что, — сказал он, делая шаг вперед, отчего я попятилась. — Тебе нужно что-нибудь оттуда? Может, пойдешь со мной? Сердце ухнуло вниз и забилось чаще. — Нет... я... Внезапно мелькнула рука, и кулак врезался мужчине прямо в лицо. — Разве я не говорил тебе держаться от неё подальше?! — закричал Ын Хёк, хватая его за воротник и прижимая к стене. Юн Джэ тут же поднял руки, показывая, что не будет сопротивляться. — Эй... прости. Я просто подумал, может, ей что-то нужно из её квартиры, она ведь рядом с моей. Прошло много времени, нам всем не во что переодеться. Я не хотел ничего плохого. Я потянула Ын Хёка за рукав, не сводя глаз с того типа. — Если он хочет уйти, просто дай ему уйти, — пробормотала я. Я надеялась, что если он уйдет, то не сможет вернуться. Это ведь не будет убийством, если он уйдет по своей воле, верно? — Что там происходит? — Джэ Хвона не было видно, но он явно заметил суматоху. — Оппа... Ын Хёк наконец отпустил его. — Чтобы больше не смел заговаривать с ней или даже смотреть в её сторону. Юн Джэ несколько раз подобострастно поклонился. — Конечно! Я и близко к ней не подойду! Мы смотрели, как он поспешно уходит в сторону заблокированного выхода, где на посту стояла Джи Су. — Ты в порядке? — спросил Ын Хёк, поворачивая меня из стороны в сторону, проверяя, нет ли травм. — Со мной всё хорошо, — заверила я его. Юн Джэ напугал меня, но в этот раз он даже не коснулся меня. — Как думаешь, он... БАБАХ! Двери распахнулись с таким грохотом, что едва не зашибли Юн Джэ, который отпрыгнул в ужасе. Ворвался Сан Ук — и вид у него был такой, будто он готов убивать. Он мгновенно заметил перепуганного мужчину и впечатал кулак в его и без того разбитое лицо. Раздались крики жильцов, наблюдавших за сценой с ужасом и непониманием. — Кто-нибудь, остановите его! — Кто его остановит? Ты, что ли? — Он такой страшный... — Он же убьет его! — Не смотри, — Ын Хёк прижал моё лицо к своей груди. Я слышала крики и глухие удары. Казалось, Сан Ук побеждает, пока я не услышала его болезненный стон. Я инстинктивно попыталась обернуться, но рука Ын Хёка твердо удерживала меня. Шум борьбы продолжался — что-то падало, билось. — Он его точно прикончит! — Что нам делать? — Как думаете, он жив? — Что он творит?! Среди этого хаоса я пыталась сосредоточиться на сердцебиении Ын Хёка, чтобы успокоить свое собственное. — Всё будет хорошо, — тихо прошептал он, поглаживая меня по спине. — Что бы ни случилось, мы будем в порядке. Я верила ему. — Не делай этого... — услышала я тихий голос Джэ Хона. Раздался скрежет решеток на входе, а затем несколько тяжелых глухих звуков. Что происходило? Когда Ын Хёк медленно отпустил меня, я поняла, что, сама того не замечая, плакала ему в рубашку. Я быстро вытерла слезы и оглянулась. Сначала я не поняла, на что смотреть. Сан Ук? Юн Джэ? Юн Джэ нигде не было видно, но Сан Ук лежал перед Джэ Хоном, который пытался проверить пульс. Выглядело всё плохо: под головой Сан Ука расплывалась лужа крови, она текла у него изо рта. Рядом лежали два тела, которых я раньше не видела. Ын Хёк быстро метнулся к Сан Уку, я последовала за ним, опустившись на колени рядом с телами. — Пульс есть, — сказал Ын Хёк. — Помогите донести его в безопасное место. Шум привлек внимание монстров, которые до этого прятались. Я видела, как они ковыляют в нашу сторону. Всмотревшись в мертвые тела, я узнала в одном из них дочь Джин Ок, Мин Джу. В её груди была огромная дыра, точь-в-точь как у солдата рядом. Его я не знала. — Спасибо! Спасибо! — Джин Ок прорвалась сквозь толпу, чтобы обнять дочь. Я отвернулась от этой тяжелой сцены и подошла к столу, на который Ын Хёк и Джэ Хон уложили Сан Ука. — Что мне нужно делать? — спросила я, с тревогой глядя на кровоточащие раны. Ын Хёк засучил рукава. В нем снова включился тот режим лидера, который делал его таким эффективным. Он видел цель и был предельно сосредоточен. — Мне нужна горячая вода и всё из первой помощи: марля, антисептики, антибиотики, швейный набор. Нужно остановить кровотечение как можно скорее. Я кивнула и бросилась собирать всё необходимое. Это будет долгий день, но я всем сердцем надеялась, что Сан Ук выкарабкается. Я хотела, чтобы он жил. — Давай помогу, — прошептал Хён Су, когда заметил, что у меня дрожат руки. Он достал аптечку из шкафа в детском саду. — Спасибо. Прости, что не встретила тебя как следует, — я посмотрела на пятна крови на его лице, но ран не увидела. Он уже полностью исцелился. — С возвращением! — я крепко и быстро обняла его. — И добро пожаловать на первый этаж, господин Хан! Я выхватила коробку и побежала обратно к Ын Хёку. Позже. Я поговорю с ними обоими позже. — Знаешь, а она довольно милая, — смутно услышала я смешок господина Хана.