Сборник черновиков

      — Ани, почему ты опять плачешь?.. — тихий детский голосок вырвал омегу из забытья и заставил вздрогнуть, невольно крепче прижимая к себе ребёнка и прикусывая губу. — Ани?       — Ничего, солнышко, ничего, это я просто задумался немного, — так же шёпотом ответил Ануар, приглаживая буйные кудряшки подопечного и ставя подбородок ему на макушку. И пока Альтаир прижимался к старшему поудобнее и опускал ушки, обвивая чужую талию худенькими ручонками, сам молодой человек старался вообще не издавать никаких звуков — снова от переживаний горло начинало жутко болеть. Как и всегда       А переживать вроде как и было о чëм: слишком этот маленький, но не по годам умный эльфëнок напоминал Ануару его погибшего несколько лет назад мужа. И с одной стороны было глупо попасться опытному оборотню на волчью яму, а с другой — кто ж -то, что и там её можно сделать. В любом случае, омеге до сих пор плохо делается, как в голове всплывает бледное лицо Исмаила, обрамлëнное седеющей бородкой, и его тихое «Прости, Ань, я не уследил…». Пусть даже ему и платят каждый месяц как компенсацию, ни Германа теперь уже не вернуть, ни крепкий холодный разум самому юнцу, из-за чего тот часто просыпался и до сих пор просыпается на влажной от слëз подушке с невыносимым желанием скулить. И кричать, как он кричал, когда к нему пришли с плохими новостями       — Что случилось? я почти не слышу, как ты дышишь, обычно ты сопишь, когда думаешь… — снова поинтересовался мальчуган и ощутил, как взрослый напрягся в его хватке       — Давай я лучше утром тебе расскажу, хорошо? Сейчас я правда себя чувствую… не совсем хорошо, так что лучше отложить разговор до утра, — маленькая ложь во благо им обоим. Потому что не хотелось терять какое бы то ни было самообладание перед восьмилетним пацаном. И вообще разговаривать — в противном случае он, Ануар, начнёт плакать. Опять. — Солнышко моё… — горло сдавило совсем уже, потому прошептал это старший с трудом, целуя ребёнка в лоб и после покусывая губы, когда Альти повернулся и уткнулся носиком в плечо приëмного родителя. Главное сдерживаться, пока эльфëнок не уснёт; иначе можно совсем голову потерять. Омега горестно и с неким усилием выдохнул и прикрыл воспалённые от сдерживаемых (или почти?) слëз глаза. А то совсем нехорошо получается…       Утром всë было как обычно — Ануар делал вид, что ночью ничего не было, а Альтаир не спрашивал пока, только носом водил за звуком чужих шагов. За этим было бы забавно наблюдать, если бы не аккуратно повязанный малышу на глаза шейный платок       — Сегодня каша, — сев рядом, омега взял в руки абрикос, нож и стал потихоньку разрезать фрукт. — С фруктами будешь или не сегодня? — в сиплом тоне мелькнула лёгкая улыбка, когда Альти немножко наклонил голову и смешно наморщил лобик, задумчиво приподняв брови       — А ты со мной кушать будешь? — на это старший почти невинно закатил глаза, отложил дольки и инструмент и, шустро вытерев пальцы от сладкого сока, пересадил мальца себе на колени, затем двигая и тарелку       — Я после тебя, хорошо? — эльф насупился и надул губы       — Опять ты меня обмануть хочешь, Ани, не будешь ты есть. Когда так говоришь, от тебя потом ничем не пахнет, а должно, — брови молодого человека поползли совсем уж высоко, а сам он сдавленно хихикнул, обвил конечностями детский торс и поставил подбородок на плечико, сразу чмокнув в розовую после сна щеку       — Ну хорошо, ты меня раскусил, малыш. Сейчас я и вправду не буду кушать, но обещаю, что совсем голодным я тоже ходить не буду, — Альтаир чуть скуксился, но кивнул и повернулся туда, откуда вместе с тëплым паром исходил запах овсянки       — С абрикосой хочу… — нежно улыбнувшись, Ануар с тихим вздохом кивнул и начал осторожно резать спелый фрукт

***

      — Ты что тут делаешь? — подойдя к ребёнку сзади, Ануар слабо тронул его за плечо и закутался в платок, пытаясь вместе с тем понять, куда смотрит его приëмыш. Альти дёрнулся и повернулся на звук, выпрямляясь и складывая руки на коленках. По лицу уже понятно было, что мальчонка о чëм-то думал и не до конца из мыслей вынырнул, а по опустившимся ушкам — что испугался. — Чего не сказал ничего, я тебя обыскался дома, испугался уже, — пусть поначалу и звучал в тоне совсем слабый укор, но позже стало понятно, что омега чуть усмехнулся       — Я гуляю… А там девочка какая-то поëт, я и сел послушать, задумался, — брови у старшего удивлённо вверх поползли — какая такая девочка и что вообще может делать ребëнок в лесу зимой?       — Да? Что за девочка? — возможно странный вопрос, но тем не менее, может знакомы уже       — Не знаю, но у неё голос грустный очень, как будто она сейчас плакать будет, — Ануар тихо хмыкнул и, слегка приобняв мальчишку, посмотрел в лес. Альти, конечно, обиделся немного — подумал, что ему не верят...