Театр двух актеров

Мы не перестаём исследовать, и в конце всех наших поисков вернёмся туда, откуда начали, и увидим это место впервые. Июль 1975 Стоит ли говорить, что это утро началось совсем не с кофе? Люси не видела в этом никакой необходимости. — Мы хотим перевестись в Хогвартс, — почти в один голос заявили Таронт и Илиада. От этих слов Люси едва не поперхнулась чаем. — Позвольте спросить, с чего это вдруг? Она хорошо знала, что Таронт только что закончил пятый курс в Шармбатоне, а Илиада сдала SP (Standardprüfung) и, похоже, решила на этом завершить своё обучение в Дурмстранге. — Нам нужно понять, что повлияло на papa, что он стал тем, кем стал, — объяснил Таро. — И вы решили, что учёба в Хогвартсе вам поможет? — Не попробуем — не узнаем, — продолжила Илиада, и в её голосе звучала та же упрямость, которую Люси знала слишком хорошо. Люси медленно поставила чашку на стол. Она не спешила отвечать. Вместо этого её взгляд скользнул от одного к другому — внимательный, тяжёлый, почти пронзительный. — Вы хотите понять его… или повторить его путь? — тихо спросила она. Повисла короткая, но напряжённая тишина. Таронт первым выдержал этот взгляд. — Понять, — твёрдо сказал он. Илиада едва кивнула, но её пальцы, сжимавшие край стола, сказали больше, чем слова. Люси это заметила. — Хогвартс, — медленно повторила она, будто смакуя само слово. — Место, где он… начал. Она откинулась на спинку стула и на мгновение закрыла глаза. В памяти всплывали обрывки — чужие рассказы, разрозненные факты, намёки, которые она когда-то собрала в единую, но далёкую от полной картину. — Вы думаете, что там найдёте ответы, — сказала она уже спокойнее. — Но Хогвартс не хранит правду на полках библиотеки. Особенно такую правду. — Но там остались следы, — тихо сказал Таро. — Люди. Истории. Возможно… те, кто его помнит. — Или те, кто помнит то, каким он был до… — Илиада замолчала, но продолжение и так повисло в воздухе. Люси открыла глаза и внимательно посмотрела на них обоих. — Вы оба слишком умны, чтобы не понимать, во что лезете, — сказала она. — И в то же время… достаточно упрямы, чтобы всё равно это сделать. Лёгкая улыбка коснулась её губ — не весёлая, но тёплая. — Это у вас от него. — Мама… — начала Илиада, но Люси подняла руку, останавливая её. — Я не сказала «нет». Она подошла ближе и положила руки им на плечи — сначала одному, потом другому. — Я помогу вам перевестись. Глаза Илиады вспыхнули, но она сдержалась, лишь сильнее выпрямившись. — Но при одном условии, — добавила Люси. — Каком? — одновременно спросили они. — Вы ни при каких условиях не станете никому говорить, кто ваш отец. Тишина на этот раз была иной — не напряжённой, а… тяжёлой. Таронт медленно кивнул. — Договорились. Илияда после короткой паузы тоже. Люси отступила на шаг, будто принимая их ответ как нечто окончательное. Сентябрь 1975 Платформа девять и три четверти гудела голосами, свистками и прощаниями, когда красный поезд с надписью Hogwarts Express выпустил клубы пара. Илиада ступила в вагон первой — уверенно, не оглядываясь. Высокая, с резко очерченными чертами лица, она сразу притягивала взгляды. Карие глаза скользили по людям быстро и оценивающе. Светлые, почти белые волосы резко контрастировали с этим взглядом — холодным, сосредоточенным. — Можешь не идти так демонстративно, — тише сказал Таронт, заходя следом и закрывая дверь купе. — Мы здесь не на задании. — Пока что, — коротко бросила Илиада. Он лишь вздохнул, но уголки губ едва дрогнули. Он двигался мягче, спокойнее — в нём было больше тепла, больше жизни. Та же светлая внешность, но другая энергия: не напряжённая, а гибкая, живая. Они шли по коридору, заглядывая в купе. Где-то было слишком людно, где-то — слишком шумно. — Здесь, — вдруг сказал Таронт, кивнув на приоткрытую дверь. Изнутри доносился смех — громкий, искренний и чуть дерзкий. — Уже подозрительно, — пробормотала Илиада, но всё же толкнула дверь. В купе сидели четверо мальчиков. Первый — черноволосый, худощавый, в очках и с хитрой улыбкой — сразу поднял взгляд. Рядом с ним развалился на сиденье другой — с тёмными волосами и выражением лица, сочетающим скуку и вызов. У окна сидел рыжеватый парень, немного напряжённый, но внимательный. А четвёртый — светловолосый, с мягкими чертами — выглядел самым спокойным из всех. — О, новые лица! — оживился черноволосый. — Заходите, пока здесь не стало ещё веселее. Илиада на мгновение задержалась, оценивая ситуацию. Потом вошла. Таронт — за ней. — Если станет хуже — мы выйдем, — тихо сказала она ему. — Понял, — улыбнулся он. — Я — Джеймс Поттер, — объявил черноволосый. — Это Сириус Блэк, Римус Люпин и Питер Петтигрю. — Ильяда, — коротко ответила она. — Таронт, — добавил он, садясь рядом. Сириус внимательно посмотрел на Илиаду, чуть прищурившись. — Ты не из Хогвартса, — сказал он. — А ты любишь очевидные выводы, — тут же отрезала она. На секунду повисла тишина. А потом Джеймс рассмеялся. — Она мне уже нравится! Сириус лишь хмыкнул, но в его глазах появился интерес. — Дурмстранг? — предположил Римус спокойно. — И Шармбатон, — ответил Таронт. — Мы перевелись. — Ого, международное усиление, — протянул Джеймс. — Нам как раз не хватало… — Того, кто умеет молчать, — перебила Илиада. — Жёстко, — прошептал Питер. Таронт тихо засмеялся. — Не обращайте внимания. Она так знакомится. — Я не знакомлюсь, — холодно сказала Илиада. — Я оцениваю. — И какой вердикт? — поднял бровь Сириус. Она посмотрела прямо на него. — Ты — проблема. Джеймс снова взорвался смехом. — А я? — тут же спросил он. Илиада перевела взгляд. — Ты — её катализатор. — Это сейчас было оскорбление или комплимент? — наклонился он к Римусу. — И то, и другое, — спокойно ответил тот. На несколько секунд в купе повисла странная, но не напряжённая тишина. А потом Таронт достал из сумки небольшой блокнот и карандаш. — Можно я вас нарисую? — вдруг спросил он. Все четверо моргнули. — Что? Прямо сейчас? — удивился Джеймс. — Почему нет? — улыбнулся Таронт. — У вас очень… выразительные лица. Сириус улыбнулся шире. — О, мне это уже нравится. — Если нарисуешь меня лучше, чем его, — добавил Джеймс, — я дам тебе шоколадную жабу. — Это подкуп, — заметил Римус. — Это мотивация, — поправил Джеймс. Ильяда закатила глаза, но не вмешалась. Она откинулась на спинку сиденья, наблюдая. Её взгляд скользил между ними — быстрый, внимательный, почти аналитический. Громкий. Дерзкий. Умный. Опасный. И… живой. Таронт уже быстро что-то рисовал, иногда поднимая глаза. — Не двигайся, — бросил он Сириусу. — Я вообще-то не двигался, — ответил тот. — Ты думаешь громко. — Это новое. Илиада едва заметно улыбнулась. Может быть, совсем чуть-чуть. Поезд тронулся, и платформа медленно исчезла за окном. И вместе с ней — всё, что было «до». Впереди было что-то другое. И, похоже, скучно уже не будет. Октябрь 1975 В комнате стояла напряжённая тишина. — Ещё раз, что ты сделала? — переспросил её Том. — Отправила их в Хогвартс, — ответила она. И, кажется, после её слов послышался какой-то треск. Или ей показалось? — Ты серьёзно? — Да. Левый глаз Тома дернулся. — Ты почти с пеной у рта доказывала мне, что им там не место. А теперь просто так отправила их туда же. Что произошло? Почему ты передумала? Люси не ответила сразу. Она стояла у окна, спиной к нему, и смотрела в темноту, где отражалось её собственное тусклое отражение. — Они выросли, — наконец сказала она. — Это не ответ. — Это единственный честный ответ. Том тихо выдохнул, но в этом выдохе не было облегчения — лишь сдержанный гнев. — Ты понимаешь, куда ты их отправила? — медленно произнёс он. Он замолчал, но слова были не нужны. Люси обернулась. — Я отправила их туда, где началось то, что ты так и не смог оставить в прошлом. Их взгляды встретились. И на мгновение казалось, что воздух между ними стал острым. — Ты думаешь, это поможет? — тише спросил Том. — Я думаю, — медленно сказала Люси, — что запрет никогда не останавливает тех, кто уже решил идти дальше. Он едва усмехнулся — коротко, без тепла. — Значит, ты решила позволить им повторить мои ошибки? — Нет, — её голос стал твёрже. — Я решила дать им шанс понять их до того, как станет поздно. Том сделал шаг вперёд. — Ты слишком веришь в контроль. — А ты слишком хорошо знаешь, что бывает, когда его нет. Тишина снова упала между ними. На этот раз тяжелее. — Илиада похожа на меня, — вдруг сказал он, внимательно глядя на неё. — Я знаю. — И ты всё равно отправила её туда. Люси выдержала его взгляд. — Именно поэтому. Это заставило его остановиться. — Она должна увидеть, куда ведёт этот путь, — тише добавила Люси. — Не со слов других. На собственные глаза. Том долго молчал. — А Таронт? — наконец спросил он. И тогда в её голосе появилось что-то другое — мягче. — Он не пойдёт по тому же пути, — сказала она. — Но он пойдёт рядом. И не позволит ей потеряться. Том опустил взгляд на мгновение, будто взвешивая эти слова. — Ты слишком уверена в них. — Я уверена в том, что они — не ты. Это прозвучало резче, чем она хотела. Но взять слова назад уже было невозможно. Том поднял на неё глаза. И впервые за всё это время в них промелькнуло что-то сложнее гнева. — Посмотрим, — тихо сказал он. Люси не ответила. Потому что впервые за долгое время она тоже не была уверена, чем всё это закончится.