Театр двух актеров

секс это то на что соглашаются оба если же кто-то из них просто лежит неподвижно потому что сейчас не время или нет настроения или вообще нет желания тогда как другой совокупляется с их телом то так не любят так насилуют. 26 декабря 1975 — Матушка родная! Похоже, начинать утро не с кофе уже становится традицией в этом доме. Потому что крик Полин разбудил всех. А всё из-за того, что она имела неосторожность зайти в комнату Таро, не постучав. И увидеть его голым в компании Жаклин, Бена и — о чудо — Сириуса. А произошло это потому, что у неё всё же хватило неосторожности войти в комнату Таро, не постучавшись. Полин — ей было чуть за пятьдесят, когда-то она была няней, потом гувернанткой Илиады и Таронта, а теперь работала в доме горничной. Но на самом деле уже давно стала частью семьи — с теми тёплыми, немного ворчливыми, но абсолютно искренними отношениями, когда тебя могут одновременно и отругать, и накормить, и обнять. И именно она сейчас стояла в коридоре, красная как спелый помидор, держась за сердце. Потому что внутри комнаты она застала картину, к которой её жизненный опыт явно не готовил её после пятидесяти. Причиной всего этого беспорядка, как несложно было догадаться, стало вчерашнее празднование: немного алкоголя, рождественская расслабленность, плохое планирование и ещё худшие решения. Илиада знала, что Таронт иногда с Жаклин и Беном — они его познакомили с этим "практическим занятием" . Поэтому уже некоторое время они в трех периодически устраивают этакие оргии, их тройка не удивляла. Правда, родителям об этом ничего не известно. Для них и она, и он оставались вполне обычными подростками с абсолютно обычными проблемами. По крайней мере — они очень старались создавать именно такое впечатление. — Я… я прошу прощения! — Полин, всё ещё красная как помидор, резко захлопнула дверь, прижавшись к ней спиной, будто это могло стереть увиденное. В коридор уже выглядывали сонные лица. — Что случилось? — пробормотала Илиада, поправляя волосы и пытаясь окончательно проснуться. Полин медленно повернула к ней голову. — Я больше… никогда… не зайду в чужую комнату без стука, — торжественно объявила она. Пауза. — Там Таро, — добавила она, глотая воздух. — И… компания. Илиада моргнула. — Какая ещё компания? — Такая… — Полин закрыла глаза, словно подбирала максимально безопасную формулировку. — Полный состав. Илиада нахмурилась. — Уточни. Полин открыла один глаз. — Жаклин. Бен. Таронт. И… Сириус. Пауза в коридоре стала почти осязаемой. — …Сириус? — медленно переспросила Илиада, окончательно проснувшись. — Именно так, — кивнула Полин и тут же добавила: — И очень прошу, не заставляй меня повторять, в каком они были состоянии. Илиада провела ладонью по лицу. — Конечно. Почему бы и нет. Абсолютно обычное утро. Из соседней комнаты выглянул Таронт, ещё сонный, но уже заинтересованный шумом. — Кто-то умер или это просто новый уровень семейных традиций? — Пока никто, — сухо ответила Илиада. — Но шансы есть. Она шагнула к двери Таро. — О нет, — тут же ожила Полин, хватая её за рукав. — Не надо. Я уже сегодня совершила достаточно ошибок. — Мне нужно это увидеть. — Тебе не нужно. — Полин. — Илиада. Несколько секунд они смотрели друг на друга. — Ладно, — вздохнула Илиада и резко распахнула дверь. Внутри на мгновение повисла тишина. А потом кто-то тихо, но очень выразительно сказал: — Отлично. Теперь и зрители есть. Илиада застыла на пороге, оглядев комнату. Её лицо оставалось удивительно спокойным — слишком спокойным. — Я даже не буду спрашивать, как вы до этого дошли, — произнесла она наконец. — Это долгая история, — откликнулся Таро откуда-то из глубины комнаты. — Подозреваю, она начинается со слов «давайте только по одному бокалу». — Честно говоря — даже не с этого, — буркнул Бен. — Это всё был его план, — добавила Жаклин, совершенно не помогая ситуации. — Эй! — возмутился Сириус. — Я вообще ничего не планировал. Илиада медленно перевела на него взгляд. — О, это ещё хуже. Короткая пауза. — У вас пять минут, — продолжила она ровным тоном. — Привести себя в состояние, в котором вы хотя бы отдалённо напоминаете людей. — А потом? — осторожно спросил Таро. Илиада слегка улыбнулась. — А потом поговорим. Дверь закрылась. В коридоре Полин смотрела на неё так, будто только что стала свидетелем исторического события. — Ты очень спокойна, — сказала она. — Я ещё не начинала, — ответила Илиада. И, судя по тону, это была чистая правда. Илиада не отошла далеко. Она остановилась прямо посреди коридора, скрестив руки на груди и уставившись на дверь так, будто могла прожечь её взглядом. — Пять минут, — напомнила она вслух. — Мы помним! — донеслось изнутри, после чего что-то с грохотом упало. Полин вздрогнула. — Может… пойдём? — неуверенно предложила она. — Ну… дадим им пространство? — Нет, — коротко ответила Илиада. Дверь наконец открылась. Первым вышел Таро — взъерошенный, виноватый, но уже более-менее собранный. За ним — Бен, пытающийся выглядеть так, будто это абсолютно нормальное утро. Жаклин, наоборот, выглядела подозрительно спокойно. И последним — Сириус, который, казалось, вообще не видел в происходящем катастрофы. Илиада медленно оглядела их. — Прекрасно, — сказала она. — Вы хотя бы одеты. Уже прогресс. — Мы старались, — тихо сказал Таро. — Верю. Пауза. — Кто-нибудь хочет объяснить? — спросила она. — Это был… эксперимент, — осторожно начал Бен. — Не помогай, — перебила Жаклин. — Я и не помогаю, я пытаюсь выжить. Илиада посмотрела на Таро. — Ты. Он тяжело вздохнул. — Мы выпили, — начал он. — Потом… ну, всё как-то… — «Само получилось»? — приподняла бровь Илиада. Сириус тихо фыркнул. — Если честно, так и есть. — Молчи, — тут же отрезала она, даже не глядя на него. — Твоё присутствие здесь — отдельная тема. — Я просто зашёл, — поднял руки Сириус. — Кто же знал, что… —…что стоило выйти, — закончила Илиада холодно. Полин за её спиной выглядела так, будто вот-вот попросит стереть ей память. И в этот момент в коридоре раздался ещё один голос. Спокойный. Слишком спокойный. — Мне уже начинать волноваться или вы сами объясните, что здесь происходит? Все замерли. Мама стояла в начале коридора, прислонившись к стене, с чашкой чая в руках. Она выглядела… собранной. Слишком собранной для такой ситуации. Её взгляд скользнул по каждому. Задержался на Таро. Потом — на Сириусе. Лёгкий изгиб брови. — Интересная компания, — заметила она. Никто не ответил. Илиада медленно выдохнула. — Мы как раз собирались это обсудить. — Отлично, — кивнула она и сделала глоток чая. — Я послушаю. Тишина стала густой. — Это не то, чем кажется, — наконец выдавил Таро. Мама посмотрела на него внимательнее. — А чем именно это кажется? Он открыл рот… и закрыл. — …Справедливо, — тихо признал он. Полин, кажется, уже морально прощалась с жизнью. Сириус, наоборот, выглядел так, будто с трудом сдерживает улыбку. Илиада перевела взгляд на мать. — Мы просто… немного потеряли контроль. Мама молчала несколько секунд. Поставила чашку на тумбу. — «Немного», — повторила задумчиво. — Похоже, не стоило давать вам столько алкоголя. Пауза. — Но, — добавила она спокойнее, — подозреваю, дело не только в нём. Таро опустил взгляд. — Мы… разберёмся, — осторожно сказал он. — О, без сомнения, — кивнула мама. — Разберётесь. После того как разберусь с вами я. Сириус тихо кашлянул. — Звучит угрожающе. — Это не звучит, — спокойно ответила она. — Это и есть угроза. Полин тихо выдохнула: — Я тут лишняя… — Ты свидетель, — так же тихо сказала Илиада. И в этот момент в коридоре снова послышалось движение. — Я что-то пропустил? — слишком бодрый голос Джеймса. Илиада закрыла глаза. — Конечно. Из-за угла появился Джеймс — на ходу пытаясь пригладить волосы, будто это могло хоть как-то исправить утро. За ним — Римус, уже настороженный и слишком внимательный для человека, который только что проснулся. И Питер, который выглядел так, будто заранее решил, что лучше вообще не существовать. — Почему все стоят в коридоре с такими лицами, будто сейчас будет суд? — бодро спросил Джеймс. — Потому что так и есть, — тихо ответил Сириус. Римус перевёл взгляд с одного на другого, быстро оценивая ситуацию. — Всё в порядке? — спросил он у мами. Она посмотрела на него и слегка улыбнулась — той самой улыбкой, которая обычно означает, что всё совсем не в порядке, но объяснять это сейчас никто не будет. — Пока да. Питер нервно переступил с ноги на ногу. — А… потом может быть не «пока»? — Зависит от того, как пройдёт разговор, — спокойно ответила мама. Джеймс уже вовсю разглядывал компанию. — Так… — он прищурился, остановившись взглядом на Сириусе. — Что ты сделал? — Почему сразу я?! — возмутился тот. — Интуиция, — пожал плечами Джеймс. — И она тебя не подводит, — добавила Илиада. — Спасибо за поддержку, — буркнул Сириус. Римус тихо вздохнул, глядя на Таро, Бена и Жаклин. — Я даже не хочу знать подробности, — честно сказал он. — Но, похоже, это будет долгий разговор. — Очень, — подтвердила мама. Она сделала шаг вперёд, беря ситуацию в руки. — Так, — её голос стал ровным и не допускающим возражений. — Все на кухню. Никто не двинулся. — Сейчас. На этот раз спорить никто не стал. Они двинулись почти одновременно — кто-то быстрее, кто-то медленнее, но все. Проходя мимо Сириуса, Джеймс тихо шепнул: — Потом расскажешь. — Если выживу, — так же тихо ответил тот. Питер молча пошёл следом, стараясь быть максимально незаметным. Римус задержался рядом с мамой. — Если понадобится помощь… Она мягко покачала головой. — Я справлюсь. И в этом не было ни капли сомнения. Джеймс уже у дверей кухни оглянулся и ухмыльнулся: — Ну, зато утро точно не скучное. Илиада медленно повернула голову. — Джеймс. — Да? — На кухню. — Уже иду. *** Когда все скрылись за поворотом, коридор на секунду опустел. Люси осталась одна. Она провела рукой по лицу, глубоко вздохнула и тихо, почти устало сказала: — Я просто хотела спокойное утро после Рождества… Пауза. — И кофе. Она подняла чашку, сделала глоток уже холодного чая и пошла следом. Судя по всему, самое интересное было ещё впереди.