Часть 11: В тени монастырских стен
3 июня 2026 г., 23:01
Скарлетт долго откладывала этот визит. Все те недели, что она провела в Чарльстоне под маской мадам Пьер, она не находила в себе сил переступить порог католической обители, куда направлялась теперь. Многие из её окружения даже не подозревали, что её младшая сестрёнка Карен, так и не оправившись после гибели на войне своего возлюбленного Брента Тарлтона и смерти отца, приняла постриг и ушла от мирской суеты в монастырь.
Скарлетт сознательно избегала этой встречи. Слишком живым напоминанием о покойной матери была Карен, слишком чистым казался её взгляд на фоне интриг, что Скарлетт вела с Реттом. Но сегодня, когда заветные документы Робийяров были наконец у неё в руках, она чувствовала, что может посмотреть сестре в глаза без прежней капли вины. Ей было что сказать.
В монастырской церкви пахло воском, ладаном и той далёкой, безвозвратно утерянной тишиной, которая когда-то царила в Таре при жизни матери. Послушница, вышедшая навстречу даме в богатом сером платье, держалась настороженно. Сквозь густую, почти непроницаемую чёрную вуаль невозможно было разглядеть лица гостьи.
Карен остановилась в нескольких шагах, удивлённо и кротко разглядывая дорогую незнакомку.
— Вы искали меня, мадам? — тихо спросила она, не узнавая заезжую «француженку».
Скарлетт осторожно огляделась по сторонам. Убедившись, что в полумраке прохладного зала они абсолютно одни, она изящным движением руки откинула тяжёлую сетку вуали назад.
Карен ахнула, прижав тонкие ладони к губам, а её бледное лицо мгновенно осветилось искренней радостью.
— Скарлетт, сестрица!.. — потрясённо прошептала Карен, делая шаг навстречу и касаясь её руки. — Какими путями? Я молюсь за тебя и за наш дом каждый день. Моё сердце не спокойно. Сьюлин в своих письмах так жаловалась на долю, на вечные ссоры... Мне так хотелось, чтобы между вами воцарился мир, которого всегда желала матушка.
Скарлетт мягко улыбнулась, хотя внутри у неё всё пело от скрытого торжества. Она осторожно погладила пальцы сестры.
— Больше не о чем молиться в этом ключе, Карен. Война окончена. Сьюлин и её муж больше не будут мучить тебя своими жалобами из Тары.
Карен удивлённо приподняла брови:
— Что ты имеешь в виду? Неужели вы помирились?
— Можно сказать и так, — лукаво прищурилась Скарлетт. — Я нашла для них идеальную альтернативу. Уилл — прекрасный работник, и негоже ему пропадать на вторых ролях. Ему предложена отличная, прибыльная работа в Джонсборо. И домик в самом городе я для них уже присмотрела — уютный, респектабельный. Сьюлин вне себя от радости, она ведь так мечтала сменить провинциальную глушь на городское общество. Они уже переехали.
Карен благоговейно прижала руки к груди:
— Ах, Скарлетт! Это настоящее чудо... Господь услышал мои молитвы о мире в нашей семье! Ты проявила такую щедрость и великодушие к сестре.
«Да, Карен, чудо, — подумала Скарлетт, и на её бледных щеках на мгновение проступили те самые дерзкие ямочки. — Только имя этому чуду — мои деньги, деловая хватка и точный расчёт. Сьюлин теперь примеряет новые шляпки в Джонсборо и носа не кажет в поместье. Моя Тара свободна. Там остались только верная Мамушка и наши преданные слуги. Они присматривают за домом, пока земля отдыхает».
Скарлетт обняла сестру на прощание, чувствуя, как внутри разгорается азартный огонёк.
«Мало ли как повернётся жизнь в этом душном Чарльстоне? Вдруг завтра мне захочется бросить всё и уехать в родное гнездо? И пусть капитан Батлер думает, что загнал меня в угол... Моя крепость уже ждёт меня».
