For Youth

Учёба захлестнула всех безвозвратно, и постепенно терялась суть быстротечности дней. Сеул приобретал всё более огненную палитру, но вместе с этим листья деревьев опадали, а дни становились короче. Юнги не успевал прочувствовать вкус столичной жизни: рутинная дорога на метро, бесполезные лекции, но зато Хосок рядом. Хоть где-то оставалась стабильность. — Может, в следующем семестре будут более интересные лекции, — пытался успокоить себя Хосок, на что Мину становилось жалко друга. Чону предстояло разрушение последних надежд об учёбе, но Юнги осознал суть их образования ещё на вступительных экзаменах. Казалось, мало что изменилось со времён школы, но возвращаться домой было ещё хуже, поэтому Юнги продолжал посещать лекции. Если бы не Хосок рядом, он бы бросил уже после первой недели. — Без вас, конечно, совсем непривычно, — рассказывал Намджун в столовой. Юнги понимал, что лекции в одиночку Намджуну скучнее, но за это была хорошая плата — обучение на топовом факультете. Никто ещё не углублялся в свои специальности, но когда Мин задумывался о технических аспектах настройки музыкальной аппаратуры, в то время как Намджун будет изучать продвижение и написание песен, ему становилось дурно. Пасмурная осень давила на всех. Но стоило закрыть глаза, как Юнги видел синие море и улыбающихся друзей вместо хмурого неба и больших аудиторий. Воспоминания согревали, но ностальгия разъедала изнутри. Все были заняты своими делами, и Мин поверхностно знал о положении друзей и Чимина. С началом учёбы встречаться становилось всё труднее, а редкие сообщения не давали полной картины. Чем дольше откладывалась общая встреча, тем сильнее Юнги чувствовал пустоту внутри. Договориться получилось только к концу первого месяца учёбы. Они не виделись целый месяц, и встреча предложена была Чимином в небольшом ресторанчике, напоминающем родную лапшичную семьи Кимов. Трое друзей ждали у университета Пака, но увидев блондинистую макушку в толпе, Юнги почувствовал неприятный укол ревности. Чимин продолжал весело общаться с новыми знакомыми, особенно не отлипая от одного парня, который, скорее всего, был Донмёном, известным Юнги по коротким сообщениям Пака. — Чимин! — добродушно окликнул его Намджун. Парень наконец обратил внимание на троицу, сверкнул улыбкой своим новым знакомым в последний раз и поспешил к старым друзьям. За их столиком стоял запах горячего рамёна и слышалось чоканье рюмок. Алкоголь приятно разогревал застоявшиеся чувства. — Будто бы ничего и не менялось, — признавался Намджун с лёгкой розовинкой на щеках. — Чимин, как дела? Ты выглядел вполне счастливым с одногруппниками. Чимин натянул привычную улыбку: — Учёба несложная, я уже со многими познакомился, со старшими курсами тоже. Юнги слушал рассказы, понимая, что Чимин подстроится под любой коллектив. Прошёл всего месяц, а Чимин уже мог назвать половину студентов университета, как и в школе. Мину казалось, что в мире Чимина ему нет места. Юнги всегда был тенью, когда Паку хотелось быть солнцем. Прогуливаясь по ночным улицам Сеула, Юнги не сразу понял, что под действием алкоголя ляпнул при Паке: — Так вы прямо близки теперь с Донмёном? Мин осознал двуличность вопроса, когда увидел испуганный взгляд Чимина. Юнги хотел ударить себя за эти слова. Он не вспоминал их инцидент на пляже, но после него слова парень старался подбирать тщательнее, но сейчас что-то пошло не по плану. — Мы познакомились в первый день, и у нас сразу сложилось впечатление, будто знаем друг друга всю жизнь, — признался Пак с лёгкой улыбкой. Юнги почувствовал новый укол ревности внутри. Вот как. Может, они тоже в первый день знакомства лежали в обнимку, делясь откровенными мыслями? — Но всё равно есть ощущение, что я живу не свою жизнь, — вдруг поделился Пак. — Ты выглядел в ресторане довольно счастливым, уж получше нас троих, — сказал Юнги. Пак горько усмехнулся. — Учёба несложная, но… наверное, ты был прав, Юнги, — запнулся Чимин. — Учиться в сфере, которая тебя совсем не привлекает… Я был слишком труслив. Чимин держал лицо, но никто не знал, что происходит у него внутри. — Чим, нужно действовать, пока не поздно, — сделал вывод Мин. — Нужно попробовать все возможности, чтобы не жалеть. Иначе зачем такая жизнь? Они остановились поодаль, понимая, что дальше им идти разными путями. Чимин посмотрел в глаза Мину: — Поэтому я рад, что вы у меня есть. — Он помолчал, чуть тише добавив: — Я скучал по тебе. — Я тоже, — незамедлительно признался Юнги. Тут послышался голос Хосока: они больше не будут ждать. Чимин обнял Юнги напоследок и направился к автобусной остановке. Когда Мин подошёл к друзьям, Хосок подметил: — Чимин даже с нами не попрощался. Мин не придал значения словам. Он словно был в вакууме, слыша друзей отдалённо. В метро Юнги смотрел на сменяющиеся станции, не понимая, почему после долгожданной встречи с друзьями он чувствует опустошение. Виной ли был грустный взгляд Пака в конце? Сказал ли Юнги лишнее, или ему всё кажется и у Чимина было нормальное настроение? Вспоминая наши редкие встречи, я начал осознавать, что так и не смог тебя понять.

***

Среди серых дней выделялось одно яркое событие, которого ждали все — вечеринка первокурсников. Дата 31 октября задавала дресс-код, а университет соответственно украшали к празднику. Все понимали, что в этот день соберутся не только первые курсы, и многие девушки оживлённо обсуждали выбор образа для самого громкого события осени. Взволнованы были все, кроме одного студента. Как обычно. — Юнги, это кощунство! — бунтовал Хосок, из-за чего Мин ощущал чувство дежавю. — Пусть из этого гнилого места хоть одно воспоминание останется! Там же будут все! — Чем тебя компания Намджуна не устраивает? Намджун в углу довольно ухмыльнулся, а Хосок напомнил Мину: — Он у нас будет занят кое-кем. Их тихий друг не терял время с начала учёбы, поэтому сейчас будет тщательно подбирать костюм вампира по просьбе его дамы. — Хосок, ты будто не знаешь, что нужно предложить хёну, чтобы он оказался там, — подсказал Намджун, в конце хитро добавив: — Точнее, кого предложить.

***

— То есть с другом, которого знаешь десять лет, ты не хочешь идти вместе, но стоит Чимину появиться — и вот ты уже рядом! — не унимался Хосок, с чего Намджун тихо хихикал, но безэмоциональный Юнги продолжал молча ждать того самого. Пусть Юнги и дошёл до порога университета, но над костюмом он совсем не парился, устояв перед натиском Хосока. Парень был в повседневных затёртых чёрных джинсах и чёрном гольфе, а из «образа» оставалось отбеленное лицо и тёмные тени под глазами, оставленные Хосоком в схватке. Сам же Чон не поленился выкрасить лицо в зелёный, превратившись в зомби, а Намджун выделялся идеальной укладкой и испачканной белой рубашкой в крови. Мин продолжал высматривать в толпе самых эпатажно разодетых студентов, но из-за несовпадающих ожиданий Юнги не замечал Чимина до упора. Юнги ожидал яркого образа, но к ним подошёл парень в рубашке винного цвета и с подведёнными глазами. Из блондинистых волос торчали маленькие рожки, и взгляд Юнги метался от подкрашенных пухлых губ до оголённых внаглую ключиц. — Ты у нас демон! — тут же заявил Хосок, на что Намджун хитро подметил: — Демон-искуситель. Чимин лишь ухмыльнулся, спрятав довольный взгляд. Ему нравилось внимание, но больше всего — ощущать на себе один конкретный взгляд, который сейчас безбожно пожирал его с головы до пят. — А ты у нас сегодня кто? — лукаво поинтересовался Пак у Юнги, но парню снова ответил со смешком Намджун: — Твоя жертва. Главный шутник вскоре потерялся в толпе со своей вампиршей, а троица пошла к стойке с напитками. Конечно, от университета были выставлены только стаканчики с соком, но все понимали, что там уже подмешан градус. Юнги наблюдал за танцующими пьяными телами, сжимая стаканчик сильнее, чувствуя внутренний дискомфорт. Он сам не заметил, как опустошил так три стакана. — Мы приехали сюда попить сока? — отозвался Хосок, которому уже после первого глотка хотелось оказаться среди всех. — Пошлите уже! Друг вытянул их в центр и начал тормошить двух друзей, на что Чимин сразу подстроился под бит музыки. Юнги поначалу неловко двигался рядом, но всем известная Haddaway — What Is Love раскрепостила даже такого, как Мин Юнги. На припеве толпа подпевала в унисон, но Мин слышал только голос Чимина и его смех. Юнги следил за заждым плавным поворотом рук Пака, любуясь, как его кровавого оттенка рубашка сияла в калейдоскопе огоньков. В его глазах Юнги улавливал бушующие язычки пламени, а затем ощутил чужие руки на своих плечах. Рефлекторно он положил руки на его талию в ответ. Толпа мельтешила вокруг, но Юнги отчётливо видел звёзды в глазах напротив. Впервые в Сеуле он смог увидеть звёзды. Вдалеке играли строки песни:

When we are together

I need you forever

Is it love?

Казалось, Чимин тоже замедлился, внимательно глядя на хёна, но мешающие тела не давали остановиться надолго, и песня вскоре закончилась. Перед началом следующей песни Пак вытянул их из толпы и предупредил: — Мне нужно выйти покурить. И вот они уже стояли у входа, слыша издалека громкую музыку. Чимин сделал затяжку и посмотрел вверх, печально подметив: — В Сеуле совсем нет звёзд. Ты хоть раз их видел здесь? Юнги ничего не ответил. Потому что наблюдал их весь вечер в чужих глазах. Наблюдая за курящим Паком, Юнги не выдержал и под влиянием алкоголя спросил напрямую: — Почему ты опять закурил? Чимин выдохнул дым и, немного подумав, признался: — Не могу справляться со стрессом. — Эта дрянь разрушает тебя изнутри, — напомнил Мин об очевидных вещах, скрывая за этим переживание за дорогого человека, на что Чимин искренне спросил: — Ты хочешь, чтобы я снова бросил? — Да. Чимин улыбнулся, прокручивая недокуренную сигарету в пальцах. Не найдя рядом мусорки, сунул её обратно в пачку и протянул Юнги со словами: — Тогда я бросаю прямо сейчас, ради тебя. Мин усмехнулся и засунул сигареты в задний карман джинсов. Вскоре они вернулись в спортивный зал, но Хосока с Намджуном так и не смогли найти. Зато Чимин откуда-то достал чёрные кошачьи ушки и довольно надел их на Мина, сказав: — Теперь у тебя полноценный образ. Юнги сдался, не в силах снять их, чтобы видеть лишний раз улыбку Пака. Внимание Чимина привлекла сформировавшейся толпа вокруг небольшого стола, где оказались выстроенные с двух сторон стаканчики. Студенты играли в Бирпонг. Юнги не сильно привлекала авантюра, но вскоре они уже они пытались попасть мячиком в стаканчики противников. Если Чимин веселился, то Мин следил за количеством алкоголя у Пака, переживая, что тот может перебрать. После победы Чимин попросился обратно на свежий воздух, поэтому двое пошли прогуляться на стадион. Отходя всё дальше от корпуса, музыка становилась всё менее слышимой. Чимин сделал большой вдох и на выдохе поделился: — Как же тут хорошо. Двое шли рядом, от чего Юнги не сразу сообразил, что его взяли за руку. Он сжал холодные пальцы сильнее. — Замёрз? Чимин кивнул. Парень был лишь в тонкой рубашке и кожанке, совсем не подходящей уже для осенних ночей. Юнги молча снял куртку и накинул её на плечи Чимина. Тот смущённо улыбнулся, посмотрел в глаза напротив и, взяв лицо Мина рукой, признался: — На самом деле ты такой милый, хён. Юнги стоял как вкопанный, пока Чимин не спешил убирать руку, медленно поглаживая щёку большим пальцем. Мину не нужно было больше поднимать головы в поиске звёзд. Он их видел перед собой. Но за ними Юнги пытался рассмотреть кое-что ещё. Старший задавал немой вопрос: «Ты помнишь? Это всё-таки не было сном?». И, кажется, в глазах напротив он находил ответ. Если бы только он мог не только любоваться любимыми огоньками. Он хотел снова ощутить их жар, плевав на то, что может обжечься. Если ещё немного, ещё чуть-чуть подойти ближе к обрыву, то он коснётся любимых звёзд… — Юнги! — послышался голос вдалеке. Мин тут же отскочил от растерянного Чимина, увидев Хосока, бежавшего к ним: — Я уже обыскался! Думал, вы вдвоём ушли. Двое провинившихся стояли растеряно, не зная, что сказать. — Дама Намджуна может нас подвезти. Поехали уже. Юнги наблюдал за размазанными фонарями за стеклом машины, переваривая внутри сегодняшний вечер. Он не хотел, чтобы ночь кончалась. Мин внаглую взял Чимина под руку, но вдруг заметил, что у того лица нет. — Ты в порядке? — прошептал он, на что Чимин внезапно попросил: — Отдай мою пачку сигарет. Юнги опешил. Он не вспоминал о них весь вечер. — Ты же обещал, что бросишь, — напомнил Мин, на что Чимин закатил глаза и попросил подругу Намджуна остановить на нужной ему остановке. Пак на шатающихся ногах вышел из машины, но за ним настойчиво последовала вторая фигура, и машина тронулась с места — Почему ты с ними не уехал? — небрежно бросил Чимин, пытаясь ускорить шаг. — Потому что ты едва на ногах стоишь, — жёстко обозначил Мин и развернул к себе парня, который нервно сейчас выискивал что-то по сторонам. — Тебя укачало в машине? — Мне нужно покурить. — Нервно настаивал Пак. — Отдай мою пачку сигарет. Чимин был на редкость серьезен. Однако Юнги был непробиваем. — Тебе нужно справляться с зависимостью. Сейчас тяжело, а потом станет проще… Чимин запсиховал, начал ходить из стороны в сторону, взъерошивая волосы. — Нельзя так резко отказываться! Отдай сигареты. — Парень протянул руку, но Юнги оставался при своём мнении. Мин не поддавался провокации, пока Чимин не сел на корточки, нервно сжимая волосы. Уверенность старшего пошатнулась. Он понял, что Пак не шутит — у него была настоящая ломка. Юнги молча протянул смятую пачку, на что Чимин тут же вытянул сигарету и закурил. Мин отвернулся от парня, пока тот не осмеливался встать с земли. Юнги стоял молча, пока ему в руку обратно не протянули сигареты. — Выкинь эту дрянь. С завтрашнего дня нужно будет покупать таблетки. Юнги не стдвинулся с места, пока не провёл взглядом Чимина до ближайшего поворота. Посреди пустой улицы стоял парень с размазанными тёмными тенями и сжатой пачкой сигарет в руках. Твои сигареты я так и не выкинул. Они остались единственным воспоминанием о тебе.