Вне графика

Почти все выходные Ник провалялся в постели, пытаясь отвлечься от навязчивых размышлений бездумным просмотром ютуба, сериалов и ленты в социальных сетях. Он не ходил в душ, почти не ел и даже лишний раз не вставал в туалет. Его тело, облаченное лишь в грязную мятую футболку и двухдневные трусы, затерялось где-то среди разбросанных по кровати вещей. Глаза юноши покраснели и высохли от напряжения, голова неприятно гудела, но он продолжал тупить в заляпанный потрескавшийся экран. Телефон постоянно зависал, а порой и совсем выключался. На тумбочке неподалеку лежала пачка купюр. Из недр подсознания вырывались скользкие щупальца мыслей, хватали за горло, душили и все время норовили утащить вниз. Ник сопротивлялся, что было сил. Мерцающие картинки превращали сознание в кислотно-неоновое желе, пульсирующая боль в висках ритмично встряхивала рыхлую массу в голове. Парень считал, что прекрасно справляется. Убеждал себя, что в принципе хорошо держится. Он хвалил себя последними усилиями воли, ведь рядом не было никого другого, кто мог бы это сделать. «Умница», — шепнул едкий глубокий голос из глубин воспоминаний и в ответ тело Ника сжалось в болезненно-приятной истоме, потянулось к разинутой бездне. Член вероломно поднялся. Мобильник вновь отключился. Ник психанул. Наспех накинув верхнюю одежду прямо на домашнюю футболку, он выскочил из квартиры на улицу, не забыв захватить деньги с тумбы. Холодный воздух трезвил, остужал нежеланное пылающее наваждение. Изо рта вырвалось облачко пара, возрождая в памяти момент, как высокий мужчина в костюме насильно впихнул парню в рот сигарету, пристально посмотрел, прошептал что-то на ухо. — Нет-нет-нет, — затараторил Ник, непрерывно тряся головой в разные стороны, сжимая в кулаки собственные волосы. Он шел в сторону мигающих огней торгового центра, позволяя встречному ветру сдувать нахлынувший дурман. Размеренные шаги помогали беспорядку в голове обрести свой строй, хотя бы какой-то. Разум Ника не соглашался с тем, что одобряло его тело. Все эти странные вещи, что Адам сделал с парнем, просто не укладывались в голове. Здравый рассудок отвергал это, клеймил, в корне отрицал. Одновременно с этим Ник не мог уверенно заявить, что ему все это не понравилось. Скорее наоборот — о чем ясно сигнализировали физические реакции. Если говорить откровенно, юноша в принципе никогда доселе не испытывал такого жгучего наслаждения, и каждое напоминание о произошедшем мгновенно вызывало внутри голодный отклик. Тем не менее, осознание ситуации все еще приводило Ника в шок. Он миновал магазины один за другим, спрашивая себя: «Очередной спонтанный поступок, о котором я пожалею?» Как ни странно, никто в его голове не отвечал. Парень вернулся домой с новым телефоном актуальной модели. Смотря на запечатанную коробку, неуместно лежащую среди откровенного срача на кровати, Ник пытался разобраться со своими чувствами. В его сердце дрались, так называемые, два волка. Первый — желал, второй — осуждал. Жаждущий зверь стремился насытиться похотью, деньгами, красивыми, роскошными вещами. Он изнывал по распутным прикосновениям, грязным словам, запаху спермы на горячих телах, шелесту банкнот на серой простыне. Его рычание разгоняло кровь, заставляло ее бурлить и кипеть. Второй же волк просто упрекал первого. Тихо, но настойчиво выгрызал в душе Ника зияющую дыру. «В конце концов, я же заработал на него», — подумал юноша, принимаясь распаковывать обновку. Стучащим эхом в сознании проносилось: заработал, заработал… Уже третью ночь Ник плохо спал, видя невнятные кошмары в пьяной дреме. Вопреки этому, утром понедельника он очнулся от забытья с ясной мыслью: «Больше ни разу в жизни». Парень твердо решил, что нельзя идти на поводу у своих низменных соблазнов. В конце концов, он должен быть выше этого. Скажет Адаму, что не понравилось. И все. Очень просто. Да, пусть они будут избегать друг друга на работе, но это им не в новинку. Главное — Ник сохранит остатки чести, при этом не жалея о новообретенном опыте. Эти мысли успокаивали парня, придавали уверенности. Он даже набрался сил не только привести себя в порядок перед работой, но и прибрать постель. Волк Номер Два из далеких уголков подсознания тихонько вещал, что Ник просто пытается отвлечься от предстоящей встречи с пятничным любовником. В офисе ничего не изменилось, хотя, казалось, будто юноша был тут в последний раз сто лет назад. Солнечные лучи все также пробивались сквозь щели в ролетах, то и дело отражаясь от экранов компьютеров и цветочных горшков. Сломанная кофемашина продолжала ждать своего часа. Стол Адама, как обычно, по утрам пустовал. — Привет, Ни-ик! — с привычной веселостью поздоровалась Кира, подкрашивая губы розовой помадой. — Доброе утро, — послышался сбоку голос Маргуса, которого парень не сразу заметил. — Привет, ребята, — вяло поздоровался Ник. — Ты сегодня с нами? — обратился он к коллеге с дредами, с которым они до этого пересекались лишь раз. — Ага, — кивнул Маргус, внимательно что-то печатая на рабочем ПК. Он отвлекся на мгновение, поднимая глаза. — Неважно выглядишь, Ник. Все в порядке? — Не выспался, — рассеянно ответил юноша, усаживаясь на место. — А в отделе продаж тако-ой красивый новенький парень, — сказала Кира, не выносящая всеобщего молчания. — Интересно, у него есть девушка? — Слышал, что есть, — отозвался Маргус. — Блин, хм, — она немного расстроилась. — А ты откуда знаешь? Вообще же в офисе не появляешься. — Это не значит, что я ни с кем не общаюсь, — сдержанно улыбаясь, повел плечами мужчина. Нику были неинтересны сплетни, поэтому он перестал слушать. Включаясь в работу, он старался быть максимально сосредоточенным, но получалось неважно. Мысли то и дело улетали куда-то в сторону. «Надо бы извиниться перед Алексом, — думал парень. — Он же не знал, как для меня прозвучали его слова». Внутри неприятно шевелилось чувство вины перед другом и в то же время страх случайно выдать свой грязный секрет. Кто знает, как отреагирует Алекс, узнай, что Ник и есть самая настоящая «дешевая давалка». В кабинет резко вошел Адам с кружкой дымящегося кофе, на ходу коротко здороваясь с коллегами. Их взгляды с Ником на мгновение пересеклись и юноше привиделось, что воздух стал пугающе тяжелым, отчего все вокруг могли бы легко задохнуться. Парень не смог ничего угадать в холодных серых глазах. Как ни пытался, за одно мгновение преодолеть непроницаемый барьер было невозможно. — Все по очереди к директрисе, — объявил Адам, принимаясь за работу. — А что такое? — взволнованно спросила Кира, приподнимаясь на стуле. — Воспитательная беседа, — ответил мужчина. — Не бойтесь. Только не коверкайте ее имя, а то будет мстить до конца ваших рабочих дней. — Прямо как тебе? — иронично ухмыляясь, заметил Маргус. — Ага, как мне, — улыбнулся в ответ Адам. «Эти двое что, общаются? — подумал Ник. — Пожалуй, неудивительно, они же несколько лет вместе работают». Почему-то юноше казалось дикой мысль, что у его шефа могут быть друзья. Этот человек казался прямой противоположностью понятию «товарищество», несовместимый с любыми адекватными межличностными отношениями. Первым к директрисе пошел Маргус, потом Кира. В это время Ник усиленно работал, стараясь не смотреть не Адама, но волей-неволей они постоянно встречались взглядами: короткими, но пылкими, разрывающими пространство. Решимость парня куда-то бесследно испарилась. Нога под столом нервно отбивала ритм, ладони покрывались холодным потом. Зрачки хаотично бегали по экрану компьютера, не задерживаясь надолго на какой-то точке. — Паршиво выглядишь, — услышал юноша голос со стороны и с опозданием понял, что Адам обращался к нему. — В мешки под твоими глазами можно картошку складывать. — Не выспался, — буркнул Ник, беспокойно кусая губы. — Если тебе паршиво, иди домой, — все также ровно вещал шеф и парня ужасно бесил его беспристрастный тон. — Все нормально, — раздраженно бросил Ник, и в этот момент как раз вернулась Кира. Так как настала его очередь, юноша отправился на несколько этажей выше в кабинет директрисы их филиала. О ней никто никогда толком ничего не говорил: ни хорошего, ни плохого. Либо же Ник просто плохо слушал. Она просто была, где-то там, наверху небоскреба, занималась… управлением. Ник не понимал, с чего вдруг кому-то путать как ее зовут. У него в целом всегда была хорошая память на имена. Так казалось, ровно до того момента, пока парень не прочитал надпись на табличке кабинета директрисы: Айсильдис Эйриксдоуйттир. «Чего-чего?», — успел подумать Ник, в то время как его кулак машинально стучал в дверь. Стоило парню переступил порог кабинета, погрузив ноги в светлый пушистый ковер, длинное имя мгновенно выветрилось из его памяти. — Проходи, садись, — позвал мелодичный женский голос, принадлежащий очень тучной женщине в возрасте, что едва помещалась на своем коричневом кожаном кресле. Ее круглое оплывшее лицо сжимали узкие прямоугольные очки, слабо сочетающиеся с ярко-рыжей гривой пышных волос. Ник старался не разглядывать директрису Асидиси слишком пристально. Он опустился в кресло напротив и вежливо поздоровался. — Та-ак-та-ак, — женщина, щурясь, присмотрелась в экран своего ноутбука. — Янник, значит? Можно просто Ян? — Просто Ник, — поправил ее парень. — Как тебе у нас работается, Ник? — Анакондис смерила юношу странным взглядом, немного наклонив вбок шарообразную голову. — Мне очень нравится, — он неловко сжимал руками низ своей кофты, ощущая давящий дискомфорт в присутствии директрисы. — Как ты мог слышать от ка-аллег, — Апортикс растягивала некоторые слова, с неприятным звуком причмокивая губами. — Несколько лет на-азад в одной из наших ка-ам-манд произошел случай, — она замолчала, будто ожидая реакции от Ника, но тот слышал об этом впервые. — Наша ка-ампания подверглась ужаса-ающему напа-адению. Тыся-ачи имен наших дона-аров были ка-аверзно а-апубликованы, — у парня уже болела голова от манеры речи директрисы Астерикс, но деваться было некуда. — А-агромный ска-андал. Суды. Многие годы восстана-авления нашей безупречной репута-ации. Наш бессменный вла-аделец и его а-акционеры понесли стра-ашные убытки, — она глубоко и тяжело вздохнула, от долгих разговоров у Агорис начиналась одышка. — И как вы могли дога-адаться, это произошло именно в вашем э-э небольшом а-атделе. Та-ак вот… Ник, я на-астойчиво предупреждаю, чтобы ты был предельно оста-арожен. Чтобы не кончить, кхе-кхе, — директриса закашлялась. — Как твой бывший ка-аллега в тюрьме. У Ника слегка закружилась голова от потока информации в такой форме. К тому же, кому было бы приятно узнать, что одного из его предшественников посадили за утечку данных? Безусловно, юноша понимал, что работа в отделе безопасности — это очень ответственно, но он и понятия не имел, что кого-то в этой фирме к ответственности уже успели призвать. Попрощавшись с директрисой, Ник решил зайти в отдел продаж за чашкой кофе. Недосып в купе с монотонным блеянием Апопис тяжело упал на плечи, склонняя к дремоте. После этого было просто необходимо расспросить ребят о том случае поподробнее. Что-то во всей этой ситуации не давало парню покоя. Асан встретил коллегу приветливой улыбкой. — Здарова! Ты как раз вовремя. Познакомься с новичком и пойдем обедать, — кучерявый юноша указал на соседнее кресло, откуда на Ника посмотрело очень знакомое лицо. — Алекс?! — у парня просто челюсть отпала от удивления. — Привет, — сдержанно улыбнулся друг, хотя в его зеленых глазах явно читалось торжество. — Вы знакомы? — поразился Асан, пока Ник вытаскивал Алекса в коридор. — На пару слов, — парень почти толкнул друга за пределы кабинета, прикрывая входную дверь. — Ты какого хрена тут забыл? — А в чем проблема? — отвечал Алекс в замешательстве. — Я тут работаю. — С каких таких пор? — Вот с сегодняшнего дня. Чего ты так завелся? Я думал, ты будешь рад. — Почему ты мне ничего не сказал? — Потому что кое-кто любит сбрасывать звонки, будто пубертатная малолетка. — То есть ты скрыл от меня такую важную вещь, потому что обиделся? — руки Ника тряслись от злости. — А ты мне что, мамка, чтоб я перед тобой отчитывался? — на лице Алекса читалось досадное недоумение. — Мог бы сразу начать с серьезных новостей, а не грузить меня своими похождениями. — Да кто тебя за жопу укусил, Ник? Я не догоняю, схерали ты так бесишься. — А я не понимаю, как сюда вообще могли взять тебя, — исказив лицо в озлобленной гримасе, Ник сделал упор на последнее слово. — Отдел кадров вообще в курсе, что у тебя даже диплома нет? Режущая тишина хлестким ударом пронеслась между парнями. Казалось, в те несколько секунд можно было расслышать стук их сердец. Алекс шокировано открыл рот, не находя слов от обиды. — Да пошел ты, — резко выпалил он и скрылся в своем кабинете, громко хлопнув дверью. Ник тяжело дышал, все его тело натужилось до предела. Он не понимал, на что разгневан больше: на то, что его лучший друг и словом не обмолвился об этой работе, или на то, что сам юноша больше не чувствовал себя особенным. Он-то думал, что здесь компания высокого уровня, куда попадают только высококвалифицированные специалисты. Полагал, что на каждую позицию ведется жесткий отбор. Ник, хоть и любил своего товарища, в душе не считал его себе ровней по множеству разных критериев. К примеру, Алекс не мог пойти в университет из-за своего финансового статуса, а значит, по законам социума, ему должна быть закрыта дорога в достойную фирму. К тому же, у Алекса напрочь отсутствовали амбиции: он не стремился к богатству, карьерному росту, не имел долгосрочных целей. Старание друга «жить моментом» Ник именовал коротко и просто — безответственность. Следовательно, тот факт, что Алекс так легко устроился работать этажом ниже, было разящим ударом прямиком по эго. У парня было множество сомнений о том, каким образом его товарищ вообще оказался в CUM. — Ты чего так долго? — поинтересовалась Кира, когда Ник все-таки добрался до своего рабочего места. — К продажникам заходил, — устало бросил он. — Кстати, новичок — мой старый друг. — Правда? — девушка изумилась. — Так что, у него все-таки есть девчонка, да? — Нет, — ответил Ник и в ответ на просиявшее лицо Киры добавил: — Он вообще-то гей, — в отместку за обиду на друга парень решил хотя бы обломать ему знакомство с красоткой. — Ну бли-ин, — она понуро уронила лицо на ладони. — Уже нигде с парнем не познакомишься. Такое чувство, будто меня одни геи и окружают. Маргус и Адам быстро переглянулись. — Кстати, рыжий, — обратился шеф. — Скажи, как зовут директрису? — Не помню, Аппендикс. Кабинет заполнил дружный хохот. — А ты хорош, — улыбаясь, сказал Маргус. — Мы ее Асфальтикс зовем, но твой вариант мне больше нравится. Ник лишь натянуто улыбнулся в ответ.