Вне графика

В ту пятницу Ник опоздал на работу почти на час. И хотя он проспал, выспаться все равно не вышло, как и позавтракать. Весь помятый и взъерошенный юноша ввалился в кабинет, где его сразу же встретили три пары глаз. Кира смотрела с жалостью, Маргус — приветливо, Адам — снисходительно. — Прошу прощения за опоздание, — пробурчал Ник, шагая к рабочему месту. — Объясниться не хочешь? — недовольно спросил Адам, хмурясь. — Проспал. Менеджер смерил парня долгим взглядом, наблюдая как тот раскладывает свои вещи и включает компьютер, параллельно пытаясь пригладить растрепанные волосы. — Ладно, — буркнул мужчина. — Больше не опаздывай. Ник кивнул, замечая как у Киры просто челюсть отпала от удивления. Прячась от шефа за монитором, она выразительно произнесла одними губами: «И это все?!». Юноша лишь едва заметно пожал плечами, показывая коллеге, что ему нечего сказать. Девушка же сначала ткнула пальцем в сторону противоположного стола, где сидел Адам, затем покрутила пальцем у виска, сопровождая движения вопросительным выражением лица. Ник догадался, что она спрашивает: «Он что, не в себе?» В ответ парень снова недоуменно пожал плечами. Кира не могла оставить эту тему так просто. Она показала пальцем на себя, после ткнула в воображаемые часы на руке и резко провела пальцем поперек глотки. Своей пантомимой она хотела донести: «Если бы я опоздала, он бы на мне живого места не оставил». Ник вновь повторил то же движение, означающее, что он никак не может это объяснить. — У тебя что, нервный тик? — подозрительно глядя на юношу, молвил Адам. — А? — Ник понял, что его движения плечами все же заметили. Периферийным зрением он видел как Кира складывает ладони в умоляющий жест, намекая, чтобы парень ее не выдавал. — Да я это, э-эм, от голода. — Иди поешь, — без интереса произнес Адам, утыкаясь в рабочий компьютер. — А то еще умрешь тут. Девушка за столом справа подняла брови так высоко, что, казалось, они сейчас просто сбегут с ее лица. Она энергично показывала разнообразные телодвижения, на которые Ник уже не отвечал. Парень решил, что раз ему разрешают пойти позавтракать, лучше воспользоваться этой возможностью. По дороге в кафетерий юноша думал о заботливом поведении Адама, если это вообще можно было так назвать. Он допускал мысль, что осторожность шефа вызвана их запланированной встречей вечером, на которую Ник, собственно, не собирался идти. Принятое решение парень носил с собой уже несколько дней и, по правде говоря, успел сто раз передумать. Все эти дни в голове юноши происходили самые настоящие американские горки. Здравый рассудок твердил, что второй визит в отель даже не нужно обдумывать — категорически нет. Ник был согласен с этой мыслью ровно до того момента, пока его не накрывало неистовое возбуждение. Как и любой молодой парень, которому было слегка за двадцать, он хотел секса. С точки зрения биологии, это абсолютно нормальное явление. Только вот Ник, в свою очередь, скорее с ума сходил от неудовлетворенности. Помимо того, что причиндал неприятно зудел от напряжения, думать о чем-либо другом совершенно не представлялось возможным. Раньше эта проблема решалась регулярным ручным трудом, но теперь в его жизнь ворвалась самая настоящая половая связь. Само понимание о достижении оргазма перевернулось, можно сказать, низом вверх. Планка Ника повысилась и обыкновенная мастурбация больше не помогала. Обстоятельства сложились так, что самые яркие представления юноши о соитии ограничивались серым номером в отеле «Ганимед». Следовательно, хотел он того или нет, парня жутко тянуло именно туда, где он точно знал — сексу быть. Все усложнялось еще и тем, что Адам действительно нравился Нику. Конечно, не как человек, а скорее как половой партнер. Произошедшее неделей ранее лишь укоренило в юноше неконтролируемое развратное влечение к начальнику. И все бы ничего, если бы этот человек не мелькал перед глазами парня каждый божий день, напоминая о нездоровых, неправильных чувствах, за которые Ник безостановочно винил себя. В кафетерии парень встретил двух знакомых сотрудников отдела продаж. Асан, сияя белоснежной улыбкой, радостно поприветствовал коллегу и позвал присесть за свой столик, в то время как Алекс, завидев друга, спешно ретировался. — А вам что, можно так просто уходить с рабочего места уже с утра? — поинтересовался Ник, принимаясь за завтрак. Его несколько огорчил уход Алекса, но юноша старался не выдавать своих переживаний. — Вообще-то нет. Но сегодня Сандры не будет, так что… — Асан нахально улыбнулся, не договаривая предложения. — Ясно, — понимающе улыбнулся парень. — Слушай, — араб положил локти на стол и придвинулся ближе, деловито складывая ладони в замок. — А вы с Алексом когда мириться собираетесь? Меня ужасно бесит то, как вы друг друга игнорируете. — Ну-у, — Ник не находил слов, не желая показывать, насколько эта тема для него болезненна. — А что он сам об этом сказал? — Ой, — Асан сердито махнул рукой. — Сказал, не собирается первым извиняться. Я не знаю, что у вас там произошло, ребята, но если вы не поговорите, я приму меры, — он настойчиво ударил кулаком по столу, но в суровости парня не было и капли злобы. — Надоели вы мне. Понятно? — Понятно-понятно, — закивал юноша, улыбаясь. — Сделаю все, что в моих силах. — Кстати… Тут такие новости! Хочешь расскажу? — заговорчески прошептал Асан, явно разрываясь от желания кому-то об этом поведать. — Ну? — Только ты никому не говори, ясно? — Я — могила, — для убедительности Ник положил правую руку на сердце. — Короче, — его голубые глаза нетерпеливо сверкали. — Мы думаем, что ваш Маргус к Алексу подкатывает. — Да ну? — глаза юноши расширились от искреннего изумления. — Быть не может. — Точно тебе говорю, — Асан был очень доволен полученной реакцией. — Этот чувак постоянно у нас ошивается и с Алексом болтает. А еще та-ак на него смотрит… ты бы видел. А еще, еще Илиана видела, как Алекс садится к Маргусу в машину. — Интересный поворот, — шокированно протянул Ник, не зная, что ему теперь делать с этой информацией. — Короче, друг, что-то у них там нечисто… То, что Алекс — гей, я итак знал, но вот от Маргуса не ожидал… — Асан задумчиво почесал затылок. — Алекс что? Откуда ты это знал? — он едва не подавился салатом. — Кира сказала Сандре еще в первый его день. Ник вспомнил, что это он собственной персоной и пустил данный слух. «Неужели Маргус услышал, как я об этом говорю и поэтому решил подкатить к Алексу? Ну и дела…», — размышлял парень, пока Асан уже болтал на другую тему. После завтрака Ник чувствовал себя гораздо лучше, и рабочий процесс пошел как по маслу. Некоторое время он размышлял о друге, рассуждал, что все-таки должен будет извиниться. Только вот в последнее время сил на это просто не было. Юноша не знал, как будет объяснять Алексу свое состояние и поведение, не был уверен, что сможет сохранить стыдную тайну, камнем лежащую на душе. И все же, Нику было до боли одиноко. Говоря по правде, он ужасно скучал, но делать первый шаг для него представлялось невероятно сложным испытанием. К тому же, это далеко не первая подобная ссора ребят. Парень вспоминал, что максимально они с Алексом не разговаривали месяц. Спустя такое количество времени оба забыли, в чем была суть конфликта и помирились. В этот раз юноша сам для себя решил больше не затягивать их ссору до такой степени. В какой-то момент Ник начал ловить на себе долгие взгляды Адама. Стоило парню взглянуть в ответ, менеджер спешно отводил глаза, делая вид, что ничего не было. Эти переглядки напрягали и будоражили одновременно. Твердое решение парня на счет Адама начало размякать, а вместо него затвердело кое-что другое. Ник не пошел обедать со всеми, стараясь по возможности избежать общества шефа, но, вопреки всему, юноша признавался себе, что в глубине души ищет встречи с начальником. Эта маленькая мысль уронила настроение парня ниже плинтуса. Вернувшись с перерыва, Адам подошел к столу подчиненного и молча поставил перед Ником стаканчик кофе со сладким круассаном. Юноша удивленно посмотрел на мужчину снизу вверх, не понимая, что ему нужно делать. — Просто скажи «спасибо», — язвительно протянул Адам после длительной паузы, смеряя парня высокомерным взглядом. Ник застыл как вкопанный, а после сдержанно ответил, не разрывая зрительного контакта: — Спасибо. — Молодец, — бросил начальник, возвращаясь на свое место. Произнося это слово, такое маленькое и короткое, он едва заметно ухмыльнулся. Это незначительное действие было последней каплей: взгляд свысока, приказной тон, прямой настойчивый взгляд, глубокий бархатный голос, и этот запах, неизменно дурманящий. Все это вывалилось на Ника, словно груда опавших листьев, но он стойко держался, пока чертова ухмылка не опустилась на голову добивающим листом. Возбуждение заполонило каждую клеточку тела. Причиндал юноши резко наполнился кровью, застревая в самом неудобном положении, обтянутый плотной тканью джинс. Ник неуверенно поерзал на стуле, пытаясь таким образом поправить свой шишкан, но в итоге сделал только хуже. «Гребанный сексуальный ублюдок», — злобно подумал парень, снимая крышку с одноразового стаканчика. — Как ты узнал, какой кофе я пью? — удивленно спросил он. — Значит угадал, — удовлетворенно отозвался Адам, одаривая подчиненного очаровательной полуулыбкой. Ник почувствовал как краснеет, глядя на показавшиеся ямочки на щеках начальника. Внезапно менеджер обернулся и они встретились взглядами. В отличие от их прошлых переглядок, никто не отводил глаза. Они смотрели друг на друга короткое время, но юноше показалось, будто прошло несколько минут. «Он точно заметил, что я краснею», — беспомощно подумал Ник, машинально касаясь пылающей щеки. В ответ на это действие Адам лишь слегка изогнул бровь и, сдерживая улыбку, отвернулся. В течении следующего часа эрекция парня то спадала, то вновь объявлялась. Изнемогая, Ник решил, что больше не может это выносить. — Можно мне домой? — осторожно спросил он, не глядя на шефа. — Я плохо себя чувствую. — Что, правда? — произнес Адам с ноткой насмешливости, которую, похоже, расслышал только Ник. — Ну иди. Не особо задумываясь, почему его отпустили так просто без лишних вопросов, юноша спешно покинул офис, незаметно прикрывая прямоугольной сумкой зону паха. В пути наваждение спало и парень чувствовал себя явно лучше, но общая усталость давала о себе знать. Когда он добрался до дома, то сразу же отправился в душ. Теплая вода приятно обволакивала, помогая упорядочить мысли. Сосредоточенный на чем-то своем, Ник не заметил как его рука машинально взяла бритву и автоматическими движениями расчистила газон вокруг его плакучей ивы. Только будучи на корточках юноша осознал, что делает, в то время как острые лезвия уже заканчивали прихорашивать черный выход. «Что я, нахрен, вытворяю? — смущенно подумал Ник, тяжело дыша из-за горячего пара вокруг. — Мне нужно решить. Просто решить». Однако, его собственные действия абсолютно сбивали с толку. «Если я не пойду, что будет?», — спросил себя юноша, обессиленно усаживаясь под стремительный поток воды. Голос из глубины подсознания язвительно ответил: «Будешь дрочить и жалеть, а потом жалеть и дрочить». «Да ну тебя, — обиженно сказал Ник. — Неправда. Я же не какой-то там больной извращенец». Тень внутри юноши мерзко захихикала: «Ой-ли? Забыл как стонал и извивался в тот вечер?» Юношу всего передернуло, когда перед глазами замелькали картинки воспоминаний. «Я это не контролирую», — попытался оправдаться он. «Но ты хочешь, чтоб контролировали тебя», — с нажимом произнес голос. Ник осекся, осознавая, что сказать на это нечего. Он сидел в тесной душевой кабинке, на голое тело неравномерно текла вода. Те части, что не попадали под теплую струю, начинали замерзать. «Нравится ли мне?», — спрашивал себя парень столько раз, что давно потерял счет. Нечто в недрах души лишь насмешливо пожимало плечами, уже уставая отвечать. Ник не мог сказать ничего однозначного по этому поводу. К тому же, что-то подсказывало ему, что сейчас это не имеет значения. «Я не должен идти», — констатировал юноша, вздыхая. Неприятный голос вновь проснулся: «Но ты хочешь». «Хочу, — нехотя признался Ник. — Но я не должен». «А чего еще ты хочешь?» «Трахаться я хочу, — с раздражением выпалил он. — Но не должен. Денег хочу, но брать я их тоже не должен, иначе я вообще ничего не стою!» Юноша обессиленно опустил лицо в мокрые руки, с силой потянул себя за волосы, надеясь с помощью боли избавиться от навязчивых мыслей. Он потряс головой, разбрасывая капли вокруг, но ничего не помогло. Ник кусал ногти, раздирая кутикулу до крови и лихорадочно думал, то и дело споря с голосом своей Тени. «…но ты даже толком не распробовал каково это!», — упрашивал внутренний демон. «И не собираюсь, — решительно отвечал парень. — Он будет пользоваться мной как ссаной тряпкой, а я потом должен смотреть ему в глаза на работе? Ну уж нет! И пусть… пусть мне все же немного хочется… Нужно уметь держать себя в руках». Ник вышел из душа и, завернувшись в полотенце, посмотрел на мутный силуэт отражения в запотевшем зеркале. И хотя он был рад, что смог найти в себе силы сделать выбор, почему-то на сердце было тоскливо. — Мне следует пойти и сказать ему все лично, — озвучил парень внезапно пришедшую идею и сразу же с ней согласился. Эхо его голоса неестественно прозвучало в крохотной ванной, но юноше было все равно. От предвкушения новой встречи с Адамом Нику неожиданно стало лучше.