Вне графика

Последняя неделя октября принесла с собой невыносимый холод, явление которого обычно вгоняло Ника в многомесячную меланхолию. К удивлению, в этом году все было иначе. Перед выходом юноша еще раз окинул квартиру быстрым взглядом. Его клоповник было не узнать: беспорядка будто и не было, а все поверхности блестели чистотой в лучах бледного рассветного солнца. Стоило отдать должное Алексу, который потратил целое воскресенье, чтобы привести жилище друга в нормальный вид. Он даже старался поддерживать веселое настроение и не затрагивать тему Адама, дабы Ник вновь не пришел в подавленное состояние. Подумав об этом, молодой программист мягко улыбнулся, радуясь, что рядом с ним есть такой хороший человек. Уже послезавтра наступит день рождения друга. Безусловно, когда Алекс объявил, что хочет провести праздник с Маргусом, Ник вошел в понимание. Хотя, в душе ему было немного грустно от прощания с теми временами, когда парни все значимые события отмечали вдвоем. По сей причине в этом году Ник подготовил особенный, даже сентиментальный подарок, чтобы выразить свою привязанность к другу. Замерев у выхода из квартиры, Ник прислушался к привычному гудению мыслей, и осознал непривычную легкость. Создавалось впечатление, будто чистота дома напрямую отражалась в разуме, оказывая исцеляющий эффект. Парень сделал глубокий вдох, поглощая остаточный аромат утреннего кофе, и с теплом на душе выдвинулся на работу. Звон ключей прозвучал слишком громко в пустом помещении, напоминая Нику о его одиночестве. Уже закрыв дверь с той стороны, он с доброй тоской припоминал непрекращаемый шум родительского дома, веселый щебет Алекса, не перестающего суетиться, и недовольное бурчание Адама, разбавляющее любую неловкую паузу. Минутку, чье бурчание? Ник нахмурился собственным мыслям, покидая подъезд. Ветер ударил в лицо, но юноша не обратил на это внимание, и, выдыхая облако пара перед собой, непроизвольно мотнул головой, прогоняя внезапно возникшую мысль о руководителе. В этот раз у парня получилось быстро переключиться, не застревая на долгих, лишенных смысла размышлениях. Шагая к автобусной остановке, он припоминал причины, по которым они с Алексом так и не съехались. Ник тогда говорил, что не готов делить жилплощадь с таким недружелюбным котом, опасаясь за сохранность лица от косых параллельных порезов. Оба парня знали, что с животным можно было найти общий язык, но никто не озвучивал это вслух из вежливости. Просто Ник хотел быть один, в тишине и спокойствии. Считал себя одиноким волком — сильным и независимым. Протискиваясь в переполненный автобус, он лишь мысленно усмехнулся, посмеиваясь над самим собой из прошлого. Уже второй день подряд Ник приходил в офис в приподнятом настроении, что являлось абсолютным рекордом за весь долгий месяц работы. Преодолевая путь от входа к их скромному кабинету, парень поздоровался с ресепшионистом, уборщицей, пробегавшим мимо Асаном, парой знакомых из соседних отделов безопасности, и, наконец, со своей немногочисленной командой. Адам, Маргус и Кира привычно поприветствовали юношу в ответ, не особо отмечая факт его прибытия. Из-за длинных вертикальных ролетов, плотно прижатых друг к другу, не проникало даже толики солнечных лучей, отчего в помещении царил серый полумрак. Тишина прерывалась лишь слабым гудением ноутбуков и частым клацаньем мыши то с одной стороны, то с другой. Сосредоточенная атмосфера помогла Нику сразу же погрузиться в работу. Парень, казалось, не шевелился в течении нескольких часов. Задача, посланная Адамом с утра, требовала высокой концентрации и муторной перепроверки множества строк данных вручную. Однако, юноша не злился на шефа за то, что тот подкинул подчиненному подобный геморрой. Наоборот — Ник был рад, что ему постепенно доверяют все более важные и ответственные дела, ведь это в первую очередь означало, что он хорошо с ними справляется. Парень так увлекся, внимательно изучая каждую мелочь, что даже не обращал внимания на разговоры коллег, и не ощущал течения времени. Отметив задачу как выполненную, Ник облегченно вздохнул и вдруг почувствовал, как сильно затекли его конечности. Юноша откинулся на спинку кресла, и сладко потянулся, вытягивая вверх сложенные в замок руки. — Мм-х, — непроизвольно вздохнул он, ощущая как приятно натягиваются мышцы после продолжительной неподвижности. Периферийным зрением Ник поймал на себе пристальный взгляд Адама. Рука мужчины замерла в нескольких сантиметрах над компьютерной мышью, а все его тело застыло, подобно статуе. Густые темные брови менеджера сошлись в хмуром выражении, которое парень обычно считывал как недовольство. Однако, теперь он не был в этом так уверен. Адам не отводил глаза, даже когда Ник уставился на него в ответ. Не желая догадываться о причинах, юноша вопросительно повел плечами и одними губами произнес: «Что?» Было видно, как на лице мужчины дернулась скула, после чего он все так же молча отвернулся к рабочему ноутбуку, опустив руку на мышь, и потерял к подчиненному всякий интерес. Ник машинально закатил глаза, отмечая про себя, что постепенно перестает удивляться подобному поведению Адама. Парень также стал терпимее относиться к выходкам начальника, узнав, что тот — сирота. Этот важный факт пусть и не оправдывал поступков мужчины, но частично их объяснял. Ник был горд собой за объем проделанной работы, и справедливо рассудил, что может себе позволить небольшую паузу. Поэтому, незаметно скрываясь за монитором, он уткнулся в телефон. Несколько минут спустя перед глазами юноши всплыло уведомление о личном сообщении от Адама: «Ты же в курсе, что у тебя было четыре рабочих дня на выполнение?» Ник насупился, покосившись на руководителя. Тот спокойно трудился, с виду ничем не потревоженный. Юноша снова взглянул на экран мобильника и подозрительно прищурился. Верно, в описании к задаче был дедлайн в указанный Адамом срок, но парень справился быстрее! Его большие пальцы ловко застучали по сенсорной клавиатуре: «Ты недоволен тем, что я быстро выполнил свою работу?» «Скорее разочарован твоими жалкими попытками привлечь мое внимание.» Ник просто вспыхнул от подобного заявления. Его брови подскочили вверх, а рот исказился в гримасе крайней степени замешательства. Взяв под контроль выражение лица, парень спешно напечатал, даже не пытаясь перефразировать свою мысль: «Какого черта?!» Ответ пришел через пару минут, каждое мгновение которых юноша изо всех сил старался не смотреть на Адама: «А что, ты думал, я не понял? Молниеносно исполняешь все задания, потом выкручиваешься в развратные позы, будто «потягиваешься», и при этом стонешь так, будто у тебя в жопе вибратор.» Ник ощутил, как его щеки пылают жаром от злости. Первой мыслью стало желание оправдаться и объяснить явное недопонимание, но следующее полученное сообщение сыграло на нервах парня финальный аккорд: «И не смей так со мной разговаривать. Забыл, кто тут главный?» «Да пошел ты», — отправил Ник без колебаний, после чего заблокировал телефон и отложил в сторону экраном вниз. Юноша пялился в рабочий ноутбук, не позволяя себе отвести глаза в сторону ни на миллиметр. Он всем телом чувствовал на себе сверлящий взгляд Адама, пытающийся пробуравить в подчиненном еще одну дырку, куда того можно будет отпихать за нарушение субординации. Ник был уверен, что мужчина не станет ничего предъявлять ему прямо в лицо, ведь для других, сидящих рядом Киры и Маргуса, это будет выглядеть беспрецедентно и несправедливо. Менеджер также не сможет сделать юноше выговор, ссылаясь на личную переписку, ведь в ней существовали вещи, компрометирующие, в том числе, самого Адама. Однако, даже облегчение, испытанное Ником, когда он послал мужчину куда подальше, не было способно остудить пламя ярости, полыхающее в сердце. «Этот подонок решил, что я привлекаю внимание. Вот так, значит, — гневно размышлял юноша, продолжая тупо пялиться перед собой. — Сейчас я ему покажу, как это выглядит на самом деле». Острое желание Ника совершить нечто эдакое в отместку Адаму затмило здравый смысл, хотя последние его крупицы все еще слабо попискивали из глубин сознания, припоминая, что мужчина уполномочен уволить парня. Именно на этих слабых ниточках удерживалось непоколебимое безрассудство юноши, норовившее, по привычке, сначала сделать, а потом осмыслять. Погрузившись в раздумья, Ник устроился поудобнее, вновь откидываясь на спинку стула, и невольным движением оттянул воротник рубашки в попытке охладить тело, пылающее огнем обиды. Под действием натяжения ткани верхняя пуговица выскользнула из своего отверстия, и кончики пальцев парня слегка коснулись треугольника обнаженной груди. В голове юноши сразу же зародилась идея. Он оттянул приоткрытый край рубашки еще немного в сторону и демонстративно похлопал им по плечу, акцентируя внимания на том, что ему ужасно жарко. Поймав на себе косой взгляд Адама, полный недоумения, Ник мысленно усмехнулся и нарочито тяжело вздохнул, стараясь добавить в выдох тот самый звук, который мужчина прежде счел за стон. — Духота, скажи? — улыбнулась Кира, поверив в актерскую игру коллеги, и несколько раз обмахнула лицо ладонью в попытке создать поток воздуха. — Ага, — кивнул Ник, непринужденно подтягивая рубашку вниз, дабы шеф имел лучший обзор на его оголенный торс. — С кондиционером уже слишком холодно, а без него все еще жарко. — И не говори! — согласилась девушка, покачав головой. — Согласен, — подал голос Маргус, не отвлекаясь от компьютера. После субботнего инцидента новый партнер Алекса неожиданно стал больше общаться с Ником: инициировать незначительные беседы, расспрашивать о его жизни. Сам же юноша счел милым то, что Маргус пытается наладить контакт с близким кругом своего парня, поэтому с радостью поддерживал с мужчиной разговор. — Эй, ребята, — имитируя вдохновленность, обратился Ник, таким образом переходя к следующему этапу своего плана. — Гляньте там в «выполненных», на что я все утро потратил. Что думаете? Он знал, что из последних задач, висящих в общем списке завершенных, только одна выделялась среди остальных своей масштабностью. Так что коллеги быстро отыскали ту, на которую ссылался парень. — Ого! — удивилась Кира. — Ты так быстро ее сделал? Там же сплошная нудятина! — Поразительная усидчивость, — прокомментировал Маргус, пробегая глазами по монитору. — Так-так… Да, все верно. Ты молодец, Ник, что не даешь важным вопросам «застаиваться». — Спасибо, — скованно улыбнулся юноша, изображая смущение, и выразительно произнес: — Рад, что хотя бы вы оценили. Коллеги с выжиданием покосились на Адама. Тот осмотрел всех по очереди сверху вниз, и небрежно изогнул бровь, делая вид, будто не понимает сути: — Что? Это его работа, ничего особенного. — Адам, — добродушно сказал Маргус. — Не будь так строг. Когда у нас, на твоей памяти, был столь талантливый новичок? — Один такой был у меня, — сквозь зубы процедил мужчина. — Одаренный программист, одаренно севший в тюрьму. — Не надо, — резко произнесла Кира, серьезно глядя на Адама. — Не надо сравнивать Ника с ним. В кабинете повисла напряженная пауза. Девушка отвернулась, скрывая в тени отраженную на лице боль, источника которой Ник не понимал. Однако, он слышал об этом случае пятилетней давности, вскользь упомянутой еще директрисой Аппендикс (или как там ее). «Верно, — вспоминал Ник, — недолго проработавший под руководством Адама Пьер Дун, подающий надежды юноша, по неизвестным мотивам нанесший компании колоссальный урон. Признавший вину в последний момент и все такое…» Поговаривали, все предшественники Ника за прошедшие годы неумолимо находились под гнетом этой истории. Сам парень тоже поначалу с тревогой вспоминал ту ситуацию, но со временем успел о ней подзабыть. В конце концов, в его жизни и без мотавшего срок Пьера хватало забот. Маргус нарушил неловкую тишину: — Нет смысла ворошить прошлое, — он повернулся к Адаму и с мягкой улыбкой добавил: — А кое-кому нужно просто признать, что Ник — отличный специалист. Кира, в свою очередь, тоже улыбнулась, посмеиваясь над нарочитой серьезностью менеджера. Атмосфера наконец стала теплее, отчего сдался даже Адам. Он медленно оглянулся, внимательно заглядывая Нику прямо в глаза с непроницаемым выражением лица: — Как уже было упомянуто, ты… молодец, рыжий, — после этих слов мужчина едко ухмыльнулся краем губ, отчего на щеке сложилась та самая очаровывающая ямочка. — И раз ты теперь освободился, метнись-ка в третий юридический отдел и принеси мне папку с документами. — Можно потом? Обед же через пять минут, — жалобно скривился Ник. — Ты справишься, я в тебя верю, — насмешливо посмеялся Адам, даже не скрывая своего сарказма. — Только застегнись, пока эти поганые правоведы тебя не изнасиловали. — С чего бы? — без интереса бросил юноша, разочарованно поднимаясь со своего места. — А ты не знал? — мужчина притворился, что удивлен. — Юристы — те еще пидорасы. Ник едва сдержался, чтобы не закатить глаза, пока менеджер смеялся собственной шутке. Получив необходимые инструкции, какой документ и у кого нужно забрать, парень поспешил по лабиринтам офисного здания, опасаясь, как бы его команда не ушла обедать без него. Миновав несколько этажей вниз на лифте, юноша быстро достиг нужного кабинета, и, едва ступив на порог, сразу же согласился с последней репликой Адама насчет местных обитателей. Сотрудники юридического отдела смотрели на Ника с таким презрением, будто он был трупом таракана, размазанным по белым брендовым кроссовкам. Подобного отвращения в каждой фибре души парень не встречал даже у своего руководителя, хотя того, казалось, было сложно переплюнуть в данном вопросе. Получив требуемую серую папку, Ник спешно покинул здешнюю обитель высокомерия, не желая дышать местным спертым от напыщенности воздухом ни секундой дольше. Все-таки у Адама получилось насолить подчиненному в ответ. Однако, вместо злости юноша ощущал бурлящий азарт. Ник не желал сдаваться в очередной негласной игре, теперь уже затеянной им самим. К счастью, коллеги его дождались. Все находились на своих местах, будто парень вовсе не отлучался. Он подошел к столу Адама сбоку, оказавшись спиной к рабочему месту Маргуса, и левым боком к Кире, уже в наглую занятой делами в мобильнике. Удостоверившись, что остальные не обращают на них никакого внимания, Ник естественным движением положил папку прямо перед Адамом, при этом не спуская с мужчины глаз. Установив зрительный контакт на несколько мгновений, юноша усилием воли постарался вложить в свой взгляд всю неприкрытую похоть, на которую только был способен. Будучи неопытным в подобных делах, он не был уверен в успехе ментальных потуг ровно до того момента, пока бровь Адама не дернулась в подобии изумления (Ник всей душой надеялся, что ему не привиделось). Поймав сей незримый импульс, парень резко отвернулся, напоследок будто ненароком коснувшись кончиками пальцем тыльной стороны ладони мужчины. Реагируя на неожиданное прикосновение, рука Адама машинально дернулась вверх, но тот сразу же взял себя под контроль. Сделав пару шагов в сторону, Ник радостно напомнил всем про обед, и пока Маргус и Кира увлеченно приводил рабочие места в порядок перед уходом, юноша, торжествуя, наблюдал, как Адам напряженно стискивает зубы и кулаки, лишь искоса зыркая на подчиненного. Когда трое уже собирались покинуть кабинет, они обнаружили, что их руководитель все еще стоит у своего стола и внимательно вглядывается в серую папку. — Адам, пойдем, потом посмотришь, — поторопил его Маргус. Однако, мужчина лишь покачал головой, говоря разочарованным тоном: — Рыжий, ты мне не то принес. — Быть не может, — искренне удивился Ник. — Я все проверил. — Может, потом? — заныла Кира. — Мы есть хотим. — Вы идите, — махнул рукой Адам, захлопывая папку. — А мы с Ником вернемся к юристам, чтобы наш особо одаренный раз и навсегда научился выполнять простейшие поручения. — Ты в своем репертуаре, — вздохнул Маргус. — Пошли, Кира, тут бесполезно вмешиваться. Девушка лишь хмыкнула, после чего двое удалились обедать. — Я уверен, что там все правильно, — расстроенно проговорил Ник и потянулся рукой к документам. — Можно взглянуть? Адам рывком отдернул руку с папкой и небрежно бросил ее на стол, после чего, не говоря ни слова, схватил Ника за локоть и грубо вытащил за дверь. — Эй! — ошалевший от внезапного выпада парень освободился из хватки, и остановился посреди коридора. Притормозив на мгновение, дабы убедиться, что их коллеги уже скрылись за углом, мужчина, игнорируя корпоративный такт, подтолкнул парня в спину, направляя того в противоположную сторону от лифта. — Топай давай, — приказным тоном бросил менеджер. Ник замер от шока, но подчинился, молча шагая рядом с Адамом. Миновав пару поворотов, мужчина остановился у неприметной двери с надписью «Служебное помещение», и изъял из кармана связку ключей. Юноша терпеливо ждал, пока шеф подбирает подходящий к замку ключ, проворачивает его внутри до щелчка, и отворяет узкий вход в темную комнату. — Что там? — испуганно молвил Ник, дождавшись, пока мимо проходящие люди отойдут на приличное расстояние. — Заткнись и заходи сейчас же, — прошипел Адам. Парень послушно вошел, ощущая как волосы на затылке встают дыбом от накатывающей тревоги. Свет, проникающий из открытой двери, падал на ряд стеллажей, до краев заставленных книгами, коробками, папками и прочим хламом. Внутри было прохладно, как в подвале, пахло пылью и залежавшейся бумагой. Ник с облегчением понял, что его привели в архив. Когда Адам вошел следом, дверь закрылась с шумным щелчком, после чего все вокруг окутала тьма. Не успел юноша привыкнуть к обстановке, как его больно схватили за плечо и, потянув назад, впечатали, предположительно, в ту же дверь. Сухие, огрубевшие пальцы обвили чувствительную шею Ника, и крепко сжали, не давая пошевелиться. Парень вздрогнул и вжался затылком в поверхность дерева, ощущая как в темноте над ним нависает крупная мужская фигура. — Ты. Вообще. Охренел. Ник, — вкрадчиво произнес Адам, чеканя каждое слово. Лишенный зрения, подчиненный был со всех сторон атакован вторжением в пределы остальных органов чувств. Тяжелый парфюм душил сильнее, чем ладонь вокруг горла, но юноша жадно ловил этот аромат, угадывая в его нотках знакомый запах тела менеджера. Этот властный голос распылял вожделение, которое Ник все утро принимал за злость, но больше был не в силах избегать очевидного. Нахальные, бесстыжие прикосновения шершавых рук щекотали мягкую кожу, но юноше, к его стыду, было этого недостаточно. Ему стало жарко, по-настоящему спирающе душно, словно в палящий летний день. Казалось, будто именно чрезмерно яркое солнце ослепило Ника, оставив лишь всеобъемлющий огонь, расплавляющий мысли, обнажающий чувства. — Ты… — Адам оставлял свое дыхание на губах подчиненного. — Ты что вытворяешь, сволочь? — Я все-таки… — хрипло выдохнул Ник, теряя ритм дыхания. — …сумел обратить на себя твое внимание? Или что, скажешь, что ты этого не хотел? — Я тебя уволю, — прорычал мужчина, шумно хватая ртом воздух. — Давай, — с вызовом проговорил парень, и подался вперед, а затем жадно припал руками к разгоряченному телу менеджера, стягивая ткань его рубашки в кулаки. — Давай, уволь меня за то, что я тебя хочу. Рука Адама скользнула с шеи вниз. Их губы нашли друг друга в темноте, и сплелись воедино с голодной страстью. Ник чувствовал, как руки мужчины нетерпеливо и порывисто сжимают его тело, проникая под одежду, как чужие ногти царапают спину. Юноша пылко льнул к Адаму, желая отдаться тому целиком. Скользнув ладонью вниз, Ник наощупь нашел плотно натянутую ширинку руководителя, и ловким движением проник внутрь, нащупывая рукой каменный, влажный от нетерпения член. — Давай. хах. — шепнул парень, прижимаясь лицом к жесткой щетине. — Твой подчиненный залез к тебе в штаны посреди рабочего дня, — он усмехнулся, мельком подумав, какую глупость совершает. — Так уволь же меня. Или трахни. Адам навалился на Ника всем весом своего тела, вновь прижимая того вплотную к стене. Юноша ощутил как его цепко схватили за подбородок. Он вздрогнул от голоса, будоражащего ухо: — Ты — ненасытная сучка. — Не моя вина, — дерзко бросил парень. — Что раз в неделю — твой максимум. Правую сторону лица обожгла звонкая пощечина. Боль пульсировала в такт усиливающейся эрекции. Пять пальцев с силой вдавились в запястье Ника, рыком вытягивая его руку из чужих брюк. На пальцах ощущалась вязкая влага. — Вали подставлять жопу в другом месте, — ядовито произнес Адам. — У тебя это неплохо получается. В тумане возбуждения недоумение юноши превратилось в ступор. Если это — часть игры, то она была Нику незнакома. — В смысле? — машинально переспросил он, и выпалил первое, что пришло в голову: — Я сказал, что хочу тебя, если ты вдруг пропустил. В темноте архива повисла пауза, прерываемая тяжелым дыханием обоих. Адам, казалось, что-то обдумывал, после чего снисходительно произнес: — Я не буду тебе платить за «сверхурочные». — Окей, — только и смог выдавить Ник, утомленный от перевозбуждения. — Но почему не сейчас? — Потерпишь, — даже не видя лица Адама, парень мог представить презрительную усмешку на его лице. — Ты меня очень… очень разозлил, так что поверь… Лучше бы тебе сразу взять на завтра отгул.