Вне графика

Прежде, чем покинуть офис после окончания рабочего дня, Алекс зашел в туалет и пристально осмотрел себя в зеркале. Поправил черные джинсы, заменяющие брюки, пригладил белую рубашку, сидящую свободнее, чем следовало. Ткань была слегка посеревшей от старости, но за счет контраста со смуглой оливковой кожей этот факт успешно скрывался от невнимательного зрителя. Закатил один рукав до трети предплечья, оценил разницу, подровнял второй на тот же уровень. Оглянулся, чтобы удостовериться в уединении, и спешно обнюхал себя. Нормально. Хотя, могло быть и лучше. По спине пробежали мурашки. Маргус уже ждал юношу на парковке, но Алекс продолжал нервно крутиться у зеркала в будоражащем беспокойстве. Его никогда прежде не возили на свидание-сюрприз, и предвкушение парня отражалось в душе страхом быть недостойным. Зубы все такие же ровные и белые. Хоть что-то хорошее ему принесла генетическая лотерея, помимо склонности к зависимостям. Рубашка не застегнута слишком высоко? А если раскрыть верхнюю пуговицу… Нет, тогда вырез получается слишком глубоким. С другой стороны, они же идут на свидание, так почему бы и нет? Алекс вздохнул, и взъерошил темные волосы. Широко распахнутый ворот рубашки обнажал красиво очерченные мышцы груди. Оценив себя еще раз, парень с сомнением вынес вердикт: «Ладно, кажись, я таки красавчик.» Он спустился на парковку и быстро обнаружил красный автомобиль, выделяющийся среди других своей дороговизной. Сердце упоенно затрепетало, когда Алекс привычным движением запрыгнул на бежевое кожаное сиденье. — Вот и ты, солнце. Я уже успел соскучиться, — мягко улыбнулся Маргус, подхватывая руку юноши в свою. Он бросил быстрый взгляд на откровенный вырез и серые глаза заволокло туманом. Изогнув уголок губ в ухмылке, мужчина негромко бросил: — Будишь во мне донора? Посмеявшись, Алекс таинственно промурлыкал: — Возможно. Когда машина тронулась, Маргус всем своим естеством обратился к дороге. Парень искоса поглядывал на мужчину, с тайным восхищением рассматривая того с головы до пят. Сосредоточенно вглядываясь перед собой, Маргус невольно постукивал пальцем по рулю, выдавая ритмичный глухой звук. Его грудь тяжело вздымалась под темно-синим свитером-поло, плотно облегающим стройное тело. Ширинка брюк вызывающе изогнулась между расставленными ногами. Алекс ощутил, как его ладони предательски потеют. Юноша неловко поерзал из-за тесноты в штанах. Он непринужденно положил руку на колено таким образом, чтобы скрыть от партнера свое желание. Беззаботно осматривая быстро меняющиеся улицы, Алекс спросил: — Так куда мы едем? — Увидишь, — отозвался Маргус. — Потерпи, осталось совсем немного. Они проехали еще пару минут в молчании, после чего мужчина заговорил неожиданно серьезным тоном: — Солнце, могу ли я тебя спросить об одной тревожащей меня вещи? Алекс вмиг напрягся и, развернув голову на партнера, живо кивнул: — Конечно. Что-то случилось? Маргус поджал губы, задумавшись, после чего быстро проговорил, искоса наблюдая за реакцией: — Ты знал об отношениях Ника и Адама? Романтично-похотливое настроение Алекса мгновенно испарилось, как и стояк. Он растерянно моргнул несколько раз, беспомощно хватая ртом воздух, и наконец выдавил: — А ты откуда знаешь? — Я случайно узнал, — скривился Маргус, не отрываясь от дороги. — Но был бы рад забыть эту информацию, если честно. — Я тоже. Кто-то из них в курсе, что ты в курсе? — Нет. Но, поверь, я бы сказал Адаму пару ласковых по этому поводу. Алекс немного приободрился, поняв, что Маргус тоже не поддерживает эту связь. К тому же, юноша был рад иметь возможность обсудить с близким человеком такой животрепещущий вопрос. — Ты знаешь, что конкретно этот козел делает с Ником? — спросил он, не скрывая ноток злости. — Представляю себе, — кивнул Маргус. — Интересный у тебя, конечно, лучший друг. — Солнце, — успокаивающе сказал мужчина. — Адам — не такая сволочь, как тебе кажется. Просто… да, в любовных делах ему, конечно, сложно ориентироваться. — Ты что, защищаешь его?! — вскочил Алекс. — Давай не будем забывать, — с холодным спокойствием ответил Маргус. — Что Ник и сам не против того, что происходит. — А что еще ему делать?! — воскликнул парень, вскинув руки. — Мало ли, что способен сотворить Адам, если Ник не будет исполнять его грязные желания. — Милый, спокойнее, — миролюбиво произнес мужчина. — Я хорошо знаю Адама, и, во-первых, он уж точно не стал бы никого принуждать, а, во-вторых, в жизни не стал бы мстить своим любовникам. — Значит, Ник не первый и не последний, — Алекс безнадежно закрыл лицо ладонью. — То есть, ты считаешь, что это нормально? — Конечно, это очень даже не нормально. Но, солнце, разве это наше с тобой дело? Они оба взрослые люди, и должны сами разобраться в своих сложных взаимоотношениях. Парень не отвечал, погруженный в размышления. С одной стороны, он понимал позицию Маргуса, но с другой — не мог поверить, что мужчина был готов так просто проигнорировать поступок Адама. Будто прочитав мысли Алекса, партнер подчеркнул: — Это не значит, что мне плевать, — он бросил быстрый обеспокоенный взгляд на юношу. — Я устрою Адаму хороший нагоняй, и попытаюсь вправить старому гандону мозг. Но, Алекс, мы с тобой должны быть предельно осторожны: одно неверное слово, услышанное неверными людьми — и все вокруг посыпется, как домино. Понимаешь, милый? Недолго поразмыслив над словами Маргуса, парень медленно кивнул: — Да, понимаю. Наверное, ты прав. Рука мужчины скользнула с руля вниз, длинные тонкие пальцы обвили мозолистую ладонь Алекса. — Прости, что испортил тебе настроение в твой день рождения, — с сожалением сказал Маргус, после чего грустно улыбнулся: — Давай забудем обо всем этом и насладимся прекрасным вечером. Нежное касание гладкой кожи и баюкающий голос вновь заставили нутро Алекса таять, и он поддался, шумно выдыхая все тревоги прочь. Маргус галантно помог парню выйти из машины, и тот обнаружил себя на одной из самых престижных улиц города. Роскошные бутики и изысканные рестораны тянулись вереницами куда-то вдаль по улице, по которой неспешно сновали новейшие автомобили пестрых цветов. Звезды в потускневшем небе стыдливо спрятались, не выдержав шика и блеска сияющих вокруг вывесок. Мужчина повел Алекса к высокому зданию, скорее напоминающему башню. Судя по минималистичной надписи, на нижнем и верхнем этажах располагался некий ресторан премиум-класса, о существовании которого юноша прежде даже не догадывался. Прямо у входа расстилался багровый ковер, залитый мягким теплым светом из глубин помещения. У распахнутой стеклянной двери стоял швейцар, наряженный, словно на свадьбу. Он изучал приближающихся гостей долгим взглядом, лишенным всяких эмоций. Алекс дернул Маргуса за рукав, беспокойно шепнув: — Кажется, я неправильно одет для такого места. Мужчина осмотрел парня с головы до ног и ласково улыбнулся, обвивая его талию: — Ты шикарно выглядишь, милый. — Все будут смотреть на меня, как на прокаженного, — опустил глаза юноша. Маргус отчего-то засмеялся, и оставил на лбу партнера легкий поцелуй: — Солнце, прошу, не волнуйся. Никто на тебя смотреть не будет, доверься мне. Алекс с подозрением взглянул на швейцара, продолжающего наблюдать за ними, не моргая. Несмотря на то, что сердце беспокойно билось, парень пересилил себя и согласно кивнул, позволяя Маргусу отвести себя внутрь. После того, как мужчина озвучил свою длинную эстонскую фамилию, которую юноша все никак не мог запомнить, работник с нарочитой учтивостью попросил их пройти на крышу. Лифт был очень просторный и со всех сторон зеркальный. Кнопки располагались на сенсорной панели, выделяющейся тонкими голубыми линиями на стекле. Пока они поднимались, в груди Алекса все настырнее скреблась паника. Он никогда не бывал в таких местах, и уже сотню раз пожалел, что не попросил Маргуса сразу поехать к нему домой и без лишних прелюдий приступить к десерту. Юноша нервно сглотнул, незаметно вытирая о джинсы влажные ладони, когда лифт издал громкий «Дзынь!» и зеркала медленно разъехались в разные стороны. Алекс застыл, его дыхание перехватило от восхищения. Выплывая в помещение на ватных ногах, он чувствовал как расширились его глаза и как предательски отвисла челюсть. Золотистый кафель огромного зала был усыпан лепестками роз, что будто горели алым в свете живого пламени. Огонь этот сиял на множестве свечей, симметрично расставленных прямо на полу двумя параллельными линиями, имитирующими тропинку. Вместо стен и потолка над обширным, нескончаемым залом нависал стеклянный купол. Синее небо, освещаемое серебристым полумесяцем, казалось, было на расстоянии вытянутой руки, а под ним тянулся до горизонта бесчисленными мириадами огней бесконечный город. Импровизированная дорожка из свечей вела через весь зал к одному-единственному столику прямо у подножья прозрачного купола. Алекс почувствовал, как к его спине прижалось теплое тело, истощающее ненавязчивый вишневый аромат. Чужие руки обвили его талию, а тонкие губы коснулись мочки уха, шепча: — С днем рождения, мой дорогой Алекс. Парень моргнул несколько раз, пытаясь удостовериться, что все вокруг — не сон. Дрожа в такт трепещущего сердца он едва слышно сказал лишь: — Вау. Маргус тихо усмехнулся и повел Алекса дальше, по мерцающей свечами тропе. Круглый столик на двоих был застелен белой льняной скатертью, такой длинной, что края ее касались пола. Сервировка была самой что ни на есть изысканной: блестящие тарелки, высокие бокалы под вино, резные золотистые приборы и сложенные в мудреные геометрические фигуры салфетки. Мужчина помог Алексу сесть на мягкий стул, вышитый белыми нитками, и сам устроился напротив. Парень насилу смог оторвать взгляд от чарующего вида, разбросанного далеко внизу. Пространство за лифтом было скрыто за плотной бордовой шторой, из-за которой вдруг выплыла стройная официантка с бутылкой вина, и зашагала к столику с грацией лани. Алекс молчал, словно пребывая в заколдованном трансе. Маргус тоже ничего не говорил, лишь внимательно изучал спутника любопытными глазами, не утаивая легкой улыбки. Девушка налила белое вино в бокал мужчины плавными, изящными движениями, и застыла в ожидающей позе. Маргус неспешно отпил небольшой глоток и едва заметно кивнул, даже не удостоив официантку взглядом. Она оживилась, в мгновение наполнила бокал Алекса, и удалилась обратно за штору. — Я тоже когда-то был официантом, — рассеянно проговорил юноша, глядя ей вслед. — Но не в таких местах. Он осторожно коснулся подушечкой пальца запотевшего бокала. Маргус протянул руку через стол и мягко ухватил подрагивающую ладонь Алекса. — Больше тебе не придется, — серьезно произнес мужчина, в серых глазах плясали отблески свеч. — Тебе здесь нравится, солнце? — Я… я в шоке, — честно признался парень, и с неловкой улыбкой добавил: — В приятном шоке, конечно, — он окинул взглядом пустое помещение, заполненное лишь бесчисленными красными лепестками. — Ты снял весь зал? — Да, — спокойно кивнул Маргус. — Мне хотелось побыть с тобой наедине. — Но это же так… дорого. Мужчина вздохнул, крепче сжимая руку спутника: — Эх, солнце, со мной тебе не нужно думать о подобных мелочах. «Ну охренеть, мелочи! Выпендрежник!» — восклицал Алекс в своей голове, едва снова обрел способность думать. Он немного привык к обстановке, и смог слегка расслабиться, наслаждаясь окружающей его красотой. — Здесь очень круто, — широко улыбнулся парень, с благодарностью глядя на Маргуса. — Я даже не знаю, что сказать. Это просто нечто. — Я очень рад, — облегченно выдохнул мужчина. — Ты — мое самое дорогое сокровище, Алекс. Юноша смущенно отвел взгляд, чувствуя разливающийся по телу жар. Они выпили вина, терпкий напиток растворился внутри приятной весенней волной. В отличие от всех тех вин, что парень пробовал прежде, это не было кислым, не вызывало мгновенной тошноты и даже не напоминало разбавленный мочой спирт. Как объяснил Маргус, это было очень супер-пупер крутое вино хрен-знает какой выдержки, изготовленное вручную неким помешанным на виноделии дедом в глубине то ли лесов, то ли садов Франции. Возможно, мужчина рассказал чуть иначе, но главную суть Алекс определенно уловил. — Ужин подадут через… — Маргус взглянул на наручные часы. — Через полчаса. Надеюсь, ты не слишком голоден, милый? — В некотором смысле голоден, — расплывчато ответил юноша, внимательно осматривая прозрачный купол над головой. — На такой потолок, наверное, невозможно нацепить камеры наблюдения. — Здесь нет камер. В такие места не пускают людей, способных вытворить нечто противозаконное. «В этот раз они промахнулись», — снисходительно подумал Алекс, удостоверяясь, что скатерть плотно прикрывает все, что находится у гостя ниже пояса. Сервис больше не вылезал из-за своей шторы, так что, было похоже, что незваная компания пропала еще как минимум на тридцать минут до ужина. Алекс был воодушевлен шикарным рестораном, взбудоражен дорогим вином и до неистовства возбужден богоподобным мужчиной на стуле напротив. Парень поймал взгляд Маргуса и не отпускал, открывая тому все одолевающие сердце чувства. Партнер не разрывал зрительный контакт, боясь расторгнуть их чувственную незримую связь. Тем временем, под столом Алекс ловко сбросил один кроссовок и метко направил стопу в промежность спутника. Глаза Маргуса в мгновение расширились, когда он с удивлением выпалил: — Алекс? — Что? — непринужденно переспросил юноша, перебирая пальцами ног по холодной ширинке. Вместо ответа мужчина поджал губы и медленно прикрыл глаза, шумно выдыхая воздух. Алекс стопой почувствовал реакцию на свои действия. — Когда, говоришь, подадут ужин? — буднично уточнил юноша, косо поглядывая на штору. — Двадцать три минуты, — сказал Маргус, безуспешно пытаясь скрыть отяжелевшее дыхание. — Вот как, — кивнул Алекс, убирая ногу прочь под еще более недоуменный взгляд спутника. Парень демонстративно взял со стола золотую вилку с хитроумным рельефом и одним броском закинул ее под стол. — Упс, — наигранно воскликнул он, угадывая во взгляде Маргуса крайнюю степень предвкушения. — Одну минутку. С этими словами Алекс залез под стол, полностью скрываясь под пологами плотной скатерти, и оказываясь наедине с нижней частью тела спутника. Парень нетерпеливо усмехнулся собственным грязным мыслям, скользя руками по коленям мужчины вверх. Гладкая ткань брюк тихо зашуршала от соприкосновения с сухими ладонями. Когда пуговица была расстегнута, ширинка подалась сама собой, лишь негромко бряцая замком. Сквозь льняную ткань свет пробивался очень слабо, поэтому Алекс действовал интуитивно, угадывая лишь очертания высвобожденного из-под трусов члена. Немедля сжав его в руке, парень почувствовал как Маргус содрогнулся всем телом и, казалось, глубоко вздохнул. Торжественно усмехнувшись, юноша облизнул губы и, подавшись ближе, провел кончиком языка от ствола к головке, изучая рельеф выступающих вен. Орган был хоть и средним, но симметричным и идеально ровным. Алекс жалел, что не видит его во всей красе, мягко ведя губами вниз и вновь возвращаясь языком вверх. Маргус нетерпеливо дернул ногой, отчего парень лишь про себя посмеялся, слизывая с кончика головки выступающие капли терпкой жидкости. «Это будет лучший минет в твоей жизни», — уверенно подумал юноша. Он знал, что был в этом очень хорош, и теперь готов был это продемонстрировать. Вновь поднимаясь вверх по стволу, Алекс задержался чуть ниже основания головки, как раз, где находилась небольшая вертикальная складка чувствительной кожи. Он резко провел по ней всей шириной влажного языка, после чего невесомо пощекотал кончиком. Стол содрогнулся, где-то наверху послышался звон посуды. Провернув то же действие еще несколько раз, парень обхватил влажную головку напряженными губами, пропуская ее глубже в свой рот. Удерживая рукой член у основания, Алекс продолжал ритмично насаживаться, позволяя шершавой верхушке тереться о мягкую внутреннюю часть щеки. Ощутив, что тело Маргуса напрягается все сильнее, юноша одним движением всосал достоинство мужчины до основания, задействуя весь рот, как если бы он пытался высосать вязкий коктейль через гигантскую кожаную соломинку. Чувствуя, как нечто твердое утыкается в стенку глотки, он с трудом сдержал рвотный рефлекс, старательно повторяя фрикции одну за другой, и постепенно ускоряя темп. Рука Маргуса проникла в копну темных взъерошенных волос, нежно поглаживая голову Алекса дрожащими пальцами. Парень не останавливался, чувствуя мелкие подергивания ног партнера, и продолжал с силой сосать разгоряченный член, пока его рот не наполнился теплой спермой. Сделав усилие над собой, юноша одним махом проглотил все и, не забыв прихватить упавшую рядом вилку, спешно вернулся на свое место. Небрежно поправив рубашку, Алекс отхлебнул вина, с довольством посматривая на Маргуса, что прятал в ладонях раскрасневшееся лицо. Сердце парня победно трепетало, и даже неприятное ноющее чувство в паху не могло ослабить его радости. — Алекс, — выдохнул Маргус, качая головой. — Ты не перестаешь меня удивлять. — Я и не перестану, — лучезарно улыбнулся юноша, наслаждаясь неловким замешательством спутника. Спустя несколько минут из-за шторы все так же грациозно выплыла та же официантка с огромным подносом, на котором дымилось нечто свежее и ароматное. — Надо же, — сказал Алекс, заметив ее издали. — А я уже поужинал. Он встретился взглядом с улыбающимся Маргусом, улавливая в глазах того смесь веселья и неприкрытого желания. Оба молчали, когда официантка раскладывала тарелки и уточняла сервировку. Перед уходом девушка ловким движением заменила вилку Алекса на новую.