Пока Тейват дышит.

Пыль оседала медленно. В воздухе ещё чувствовался запах влаги и чего-то горького — как после грозы, когда молния ударяет слишком близко. Руины вновь замерли, будто ничего не произошло, но тишина теперь была иной. Густой. Настороженной. Люмин не опускала меч сразу. Её дыхание постепенно выравнивалось, но внутри всё ещё пульсировало — остаточное эхо той силы, что откликнулась на неё. Плита в центре зала тускло мерцала, словно сердце, бьющееся под камнем. Тарталья стоял в нескольких шагах, гидро-клинки медленно растворялись в воздухе. Капли воды скатывались с его перчаток и исчезали, не долетев до пола. — Интересная реакция, — произнёс он негромко, нарушая тишину. — Они появились сразу после того, как ты коснулась плиты. — Совпадение, — коротко ответила Люмин. Он тихо усмехнулся. — Ты правда в это веришь? Паймон зависла между ними, явно ощущая напряжение. — Может, вы перестанете разговаривать так, будто собираетесь снова подраться? Люмин медленно убрала меч, но не отвела взгляда. — Ты знал, что это произойдёт? — Знал, что здесь что-то активируется, — спокойно сказал Тарталья. — Но не то, что Бездна откликнется так быстро. Он подошёл к плите ближе, присел на корточки и провёл пальцами по краю узора, не касаясь центра. — Видишь эти линии? Они сходятся в одну точку. Резонанс. Не стихийный. Гораздо глубже. Люмин шагнула ближе, против собственной осторожности. — Ты говоришь так, будто изучал это. — Немного, — он поднял взгляд. — В Снежной есть архивы. Старые записи о сущностях, которые не подчиняются Архонтам. В груди Люмин что-то болезненно дрогнуло. — И вы решили их разбудить? — Мы решили понять их. — Фатуи редко хотят «понять», — её голос стал холоднее. — Обычно вы хотите использовать. На мгновение его улыбка исчезла. — Не все решения принимаю я. Ветер прошёлся по залу, заставив обрывки ткани на стенах тихо шелестеть. Где-то в глубине храма послышался слабый треск камня. Люмин ощущала странное напряжение — не от угрозы, а от близости. От осознания, что он стоит рядом. Что их дыхание почти совпадает по ритму. И что во время боя они двигались… слишком слаженно. Она резко отступила на шаг. — Нам нечего обсуждать, — сказала она. — Ты здесь по приказу. — А ты? — спокойно спросил он. — Ты здесь ради брата. Её пальцы непроизвольно сжались. Он не должен был так легко произносить это. — Не смей. Тарталья поднялся, медленно, без резких движений. — Я не смеюсь, Люмин. Я просто констатирую факт. Его голос был тихим, почти мягким. Это раздражало сильнее, чем привычная насмешка. — Этот артефакт связан с Бездной. А Бездна связана с ним. Ты не можешь пройти мимо. — И ты хочешь использовать это, — резко сказала она. — Нет, — он покачал головой. — Я хочу понять, почему он откликается именно на тебя. Молчание повисло между ними. Паймон осторожно подлетела к Люмин. — Может, нам просто уйти? Тут всё равно уже всё активировалось… Люмин кивнула, но её взгляд снова скользнул к плите. Она чувствовала её. Не как предмет. Как присутствие. Словно кто-то на той стороне узора наблюдал. Внезапно по залу прошёл ещё один слабый импульс. Не такой сильный, как прежде — но достаточный, чтобы по коже побежали мурашки. Тарталья напрягся мгновенно. — Они возвращаются, — тихо сказал он. И действительно — из дальнего коридора донёсся шорох. Не торопливый, не хаотичный. Осознанный. Люмин активировала стихию раньше, чем существо показалось в свете луны. На этот раз монстров было меньше — но они двигались иначе. Быстрее. Целенаправленнее. Первый удар Люмин отразила сама. Второй — перехватил Тарталья. В этот раз они не разделились. Он прикрывал её слева, она — справа. Без слов. Без договорённостей. В какой-то момент тень прорвалась слишком близко. Люмин ощутила холод Бездны на коже — резкий, пронизывающий. И вдруг её запястье перехватили. Тёплая рука. Тарталья резко потянул её назад, уходя от удара. — Сосредоточься, — выдохнул он. Их лица оказались на расстоянии нескольких сантиметров. Она увидела в его глазах не азарт. Не насмешку. Страх. Едва заметный. Глубоко спрятанный. Но настоящий. Монстр рухнул, разрезанный вспышкой воды. Тишина снова вернулась. Люмин медленно освободила руку. — Не прикасайся ко мне, — сказала она тихо, но голос предательски дрогнул. Он отпустил её сразу. — Как скажешь. Но его взгляд задержался дольше, чем следовало. В храме стало темнее — луна скрылась за облаком. Руины будто сжались вокруг них. — Если это только начало, — сказала Люмин, стараясь вернуть голосу твёрдость, — Фатуи придут сюда. — Уже идут, — спокойно ответил он. Она резко посмотрела на него. — Ты привёл их? — Нет. Он сделал паузу. — Но они знают, что я здесь. Сердце Люмин пропустило удар. — Значит, нас найдут. — Нас, — повторил он, будто пробуя слово. Снаружи донёсся отдалённый металлический звон — слишком ритмичный для случайного шума. Люмин закрыла глаза на секунду. Ей не нравилось это ощущение. Не бой. Не опасность. А то, что рядом с Тартальей мир начинал меняться быстрее, чем она успевала к этому привыкнуть. Она открыла глаза. — Мы не союзники, — произнесла она твёрдо. Он кивнул. — Конечно. Но его голос прозвучал так, будто это было лишь временным утверждением. Снаружи шаги стали ближе. Ветер усилился, завывая сквозь проломы. Люмин глубоко вдохнула. Похоже, выбора у неё не оставалось. И это пугало больше всего.