floricultura

В первый день её появления, Семию, как и любого нового человека, проверила её с помощью своих «Глаз». Девушка снаружи непоколебима, строго держит себя в рамках и не выдаёт лишних эмоций в мир. Но под этим фасадом пульсировала энергия — неспокойная, почти агрессивная, что ждёт момента, чтобы вырваться наружу. Как порох, который пока никто не решился поджечь. От этого её образ казался ещё более неоднозначным. Все думали что она просто ошиблась адресом. «Белая ворона» среди уборщиков, или тень, сливающаяся с фоном. Её роль в коллективе не поддавалась однозначной оценке. То ли она выделялась слишком резко, то ли, напротив, умудрялась оставаться незаметной. Сложно было решить, глядя на неё со стороны. Одни видели в ней нечто чужеродное — слишком изящное, слишком сдержанное, выбивающееся из общего ряда слишком резко, чтобы не заметить. Другие, напротив, с удивлением обнаруживали, что едва могут припомнить, когда в последний раз сталкивались с ней. Девушка вела себя непривычно: почти не смотрела на окружающих, а если и обменивалась парой фраз, то делала это с такой сдержанной вежливостью, что разговор казался не общением, а чистой формальностью. Семию сразу взяла её под своё крыло — включила в команду «Фронт». Сара оказалась неожиданно полезной в делах, далёких от привычных зачисток. Обычно это как раз было связано с переговорами между другими организациями, где не было места фамильярности и нужно было умело владеть словом наравне с безупречной выдержкой. Передача важных отчётов и документов, которые нельзя доверить обычной почте. Всё, что касается Уборщиков, только с другой стороны этой опасной деятельности. Остальные относились к ней с некоторой опаской, словно она была диковинкой, а не просто человеком. Разговорчивые и открытые вроде Эндзина или Риё воспринимали её спокойнее, их не смущала её холодность. Но другие коллеги становились заметно тише, стоило девушке появиться на пороге комнаты по какому-то делу. Она резко выделялась на фоне остальных уборщиков, и дело было не только в безупречных манерах. Её форма, над которой Август явно потрудился с особым рвением, кричащим образом противоречила всему, что он создавал прежде. Она словно воплощала собой собрание всех антитрендов в привычной одежде. Вместо практичных грубых штанов — широкие светлого цвета с крупными оборками по краю, настолько пышными, что создавалось полное впечатление юбки. Чёрная широкая лента ткани изящно драпировалась спереди и сзади, дополняя образ, а строгий корсет выгодно подчёркивал талию. Аккуратная рубашка с широкими манжетами была застёгнута на все пуговицы и идеально выглажена. Одежда совершенно не походила на стандартную форму уборщика — единственным намёком на принадлежность к организации служил пиджак с эмблемой, свободно висящий на плечах. Август сложил руки на груди, окинул своё творение гордым взглядом и расплылся в улыбке. — Класс! Уборщик в юбке! — он довольно хмыкнул. — Хотя технически это не юбка. Но всё равно что-то новое! Ты дала мне шикарную возможность для реализации идеи! Одежда сидела безупречно, слишком. Не в том привычном понимании «нужного размера», а в самом образе, который сложился воедино, как только костюм надел нужный человек. Изящно. Красиво. Аккуратно. Будто она всю жизнь только и делала, что ходила в подобном. — Благодарю, Август, — Сара едва заметно приподняла уголки губ. Движение было почти неуловимым, но для столь сдержанной особы, как она, это равнялось для него бурной овации. Парень поднял брови от удивления, очки, не выдержав такого энтузиазма, немедленно съехали на кончик носа. Из‑под них удивлённо блеснули розовые глаза. Он пару раз быстро проморгал, словно пытаясь убедиться, что не ошибается, а затем порывисто подскочил к ней, едва не опрокинув стоящий рядом стул. — Давай ещё! Скажи ещё раз! — Благодарю, Август. Это прекрасная работа, — произнесла она уже спокойно, без тени улыбки. Всего пара слов заставили его взреветь и выгнуться дугой назад, чуть ли не падая на пол. — САРА, — выдохнул он с восторгом, — слова благодарности от тебя звучат ещё круче! Я хочу теперь коллекцию одежды, — он взмахнул рукой, уже представляя образы в своей голове, — будешь моей главной моделью! — Нет. — Чёрт!!! Ладно! Он театрально схватился за сердце, но в глазах всё ещё плясали искры восторга. Сара же лишь на мгновение задержала взгляд на отражении в зеркале, откуда на неё теперь смотрела незнакомка.

***

Она не была активным участником на заданиях по уничтожению мусорных монстров. Она просто была. Наводила порядок там, где его не хватало, если выдавалось свободное время. Стала маленькой шестерёнкой, что сглаживает работу большого механизма. Приносит Семию нужную документацию. Сидит рядом с теми, кому нужно было выговориться — ничего не говоря, просто присутствуя. Подаёт кофе Альха Корвусу ровно в тот момент, когда это нужно. Напоминает всем, когда пора сделать перерыв. Иногда проводит лёгкую уборку в комнатах отдыха и наводит больше уюта, чтобы все без исключения могли расслабиться и насладиться окружением. Сара — это новая опора в системе. До неё здесь было хорошо. С ней стало лучше. Со временем, остальным стало проще её воспринимать, пропало напряжение, что сковывало. Все уборщики привыкли, что среди них теперь есть такой необычный участник. За всё время её работы в штабе, так никто и не смог узнать, откуда такая особа на них свалилась. Её прошлое оставалось загадкой, запертой на несколько замков. И чем дольше она здесь находилась, тем невольно росло любопытство окружающих. Вместе с этим она принесла с собой приятную традицию — вечерние посиделки за чашкой чая и выпечкой, которую делала сама раз в неделю. Для остальных это стало возможностью поговорить о чём-то, просто разгрузить голову после рабочего дня и провести ещё больше времени с остальными. А для неё это был повод посидеть рядом и приятно провести время в небольшой компании, которая у них собиралась. Сблизиться, узнать новости. Фолло был постоянным посетителем таких вечеров. Сара числилась в команде «Фронт», и фактически не выходила на задания со всеми. Вечно крутилась в штабе, мелькала в проёмах, исчезала в коридорах. Увидеть её в покое было сложно. Она была неприступная, скупая на эмоции, педантичная до сухости — в общем, не лучший выбор для тех, кто ищет тёплых чувств. И всё же Фолло смотрел. Смотрел как она старается поддерживать безупречный внешний вид: всегда заплетённые в низкий хвост тёмные волосы с длинными синими лентами, как поправляет манжеты рубашки. Как стелет плед на диван в комнате отдыха, выбирая тот, что мягче. Как говорит с каждым ровно и уважительно, даже с теми, кто этого явно не заслужил. Сначала он просто замечал её, мимолётно, почти неосознанно. Потом начал невольно искать взглядом среди других. А вскоре поймал себя на том, что ждёт этих вечеров именно из‑за неё. Ждёт как чего‑то тёплого и неизменного в череде рабочих дней. И сейчас, он снова пришёл из-за неё. Сидит с чашкой в руках и бессмысленно смотрит на своё отражение в горьком мутном чае, что у всех получался одинаково невкусным. И только Сара умела заваривать это нечто так, что оно становилось вкуснее, чем оно было на деле. Грисс уловил его подавленное настроение, приободряюще сложил руку на плечо, но не смог развеять мысли в голове Фолло. Тот поднял взгляд и встретил улыбку Рубиона — искреннюю, ободряющую. Правда, легче от неё почему-то вообще не стало. Внутри его грудь продолжало терзать это чувство, которое он не мог выразить словами. Внезапно со стороны раздалось многозначительное «БУЭ!», и все невольно обернулись к Рудо, чья физиономия скривилась в гримасе, достойной сушёного изюма. — Горько! — парень сразу закинул в рот несколько штук печенья разом, те были с шоколадом, — угх… Риё подвинула сахарницу ближе к Рудо, попутно отбирая с его части стола овсяное печенье. — Просто сахарку добавь, если так противно. Только снова сладкого не обжирайся, а то тофно лофнэшь, — последние слова она уже едва разборчиво проговорила с набитым ртом. — Тогда давайте выдавать сладости только по делу, — вмешалась Сара, делая глоток чая и звонко ставя чашку на блюдце. — Я уже не дождусь, когда Рудо наконец уберётся в своей комнате. Мне невыносимо проходить мимо, когда там стоит такая вонь. — Ого, да ты её довел, — Эндзин довольно хмыкнул, вылавливая из его перчаток очередное шоколадное печенье, — Так держать. Но убраться всё же стоит. — Серьёзно? Я же мою всё, что приношу с собой! — парнишка снова потянулся к тарелке, но следующее печенье из-под его носа забрал уже Занка. — Она дело говорит, сладкое надо давать тебе только по делу. Так вот, уберись в комнате, иначе вонять будет уже по всему этажу. — Ладно… — он обиженно откинулся за спинку дивана и сделал громкий показательный сёрб чая, в котором уже было три или четыре ложки сахара. — Но Рудо хорошо поработал в пустыне Пэнта! Надо наградить его за это! — своим криком Дэлмон заставил чай в чашке Фолло пойти мелкой рябью, — Несправедливо! НЕСПРАВЕДЛИВО! Все сидящие рядом с ним заметно вздрогнули от резкого возгласа посреди спокойной атмосферы. Занка даже отпрянул, схватившись за край стола. — Ай-яй, да это шутка была, шутка! — поспешно замахал руками Эндзин, возвращая Рудо печенье и одновременно затыкая ухо от оглушительного голоса. — Он молодец. И ошибки свои увидел, и смог нового друга найти. — С Амо было тяжело, хорошо, что Занка и Тамзи сразу сработались, — Риё опустила взгляд на ноги, следы от нитей Токушина ещё долго будут на коже после того боя. Те до сих пор саднят и неприятно тянут, — Жаль, что чары сработали только против смертельного ранения. — Очень коварная способность у дзинки… Уборщики не так часто сталкиваются в битве с людьми, — глава Акуты взмахнул ложкой вверх, — считайте это хорошим опытом, а он лишним не бывает. Рейдеры, вероятно, ещё часто будут вставлять нам палки в колёса. Все разом, хоть и вразнобой, одобрительно угукнули в ответ на его слова. В воздухе после этого повисла тишина, ребята углубились в свои размышления об этом. Сара тем временем молча доливала чай, её движения были плавными и размеренными. Пар поднимался тонкими струйками, смешиваясь с полумраком комнаты. Фолло смотрел на неё, когда подошла его очередь. Горячий чай сейчас грел не только руки, но и его душу в какой-то степени. Он робко кивнул ей в благодарность, когда чашка вновь наполнилась почти до краёв. Рудо наблюдал за этой безмолвной сценой, переводя взгляд с одного на другого. Для него Сара до сих пор была очень странной: не выходит со всеми на задания как гиверы или помощники, много находится в штабе. Словно просто существует в нём, без особой на то необходимости. — Сара, а ты… у тебя же есть дзинки? — вопрос повис в воздухе. Он тут точно был не нужен и лишь портил момент. Фолло чуть не подавился от этой бестактности. — Рудо, это не вежливо! — он качнулся вперёд, чтобы увидеть его за широким телом Дэлмона. — Но мне правда интересно! — Да, есть, — Сара села обратно на изрядно потрёпанное кожаное кресло, аккуратно поправляя юбку, — Ты же не думал, что я тут просто так? — Ну…думал, — звучало глупо, но с чистой наивностью, на которую способен только Рудо. — Рудо..! — Тунито чуть дёрнул руками, едва не расплескав чай. — Да ладно тебе, я вот тоже не знаю какой у неё дзинки, — Риё пожала плечами, — наверное какой-то крутой, раз она в команде с Семию. На мгновение в комнате снова стало тихо. Неожиданно все взгляды сошлись на Саре, которая до этого старалась сильно не привлекать внимание в штабе. Скрываться вышло не долго, хотя и информация о жизненно важном инструменте не была такой уж секретной. — Ничего такого. Просто роза. Искусственная, конечно же, — она подняла глаза на парнишку, после того как сделала глоток, — Мне её подарили очень давно... Это утолило твоё любопытство? Рудо опустил взгляд на свои перчатки, обдумывая дальнейший ответ. Брови опустились вниз от воспоминаний о «прошлой» жизни. Много плохого, но кое что хорошее там было. — Мне вот перчатки Регто подарил…Твоя роза это тоже подарок от кого-то близкого, да? Стоило ему сказать это, и Фолло заметил, как её рука с чашкой дрогнула. Сара спокойно выдохнула и прикрыла глаза, будто тоже погружаясь в свою память. Улыбка вышла натянутой, не особо искренней. — Отец подарил мне книгу о цветоводстве в раннем детстве, потом матушка заметила мою любовь к розам и подарила мне одну на день рождения. Делмон подался вперёд к столу, его глаза загорелись интересом: — Где он смог такую достать? Я бы хотел посмотреть на книгу, если можно, — ему в ответ девушка медленно покачала головой. — Увы, книга сгинула при пожаре. — она медленно перевела взгляд на свою чашку, пальцы машинально начали крутить ложку в чае, — Жаль, мне очень нравились картинки в ней. — Ужасно! — Согласна, — Сара сделала ещё глоток. — Нечасто ты говоришь что-то о себе, — Рипер, наблюдавшая за этой сценой с лёгкой усмешкой, вдруг толкнула Фолло в бок и тот едва дрогнул на месте. Её улыбка стала шире, предвкушающей. Прежде чем он успел возмутиться, она уже стрельнула глазами в сторону Сары, потом обратно на него. — Хотя, кажется, наш дорогой Ромео знает о тебе больше, чем кто-либо другой. Фолло почувствовал, как кровь приливает к лицу. Сначала щёки, потом уши. Предательский румянец разливался быстро и неконтролируемо. Он замотал головой, пытаясь возразить, но вышло только неловко и суетливо. — Да нет! То есть… я просто… — слова разбегались быстрее, чем он успевал их обдумать. Почти сразу же парень просто прикрыл лицо ладонью и отвернулся. Краем глаза он заметил, что Сара, кажется, улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Или ему показалось. Рипер довольно откинулась на спинку дивана. Эффект превзошёл ожидания.