Небеса далеки от счастья.

Слава среди отверженных — палка о двух концах. На группу вышли двое в поношенных, но качественных плащах. Они представились агентами Лорда Малкора, влиятельного торговца и коллекционера «диковинок». Ему понравился их... «уникальный звук». Он предлагал покровительство, крышу над головой, хорошие инструменты в обмен на выступления в его салоне для избранной публики. Лео чуял подвох. Но крыша и инструменты были нужны отчаянно. Зима в Астралисе была суровой, а играть на развалинах становилось опасно. Они согласились. Салон Лорда Малкора оказался роскошной ловушкой. Публика — богатые бездельники, маги-дилетанты, искатели острых ощущений. Их слушали как диковинных зверей, за экзотику диссонанса. «Как трогательно примитивно!», «Какая жутковатая энергия!». Лео чувствовал, как их музыку потребляют, а не слышат. После одного такого выступления к ним подошёл не агент, а старый слуга с седыми висками и пустыми глазами. Он молча протянул Лео чёрный, обожжённый по краям кусок дерева, похожий на обломок грифа. Прикоснувшись к нему, Лео услышал... ничего. Абсолютную, всепоглощающую тишину, выжженную в самой древесине. Но внутри этой тишины был слабый-слабый шёпот — не звук, а его тень, воспоминание о крике. «Откуда это?» — спросил Лео, сжимая обломок. «Хозяин купил у возвратившихся из экспедиции на Край,к Территориям Безмолвия, — монотонно ответил слуга. — Таких обломков там много. Там ничего не растёт и не поёт. Но иногда они... шепчут». В ту ночь Лео не спал. Он приложил обломок к струнам гитары и сыграл чистый, простой аккорд. Звук умер, не родившись, поглощённый древесиной. Но пальцы Лео почувствовали обратную связь — леденящую, чужеродную вибрацию. Это была не магия Тишины. Это было противоядие. Диссонанс, доведённый до такого абсолюта, что он пожирал сам себя, оставляя после себя пустоту. Лорд Малкор узнал об эксперименте. На следующую встречу он пришёл сам. Это был утончённый мужчина с холодными глазами. «Интересный артефакт,не правда ли? — сказал он. — Мои люди нашли целое поле таких... «немых деревьев». Я думаю, это может быть ключом к нейтрализации магии. Представьте оружие, которое заставляет молчать вражеских магов. Империя заплатит за это целое состояние. А вам, мои талантливые дикари, найдётся место в этом проекте». Он предлагал не покровительство, а соучастие в создании оружия. Лео видел жадность в его глазах. Этот человек хотел не услышать их музыку, а упаковать её в смертоносные снаряды. «Наша музыка не для того, чтобы заставить других молчать, — тихо сказал Лео. — Она для того, чтобы дать голос тем, кого не слышат». Они ушли той же ночью, забрав свои жалкие пожитки и обожжённый обломок. Лорд Малкор не стал их удерживать. Он лишь крикнул им вслед: «Вы выбрали роль шутов на площади. Играйте для своих нищих. Но мир строится на силе. И когда сила придет за вами, ваша музыка не спасёт вас. Она лишь красиво прозвучит в момент вашей гибели». Группа вернулась в трущобы, но теперь у них была цель и угроза. И артефакт, доказывающий, что Безмолвие — не просто метафора.