Не вечная мебель и отрицание

— Да у него недотрах, — вырвалось изо рта у Элисон, которая уже минуты две наблюдала за Кевином, ругающим Ники за медлительность. Послышались смешки команды, и нападающий замер. По его жилам текла злость. Тренировка и так проходила так, будто у них руки из жопы, а теперь ещё и это… — Элисон! — вскрикнул разъярённый Дэй, поворачиваясь к девушке, которая стояла около лавочки запасных и попивала воду из своей модной бутылки. — Что? — переспросила девушка. — Разве я не права? Ну вот, когда в последний раз у тебя был секс? Кевин стиснул клюшку в руке до тихого скрипа — то ли костей, то ли рукоятки. Он просто не мог найти слов, чтобы ответить на её высказывание. — Ладно тебе, — пытался успокоить Кевина Мэтт, но его глупая улыбка ещё больше злила и выводила из себя. — Знаешь, Кев, Элисон правду говорит, — вставил свои пять копеек Нил. — У тебя точно недотрах. Ситуация ещё больше смешила остальных, в то время как сам брюнет просто замер на месте. На помощь ему пришёл Ваймак, который, на удивление, тоже хмыкнул, услышав слова Рейнольдс. — Не стойте как истуканы, у вас тренировка. Потом решите свои… дела. И тут Кевина пронзила ясность. Стоны на отдыхе были женскими, и если сложить два плюс два — разговор Элисон и Рене в автобусе и курорт — это можно использовать как месть. — У тебя, — Кевин указал на блондинку пальцем, — я на сто процентов уверен, уж точно нет таких проблем. Да, Рене? Улыбка с губ девушек сползла, а глаза, кажется, чуть не выпали из орбит. — Ты… сучка… — Вы встречаетесь!? — крикнул Ники в изумлении, осматривая покрасневшую Рене и взбудораженную Элисон. И тут в разговор вклинился Аарон, которому обычно было похуй на такие дела: — Значит, ты признаёшь, что у тебя проблемы с сексом? Сам того не понимая, оба парня загнали себя в клетку: Кевин — своей местью, а Аарон — желанием поиздеваться. Похоже, умение фильтровать слова у них стало пропадать. Смех команды, кроме этих двоих, раздался эхом, и где-то в сторонке Дэвид тяжело вздохнул. — Ещё раз повторяю! У вас тренировка! Обсудите, кто с кем спит, после неё и не при мне. Я не хочу этого слышать. Все с ухмылками на лице разошлись по своим позициям, а Кевин, скрипя зубами, ещё пару секунд постоял и тоже направился вслед за ними. Отрабатывая удары, он не переживал за их силу и бил с такой точностью, что становилось по-настоящему страшно. На самом деле его сердце стучало так, будто сейчас вырвется из груди. Насколько велик шанс, что Кевин сходит с ума? В последнее время абсолютно всё шло наперекосяк. Удивительно, как ему в голову не пришло просто всё бросить. И нет, это не из-за команды. Ну… возможно, частично. Мысль о сексе теперь несомненно раздражала его. Хотя раньше это не было проблемой. «Проблемы с сексом?» — и это ему говорит человек, которого он трахнул совсем недавно? Бред. Однако стоило признать, что эти слова задели хрупкое эго Дэя. Мне просто стоит об этом меньше думать… Аргх… да как тут меньше думать, когда в рандомный момент мозг подкидывает ему все подробности того вечера, вызывая массу неприятных последствий? Кевин не был гомофобом, однако теперь ходил по этой тонкой грани, перепрыгивая её туда и обратно после каждого такого мимолётного представления. До конца тренировки оставалось не так много времени, а значит, он скоро уйдёт с поля в душ, где и планировал смыть с себя все эти развратные мысли и снова пообещать забыть об этом. Просто забыть. Окей? Финальный свисток тренера заставил Кевина выдохнуть. Брюнет был не столько уставшим, сколько морально вымотанным. Всё это давило на него, возлагая на плечи тяжёлый груз — вину за случившееся, которой, по сути, не должно было быть… В горле в который раз за последние недели встал сухой ком. Он не знал, что делать дальше. Точнее, не был уверен, что игнорирование проблемы приведёт к чему-то хорошему. Направляясь в раздевалку, Кевин не прислушивался к разговорам и смешкам остальных. Впрочем, как и раньше. Но не пора ли понять, что как раньше уже не будет? Под струями воды он смог немного выдохнуть. Вдалеке слышались голоса других парней — похоже, они о чём-то спорили. Сквозь шум воды было сложно понять, кто и что говорил, но один вскрик Кевин всё-таки расслышал: — Да у меня больше, чем у тебя! Блять. Мне не стоило этого слышать. Кевин увеличил напор воды. В его представлении парни говорили о половом органе. Удивительно, что он подумал именно об этом. Что за пиздец… Его сознание и извращённый мозг подкинули несколько весьма «интересных» картинок. Глубоко вздохнув, Дэй опустил взгляд вниз. Ещё никогда не было такого, чтобы от одних только мыслей у него появлялся стояк. Это безумно его разозлило. Теперь уже не казалось, что Кевин просто не контролирует себя — теперь это ощущалось как факт. Стоит отдать должное: холодная вода помогла избавиться от нежеланной реакции, пусть и весьма неприятным способом для всего тела, уже привыкшего к горячей воде.

***

Кошмары снова давили на него, заставляя задыхаться от ужаса. Кевин проснулся в поту. Ему снова снился Рико — и не только он. Бывший король стоял над Кевином, сжимая его волосы. Пальцы Мориямы были в крови, а чуть дальше лежал Жан — весь израненный, покрытый царапинами, напоминающими следы когтей и ножей. Кевина пронзала боль каждый раз, когда это снилось. Он был трусом. Он оставил Жана там, зная, что случится дальше. Я не заслуживаю прощения. Кевин повторял эти слова раньше — и повторил сейчас. Он не мог понять, изменилось ли что-то с тех пор, как он сбежал от Воронов. Парень гордился собой: он выстоял против них, перебил татуировку ферзя, вылечил левую руку. Но в душе он всё ещё оставался тем маленьким мальчиком, который впервые увидел гнев хозяина и названного брата. Казалось, ничто уже не сможет переубедить его. Говорить об этом с другими он не решался — просто забивал голову тренировками. Ему стоило немалых усилий подняться с кровати и успокоить дрожащие колени. На него навалилась тяжёлая усталость после ночи на корте. После таких нагрузок он должен был проспать до утра. На кухне, к его удивлению, горел свет. Глаза несколько секунд привыкали к яркости, и вскоре Кевин различил фигуру — Эндрю. По тому, как блондин вальяжно развалился на стуле, закинув ноги, и ел шоколадное мороженое, сомнений не осталось. Кевина это не устраивало, но он ничего не сказал. — Ночью не стоит есть, особенно мороженое, — хрипло произнёс он, подходя к холодильнику. — Ты же знаешь, мне плевать, — спокойно ответил Миньярд. Кевин давно понял: если не хочешь получить нож в печень — лучше молчи. — Почему не спишь? — неожиданно спросил Эндрю. Кевин вздрогнул и едва не выронил бутылку с водой, закашлявшись. С трудом прокашлявшись, он ответил: — Кошмары. — Рико? — скорее констатировал, чем спросил Эндрю. — Да… Пить воду расхотелось. Она была без градуса, а сейчас хотелось чего-то покрепче. — Он мёртв. — Я… знаю, — Кевин запнулся и поставил бутылку обратно. — Сядь. Эндрю указал ложкой на стул напротив. Кевин повиновался. — Я не тряпка, в которую можно выплакаться, но я хороший слушатель. Ага. До тех пор, пока тебе не станет скучно, — подумал Кевин. — Не отвлекайся, — резко сказал Эндрю. — Говори, что с тобой. И не начинай — ты не в порядке. Кевин тяжело вздохнул. Делиться с Эндрю было не в новинку, но сейчас слова давались с трудом. — Я трус. Я не забрал Жана, когда сбежал из Гнезда. Даже не написал ему. Просто оставил его там. Он на мгновение замолчал, но Эндрю перебил: — Хорошо. Ты трус. Почему ты сбежал? Кевин нахмурился. — У меня была сломана рука. Я не смог бы играть. Это был единственный шанс на нормальную жизнь… — А теперь слушай меня, — в голосе Эндрю прозвучало раздражение. — Мы победили Воронов. Мы уделали Рико — и его больше нет. У тебя есть свобода. Есть нормальная жизнь. Он указал на Кевина ложкой. — И у тебя есть команда. Я не верю в эту херню про «большую семью», но ты бы не справился один — ни с Воронами, ни с Рико. Жан сейчас в безопасности. Он в Троянцах. Мы добились этого вместе. Не поодиночке. Слова Эндрю будто врезались в Кевина. Он сидел, словно оглушённый. — Спасибо… Спокойной ночи, — пробормотал он и поспешил в комнату. В этот раз кошмары его не мучили. Только тьма — и долгожданный спокойный сон.

***

Поход в ближайший продуктовый вечером для Кевина выдался совершенно неудачным. Он промок насквозь — с головы до ног. Как назло, по пути домой пошёл дождь, и лило как из ведра. Просто отлично. Заболеть ещё для полного счастья не хватало. Открыв дверь комнаты общежития, он не удержал пакет в руках — тот порвался, и из него выпала пара йогуртов, упаковка ветчины и сыр. Громко выругавшись, Дэй принялся собирать продукты хотя бы в одну кучку, раздражённо швыряя их ближе к стене. Его ругань привлекла внимание Аарона, и через пару секунд в коридоре показалась блондинистая макушка. — Ты чего орёшь? — спросил парень и застыл, увидев его. — Еб твою мать… Взгляд скользнул по мокрой одежде, каплям воды на полу и лужице у порога. Тот лишь хмуро посмотрел в ответ и начал снимать кроссовки, с усилием развязывая промокшие шнурки. — Даже не начинай, — буркнул он, стягивая насквозь мокрый носок. — Я и не собирался… — Аарон окинул его взглядом с ног до головы. — Ты там в реке купался или просто решил проверить, насколько человек может быть мокрым? — Дождь, — коротко ответил Кевин. — Неужели? А я думал, ты сам на себя воду вылил из ведра ради развлечения. Он закатил глаза и поставил мокрые кроссовки у двери. — Если хочешь пошутить — тебе на сцену. — С таким выражением лица ты уже мой лучший номер, — фыркнул Аарон, но тут же нахмурился. — Ты дрожишь. — Не драматизируй. — Я не драматизирую, я констатирую. Иди переоденься, пока не свалился с температурой. Кевин молча прошёл мимо него в комнату, оставляя за собой мокрые следы. — И полотенце возьми, гений, — добавил Аарон ему вслед. — Или ты планируешь ходить голым? — А что? Ослепнешь? — с издёвкой бросил тот, но, поймав чужой взгляд, осёкся. — Сам разберусь. Голос прозвучал уже менее уверенно. Аарон тихо цокнул языком, подобрал с пола йогурты и, глянув на лужу воды у двери, пробормотал: — Отлично. Ещё и уборка на мне. Он задержался на секунду, потом всё же прошёл на кухню, бросив продукты на стол и невольно прислушиваясь к звукам из комнаты. Утро для Кевина началось отвратительно. Голова раскалывалась так, будто внутри кто-то методично бил молотком, горло саднило, а тело ломило при малейшем движении. Одеяло казалось одновременно слишком тяжёлым и недостаточно тёплым. Он попытался открыть глаза — и тут же поморщился от яркого света. Чёрт. Попытка приподняться закончилась тем, что мир неприятно поплыл перед глазами, и он со стоном рухнул обратно на подушку. — Отлично… — хрипло пробормотал он себе под нос. Дверь в комнату тихо скрипнула. — Ты жив? — раздался знакомый голос. В ответ — только глухой выдох. — О, прекрасно. — В голосе Аарона прозвучало что-то среднее между раздражением и тревогой. — Я же говорил. Кевин с усилием повернул голову. — Не начинай… — Я даже не начинал, — отрезал тот, подходя ближе. — Ты выглядишь как человек, который сейчас умрёт чисто из принципа. — Отстань. Блондин закатил глаза, но всё же протянул руку и коснулся его лба. Тот дёрнулся: — Ты что делаешь? — Проверяю, насколько ты горячий. И, спойлер, ты буквально кипишь. — Не преувеличивай… — Я не преувеличиваю. У тебя температура. Он выпрямился, на секунду задумался, будто что-то прикидывая. — Лежи. Не двигайся. И, ради всего святого, не пытайся геройствовать. — Я и не… — Молчи. Дверь снова тихо закрылась. Сил возразить не осталось. Через пару минут Аарон вернулся с кружкой и аптечкой, поставил всё на тумбочку и кивнул: — Садись. — Не хочу. — Мне плевать. Тот недовольно поморщился, но всё же с трудом приподнялся, опираясь на локти. Мир снова качнулся. — Осторожнее, — уже тише сказал Аарон, подхватывая его за плечо. Он протянул кружку: — Пей. — Что это? — Чай. Не яд, можешь не переживать. Кевин сделал глоток и поморщился: — Горячий… — Потому что это чай, — устало отозвался Аарон. Он ничего не ответил, только сделал ещё глоток, всё ещё поглядывая с недоверием. Тем временем Аарон уже рылся в аптечке. — Вот, — он протянул таблетку. — Пей. — Я не буду глотать всё подряд. — Это жаропонижающее, не устраивай драму, — фыркнул он, а затем, на секунду задумавшись, усмехнулся: — Не виагру же тебе даю. Повисла короткая пауза. Аарон отвернулся — Забудь… Кевин на секунду замялся, но всё же взял таблетку и запил чаем. Поставив кружку на тумбочку, он скинул с себя одеяло. — Куда? Рука тут же легла на плечо, не давая встать. — У тебя постельный режим. — Мне нужно на тренировку, — хмуро ответил он, пытаясь подняться. — Нет. — Да. — Я уже позвонил Ваймаку. Аргументов у Кевина не было, так что пришлось повиноваться. Однако ему было странно, что Аарон сам не пошёл на корт и не собирался на пары. Неужели он остаётся ради меня? Боже, нет. Очень глупо. Даже не думай об этом. Аарон сел на край кровати, скрестив руки. — Ты вообще когда последний раз нормально болел? — Не помню, — хрипло ответил Кевин. — Оно и видно. Кевин фыркнул, но тут же закашлялся, согнувшись пополам. Аарон тихо выдохнул, уже без раздражения, и слегка похлопал его по спине. — Вот поэтому люди иногда слушают, когда им говорят взять зонт. — Я бы всё равно промок, — пробормотал Кевин. — Возможно, — кивнул Аарон. — Но тогда я бы хотя бы не был тем идиотом, который теперь за тобой ухаживает. Кевин устало закрыл глаза. — Ты можешь не ухаживать. — Уже поздно, — хмыкнул Аарон. — Я втянулся. И, поправив на нём одеяло, добавил тише: — Спи давай.