Алый Клён - Remastered

Стояла только середина апреля, а солнце припекало уже по-летнему. На клумбах вдоль мостовой уже распускались первые тюльпаны и нарциссы. Воробьи плескались в теплых лужах после мелкого дождика, что шёл с утра. На деревьях виднелись первые молодые листочки, еще совсем мягкие и полупрозрачные. Коля шел вдоль улочек, смотря с уверенностью только вперёд. Природа благоухала, в то время как люди на улицах мрачно смотрели по сторонам. В их лицах читались отчаянье и боль, то ли от потери, то ли от стынущей в жилах крови. Сам Багров же думал совсем о другом, его подруга не появлялась в школе уже вторую неделю. Говорили, что она заболела или вроде того, но так официально никто ничего и не сообщил. Так что было решено самому разведать всю обстановку. За следующим поворотом уже виднелся двор, окруженный кольцом из многоэтажек. Темные квадраты окон, словно камеры, следили за всеми прохожими и жильцами блока. На площадке по центру сидели лишь две девушки, курящие на качелях, явно предназначенных не для их комплектации. Общую тишину нарушал лишь гул мотора рядом стоящей черной машины с тонировкой и смех тех самых девушек. Коля подошел к четвертому подъезду и набрал нужный номер, после пары гудков раздался чей-то строгий голос: - Да, кто это? - Я Коля, одноклассник Алисы - сказал он без тени сомнения – Я пришел навестить ее и отдать домашнее задание. - Ясно. Заходи - и тяжелая металлическая дверь со скрежетом открылась. Холодный воздух внутри подъезда окутал парня со всех сторон. На обшарпанных стенах висели объявления из ЖКХ, под чуть покосившимися перилами лестниц красовались жвачки, а по углам лестничной площадки лежали бычки дешевых сигарет. Коля вошел в вызванный лифт, тот с грохотом закрылся и поехал вверх, чуть ли не роняя на ходу детали. У входа в нужную, двенадцатую, квартиру стояла женщина не старше тридцати пяти. Темные кудри, собранные в аккуратный пучок, карие глаза, строго смотрящие на парня сквозь очки в красной оправе, красивое платье в мелкий цветочек и повязанный поверх фартук выдавали в ней маму Алисы. Одно лицо, не отличишь, разве что на двадцать лет старше. - Хм, я так полагаю, что ты - Николай Багров. Алиса рассказывала мне про тебя – говорила она машинально, практически чеканя каждое слово, и смотря прямо в глаза, - Проходи, не стесняйся. Коля зашел внутрь, решая особо ничего в ответ не говорить, его смущала такая странная обстановка. Коридор больше напоминал вход в кроличью нору- темный и узкий. Вешалка и шкаф занимали половину всего пространства. На стенах висели картины и вышивки, все с цветочным орнаментом из лилий или пионов. - Картины рисовала Алиса - сказала Крылова, снова уставившись не на собеседника или стену с рамками, а на очень интересный чёрный зонт на ручке одной из дверей. - Красиво – сумрачно ответил Багров, но он ни разу не видел, чтобы подруга в школе рисовала растения. Обычно это были герои из различных миров, от русалок и эльфов до свирепых драконов. Она всегда говорила, что любит книги про волшебство и магию, рыцарей и опасные приключения. Не зря Коля у неё не так давно одолжил книгу Толкиена. Из мыслей парня снова вырвал строгий голос матери его подруги. - Она в своей комнате. Прямо по коридору и вон та правая дверь. - Спасибо – поблагодарил он и женщина направилась в другой конец квартиры. Судя по играющему телевизору, звуку газовой плиты и нарезки чего-то на доске, она ушла на кухню. Странная, неприветливая обстановка всё сильнее нагнетала. Не желая находиться в одиночестве ещё хоть секунду, Коля вошёл в комнату одноклассницы. Алиса сидела на своей кровати, укутавшись в плед с нарисованными на нём маленькими кроликами, на коленях у нее лежал блокнот. Предельно остро заточенный простой карандаш плавно ходил по поверхности бумаги. Видимо, она снова полностью погрузилась в свой мир фантазий, что не сразу заметила, как кто-то вошёл. - Привет – робко поздоровался Николай, подходя к девушке. Заметив его, она тут же спрятала свой блокнот за спину, а щёки ужасно сильно покраснели. - Входя в чужую комнату, обычно стучаться – смущённо пролепетала Крылова. - Извини – Коля неряшливо улыбнулся. Не смотря на мирный тон диалога, парень почувствовал кое-что странное и присмотрелся к Алисе повнимательнее. Из общей картины сильно выбивались её запястья, которые она старательно скрывала длинными рукавами кофты. Из-под одежды виднелись бинты и пластыри, покрытые тёмными разводами. - Как ты себя чувствуешь? Уже неделю тебя в школе не видел, - Багров попытался перевести диалог вновь в тихое русло, скрывая свою тревогу. - Все еще плохо - ответила Алиса, ещё сильнее натягивая рукава поверх рук.  - А это что? – Николай тут же указал на запястье, хмурясь. Ему не нравились его мысли по поводу того, что могло происходить здесь за время отсутствия Крыловой в школе. Но девушка продолжала так же мило улыбаться, словно ничего такого и не произошло. - Да так, поранилась немного... Не обращай внимания. - Немного? У тебя почти полруки забинтовано! - Это не важно... - Нет, важно! Коля тут же схватил ее руку и одернул рукав, от чего Алиса вскрикнула. Сквозь бинты виднелись подтеки, черные, будто смоль. Замкнутая в круг линия зияла меж повязок. Поверх неё зияло множество глубоких порезов, которые и стали причиной такого количества крови - Какого… - Коля в ступоре сел на край кровати, все еще не мог отойти от шока. Однако, такого исхода он никак не мог предвидеть. - Ты ведь знаешь про эту новую болезнь, не так ли? - спросила Алиса, осторожно высвободив свою руку из его захвата - Про Сикору. - Да, но... - Я ею заразилась... - тихо добавила Алиса, отводя взгляд. Её голос звучал на грани срыва, пока она изо всех сил пыталась сохранить остатки спокойствия, – Я не так давно ходила в поликлинику, а оказалось, что медсестра использовала многоразовый шприц. Когда проходила медосмотр, то я чуть не потеряла сознание. А потом мне не сказали, что у меня уровень заражения перешёл за пятнадцать процентов – она невольно замялась, словно пыталась говорить, минуя застывший ком в горле – Я… Я не знала, что делать, Коль. Просто… не знала. - Но к чему тогда все эти порезы? - Коля попытался снова прикоснуться к запястью, но Алиса вздрогнула и тут же отстранилась. - Коля, если они узнают, они меня убьют – голос её стал ещё тише, переходящим в сип – Убьют, как Орлову. Только в этот раз ничего не будет. Не будет протестов. Всем будет плевать на то, что произошло на самом деле. По щекам Алисы потекли слёзы, они собирались в крупные капли, после чего падали на плед. Коля со вздохом подсел ближе, чтобы заключить её в объятия. Смотреть, как она ломается у него на глазах, было невыносимо. Однако, страдания Алисы были явно намного сильнее его, ведь он уже успел смириться со своим новым статусом и тем, что теперь приходилось чаще опускать рукав пониже при других. А вот Крыловой ещё только предстоял этот долгий путь в ад. И Багров прекрасно знал, чем он может обернуться. В памяти мигом всплывали заметки в газете от Кессель, и даже тот самый репортаж по телевизору, который смотрели его родители. Светлана Орлова, ученица 10 класса в тюменской школе, была убита своими одноклассниками. Ей было всего 16, когда её нашли мёртвой, её тело было истерзано побоями и ножевыми ранениями. Его обнаружил дворник в мусорном баке за школой, когда хотел вынести мусор. Мать на этом моменте начала тогда плакать, ведь Коля, её сынок, был всего на год её старше. Отец же лишь продолжал тихо материться себе под нос, качая головой. Сам парень же тогда не отлипал от экрана, он видел, как рыдала мать убитой во время интервью, как те двое подсудимых парней гневно смотрели на судью, но после отделались лишь штрафом за соучастие. Главного виновника искали до сих пор, а общество и журналисты требовали большего действия от полиции. Никто не мешал бы таким же школьникам из Москвы повторить этот сценарий с Алисой, их никто бы не остановил, кто-то бы даже поддержал такую идею. «Ведь бешенных собак надо отстреливать, пока они не заразили остальных», как сказали парни за решёткой камеры. Дикие звери, потерявшие контроль над своим разумом – вот как описывали проклятых, когда другие причисляли себя чуть ли не к породистым аристократам с родословной на всю стену. - Я знаю, что будет не просто. И я уж точно не брошу тебя, - попытался утешить одноклассницу Коля, но без особого успеха. Она не верила словам, и нужно было нечто большее. Хотя бы одна причина, по которой он не стал бы ей вредить. Багров тут же немного отстранился, чтобы самому расстегнуть манжет рубашки. Алиса охнула от удивления, на руке парня зияла до боли знакомая метка. Девушка явно ещё колебалась, всё хотела продолжить разговор, но тут же себя одёргивала. Коля снова приобнял её за плечи, оставляя при этом своё запястье открытым. Пока придётся ему продолжать задавать вопросы. -  Почему они тебя так ненавидят? Что ты могла им сделать? - Я сама виновата - чуть ли не шепотом ответила Алиса, продолжая рыдать, – Я делала недостаточно… Хотя мы знакомы все с первого класса, мы сначала почти не общались. Тогда… я думала, если буду полезной… если помогу… меня примут. Сначала с домашками, потом ещё, ещё… А на переменах я всё равно сидела одна. Я старалась больше, делала за них задания, давала списывать. Но этого всегда было мало. Всегда не достаточно… В перерыве между словами Алиса начала буквально захлёбываться слезами, прикрыв лицо руками. Пришлось обхватить её крепче, Багров медленно раскачивался из сторону, словно парусник на волнах беспокойного моря. Не смотря на попытки убаюкать её, дать хоть какую-то опору, он чувствовал, как ее тело била дрожь – Я больше не могла так, я так устала постоянно быть одной. Потом была Катя… она решила избить отличника, Васю Крюкова. Его родители были те ещё пьяницы, это все знали, и что отец Кати их посадил за кражу в магазине. А она решила его добить, унизить при всех... Я ударила её, но потом кто-то схватил меня за волосы и я упала на пол. А дальше… Дальше я почти ничего не помню. Алиса начала заикаться, слова становилось произносить всё труднее. Так продолжалось, пока она не сорвалась на громкие всхлипы. Крылова то и дело царапала свои израненные запястья, чтобы оставить на них новые повреждения от ногтей. Коля молча взял скомканный плед и укрыл им девушку, чтобы хоть немного её окружить теплом, сделать для неё маленький безопасный мир, где ей ничто не будет угрожать. Нужных слов он подобрать не мог, да и что бы слова в таком случае изменили? Ей нужно было дать время выговориться, выплакать все слёзы, что она держала в себе годами. Но руки всё же пришлось перехватить, чтобы прижать к своей груди, только бы она не продолжала себя ранить. - Я… хотела стать похожей на тебя - сказала она сквозь всхлипы. Коля, мягко говоря, удивился. Таким, как он? Кто бы в здравом уме хотел стать им? Особенно добровольно. - А чем я такой особенный-то? – спросил он, криво улыбаясь и издавая неловкий смешок. - Ты сильный, благородный, смелый. А я… просто плакса и размазня по сравнению с тобой. Я даже отпор дать толком не могу, - Алиса обречённо вздохнула, вытирая слёзы, - И за всё это время никто мне на помощь не приходил. Никто… кроме тебя. Коля лишь вздохнул и прижал девушку поближе к себе. Ему хотелось сказать многое в тот момент, но сил не находилось. На душе было тошно от того, как из него делали героя, хотя сам сея он таковым никогда искренне не считал. Вот его отец был героем, он людей защищал. А сам Коля ничем хорошим выделиться не успел, даже бабушек через дорогу не переводил и макулатуру никогда не собирал, только чудом не вылетел из пионеров, пока их не распустили. - Знаешь... Если говорить на чистоту, то не такой уж я смелый и благородный – наконец-то смог из себя выдавить Коля, поглаживая девушку по спине лёгкими круговыми движениями. Алиса смутилась, покраснела, но виду не подала. - Почему же? Ты ведь так защищал меня. Он коротко выдохнул и криво усмехнулся. - Потому что однажды эта самая «благородность» вогнала мне нож в спину. Ну… почти. В щёку. При последних словах Багров небрежно коснулся своего шрама. Алиса осторожно, словно боясь причинить боль, перехватила его руку. Коля от неожиданного прикосновения замер, не зная, как на это реагировать. Тонкие пальцы девушки нежно проходились по огрубевшей коже, пока на её лице застыла эта волшебная улыбка, когда кончики губ едва заметно поднимались вверх, а взгляд при этом оставался задумчивым и печальным. - За что тебя так? – спросила она, и Багров уже не смог найти в себе силы промолчать или отступить. - До сентября я учился в другой школе. И там у меня был друг… точнее, я его таковым считал. Мы с ним хорошо общались и занимались вместе всяким. Иногда прыгали по гаражам, пробирались в заброшенные здания, бывало он притаскивал из своего дома палённую водку или настойки домашние… Они были горькие, особенно те, что на рябине. - Но зачем? – от услышанного Алиса взволнованно прикусила губу, - Это ведь опасно. - Нам просто хотелось острых ощущений. Хотели показать, какие мы смелые и взрослые, что решаемся на такое, - Коля горько хмыкнул, покачав головой, - Да и родители за нами особо не следили. Моя мать вообще мне ничего не говорила по этому поводу, даже когда я возвращался под утро грязный и пьяный. Отец иногда отчитывал, но ему было важнее, чтобы я в школу ходил исправно и чтобы оценки были нормальные. Внезапно Коля замолчал, его речь прервал тяжёлый вздох. Сейчас вспоминать о том времени было болезненно, зная, к чему всё по итогу привело. Но пытливый взгляд девушки рядом с ним заставил его говорить дальше. - Один раз нас все же чуть не поймали. Мы пробрались в заброшенную больницу на окраине, а там оказался патруль полицейских. Пока мы бежали, я споткнулся об арматуру и грохнулся на разбитую бутылку. В итоге изрезал все руки и колени просто в мясо, и лицо тоже попало под раздачу. Я пытался остановить кровь, но бестолку. Пришлось так доковылять до стены. Я видел, как он уже забрался наверх, поторапливал меня, пока я еле стоял. В порыве гнева Коля сжал пальцы в замок, его взгляд устремился вниз, в пол. Сейчас эта история не вызывала ничего, кроме злости, особенно на самого себя. Рука Алисы же скользнула ниже, её ладонь легла на его сверху. Вздохнув, Багров снова начал говорить. - Я сказал, что я не смогу сам, все зверски болело. И я протянул ему руку, чтобы он мне подсобил. Но… - Коля вновь горько усмехнулся, чтобы хоть так сбавить градус ужаса от всего того, что произошло, - Он услышал собак и сбежал, а меня оставил там. Меня поймали и ночь я тогда пролежал в отделении. Моя мать приехала туда почти сразу, но она ничего мне не сказала, только плакала. На всю ночь меня оставили там, в холодной камере на пару с наркоманкой и бомжами. Уж поверь, эту ночь я никогда не забуду... Окончив свой рассказ, Коля вновь опустил свой взгляд. Его раненной щеки вновь коснулись чьи-то нежные пальцы, от чего парень устало прикрыл глаза. Алисин голос прорезал эту пелену тишины, словно острый клинок. - Мне кажется, мы все же не зря встретились. Будто так и должно было быть. Коля услышать такого не ожидал, так что резко повернул голову в ее сторону, смотря с недопониманием. С чего бы ей говорить такое? Тем более, так складно и поэтично. Ее почти черные глаза смотрели на него маняще, и в то же время завороженно. Каждый раз Багров удивлялся, сколько эмоций скрывала в себе эта таинственная девушка, как каждая черта её лица жила эмоциями. - О чем ты? - удивлённо спросил он, - Я не совсем понимаю. - Закрой глаза, - сказала Алиса ещё более внезапно. Парень пожал плечами, но просьбу выполнил, - Ты знаешь легенду о красной нити судьбы? - спросила девушка, снова касаясь его щеки. Странное чувство одолевало Колей, но он продолжал держать глаза закрытыми. На вопрос он ответил отрицанием, покачав головой, - Мне бабушка когда-то рассказывала о ней. Говорила, что кровь идёт от груди по всему телу, и есть один особенный сосуд, что ведёт от сердца напрямую к мизинцу. Тут палец девушки коснулся того места, где у парня колотилось сердце. Коля втянул побольше воздуха в лёгкие, чувствуя, как его охватывает смущение. Алиса тем временем легко провела рукой к плечу, по руке вниз и до самого мизинца. - Согласно легенде, эта связь не заканчивается на мизинце. Ведь из него идёт красная нить судьбы, которая связывает человека с нитями других людей, то есть с их сердцами. Эти люди соединены навсегда самой судьбой. Их нить может растягиваться или путаться, но она никогда не порвется. - И зачем ты мне рассказываешь все это? - спросил Коля, всё ещё держа глаза закрытыми. Тёплая рука девушки соскользнула с его ладони, а после Алиса осторожно сплела их мизинцы. Багров почувствовал, как его сердце начало колотиться ещё сильнее, но он всё ещё старался выглядеть невозмутимым. Мысли его путались, заплетались, а слова будто застряли комком в пересохшем горле. Такого ему не говорил еще никто, да и в настолько откровенных душевных разговорах ему не доводилось еще участвовать. Только оставалось загадкой то, к чему шёл весь этот диалог. Переждав пару мучительных секунд ожидания, Алиса решила продолжить говорить. - Знаешь... я всегда мечтала, что встречу такого человека, с кем мы окажемся связаны судьбой. Кто бы смог бы принять меня такой, какая я есть. Кто хотел бы быть со мной, и с кем бы хотела быть я... – Крылова вновь замолчала, в её тоне улавливались ноты смущения. Было очевидно, что она хотела что-то сказать, но никак не решалась. Так что Николай решил быть тем, кто немного приободрит. - Если ты хочешь что-то сказать, то говори. Вобрав в лёгкие побольше воздуха, Алиса перешла на шёпот. - Я... хотела сказать... что люблю тебя. Именно после этого Коля посмотрел на нее с широко распахнутыми глазами, пытаясь понять, правильно ли он всё расслышал. Всё это время он подозревал, что именно к этому и идет весь разговор. И всё же, парень не ожидал от нее таких откровений. Заметив его смятение, Алиса прикрыла лицо руками, её щеки стали пунцовыми, а язык спотыкался на каждом слове. - Поверить не могу, я сказала это. Боже, какой стыд... - Тебе совершенно нечего стыдиться, - её волнения в миг прервал уверенный голос Коли, хотя тот и сам был весь красный к тому моменту, - То есть… я хотел сказать, что ты мне тоже очень нравишься. И хочу быть вместе с тобой. Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза, не решаясь сделать следующий шаг. Первым навстречу потянулась Алиса, приближаясь к лицу своего одноклассника. Багров придвинулся в ответ, расстояние между ними неумолимо сокращалось. Теперь парень уже чувствовал чужое горячее, обрывистое дыхание на своей коже. Его взгляд опустился ниже, к чуть приоткрытым губам, а после снова к глазам, становясь вопросительным. Ответ последовал тут же в виде едва заметного кивка. Назад дороги уже не было. Вновь закрыв глаза, Коля лишь на пару секунд прильнул к чужим губам, оставляя на них невесомый, мягкий поцелуй. Вышло даже более неловко, чем он себе представлял изначально, но это в моменте уже совершенно не имело значение. Алиса ответила тем же, чуть более решительно. Медлить и дальше было выше сил, так что Багров обхватил девушку ладонями за щеки и потянул к себе, увлекая в куда более глубокий поцелуй. Выходило у них по началу неряшливо, мокро и невпопад, но никого их них это не смущало тогда. Сбитое дыхание перемежалось с ускоренным ритмом биения двух сердец. Одна рука Коли уже скользнула ниже, под футболку, касаясь разгорячённой кожи спины. Не известно, что было бы дальше, если бы тут их не прервал звук открывающейся двери и голос матери девушки. - Алиса, я ведь просила всегда оставлять дверь открытой, - начала она, скрестив руки на груди, - Обед готов, помоги мне накрыть на стол. Коля, не хочешь остаться с нами? Переполошённые внезапным появлением взрослого, оба школьника в миг оторвались друг от друга и сели по разные стороны кровати. Их выдавало разве что сбитое дыхание и красные щёки, совмещённые с многозначительными взглядами друг на друга. - Спасибо, но нет. Меня мама уже заждалась - судорожно спохватился Коля и начал собирать свою сумку. Только сейчас он вспомнил, что вообще-то пришёл отдать домашнее задание своей подруге. Собрав все листы, он небрежно выгрузил их на стол Алисы, - Ну, я пошёл. Был рад повидаться. - Понятно, - сказала мать девушки, смиряя его прежним холодным взглядом. Она явно что-то слышала, если даже не успела увидеть, чем эти двое там занимались в комнате. От этого Багров почувствовал себя ещё более неловко, хотя казалось бы, куда уж больше, - Спасибо, что зашёл. - Я… провожу его, - спохватилась Алиса, ускользая из-под укоризненного взора матери. Коля решил не медлить, последнее, чего ему хотелось, это воспитательной беседы на кухне от чужой ему женщины. Быстро надев обувь, он вышел на лестничную площадку. Вслед за ним направилась и Алиса, надев на ноги поношенные серые тапочки. Они ещё некоторое время стояли рядом друг с другом, не решаясь даже взглянуть в глаза своему собеседнику. Мысли о поцелуе всё ещё были свежими, как и ощущение того, что их прервали перед самым интересным. - Ну… я пойду? – спросил Коля, нажав перед этим кнопку вызова лифта. Раздался грохот механизма и канат начал медленно опускать коробку вниз. - Да… - ответила Алиса, опустив взгляд и дёргая край рукава своей растянутой кофты. - Тогда давай… увидимся потом в школе. Мысленно закончив диалог, Коля уже было двинулся в сторону открывшего свои двери лифта. Стоило ему переступить порог, как он почувствовал, что его кто-то резко схватил за руку. Стоило ему обернуться, и Алиса вновь поцеловала его в губы, на этот раз куда более решительно. - Увидимся, - прошептала она напоследок, как двери закрылись и лифт начал свой медленный спуск вниз. Сознание медленно приходило к его норме, будто после похмелья. Медленно стирались детали всего произошедшего, но чувства оставались теми же, теплыми и нежными. Коля всё ещё чувствовал то фантомное тепло, что осталось у него на губах от того поцелуя. Трудно было поверить, что всё в итоге пришло к этому. Но почему-то, не смотря на всё, оно ощущалось правильным. Словно так и должно было быть, словно это всё и правда было предначертано самой судьбой. При этой мысли Коля мельком посмотрел на свой мизинец, ещё долго размышляя обо всём том, что случилось сегодня в той комнате. Остальные дни в школе проходили нудно и однообразно. Учителя нудно вещали классу перед доской, ученики либо спали, либо упорно записывали каждое слово, ведь на носу уже были выпускные экзамены. На каждом уроке им подсовывали пробные варианты или читали лекции о их грядущем светлом будущем в этой замечательной стране. Но яркий солнечный свет и шелест молодых листьев за окном сбивал все настроение учиться. Коля был в числе тех, кто не сильно обращал внимание на то, что творилось вокруг. Он уже давно решил, что поступит на самый незначительный факультет в любом университете, окончит кое-как и уйдёт в свободное плаванье. Диплом его не сильно интересовал, в отличие от матери, что успела ему все уши прожужжать про важность образования и бумажек. Какой в них был смысл, когда вокруг царил такой бардак? Вещи продавались и покупались вчерашними уголовниками и врагами режима, а такие, как его мать, экономисты со стажем, месяцами получали зарплату бутылками коньяка и талонами в магазины, где всё равно было нечего покупать. И эта женщина вс ещё искренне верила в то, что какой-то диплом об образовании поможет ему в жизни? Ещё когда он был проклятым? Смех да и только. Благо, скуке его повседневности суждено было скоро разбавиться хорошей новостью. Спустя неделю после их последней встречи, Алиса вернулась в школу. Она пришла ко второму уроку, тогда у них вели литературу, а точнее подготовку к итоговому сочинению. Девушка тихо открыла дверь и зашла в класс чуть ли не крадясь. Её волосы были спутаны, под глазами виднелись синяки, щеки были белее снега. Только вот бинтов на руках больше не было, а те раны почти затянулись. Вот она, сила проклятых во всей её красе. - Простите за опоздание - , устало сказала она, посмотрев на учителя, - Мне надо было сходить к врачу. - О, Крылова, - с мягкой улыбкой протянула Вера Николаевна, повернувшись к ней, - Рада, что ты снова с нами. Проходи, садись. Алиса кивнула в ответ, быстро прошла мимо остальных парт и села на свое место рядом с Колей. Она одарила его милой улыбкой и достала из портфеля нужный учебник. В тот миг у Коли будто что-то ёкнуло внутри. Воспоминания о том дне заиграли вновь бурными красками, стыд и чувство тепла смешались внутри в один непонятный цвет, который бы не отразил ни один художник. Парень сам не до конца понимал, что значит тот их диалог, но Алиса будто уже успела всё для себя решить. Стоило учительнице снова перевести внимание с вернувшейся ученицы на доску, как Крылова взяла своего соседа по парте за руку под столом. - Восемнадцать процентов уровня заражения крови, - шепнула ему она с грустной улыбкой, - Жить буду, но скорее всего без способности. - Главное, что всё обошлось, - тихо ответил Коля и сплёл их пальцы вместе. Всё должно было закончиться именно там, в той классной комнате, этим простым жестом. Тогда, в тот момент, всё ощущалось правильно, так, как должно было быть. Только вот жизнь явно имела на них двоих совершенно другие планы. Весь урок Коля замечал, как остальные бросали на них любопытствующие взгляды и тихо перешёптывались друг с другом. Неужели даже сейчас, когда скоро будет выпускной, их не могут просто оставить в покое? От этих мыслей становилось только больше не по себе, но тепло от чужой руки в своей помогала немного успокоиться. Всё будет в порядке, в это хотелось верить, как никогда раньше. Вскоре прозвенел звонок, ознаменовавший окончание уроков на сегодня. В классе заскрипели стулья, учительница математики же покинула класс, как всегда, без какого-либо интереса к своим подопечным. Багров тоже уже начал вальяжно запихивать свои вещи в сумку, как вдруг он услышал звук приближающихся шагов. Он медленно поднял голову и вот они, слева направо, стояли прямо перед их с Алисой партой. Петухов со своей горделивой ухмылочкой, Маша и её подруга, чьё имя Коля даже не запомнил, и глава всей этой группы, Катя Вилкина собственной персоной. Все они нависли над ними, словно стервятники, что терпеливо ждали смерти своей жертвы. - Вам чего? – с недоумением спросил Коля, переводя взгляд с одного на другого. Алиса, сидевшая рядом с ним, невольно придвинулась к нему поближе, так что парень взял её за руку. - Так значит теперь вы вместе? – насмешливо протянула Катя, склонив голову на бок. - Тебе какая разница? – Коля старался держать себя в руках, но его слишком распирало от накопившейся за этот год злобы, - Валите все туда, куда шли. В ответ на это Петухов лишь зло хмыкнул, сунув руки в карманы. - Ну и парочка у вас. Наша мышь и откинувшийся зэк. Вот потеха… Стоило ему это произнести, как Коля замер в оцепенении. Как? Откуда он мог это узнать? Багров никому до того не рассказывал о том, что ему пришлось сидеть в изоляторе, кроме Алисы. Но той в школе не было последние несколько дней, тогда как? Заметив его явно замешательство, Катя раздражённо фыркнул. - Чего ты так вылупился? Забыл что ли? Мой папочка – прокурор. Найти твоё дело ему не стоит совершенно ничего. Точно, об этом парень уже совершенно забыл, но это никак не упрощало ситуацию. Его всего била лёгкая дрожь от еле сдерживаемой злости. И почему именно сейчас она решила это узнать? Просто чтобы унизить перед всеми? Коля бросал на Вилкину грозные взгляды, мысленно уже представляя, как покрывает её трёхэтажным матом без капли стеснения. Впервые настал тот момент, когда ему искренне захотелось ударить девушку. Прежде чем он решился воплотить свои мысли в реальность, чья-то тонкая рука отодвинула его в сторону. Алиса встала прямо перед ним, она всё ещё казалась неестественно бледной и явно напуганной всем происходящим, но она продолжала стоять, смиряя их обидчиков таким взглядом, будто она сама вот-вот заплачет. - Хватит уже! Я поняла, что вы меня ненавидите, но Коля вам ничего не сделал! На её бойкие слова раздался лишь злорадный громкий смех. Все четверо смеялись во всё горло, тыкая пальцами в девушку. Коля уже думал вступиться за свою подругу, как вдруг он заметил, как в её руке что-то блеснуло. Это было лезвие от канцелярского ножа, маленькое, но очень острое. Багров сразу понял, что ничего хорошего это не значило. - Алиса, не надо! Он попытался выхватить лезвие из её ловких пальцев, но было уже слишком поздно. Под шокированный взгляд одноклассников Крылова проткнула им кожу, из-за чего из её пальца вырвалась тонкая алая лента крови. Выпрямившись в линию, жидкость застыла, образуя тонкий заострённый клинок. Маша и её подружка мигом попятились в сторону, взвизгнув от страха, даже Петухов оторопел от такого и сделал шаг назад. Коля сам был в шоке и не понимал, что делать дальше, особенно если их сейчас кто-то увидит из учителей. И только один человек, казалось, был совершенно спокоен. Катя не отдалялась в ужасе и не выглядела напряжённой, нет. Напротив, она выглядела на удивление расслабленной. Её лицо словно застыло с одним выражением лица, пока её завороженный взгляд был прикован к багровому лезвию из крови. Вилкина даже медленно подняла руку, словно желая прикоснуться к этому творению, но вовремя себя одёрнула. - Так ты и правда... проклятая, - прошептала она с таким тоном, будто только что увидела самую настоящую магию. - Кать, ты чего? – спросила Маша с недоумением. Однако, Вилкина никак на это не отреагировала, она продолжала пристально наблюдать за Алисой, а точнее за воплощением её новой силы. В её взгляде не было ни отвращения, ни страха, к которым уже успел привыкнуть Багров. Люди часто реагировали с ужасом, стоило им увидеть силу проклятых в действии. Но эта девушка взирала на это чуть ли не с сакральным благоволением, как на божественное чудо. - Это было больно? Больно, ведь так? – спросила Вилкина, смотря Алисе прямо в глаза, пока на её лице расплывалась искажённая улыбка, - Говорят, превращение это очень больно. Но, смотрю, тебе это теперь даже нравиться… - Кать, ты бредишь, - шёпотом произнёс Петухов, будто он сам не верил в то, что сейчас разворачивалось у него на глазах. Его рука потянулась с хулиганке, чтобы взять её за локоть, - Пошли уже, ну их. - Ты ничего не понимаешь, совершенно ничего, - резко ответила ему Катя, одёрнув руку. Тут Коля увидел это, эту искру безумия в её взгляде, - Ты не знаешь, какой у этого потенциал. Что можно сделать с такой силой… Слова девушки заставили всех присутствующих съёжиться от страха и непонимания. Коля положил руку на плечо Алисе, ожидая худшего. Да и сама Крылова отступила, прижавшись к парню спиной. Багров всё пытался понять, что именно происходило, но никак не мог прийти ни к одной здравой мысли. Ответ в его голове был один, она просто сошла с ума. Столько времени потратила на то, чтобы угнетать их жизнь, а теперь уже совершенно не понимала, что говорит. А может просто постоянные новости о том, как проклятые иногда расправлялись со своими обидчиками, сподвигли её на этот театр, кто уже разберёт. - Хватит, идём, - скомандовал Петухов и, схватив протестующую Катю за руку, выволок её из класса. Следом за ними вышли обе девушки-подружки, бросив парочке напоследок недобрый взгляд, и всё наконец-то стихло. Коле понадобилось ещё несколько секунд, чтобы осознать, что это только что было. Алиса выглядела на его фоне не менее потерянной, но она наконец-то спрятала лезвие. Кровь вернулась внутрь, а рана вскоре затянулась без единого следа. Только тогда Багров наконец-то решился заговорить. - Больше так не делай, ладно? – сказал он полу-шёпотом, - Я сам смогу нас защитить. - Хорошо, как скажешь, - Алиса лишь растерянно пожала плечами, отведя взгляд в пол. Смотреть на это расстроенное выражение лица было выше его сил, так что Коля вновь положил руку ей на плечо в знак утешения. - Пойдём домой? Я тебя провожу. Крылова кивнула ему в ответ, из школы они вышли последними из всего класса. На пороге уже был самый разгар весны, природа благоухала. В скверах и парках вовсю цвели тюльпаны и нарциссы, деревья покрылись молодой листвой, а в небе раздавалась звонкая птичья трель. Не смотря на все ужасы, не смотря на людей вокруг, природа не стояла на месте. И можно было ещё насладиться юностью, пока на это оставалось время.