Янтарь. История о море

Глава 6 – откройся

Русалка не двигалась первой. Она словно ждала — не моего приближения, а моего согласия. Потом медленно подняла руку. Движение было осторожным, выверенным, как у существа, которое знает: одно неверное движение — и его отвергнут. Её рука была не такой, как я ожидала. Пальцы — длинные, гибкие, с тонкими перепонками между ними. Кожа холодная, гладкая, с едва заметным перламутровым отблеском. В местах сгибов проступали мелкие чешуйки — не острые, а мягкие, будто отполированные водой. Она не тянула. Просто держала ладонь раскрытой. Я задержала дыхание и медленно вложила в неё свою руку. Холод был резким, но не неприятным. Он не обжигал — он успокаивал. Русалка сжала мои пальцы чуть заметно, словно проверяя, настоящая ли я. Потом она подплыла ближе. Расстояние между нами исчезло. Вода вокруг стала плотнее, тише. Она наклонила голову, и её лоб коснулся моего. Её лоб был гладким, прохладным, с твёрдой линией под кожей — будто кость была иной формы, чем у человека. По вискам тянулись тонкие узоры чешуек, едва заметные, словно следы древнего рисунка. В тот же миг мир разломился. Я увидела себя — не глазами, а ощущением. Волны. Паника. Тяжесть тела, уходящего вниз. Как вода заполняет лёгкие. Как всё заканчивается. И её. Она появилась из глубины стремительно. Схватила меня не грубо — правильно. Поддержала голову, развернула тело, вытолкнула вверх. Я почувствовала, как воздух возвращается в лёгкие, как тело бьётся в судорогах. Я увидела, как она тянула меня сквозь толщу воды, как искала укрытие, как осторожно оставила на камнях и не ушла сразу — ждала. Ждала, дышу ли я. Контакт оборвался так же мягко, как начался. Я выдохнула, дрожа. Русалка всё ещё держала мою руку. Теперь я знала. Она не нашла меня здесь. Она принесла меня сюда. Русалка вздрогнула — не всем телом, а как будто только вниманием. Её пальцы сжались на моей руке чуть сильнее, а потом она резко отпустила её и повернула голову мне за спину. Я ничего не увидела сразу. Только почувствовала, как вода вокруг изменилась — стала плотнее, тяжелее, будто в неё вошло что-то ещё. Из темноты выступил силуэт. Он был больше. Шире в плечах, массивнее. Его движения были резче, увереннее — не осторожные, как у неё. Когда он приблизился, в воде раздался низкий, глухой звук — не стрекот, а почти рычание. Русалка ответила сразу. Её тело напряглось, хвост резко хлестнул воду. Между ними завязалась перепалка — без слов, но полная смысла. Звуки сталкивались, накладывались друг на друга, вибрировали в груди. Я не понимала их, но чувствовала: это спор. Жёсткий. Срочный. Я попыталась вдохнуть — и поняла, что воздуха почти не осталось. Грудь сдавило. В глазах потемнело. Я дёрнулась, но сил уже не было. Паника снова поднималась, липкая и знакомая. И тогда она встала передо мной. Русалка развернулась и закрыла меня собой — полностью. Её спина была ко мне, хвост вытянут, руки напряжены. Она была между мной и им, не оставляя ни щели. Другой русал приблизился ещё, но не коснулся. Их взгляды сцепились. Вода между ними дрожала от напряжения. Она больше не оглядывалась. Одной рукой русалка нащупала меня, осторожно, точно зная, где я. Пальцы сомкнулись у меня на запястье — уверенно, но мягко. Наверх. Я не услышала это слово — я его поняла. Она развернулась вместе со мной и резко, но бережно подтолкнула вверх, в сторону света. Я подхватила движение, цепляясь за остатки сил. Воздух жёг лёгкие, сознание плыло. Последнее, что я увидела перед тем, как вырваться к поверхности, — как она остаётся там, в глубине, между мной и опасностью. Я вынырнула в пещере, задыхаясь, судорожно втягивая воздух. Вода стекала с лица, тело дрожало. Я была жива. А она — там. И впервые за всё это время страх был не за себя.