Письма, которые предвещали беду

Глава 10 Аризона Часть I Union Station как всегда была оживлённой, даже более, чем всегда. Рейсовые автобусы, грузовые и легковые машины, то приезжали, то уезжали, а шорох колёсиков чемоданов – стали уже чем-то привычным. Само больше приезжих были родители, что обнимали своих детей, весело поздравляя с пройденным этапом экзаменов. Их радостные выкрики заполняли как можно больше пространства, не оставляя никому выбора, чтобы те тоже в душе порадовались. Слухи о выпускном ходили порядком двух с половиной недель, магазины, на пару с популярными торговыми центрами – просто нарасхват. Всеми любимые бальные платья, не важно, какого материала, будь то шёлк, велюр, вельвет - не важно! Они все были шикарны и настолько желанны, что приходилось разбивать свои копилки чтобы выкупить их. И ещё кое-что, когда во всех учебных приняли торжественный выпускной бал для всех старших классов, обязательным декором на предмет одежды – была белая роза, символ свободы и независимости, а ещё каждый должен быть прийти со… спутником? Кто вообще придумал называть людей в честь небесного тела? Бред, ведь это тоже самое, что просто привести своего парня держась за его руку и демонстрировать идеальное совместное будущее или своё доверие и любовь перед чужими лицами. Рональд расхаживал по платформе номер 5, догрызая малиновое печенье с миндальной стружкой из кафе. Энди обещал появиться с минуту на минуту, бурно огрызаясь на ненавистные пробки – сигналя в ответ. Было неожиданно слышать не много раздражённого Андреаса, когда только успел привыкнуть к его постоянному геройству и идеализму. Пиная малюсенькие камушки носом своих кроссовок дабы скоротать время, юноша наконец нащупал коробочку наушников, по которой скучал, думая, что они пропали с концами. Как же поступить, надеть их сейчас и тогда они могут разрядиться в любой момент в поездке или же потом? Повертев их в руке, раз за разом открывая крышку, их стук напоминал приглушённый барабанный ритм, ощущая себя где-то на рок-концерте. Заняться было попросту нечем. Даже разноцветные прилавки с сувенирами уже не так привлекали, как в первые моменты прихода на платформу. - Тебя подвести, дорогой? – сладко пропел Андреас. И когда от только успел подъехать? Обернувшись на водителя, тот был как всегда привлекателен. Обтягивающая грудь тёмная водолазка, была заправлена в широкие пастельно-серые штаны, а прочие колечки и безделушки на волосах звенели с каждым его движением. – Где твой багаж? - У меня только это. – показывая на мелкогабаритную спортивную сумку указал тот. - Серьёзно? Мне бы иметь такую супер-способность! Ладно, запрыгивай, а то сейчас вот-вот ливанёт. И вправду, по новостям целыми днями могли крутить не утешающие прогнозы погоды, боже, там чуть ли не ураган обещали! Бедные бабушки даже закупались деревянными досками и пачками гвоздей, дабы заранее забаррикадироваться. Небо сгустилось в огромные тёмные сгустки, ещё чуть-чуть и их можно было бы есть ложкой словно зефир. Запрыгнув в белый салон тачки, по телу сразу разнеслось то приятное тепло от обогревателя, что даже захотелось снять с себя кофту. Энди сел рядом, молча повернув на себя зеркало: - Ну как ты там девочка? Тебе удобно? – белобрысый ни с того ни с сего начал разговаривать с предметом интерьера. Открыв салонное зеркало со своей стороны, Рональд узнал уже знакомую мордочку питомца. Лесси! - Ты взял собаку? - Ага, лишняя рабочая сила всегда может пригодиться. Надеюсь у тебя нет аллергии? - Нет, но кажется у меня аллергия на поездки… - Как проявляется? - Выпрыгиванием из окна. – что ж, надо ли говорить, что Энди одним лёгким нажатием на кнопку с его стороны закрыл окна? Машина тронулась и по лобовому стеклу рассыпались капли дождя. Энди мягко крутанул кожаный руль, выезжая на главную трассу, ведущую в аэропорт и одновременно за город. Частные дома отчётливо появлялись в каждой стороне окон, дымя своими кирпичными трубами. Большое стадо белых овечек проходило мимо нас, или это мы пролетали мимо них, а сторожевые собаки охраняли их, бегая и лая, следуя за пастухом. Хотелось включить музыку, погрузясь в мир мимолётных мечтаний, но не будет ли это выглядеть, что я не хочу вести с ним разговор? Хотя, мы и сейчас не особо то и говорим. Рюкзак всё ещё находился у Рональда в руках, хотя можно было и поставить его на пол. Дворники не переставали очищать стекло, а через маленькую щелочку, приятный дождевой воздух перемешанный с запахом мокрого асфальта, наполнял автомобиль изнутри, расслабляя и усыпляя в ней пассажиров. Частые постукивания капель, мягкий шум трения шин и тишина – убаюкивали. Постепенно веки тяжелели, а мягкий подлокотник стал настолько желаем, что тяжёлая голова буквально ждала упасть на него, зажимая предмет в руках, который вот-вот станет мягкой игрушкой. Последнее, что запомнили глаза были встречные по пути машины и стоящая по среди дороги авария, дальше ничего. *** И снова ничего. От постоянного чёрного экрана перед лицо уже тошнило, хотя, когда его не было, было не лучше. На сердце не было привычного льда и мелких разрядов электричества, только приятное ощущение на губах. Будто их чем-то накрыли, нечто тёплым и словно сладким, с привкусов мяты и апельсина. Неужели бальзам для губ? Мне что, губы накрасили? Тело едва сотрясалось, растекаясь в кожаном кресле, кочки мутный разум вовсе не волновали, лишь создавали некий дискомфорт, заставляя свести брови и протяжённо простонать. Интересно, почему людям подолгу ничего не снится? Ведь существуют вещие сновидения, оберегающие или предупреждающие о скорой опасности. Раскрывают фальшивость людей, демонстрируя их настоящее отношение. Или совсем скорый доход, обретённое счастье и правильный выбор в конкретной жизненной ситуации. Неужели ещё не время? *** Фонарные столбы ярко замигали, отражаясь от чистых стёкол автомобиля и освещая уже потемневшее от сумерек сиденье. Сонно потерев глаза, Рональд тряхнул головой и непринуждённо осмотрелся. Сама машина по виду стояла около чащи леса, огороженного толстым деревянным забором и многочисленными надписями: «Частная территория», «Заповедник» и ниже зарисованными граффити. Парковка была опустевшей, даже одиноко стоящей по среди просторного поля трав и единственной скамейки. Сиденья были давно пусты. Осторожно покинув прогретый транспорт, организм окутал новый запах кислорода. Кости приятно загудели, заставляя сделать зарядку. Положа руки на крышу транспорта, Ронни блаженно выгнул спину. - Ты всегда так долго спишь? Андреас чуть ли не лёжа, бесцеремонно уселся на крыше собственного автомобиля, неудобно скорчив спину, пялясь лицом в экран. Подолгу раздавались шлепки и удары мячей об пол и выкрики преданных болельщиков. - Ну как сказать. Зачастую это происходит в поездках. Один раз я так уснул в городском автобусе и опоздал на встречу. – пойдя ближе, Рональд присел рядом, нагло заглядывая в экран: - Любишь баскетбол? - Ага, раньше играл за городской округ, но…дальше особо не продвинулся. – прикусив губу, Энди сразу выключил видео. – Знаешь, - с лёгкостью в голосе начал тот, но сразу же осёкся. – чтобы ты сделал если бы занимался на протяжении долгих лет любимым делом, но в какой-то момент узнал, что тебя бесчисленно раз обманывали? Хотя столько раз на это указывали простые доказательства, которые попросту были на виду? - Хм…- представляя различные ситуации с мошенничеством, в разуме сразу мигал ответ о единственном возможном конце. Конечно, любой дурак скажет, что следует подать иск в суд, но так ли хорош этот выбор? Любой мошенник всегда хорошо подготовлен, если конечно это не школьник, который копит на новый велосипед. Его карманы бездонны, а позолоченные монеты так и торчат из кошелька, вместе с тремя разными номерами телефона и двумя заграничными паспортами. В зубах появляются золотые зубы меняясь местами с человечностью, но никто же не скажет, что он вор? Ведь время приносит с каждым днём всё больше богачей и знаменитостей, но жизнь научит простому трюку каждого. Не доверяй никому, сомневайся в каждом. Никакой человек не станет великим просто так, как дар с небес. Велик только тот, кто обуздал своих внутренних бесов, или научился скрывать белые перчатки, залитые кровью. – сомневался бы в каждом? Бармен медленно увёл взгляд в пустоту, заполняя пространство тихими вдохами Лесси. Садясь ровно, подминая под себя одну ногу, его чёрная толстовка заметно помялась. Облокотившись щекой на согнутое колено, он задумчиво продолжил: - Если сомневаться в каждом, когда-нибудь останешься один. - Да. И что в этом плохого? - В том, что как любить, если не доверяешь до конца!? – ломаясь, не верил реальности Энди. Выдохнув будто клубок сигаретного дыма, Ронни бросил яблочную карамель себе в рот и продолжил: - Любить, но сомневаться. И принять как факт, что ты всегда будешь на крючке. – длинные патлы закрывали больше половины его лица, а отведённый стеклянный взгляд задумчивости говорил сам за себя. «Как же тут согласиться?» – У тебя же были девушки? И, дай угадаю, ты им всем дарил розы? - Конечно были! Только ты тут целуешься с ветром и спишь с мягкими мишками! – резко откинув голову, уголки его дрогнули в подобие улыбки, а мимика показывала о явном удивлении за очевидность его поведения. – А розы я дарю, выражая так свою преданность и уважение! Я не какой-то там каблук, ходящий хвостиком за женщинами. Просто ищу своего человека, перебирая варианты. Не я же виноват, что у нас ничего не выходило, даже не доходя до постели… - Анд…- осёкся тот, быстро напомнив себе кричащую реакцию собеседника. Что случилось с его ник-неймом всё ещё остаётся загадкой, но так и быть, если он попросил не называть его так – следует приспособиться. – Энди, как ты относишься к своему детству? - Да блин, как все. В песочнице там играл, мяч гонял, беззаботно веселился. Вот и всё детство. А тебе это зачем? - Было ли что-то, что особенно тебе запомнилось? Особенно с хорошей стороны? - Хм… - сегодняшняя ночь кажется настолько будет длинной, насколько позволяют нам наши языки. – ничего особенного не припомню… К чему ты ведёшь? - Просто, знаешь, чтобы случилась влюблённость, человека должно что-то «зацепить». И ведь цепляет ни цвет глаз, ни плоский живот с кубиками пресса, ни веснушки, а какая-то вещичка из детства. Например: неосознанный, но любимый запах, до боли в сердце знакомый голос, может родные выражения, которые говорили только в кругу семьи. Это может быть что угодно! Понимаешь? Андреас слушал мягкий и ободряющий голос Ронни, не смея отвести от того взгляда и отдалиться. Рональд смотрел в даль и на мелкие звёзды, считая их про себя. Андреас был похож на молящегося Будде, старающейся успеть произнести все молитвы до рассвета. Будто перед ним сейчас сидит не Ронни, а необычный говорящий кот, рассказывая о своей прошлой жизни до перерождения. Рука жутко желала погладить по гладкой, прилизанной шерсти, рядом сидящее животное в человеческой плоти. - Тебе доводилось испытывать такие чувства? – с осторожностью спросил бармен. Рональд тяжело вздохнул, понимая, что всё что сейчас по глупости выпалил, сам-то никогда не испытывал. А когда? Когда ушёл отец? Когда мать стала менять партнёров как перчатки и обменивать деньги на дешёвое пойло? Или, когда школа превратилась в эмоциональные мучения и моральную давку, заставляя принести пистолет и порешать всё своими руками? Ронни всё время ощущал себя рыбой в аквариуме, перед которой проносилось время, а неё все забыли и перестали менять воду. Давая задохнуться в этом гнилом болоте. - Прости, - стыдливо поджал он пухлые губы – честно говоря, я никогда не испытывал ничего похожего…Просто не хотел думать о том, как глупо ты будешь выглядеть. - Глупо? А как иначе? – Энди зажал губами сигарету и зажёг её фитиль, параллельно заслоняя ту от ветра. Бумажная оболочка сразу же загорелась, озаряя бронзовую кожу ещё ярче и насыщенней. Нежданно Рональд притянул Андреаса за тёмные скулы, едва касаясь их своими тонкими пальцами, сделанными словно из фарфора. Находясь почти друг к другу, их носы находились под разгорающемся пламенем, освещая только пространство между ними. Юноша медленно вытащил из его рта папиросу, оставляя её между пальцев. - Ты оглянись вокруг, Энди, в мире столько разных людей, что даже не стоит заморачиваться по поводу встречи. Ведь, если человек предназначен тебе судьбой, Вселенная всегда подберёт подходящий момент для вас! Злодейка с фильтром постепенно тускнела, пока и вовсе не исчезла. А от далёких фонарей почти ничего не доходило, и белая краска крыши превратилась в тот же лоскуток земной темноты. Сейчас вероятнее всего мы были на тонкой гране, между двумя штатами, и ничто не мешало с шумом проноситься мимо нас. Не маленькая ночная сова опустилась на хрупкие ветви, подзывая за собой стаю своих сородичей со светящимися, зоркими глазами, с привычным угуканьем наблюдала за людьми. Отъезжая к краю крыши, Энди осторожно схватил того за ладонь, те самым преграждая ему дальнейший рывок. Нос незаметно дёрнулся. И незнакомый аромат того же парфюма на долю секунды заполнил лёгкие. Всё такой же не резкий запах апельсина, перемешанный с чем-то ещё – быстро улетучился… - Знаешь, ты такой странный. – со своей барменской улыбочкой продолжал Андреас – Ты говоришь мне оглянуться, прекрасно понимая, что здесь только мы вдвоём. Как думаешь, что я могу подумать? - Думай о чём угодно. Всё равно это скоро закончится. Тяжёлая дверца с грохотом закрылась, оставляя Энди и Лесси наедине.