Журнал.

***

Тилл не знал, как это вышло. И уж тем более – почему сегейн вообще умудрился где-то обронить свой журнал. Но сейчас он лежал на зелёной траве сада Анакт. Вокруг суетились люди. Кто-то просто скользил взглядом по находке и отворачивался – буквы на обложке были им непонятны, а любопытство быстро угасало. Кто-то толкал журнал ногой, как коробку. Но Тилл… Тиллу было скучно. И он поднял журнал. Покрутил в руках. Глянцевый. Он открыл первую страницу. И замер. — О, боже… Обнажённые тела, переплетённые в плавных позах. Тилл моргнул. Потом ещё раз. Ему показалось, что уши начинают гореть. Три раздела. Фиолетовый — женское и мужское. Розовый — только женское. Голубой… Голубой раздел был заполнен мужскими фигурами, и Тилл вдруг резко захлопнул журнал. Он ничего не понимал. Это какой-то код? Язык жестов? Спортивная гимнастика? Но почему тогда у всех такие… напряжённые лица? — Иван. Он сказал это вслух.. Иван появился тут же. Он всегда появлялся как Тилл его позовёт. Тилл уже привык, хоть и делал вид, что его это раздражает. — Амм… Иван. Я нашёл… кое-что. — Тилл протянул журнал, чувствуя, как пальцы слегка подрагивают. — Ты поймёшь, что тут происходит? Ты же знаешь этот язык? Ну… или просто помоги понять. Пожалуйста. Иван улыбнулся. Он взял журнал. Покрутил. Открыл. И его улыбка дрогнула. Брови Ивана взлетели вверх, ресницы дрогнули, и Тилл, следивший за ним в оба, заметил, как на скулах выступил слабый румянец. — Где ты это взял? — голос Ивана сел на полтона ниже. — Ну… — Тилл пожал плечами. — По-моему, какой-то сегейн обронил. Я просто решил посмотреть… А что? — Ответил Тилл, невинно хлопая глазками Иван опустил взгляд обратно на страницы. — Я тоже не знаю, что тут происходит, — сказал он то ли солгав,то ли нет. Тилл прищурился. — Правда? — Правда. — Но… — Иван поднял глаза и посмотрел на Тилла так, что тот непроизвольно сглотнул. — Если хочешь, можем попробовать. Прямо сейчас. Ну… сделать то, что тут изображено Тилл нахмурился. — Попробовать? Что делать-то надо? Иван ещё раз заглянул в журнал. Пробежал пальцем по линии рисунка. Тилл почему-то проследил за этим движением. — Сначала… — голос Ивана был тихим, но ровным. — Сними футболку. — Зачем⁈ — Так надо. Тилл открыл рот, чтобы возразить, но слова застряли где-то в горле. Он посмотрел на свою одежду. Ну, в конце концов, ничего страшного. Просто футболка. Это же не… ничего такого. Он стянул её через голову, бросил на траву и остался сидеть без верха. Иван взглянул на него. Внизу,ниже живота что-то будто.. — Что? — Спросил Тилл. — Ничего. — Иван быстро отвернулся к журналу. — Теперь… сними штаны. — Да что за⁈ — Так надо там. Тилл закусил губу.. Но он уже начал, обратного пути нет. Пальцы легли на резинку. Уже почти потянули вниз. И.. — Иван. — М? — Ты зачем палку в штаны засунул? Иван замер. Медленно поднял голову. — Какую палку? — Вон ту! — Тилл ткнул пальцем в область между его ног. — У тебя там… торчит! Иван опустил взгляд. И правда. — Я… не знаю, — выдохнул он, и в его голосе впервые за весь день проскользнула растерянность. — Это вообще палка? — Нет. — А что? — Не знаю. — Ты хоть что-то в жизни знаешь⁈ — Тилл уже почти кричал, но щёки его пылали. — Почему у тебя между ног ПАЛКА?! — Это не палка. Наверное. — Тогда что? Столб? Бревно? Ты её согнуть можешь? — Не знаю. — Да ты… Тилл не договорил. Его рука сама потянулась вперёд. Любопытство всегда берет над ним верх. Пальцы коснулись ткани.. — Мх… — Иван дёрнулся, с губ сорвался короткий, сдавленный звук, похожий на стон. Глаза расширились. Тилл отдёрнул руку — Ты чего? Иван тяжело дышал.. — Ещё… — шепнул он. Почти беззвучно. — Сделай так ещё раз. Пожалуйста. Лицо Тилла исказилось. — Что? Иван, это как вообще понимать?! Иван улыбнулся,криво.. — Это… было приятно, Тилл. — Тебе приятно, когда трогают твою палку⁈ — Это не палка… — А ЧТО?! Сам не знаешь, а мне что-то говоришь! Убери её сейчас же! — Я не могу. — Почему? — Не знаю. Тилл выдохнул. Он вырвал журнал из рук Ивана, пролистнул несколько страниц и ткнул пальцем в рисунок. — О! Смотри! У этого тоже такая же! — Он поднял победный взгляд. — Значит, это нормально! — Тилл, это не… — Цыц! Иван заткнулся. Тилл вглядывался в картинку, и с каждой секундой его лицо вытягивалось всё больше. — Боже… а ты сам можешь от неё избавиться? — От «неё»? — От палки! — рявкнул Тилл. — Сделать так, чтобы она ушла! — Тилл, сколько раз повторять, это не… — ЗАТКНИСЬ! Иван послушался. Как всегда. — Ладно. И как же избавиться от этой… «палки»? Тилл на секунду задумался, а потом начал водить рукой в воздухе — Вверх-вниз. Вверх-вниз. — Ну… вот так, вроде. Тут показано. Иван смотрел на его руку. На губах застыла странная полуулыбка. — А ты… поможешь мне? — У тебя своих рук нету, что ли?! Сам делай! — А ты будешь смотреть? Тилл покраснел до кончиков ушей. — НЕТ! Я уйду! — Не уходи... Тилл… пожалуйста. Помоги. Тишина. Ветер шевелил листья. Где-то вдалеке смеялись дети. — Ладно… — выдавил Тилл, не глядя на него. Просто дружеская помощь. Ничего такого.. — И не смотри на меня так.— — Как? — Не знаю! Просто не смотри! Иван опустил глаза. Тилл шумно выдохнул и пододвинулся ближе. — Снимай штаны. Иван снял. Тилл открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Это… почему… почему оно такое БОЛЬШОЕ⁈ — Повезло, — едва слышно отозвался Иван, и в его голосе проскользнула тень самодовольства. — Дурак! — Тилл хлопнул его по плечу. — Это ненормально! — Ты сравнивать умеешь? — Иван поднял бровь. — НЕТ! Не умею! И не собираюсь! У тебя просто… дефект какой-то! — Угу. — Не «угу»! Тилл закусил губу. Боги. Что он творит. Что они творят..! Если кто-нибудь увидит… Но журнал лежал открытый на странице с голубым разделом, и пальцы Тилла сами сомкнулись вокруг чужого горячего ствола. Иван шумно втянул воздух. Тилл начал двигать рукой. без всякого ритма, но Иван выгнулся, запрокинул голову, и с его губ сорвался стон, который он пытался, но не смог удержать. — Тилл… м-м-м… так… — Молчи! — рявкнул Тилл, но руку не убрал. Наоборот.. ускорился. Иван вцепился пальцами в траву. Грудь вздымалась. Он кусал губу, но стоны всё равно просачивались наружу. И Тилл вдруг понял, что ему… нравится. Не просто делать. А слышать. Знать, что это он, Тилл, вызывает такие звуки. Но тут его собственное тело дёрнулось. Он замер. Внизу живота затянулся узел.. Тилл медленно опустил взгляд. — У меня… — голос осип. — У меня тоже палка появилась. Иван открыл глаза, улыбнувшись. — Давай я помогу? — В смысле? Иван бросил взгляд на журнал,выискивая что-то,а потом опять взглянул на Тилла. — Сядь ко мне на колени. Тилл распахнул глаза. — ЧТО?! НЕТ! — Тогда твоя «палка» никуда не денется. Тишина.. — …Только ради того, чтобы избавиться от неё! — прошипел Тилл и, не давая себе времени передумать, перекинул ногу. Он сел на Ивана сверху, их члены соприкоснулись.. Тилл сглотнул. — Почему твоя больше? Иван ухмыльнулся. Кривой зуб блеснул еа его лице. — Завидуешь? — НЕТ! Просто интересно! — Повезло мне, — мягко ответил Иван и положил ладони на талию Тилла. — Эй-эй-эй! Ты куда лезешь⁈ — Тихо. Сядь ближе. Вот так. Пальцы скользнули под резинку. Ткань сползла вниз, открывая бёдра. Тилл не возражал. Он вообще забыл, как дышать. Их тела соприкоснулись. Ещё ближе. Без преград.. Иван выдохнул. — Теперь… вот так… Он качнул бёдрами. Легко, едва заметно,вызывая трение.. Тилл всхлипнул. И начал двигаться сам. Сначала медленно, неуверенно. Потом быстрее. Инстинкт вёл его лучше любых картинок в журнале. Он тёрся об Ивана, жмурился, кусал ладонь, чтобы не кричать. — М-м-м… мнф… мм…черт.. Иван смотрел на него. Не мог оторваться. Это было красиво. Тилл, с красными ушами, прикушенной губой, рассыпавшимися по лицу волосами..верх блаженства... Иван прикусил губу до крови, чтобы не застонать в голос. Бёдра сами двигались навстречу. — Ммх… Иван… — голос Тилла сорвался в хрип. — Мне кажется… сейчас… что-то… — Да, — выдохнул Иван. — Я тоже. Ох, Тилл… Они кончили одновременно. Тилл рухнул вперёд, уткнулся лицом в плечо Ивана, обхватил руками его шею, будто боялся упасть. Белая жидкость вытекала между ними, пачкала живот. Иван прижал его к себе,обняв.. В груди стучало так громко, что, наверное, было слышно за километр. — Иван… — выдохнул Тилл ему в шею — Это было приятно… Очень… Иван улыбнулся.. — Мне тоже понравилось. Им было плевать, что скажут. Плевать, что будет потом. Главное - сейчас. Главное - этот миг. Они сидели в саду, переплетённые, уставшие, и мир вокруг, казалось, замер вместе с ними.