Зелёный - цвет твоих глаз.

Палочка Пенси смотрела Эмили прямо в сердце. Расстояние — три шага. Время — одна секунда. Возможность увернуться — никакой. — Не двигайся, — сказала Пенси. Голос у неё был спокойный. Слишком спокойный. Не тот истеричный, срывающийся на визг голос, который Эмили слышала все эти годы. Другой. Ровный. Холодный. — Пенси, — Эмили подняла руки, показывая, что в них ничего нет. — Опусти палочку. — Зачем? — Чтобы мы могли поговорить. — Я не хочу говорить. — Тогда что ты хочешь? Пенси улыбнулась. Странная, кривая улыбка, не имеющая ничего общего с весельем. — Я хочу, чтобы ты ушла, — сказала она. — Из Хогвартса. Из его жизни. Вообще. — Из-за Драко? — Из-за всего. — Пенси, я не понимаю… — Ты ничего не понимаешь. — Пенси шагнула ближе. Палочка уперлась Эмили в грудь. — Ты думаешь, что знаешь его. Что видишь его настоящего. Что можете быть счастливы. Но это не так. — Почему? — Потому что он не умеет быть счастливым. — В голосе Пенси прорезалась знакомая горечь. — Я знаю его восемь лет. Я видела его в самые разные моменты. И я знаю: он не создан для любви. Он создан для одержимости. И ты — его новая одержимость. — Это неправда. — Правда. — Пенси усмехнулась. — Ты думаешь, почему он сошелся со мной? Потому что я была удобна. Потому что я не требовала ничего, кроме его присутствия. Потому что я соглашалась на крохи. А ты… ты хочешь всё. И он даст тебе всё. А потом сломает. — Откуда ты знаешь? — Потому что он уже ломал. — Пенси отвела палочку, но не убрала. — Не меня. Других. Себя. Тео. Эмили замерла. — Что ты сказала? — Ты слышала. — Тео убил не Драко. — Откуда ты знаешь? — Пенси склонила голову. — Он тебе сказал? И ты поверила? — Да. — Глупая. — Пенси покачала головой. — Он убил его. Я знаю. — Откуда? — Я видела. Эмили смотрела на неё. Сердце колотилось где-то в горле. — Что ты видела? — спросила она. — Ту ночь. — Пенси опустилась на кровать, не убирая палочку. — Я не спала. Соседки ушли на вечеринку, а я осталась. Думала о нём. О Драко. О том, как он смотрит на тебя. Я не могла уснуть. Решила пройтись. — И? — И увидела его. В коридоре седьмого этажа. Он шел быстро, оглядываясь. Я спряталась за статую. Думала, он идет ко мне. Глупая. — Куда он шел? — В чулан. Где потом нашли Тео. — Пенси смотрела в стену. — Я не пошла за ним. Испугалась. Простояла за статуей минут десять. Потом он вышел. Спокойный. Аккуратный. И улыбался. — Улыбался? — Да. Такой тихой, довольной улыбкой. Как сытый кот. Эмили молчала. — Я не пошла в чулан, — продолжала Пенси. — Подумала, что он встречался с кем-то. Мало ли. Вернулась в спальню. А утром узнала про Нотта. — И ты молчала? — А что я должна была сказать? — Пенси посмотрела на неё. — «Я видела Драко ночью, и теперь Нотт мертв»? Меня бы не послушали. Сказали бы, что я вру из ревности. — Но сейчас ты говоришь. — Сейчас ты роешься в моих вещах. — Пенси кивнула на открытый чемодан. — Нашла что-нибудь интересное? — Перчатки с пятнами. — Краска. Я рисую. — Палочку. — Моя палочка. — Записку. Ту самую, которую показывал Тео. — Он показывал всем. Я могла подобрать где угодно. — Фотографию Драко. — Я люблю его. Это не преступление. Эмили смотрела на неё. — Ты всё продумала, — сказала она. — На каждый случай у тебя есть ответ. — Я учусь на своих ошибках, — усмехнулась Пенси. — Раньше я была истеричкой, которая лезла на рожон. Теперь я спокойна. И это страшнее, да? — Да. — Хорошо. — Пенси встала. — Значит, мы понимаем друг друга. — Что ты хочешь? — Чтобы ты ушла. Добровольно. Сама. — А если нет? — Тогда я пойду к аврорам. Расскажу про Драко. Про то, как он ненавидел Тео. Про его письма, которые ты нашла. Про коллекцию. Про одержимость. — Это не докажет, что он убийца. — Это создаст тень. А тени имеют свойство расти. — Пенси подошла ближе. — Подумай, Эмили. Ты хочешь быть с человеком, на которого все будут смотреть с подозрением? С которым никто не захочет иметь дела? Которого могут арестовать в любой момент? — Я хочу быть с ним. — Даже если он убийца? — Он не убивал. — Ты не знаешь. — Я знаю. — Тогда ты глупее, чем я думала. Пенси убрала палочку в карман. — У тебя есть неделя, — сказала она. — Собери вещи и уезжай. Скажешь, что не выдержишь. Что слишком больно. Что хочешь начать новую жизнь. Драко поверит. Он поверит во что угодно, лишь бы не думать, что ты его бросила из-за другого. — А если я не уеду? — Тогда я уничтожу его. — Пенси улыбнулась. — Не сразу. Постепенно. Сначала слухи. Потом «случайные» находки. Потом анонимные письма в «Пророк». Он потеряет всё, что у него осталось. И виновата в этом будешь ты. — Ты чудовище. — Я женщина, которая борется за своё счастье. — Пенси поправила мантию. — А теперь уходи. И запомни: неделя. Эмили вышла. В коридоре её ждал Драко. — Ты в порядке? — спросил он. — Я услышал голоса и… — Я в порядке. — Что случилось? — Ничего. — Она взяла его за руку. — Пойдем отсюда. — Эмили… — Пожалуйста. Потом. Он не стал спорить. Они ушли. Пенси смотрела им вслед из окна. — Ты проиграла, — прошептала она. — Ты просто ещё не знаешь.

3 декабря. 15:00. Выручай-комната.

Эмили сидела на диване, глядя в огонь. Драко стоял у окна, спиной к ней. — Ты должна мне рассказать, — сказал он. — Что бы там ни было. — Пенси знает. — Что знает? — Что ты был там в ту ночь. Он медленно повернулся. — Что? — Она видела тебя. На седьмом этаже. За полчаса до того, как нашли Тео. Драко молчал. — Это правда? — спросила Эмили. — Да. — Ты был там? — Да. — Зачем? Он подошел ближе. Сел напротив. — Я ходил туда каждый вечер, — сказал он. — С тех пор, как ты начала встречаться с Ноттом. — Зачем? — Чтобы смотреть на вас. — Что? — Выручай-комната, — Драко говорил тихо, не поднимая глаз. — Я научился открывать её по-своему. Не так, как вы. У меня был свой вход. Маленькое окошко, через которое я мог видеть всё, что происходит внутри. Эмили смотрела на него с ужасом. — Ты следил за нами? — Да. — Каждый вечер? — Почти. — Мерлин, Драко… — Я знаю. — Он сжал кулаки. — Я знаю, как это звучит. Но я не мог иначе. Я не мог спать, зная, что вы там вдвоем. Не мог есть. Не мог дышать. Единственное, что помогало — видеть тебя. Даже если ты была с ним. — Это безумие. — Я знаю. — Ты понимаешь, что это ненормально? — Да. — И ты ничего не делал? Не пытался остановиться? — Пытался. — Он поднял глаза. — Каждый день. Каждую ночь. Я говорил себе: "Она не твоя. Она выбрала его. Отпусти". Но не мог. — И в ту ночь? — В ту ночь я тоже был там. Смотрел, как вы разговариваете. Как он смеется. Как ты улыбаешься. А потом вы ушли. И я остался один. — И ты пошел в чулан? — Нет. — Драко покачал головой. — Я пошел в спальню. Лег спать. И ничего не знал до утра. — Но Пенси видела тебя. — Она видела, как я шел из северного крыла. Да. Но я не заходил в чулан. Я даже не знал, что Тео там. Эмили смотрела на него долго. — Я хочу тебе верить, — сказала она. — Верь. — Но если ты лжешь… — Если я лгу, — перебил он, — тогда я чудовище, которое заслуживает смерти. — Не говори так. — Почему? Это правда. — Он взял её руки. — Эмили, я много чего сделал в жизни. Плохого. Ужасного. Я предавал, трусил, ненавидел. Но я не убивал Тео. И никогда бы не убил. — Потому что он был моим счастьем? — Потому что он был твоим. И я не имел права это разрушать. Она молчала. Потом придвинулась ближе. — Я верю тебе, — сказала она. — Правда? — Правда. — Она поцеловала его в щеку. — Но нам нужно найти доказательства. Иначе Пенси сделает то, что обещала. — Что она обещала? — Уничтожить тебя. Драко усмехнулся. — Пусть попробует. — Она не шутит. — Я тоже.

4 декабря. 8:00. Большой зал.

Слухи уже поползли. — …видели, как они выходили из Выручай-комнаты… — …она носит его кольцо… — …а Пенси плачет третьи сутки… — …говорят, Малфой убил Нотта из-за неё… Эмили слышала шепот, но не оборачивалась. Драко сидел рядом, спокойный, как скала. — Ты слышишь? — спросила она. — Да. — И тебе всё равно? — Мне не всё равно. — Он отпил кофе. — Но я не могу контролировать то, что говорят люди. — Они обвиняют тебя в убийстве. — Пусть. — Драко… — Эмили. — Он повернулся к ней. — Если я буду реагировать на каждый шепот, я сойду с ума. Я уже был там. Знаешь, каково это — когда весь мир считает тебя Пожирателем смерти, убийцей, предателем? Я выжил. И это переживу. — Ты сильный. — Нет. — Он покачал головой. — Просто привык. Блейз сел напротив. — У нас проблемы, — сказал он без предисловий. — Пенси встречалась с аврорами сегодня утром. — Откуда ты знаешь? — Я видел, как она выходила из их временного кабинета. — Что она им сказала? — Не знаю. Но она улыбалась. Драко и Эмили переглянулись. — Надо действовать, — сказала Эмили. — До того, как она сделает следующий шаг. — Что ты предлагаешь? — Найти настоящего убийцу. — Легко сказать. — У нас есть зацепки. — Эмили достала из сумки блокнот. — Адриан нашел кое-что еще. В ночь убийства на седьмом этаже дежурил портрет. Старый рыцарь. Он видел, как кто-то проходил мимо. — И? — И он запомнил деталь. Человек нес что-то большое. Завернутое в ткань. — Тело? — Возможно. — Почему портрет молчал? — Потому что он спит по ночам. Проснулся от шума, но не успел разглядеть лица. — Когда он проснулся? — В половине первого. — То есть сразу после убийства. — Да. Драко задумался. — Значит, убийца выносил тело между двенадцатью и половиной первого. — Да. — И Пенси видела меня в двенадцать двадцать. — Да. — Значит, если бы я был убийцей, я должен был убить Тео, выйти, потом вернуться, забрать тело и снова выйти. Это возможно. — Но Пенси не видела, чтобы ты что-то нес. — Нет. Она видела меня одного. — Значит, если она говорит правду, ты не мог быть убийцей. — Если она говорит правду. — А если нет? — Тогда она могла убить его сама. Тишина. — Нужно поговорить с ней, — сказал Блейз. — Вместе. Прижать к стенке. — Она не признается. — Признается, если мы найдем улики. — У нас нет улик. — Значит, надо найти. Они смотрели друг на друга. — Я знаю, где искать, — сказала Эмили. — В её личных вещах. Там, где она их точно спрячет. — Где? — В Выручай-комнате. — Но она не знает, как её открыть. — Узнает, если захочет. Комната реагирует на потребности. Если ей нужно спрятать что-то, она создаст тайник. — Как мы найдем? — Через того, кто знает её лучше всех. Драко понял. — Её подруга. Миллисента. — Да. — Она не согласится. — Согласится, если мы предложим ей что-то взамен. — Что? — Защиту. Если Пенси убьйца, Миллисента в опасности. Она не знала, с кем живет все эти годы. Блейз кивнул. — Я поговорю с ней. — Будь осторожен. — Всегда. Он ушел. Драко взял Эмили за руку. — Ты уверена, что хочешь этого? — спросил он. — Если мы найдем доказательства, Пенси посадят. На всю жизнь. — Я знаю. — Ты готова к этому? — Она угрожала тебе. — Эмили посмотрела на него. — Я никому не позволю причинять тебе вред. — Даже если я его заслуживаю? — Ты ничего не заслуживаешь. Ты просто человек. Который ошибался. — Ты слишком добра. — Нет. — Она сжала его руку. — Я просто вижу тебя настоящего.

4 декабря. 16:30. Библиотека.

Миллисента Булстроуд сидела в дальнем углу, уткнувшись в книгу по трансфигурации. При виде Блейза она напряглась. — Чего тебе? — Поговорить надо. — О чем? — О Пенси. Миллисента закрыла книгу. — Я не буду свидетельствовать против неё. — Почему? — Потому что она моя подруга. — Даже если она убийца? — Она не убийца. — Откуда ты знаешь? — Я знаю её семь лет. — Я знал Тео семь лет. Это не помешало кому-то убить его. Миллисента молчала. — Слушай, — Блейз сел напротив. — Я не прошу тебя предавать её. Я прошу помочь нам найти правду. Если она невиновна — мы это докажем. Если виновна — она должна ответить. — Зачем тебе это? — Потому что я не хочу, чтобы невиновного посадили. — Блейз понизил голос. — Драко под подозрением. Его могут арестовать в любой момент. А он не убивал. — Откуда ты знаешь? — Я знаю его десять лет. — Это не ответ. — Другого нет. Миллисента смотрела на него долго. — Она странная в последнее время, — сказала она наконец. — Пенси. Разговаривает сама с собой. Просыпается по ночам. Прячет что-то. — Где? — Не знаю. Но она часто ходит в северное крыло. Говорит, что ищет тишины. — Выручай-комната. — Может быть. — Ты можешь узнать? — Как? — Проследи за ней. — Это неправильно. — Это правильно, если она убила человека. Миллисента молчала. — Хорошо, — сказала она. — Я попробую. — Спасибо. — Но если она невиновна, я всё расскажу ей. — Договорились. Блейз ушел. Миллисента смотрела ему вслед.

5 декабря. 2:15 ночи. Северное крыло.

Пенси шла быстро, не оглядываясь. Миллисента кралась за ней, стараясь не шуметь. Сердце колотилось где-то в ушах. Пенси остановилась перед пустой стеной. Прошептала что-то. Стена дрогнула — и открылась. Выручай-комната. Миллисента замерла за углом. Пенси вошла внутрь. Миллисента ждала. Считала про себя. Сто. Двести. Триста. На счете "триста пятьдесят" Пенси вышла. В руках у неё ничего не было. Она прошла мимо, не заметив подругу. Миллисента подождала ещё пять минут. Потом подошла к стене. — Мне нужно спрятать правду, — прошептала она. Стена открылась. Внутри было темно. Только в дальнем углу горел тусклый свет. Миллисента подошла ближе. На маленьком столике стояла шкатулка. Она открыла её. Внутри лежали: Палочка. Не Пенси — другая. Длиннее. Тоньше. Перчатки. С темными пятнами. Фотографии. Драко. Спящий. Смотрящий в окно. Разговаривающий с Эмили. И дневник. Миллисента открыла первую страницу.

«Я сделала это.

Я убила его.

И мне не жаль».

5 декабря. 8:00. Большой зал.

Миллисента вошла бледная, как мел. Блейз увидел её сразу. — Что случилось? — Я нашла. — Она протянула ему дневник. — Она убила его. Пенси. Блейз читал.

«Он смотрел на меня с жалостью. Сказал: "Пенси, ты заслуживаешь лучшего". Лучшего? Что он знает о том, чего я заслуживаю? Он, который отнял у меня всё?

Я позвала его в чулан. Сказала, что хочу поговорить о Драко. Он пришел. Доверчивый идиот.

Я спросила: "Ты любишь её?" Он сказал: "Да".

Я спросила: "Сильнее жизни?" Он сказал: "Да".

Тогда я подняла палочку.

Он не пытался защищаться. Просто смотрел на меня с этим своим жалостливым выражением.

— Прощай, Пенси, — сказал он.

И я убила его».

— Мерлин, — выдохнул Блейз. — Она психопатка. — Что нам делать? — спросила Миллисента. — Идти к аврорам. — Но она моя подруга… — Она убийца, Миллисента. Убийца. Миллисента кивнула. По её щекам текли слезы.

5 декабря. 10:30. Кабинет авроров.

Пенси привели через час. Она вошла спокойная, с высоко поднятой головой. — Мисс Паркинсон, — начал главный аврор. — У нас есть доказательства вашей причастности к убийству Теодора Нотта. — Какие доказательства? — Ваш дневник. Палочка. Перчатки. Всё найдено в Выручай-комнате. Пенси улыбнулась. — И кто же это нашел? — Не важно. — Важно. — Она посмотрела на Миллисенту, стоящую в углу. — Ты, подруга? Правда? Миллисента отвела взгляд. — Я не виню тебя, — сказала Пенси. — Ты всегда была слабой. — Зачем ты сделала это? — спросила Миллисента. — Зачем убила его? — Потому что он мешал. — Чему? — Моему счастью. — Но Драко никогда не любил тебя. — Он бы полюбил. Со временем. Если бы не она. — Пенси посмотрела на дверь, за которой ждали Эмили и Драко. — Если бы не все они. — Ты больна, — сказал аврор. — Нет. — Пенси покачала головой. — Я просто хотела быть любимой. Это преступление? — Убийство — преступление. — Иногда без него не обойтись. Её увели. Миллисента опустилась на стул. — Прости, — прошептала она. — Прости.

5 декабря. 16:00. Озеро.

Эмили и Драко сидели на берегу, глядя на закат. — Всё кончено, — сказала Эмили. — Мы знаем правду. — Да. — Ты свободен. — Я никогда не был свободен. — Драко смотрел на воду. — Но теперь… легче. — Что ты будешь делать? — Жить. — Он повернулся к ней. — С тобой. Если ты захочешь. — Я хочу. — Даже после всего? После писем? После слежки? — Даже после всего. Он поцеловал её. Солнце садилось за озеро.

6 декабря. 9:00. Большой зал.

Новость об аресте Пенси разнеслась мгновенно. Студенты шептались, профессора хмурились, эльфы бегали быстрее обычного. Эмили сидела за слизеринским столом, когда к ней подошла Дафна. — Ты как? — Нормально. — Правда? — Правда. — Ты выглядишь… спокойной. — Я устала бояться. Дафна кивнула. — Понимаю. — Где Драко? — У директора. Дает показания. — Надолго? — Не знаю. Эмили смотрела в окно. Снег падал снова.

6 декабря. 14:00. Выручай-комната.

Драко ждал её. — Всё хорошо? — спросила Эмили. — Да. Они закрыли дело. — И ты? — Я свободен. — Поздравляю. — Это твоя заслуга. — Он взял её руки. — Если бы не ты, я бы не выдержал. — Ты бы выдержал. Ты сильный. — Нет. — Он покачал головой. — Без тебя я бы сломался. Она улыбнулась. — Что теперь? — Не знаю. — Он притянул её ближе. — Жить. Просто жить. — Это скучно. — После всего, что было? — он усмехнулся. — Скука — это подарок судьбы. — Ты прав. Они сидели в тишине, глядя на огонь.

7 декабря. 22:00. Спальня девочек.

Эмили не спала. Что-то не давало ей покоя. Пенси в тюрьме. Убийца найден. Всё кончено. Но почему она не чувствует облегчения? Она встала, подошла к окну. Снег падал на землю, укрывая её белым покрывалом. На подоконнике лежала записка. Эмили развернула её дрожащими пальцами. «Ты думаешь, что всё кончено? Ты ошибаешься. Это только начало». Почерк был тот же. Детский. Нарочито неразборчивый. Тот же, что в прошлых записках. Эмили замерла. Но Пенси в тюрьме. Кто тогда?

8 декабря. 7:00 утра.

Эмили пошла к Драко. — Смотри. — Она протянула записку. Он прочитал. Побледнел. — Это не Пенси. — Нет. — Кто тогда? — Не знаю. — Но дело закрыто. — Значит, ошиблись. — Мерлин. — Драко сжал кулаки. — Кто-то ещё. — Да. — И он охотится на тебя. — Да. — Эмили… — Я знаю. — Она взяла его за руку. — Мы справимся. Вместе. — Обещаешь? — Обещаю. Они обнялись.

8 декабря. 15:00. Библиотека.

Адриан Пьюси изучал записку под лупой. — Та же бумага, — сказал он. — Те же чернила. Тот же почерк. — Но Пенси в тюрьме. — Значит, у неё был сообщник. — Или она не одна. — Или она не виновата. — Что? — Подумайте. — Адриан отложил лупу. — Все улики против Пенси были слишком очевидны. Дневник на видном месте. Палочка в шкатулке. Слишком аккуратно. Слишком подготовлено. — Ты думаешь, её подставили? — Я думаю, что настоящий убийца умнее. Он знал, что мы ищем. И подсунул нам идеальную жертву. — Пенси. — Да. — Но она призналась. — Призналась? — Адриан поднял бровь. — Или сказала то, что от неё хотели услышать? Эмили молчала. — Проверьте, — сказал Адриан. — Поговорите с ней. Узнайте правду. — Меня не пустят. — Я знаю людей. — Адриан достал пергамент. — У меня есть связи.

10 декабря. 11:00. Министерство магии. Азкабан.

Пенси выглядела ужасно. Бледная, исхудавшая, с темными кругами под глазами. Но в её взгляде горел всё тот же огонь. — Ты пришла, — сказала она. — Я знала, что придешь. — Пенси, — Эмили села напротив. — Скажи мне правду. — Какую? — Ты убила Тео? — Я сказала, что убила. — Это не ответ. Пенси усмехнулась. — Умная. Всегда была умной. — Пенси… — Нет, — перебила она. — Я не убивала его. Эмили замерла. — Но дневник… — Мой дневник. Да. Я писала это. Но это были фантазии. Мечты. Я хотела, чтобы он умер. Но не убивала. — Тогда почему ты призналась? — Потому что поняла, что меня подставили. — Пенси наклонилась ближе. — Кто-то хотел, чтобы я села. Кто-то очень умный. Он знал меня. Знал мои слабости. Знал, что я не выдержу давления. — Кто? — Не знаю. Но знаю одно. — Пенси понизила голос. — Он всё ещё там. В Хогвартсе. И он охотится на тебя. — Откуда ты знаешь? — Потому что я получала такие же записки. До убийства. После. Даже здесь, в Азкабане. — Она достала из-под мантии клочок пергамента. — Вчера. Эмили прочитала.

«Молчи. Или умрешь».

— Мерлин. — Да. — Пенси спрятала записку. — Теперь ты понимаешь. — Зачем ты мне говоришь? — Потому что ты единственная, кто может его остановить. — Пенси посмотрела ей в глаза. — Я ненавижу тебя. Всегда ненавидела. Но я не хочу, чтобы он победил. — Кто он? — Не знаю. Но он близко. Очень близко. — Как мне его найти? — Думай. Кто выиграл от смерти Нотта? Кто получил то, что хотел? Кто теперь с тобой? Эмили замерла. — Нет, — прошептала она. — Нет. — Подумай, — сказала Пенси. — И будь осторожна. Очень осторожна.

10 декабря. 18:00. Хогвартс.

Эмили вернулась в замок, когда уже стемнело. Она шла по коридорам, не замечая никого. Мысли кружились в голове, как бешеные. Кто выиграл от смерти Тео? Кто получил то, что хотел? Кто теперь с ней? Драко. Но это невозможно. Он не мог. Он любил её. Или это была не любовь? «Одержимость», — шептал голос Пенси. — «Он одержим тобой». Она вспомнила письма. Коллекцию. Слежку. Он был готов на всё. На всё? Даже на убийство? Она остановилась перед дверью в Выручай-комнату. Внутри горел свет. Она вошла. Драко сидел на диване. — Ты вернулась, — сказал он. — Я волновался. — Я была в Азкабане. Он замер. — Зачем? — Говорила с Пенси. — И? — Она не убивала Тео. Тишина. — Что? — Драко встал. — Но дневник… — Фальшивка. Кто-то подставил её. — Кто? — Не знаю. — Эмили смотрела на него. — Но Пенси сказала кое-что интересное. — Что? — Что убийца — тот, кто выиграл от смерти Тео. Кто получил то, что хотел. — И кто же? — Ты, Драко. — Голос Эмили дрогнул. — Ты получил меня. Драко смотрел на неё. — Ты серьезно? — Я не знаю. — Она отступила на шаг. — Скажи мне правду. Ты убил его? — Я уже говорил. Нет. — А если я не верю? — Тогда смотри. — Он подошел ближе. — Смотри в мои глаза. Видишь там ложь? Она смотрела. Серые глаза смотрели в ответ. — Не знаю, — прошептала она. — Я больше ничего не знаю. — Эмили… — Не подходи. Он остановился. — Хорошо. Я не подойду. Но выслушай. — Он опустился на колени. — Я не убивал его. Клянусь. Чем хочешь. Жизнью. Своей матерью. Своим проклятым шрамом. — Тогда кто? — Не знаю. Но мы найдем его. Вместе. — Вместе? — Она горько усмехнулась. — Как я могу быть с тобой, если не знаю, убийца ты или нет? — Ты можешь. Потому что я люблю тебя. — Это не ответ. — Другого нет. Она молчала долго. Потом повернулась и вышла. Драко остался один.

11 декабря. 3:00 ночи.

Эмили не спала. Она сидела на подоконнике в гостиной Слизерина, глядя на озеро. Снег падал. Мысли метались. Драко. Тео. Пенси. Убийца. Записки. Ложь. Правда. Кто? Кто это делает? Зачем? Новая записка лежала на коленях. Она появилась утром. Под подушкой. «Ты одна. Совсем одна. Никому нельзя верить». Эмили смотрела на строчки. Она одна. Правда. Никому нельзя верить. Даже Драко. Особенно Драко. Она закрыла глаза. Перед глазами встало лицо Тео. Его тихая улыбка. Его руки, перелистывающие страницы книги. Его голос: "С тобой мне тихо". Теперь нет тишины. Только ветер. Только снег. Только страх. Она открыла глаза. Встала. Подошла к окну. Открыла его. Холодный воздух ворвался внутрь, обжигая лицо. Внизу, далеко-далеко, чернела вода. Озеро. Говорят, в нём водятся русалки. И гигантский кальмар. И души утопленников. Эмили посмотрела вниз. — Тео, — прошептала она. — Я скоро буду с тобой. Она занесла ногу над подоконником.

11 декабря. 3:15 ночи.

Драко проснулся от крика. Сердце колотилось где-то в горле. Что-то было не так. Он вскочил, накинул мантию, выбежал в коридор. В гостиной Слизерина горел свет. Он вбежал. Пусто. Только открытое окно и снег на подоконнике. Он подбежал к окну, выглянул. Внизу, на льду, темнело пятно. Человек. — НЕТ! — закричал он. И побежал.

3:30 ночи. Берег озера.

Он нашёл её через пятнадцать минут. Она лежала на льду, раскинув руки. Глаза открыты. Зеленые. Как те хризантемы, что он дарил. Снег падал на её лицо, но она не моргала. — Эмили. — Он опустился на колени. — Эмили, вставай. Она молчала. — Пожалуйста. — Он взял её за руку. — Пожалуйста, не надо. Рука была холодной. — Эмили… Он прижал её к груди. Снег падал. Время остановилось. — Ты моя, — прошептал он. — Теперь ты точно только моя. Он сидел так долго. Пока не рассвело. Пока не пришли люди. Пока не забрали её.

15 декабря. Похороны.

Кладбище в Уилтшире. Маленькое, старое, занесенное снегом. Гроб опускали в землю под тихие слова священника. Драко стоял в стороне, не подходя близко. Он не плакал. Он просто смотрел. На её фотографию. На цветы. На людей в черном. Блейз был рядом. Молчал. Дафна рыдала. Миллисента сжимала её руку. Адриан Пьюси стоял у входа, глядя издалека. Церемония закончилась. Люди расходились. Драко не двигался. — Я подожду, — сказал он Блейзу. — Один. Блейз кивнул и ушел. Драко стоял над свежим холмиком. Снег падал, укрывая землю белым покрывалом. — Ты моя, — сказал он тихо. — Я отвоевал тебя у всех. У Нотта. У Пенси. У мира. Только моя. Он достал из кармана синюю ленту. Ту самую, что хранил в тумбочке. Положил на могилу. — Я люблю тебя, — сказал он. — Всегда любил. Всегда буду. Ветер взметнул снег. Драко повернулся и пошел к другой могиле. Надгробие было простым. Серый камень. Имя. Даты.

Теодор Силео Нотт.

1981–1998.

Драко остановился. — Зря ты меня прощал, — сказал он. — Идиот. Он помолчал. — Она теперь со мной. Понимаешь? Со мной. Не с тобой. Ветер завыл сильнее. — Ты был хорошим, — сказал Драко. — Слишком хорошим для этого мира. Для меня. Для неё. Он положил руку на камень. — Прости. Он не знал, за что просит прощения. Или знал. Драко шел к воротам. Снег заметал следы. Он остановился. Блейз стоял у входа, прислонившись к каменной арке. — Ты не уехал, — сказал Драко. — Нет. — Почему? — Ждал тебя. Драко кивнул. Они стояли друг напротив друга. Снег падал между ними. — Драко, — сказал Блейз. — Я должен спросить. — Спрашивай. — Это ты убил Нотта? Тишина. Драко смотрел на него долго. Потом медленно кивнул. — Да. Блейз закрыл глаза. — Я знал, — сказал он. — Знал с самого начала. — Почему не сказал? — Потому что ты мой друг. — Был. — Есть. — Блейз открыл глаза. — Ты болен, Драко. Ты всегда был болен. Но я надеялся… — Напрасно. — Да. — Блейз вздохнул. — Что теперь? — Не знаю. — Ты будешь убивать снова? — Нет. — Драко покачал головой. — Всё кончено. — Для тебя? — Для всех. Блейз смотрел на него. — Ты любил её? — спросил он. — Больше жизни. — Тогда зачем? — Именно поэтому. Они молчали. — Что ты сделаешь? — спросил Драко. — Не знаю. — Блейз пожал плечами. — Часть меня хочет сдать тебя аврорам. — А часть? — Часть хочет уйти и забыть, что видел тебя сегодня. — Выбирай. Блейз молчал долго. — Уходи, — сказал он наконец. — Уходи и не возвращайся. Никогда. Драко кивнул. — Спасибо. — Не за что. Драко пошел к воротам. — Драко, — окликнул его Блейз. Он обернулся. — Ты пожалеешь, — сказал Блейз. — Когда пройдет время. Когда утихнет боль. Ты поймешь, что наделал. И это будет хуже любой тюрьмы. — Я знаю, — сказал Драко. — Уже жалею. Он ушел. Блейз смотрел ему вслед, пока снег не скрыл фигуру.

Конец.