Второй раунд

В своей комнате, за плотно прикрытой дверью, наступила тишина. По старой привычке Ростислав сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь сбросить с плеч ледяную тяжесть, налипшую в комнате матери. Не помогло. Его взгляд блуждал по привычной обстановке и остановился на ноутбуке. Очень хотелось выговориться, и единственным человеком, который знал о его ситуации, был Марк. Ему Ростислав и решил написать в надежде на поддержку. Ростислав: «Ситуация СОС» Марк: «????» Ростислав: «У меня же был план...» Марк: «Ага, пообщаться с Джоном.» Ростислав: «Так вот... Я его перевыполнил.» Марк: «В смысле?» Ростислав: «Да в прямом.» Марк: «Дружочек, ты меня не беси.» Ростислав: «Я пришёл домой, а мать разговаривает по скайпу с этим Джоном. Ну я и решил, чего тянуть.» Марк: «Ахахаха... Безбашенный.» «И как всё прошло?? Выкладывай.» Ростислав: «Ну... Он показался... Неплохим? Хз.» Марк: «Слишком мало информации.» «Как он выглядит? Говорит?» Ростислав: «Он... Джонатан Хейз... Блять, он шикарен. Серьёзно... Он как будто с обложки журнала... Чертовски горяч... Я даже не знаю, как его описать.» «А говорит он, кстати, по-русски. С жёстким акцентом, конечно, но говорит. И голос у него приятный. Чел, серьёзно, я не верю, что такой идеальный человек мог запасть на мою неидеальную мать.» Пару минут от Марка не было ответа, а потом он скинул несколько ссылок и сообщение после них. Марк: ««ссылка на фейсбук»» ««ссылка на инстаграмм»» «Я нашёл его в соцсетях. И он просто ахуеть как горяч. Я б отдался, жаль уже занят.» Ростислав перешёл по ссылкам, и на обоих сайтах набор фотографий был примерно одинаковым. Вот Джон на море рядом с пальмой. Вот Джон, видимо, на другом море, рядом не пальма, а ель. Вот Джон на какой-то горе, рядом камень. Всегда неизменная улыбка, но глаза какие-то совсем не такие, какие Ростислав видел и запомнил. Какие-то безжизненные. Пока Ростислав рассматривал фотографии мужчины, Марк продолжал печатать сообщения. «Вообще он нереальный красавчик. Ещё и в куче мест бывал. Только какой-то скучный, что ли. Все фотки супер похожие.» «Очень-очень странно.» «И кстати. Фотки есть только за последние пять лет, хотя аккаунты заведены хрен знает когда. Как будто жизнь началась с чистого листа? Или закончилась пять лет назад? Но я не нашёл других аккаунтов. А друзья у него везде скрыты. Странная приватность для такого публичного профиля.» Ростислав тоже всё это заметил, просматривая страницы Джона. Каждое фото словно попытка показать: «Со мной всё супер». Ростислав щёлкнул по самой ранней, той, которая была сделана пять лет назад. Джон стоял на фоне какого-то каньона, улыбка широкая, но глаза... Пустые. Будто кто-то выключил свет. Ростислав знал это чувство. И только отступивший холодок снова пробежал по спине, облизывая шрамы. Видя эти фотографии, он чётко осознал разницу между настоящей улыбкой и фальшивой. Хотя, наверное, это мало кто заметит, только тот, кто в отражении видит точно такую же маску. Ростислав: «Согласен.» Парень мог только согласиться с другом. Марк: «Я бы предложил тебе с ним поговорить наедине, тет-а-тет, так сказать... Но ты пока просто подумай... Может, с маман своей поговорить? Хотя это, наверное, гиблое дело. Лучше тётке своей позвони, ну той, чей муж друг этого Джона... как там, бишь, её??» Ростислав: «Ты отлично знаешь мою мать...» «Думаю, ты прав, и стоит позвонить тёте Любе, и там уже по цепочке... Сам уже не помню, чей там он друг, но думаю, она поможет.» «Марк, у тебя довольно разные взгляды на тех, кому б ты дал.» Марк: «Блииин~ Я думал, ты это проигноришь. И вообще, я свободный человек и просто не ограничиваю себя! Вот.» Марк отправил смайлик, показывающий язык. Ростислав улыбнулся непосредственности друга. Ростислав: «Марк. Спасибо.» Марк: «Всегда пожалуйста, дружочек.» Взгляд Ростислава непроизвольно вернулся к просмотру аккаунтов Джона. Что-то его очень смущало в них, а ещё, как и заметил Марк, было странно, что оба аккаунта заведены более десяти лет назад, но самые ранние фото примерно пятилетней давности. Очень странно. Пока что вопросов больше, чем ответов, но рано или поздно он выяснит всю правду. Несколько дней после того насыщенного Ростислав ходил сам не свой. На уроках витал в облаках, отвечал невпопад, с одноклассниками почти не говорил. Его мысли стали почти осязаемыми и давили на парня с весом не меньше тонны. А через два дня с того диалога с матерью и Джоном был день тренировки, которую Ростислав не мог, да и не хотел пропускать. Ему нужно было выпустить пар и скопившуюся энергию. Это он и сделал. Настоящему избиению от шестнадцатилетнего парня подверглись двое парней на несколько лет старше, а Марк с милой улыбочкой старался держаться подальше от друга и не попасть под горячую руку. Ростислав чувствовал тяжёлый взгляд тренера на своей спине, но игнорировал, вкладывая в каждый удар по лапам всю свою ярость, растерянность и страх, до самого окончания тренировки. Когда все ушли, Ростислав задержался, подойдя к Виктору Анатольевичу: — Дядь Вить, хотите послушать сказку? Только учтите, она не дописана. Парень пытался, чтобы его голос звучал бодро, но знал, что кривая улыбка и вечный холод в глазах выдавали его нервное напряжение и то, что разговор будет непростым. Мужчина же решил подыграть и со своим обычным суровым выражением лица ответил: — Люблю сказки. Пошли в тренерскую, напою чаем и послушаю твою историю. Они расположились в уютном маленьком помещении, единственными источниками света были несколько винтажных настольных ламп, стоящих на столе, на полке рядом с кубками, в шкафу, совершенно бессистемно, но из-за этого очень расслабляюще. Чайник быстро закипел, и на столе появились две фарфоровые чашки (они не соответствовали ни этому месту, ни виду тренера, но гармонично сочетались с атмосферой этой комнатушки), наполненные ароматным чаем. — Всё ещё поражаюсь этому вашему увлечению, — Ростислав берёт чашку и задумчиво пялится на неё, собираясь с мыслями. — Каждый чай уникален, — пожимает мужчина плечами, отпивая немного из чашки, — также как и люди. Парень на это только хмыкнул, но ничего не сказал. — Слава, ты обещал мне сказку. Тренер не торопит. Но также не даёт погрузиться в свои мысли окончательно. Ростислав вздыхает и рассказывает. Он рассказал обо всём, включая разговор со своей матерью утром несколько дней назад и о вечернем знакомстве с Джоном. Всё сухо и по фактам. Рассказ оказался далёким от сказки. Он только надеялся, что финал получится не как у братьев Гримм. — Мда, не быть тебе сказителем, — мужчина внимательно слушал, медленно попивая чай, — А сам-то ты чего хочешь? — Не знаю. Это был самый честный ответ, на который был способен Ростислав. За эти дни он много думал, читал разные истории о переездах в США. Всё-таки связался со своей тёткой и через неё с её мужем, узнал всё что мог о Джоне, а Марк помог просмотреть соцсети. — Этот Джон выглядит слишком идеальным. С ним точно что-то не так, и меня это бесит, ведь я не могу понять, что меня смущает. — У тебя есть его контакт? Номер там или страница в интернете? — Я знаю его фейсбук и инстаграмм, — Ростислав не понимал, к чему ведёт тренер. — Ну вот. Напиши ему. И спроси. Если он действительно хочет сблизиться с тобой, ему нужно быть честным. Я знаю тебя, дружочек, и твои инстинкты тебя никогда не подводили. Задумавшись, Ростислав сделал особенно большой глоток, но, к счастью, чай уже остыл. — Да. Так и сделаю. Спасибо, дядь Вить. — Ты знаешь, где меня искать, дружочек, — отсалютовал пустой чашкой. Ростислав закатил глаза, услышав своё дурацкое прозвище. А Виктор Анатольевич усмехнулся и снова включил чайник.