Глава 6.
11 февраля 2026 г., 23:49
Музыкальный веер лежал в колыбели из переплетенных корней, окутанный тусклым серебристым маревом. Стоило Шэнь Юаню протянуть к нему руку, как инструмент сам прыгнул в его ладонь, словно преданный пес, который ждал хозяина вечность.
Бамбуковые пластины были тонкими, как лепестки, а шелк — прозрачным, с вышитыми на нем облаками, которые, казалось, плыли под порывами ветра. Как только пальцы Юаня коснулись рукояти, по его телу прошла мощная волна жара. Шпилька на поясе и веер в руке вошли в резонанс, создавая внутри него вихрь, который начал заново выстраивать разрушенные меридианы.
— Кха! — Шэнь Юань пошатнулся, изо рта вырвался сгусток темной энергии — остатки того самого «забвения», которым боги отравили его душу.
Хо Чжань подхватил его, прижимая к себе. Его лицо было бледным от напряжения.
— Тихо, тихо... Не сопротивляйся. Твоё тело вспоминает, как быть сосудом для силы.
— Это... больно, А-Чжань, — прохрипел лекарь, сжимая веер так крепко, что костяшки побелели. — Но теперь я чувствую... я чувствую всё.
Они провели в лесу еще несколько часов, пока буря внутри Шэнь Юаня не утихла. Когда луна поднялась над деревьями, лекарь выглядел иначе. В его взгляде появилась твердость, которой не было раньше, а движения стали более точными, почти пугающе грациозными.
Вечерний костер горел ровно. Шэнь Юань сидел напротив Хо Чжаня, вертя в руках раскрытый веер. Одно легкое движение руки — и веер испускал тихий мелодичный звон, который отгонял ночных насекомых и лесных духов.
— Расскажи мне, — тихо попросил Шэнь Юань. — О том, что было до... до того, как я стал «никем». Кем мы были друг другу? Боги называли тебя моим стражем, но... то, как ты смотришь на меня сейчас... стражи так не смотрят.
Хо Чжань долго молчал, вороша угли длинной веткой. Его лицо в свете огня казалось высеченным из камня.
— Ты был Богом Справедливости, — наконец заговорил он. — Но ты не был похож на остальных. Ты спускался к людям, ты лечил их детей, ты плакал над их горестями. А я... я был просто лучшим мечом империи, пока ты не выбрал меня. Ты сказал, что тебе не нужен слуга. Тебе нужен тот, кто разделит с тобой путь.
Хо Чжань поднял глаза, и Шэнь Юань увидел в них отражение той самой 300-летней боли.
— Мы проводили ночи на террасе Небесного Дворца, споря о поэзии и попивая вино, которое ты тайком крал из погребов Императора. Ты всегда говорил, что правила — это лишь рамки для тех, у кого нет сердца.
— Мы были... любовниками? — прямо спросил Шэнь Юань, чувствуя, как краснеют щеки.
Хо Чжань горько усмехнулся.
— Мы не успели. В ту ночь, когда я хотел признаться тебе, тебя арестовали. Я только и успел, что пообещать... что найду тебя в любой из жизней.
Шэнь Юань отложил веер, поднялся и сел рядом с Хо Чжанем, плечом к плечу. Он чувствовал, как от воина исходит жар — не магический, а человеческий. Лекарь осторожно положил голову на плечо Хо Чжаня.
— Прости, что заставил тебя ждать так долго, — прошептал он. — Триста лет в одиночестве... Я не могу вернуть тебе это время, но я обещаю, что больше не забуду. Даже если Боги выжгут мне глаза.
Хо Чжань не выдержал. Он обхватил Шэнь Юаня руками, утыкаясь лицом в его плечо. Его плечи мелко дрожали. Это был первый раз за три века, когда Бессмертный Страж позволил себе быть слабым.
Тишину ночи разорвал резкий, свистящий звук. С неба, пробивая кроны деревьев, упала золотая стрела, вонзившись в землю в паре метров от их костра. Она не горела — она сияла холодным, карающим светом.
— Нашел, — раздался сверху самодовольный, звонкий голос. — Старший брат, ты всё так же плохо прячешься. И твой цепной пес всё еще с тобой? Какое трогательное зрелище.
Из тени деревьев вышел юноша в ослепительно-золотых доспехах. В его руках был длинный лук, вырезанный из кости лунного дракона. Это был Лань Хэ, младший небожитель, который когда-то называл Шэнь Юаня братом, а теперь смотрел на него с брезгливостью.
— Отойди от него, грязный смертный, — процедил Лань Хэ, накладывая вторую стрелу на тетиву. — Или я прикончу тебя раньше, чем мы доставим этот «пустой сосуд» обратно на суд.
Хо Чжань медленно поднялся, заслоняя Шэнь Юаня.
Его меч наконец покинул ножны, и по лесу разнесся гул, похожий на рык разъяренного зверя.
— Попробуй, — коротко бросил он.
