Бонус.
11 марта 2026 г., 17:37
✘✘✘
Мир твердил ему с пелён: «Ты — Альфа, значит, будь скалой, В мускулы укутай сердце, прикройся ты бронёй. Не смей реветь, не смей жалеть, Потупил свой взор — так ты позор!». Не меч в груди — рассветный луч носил он в груди. Чужую боль не множил он, не становился злым. Но мир твердил: «Ты не такой», Что чертополохом проросло в душе злой мглой. Тонкий стан, мягкий изгиб губ, И взгляд, что в чужую душу входит, словно в сруб. А за спиной: «Какой же это Альфа? Фу! Омега, сто процентов, раз такая красота». И он поверил в это, просто перестав Смотреть в глаза всем тем, кто свой приговор в зубах таскал. Он выстроил свой мир из книг и тишины, Где не чувствует своей вины. Но в час, когда сентябрь листвою зашумел, В зал, где он тихо сидел, вошёл кто-то, кто был более смел. Пахло от него печёным яблоком и жаром печи, И запах этот бил наотмашь, прожигая теплом изнутри. А под сладостью — ветвиер, древесный тёмный корень, Землистой мощью прорастал, был дик и непокорен. Он встал в проёме, плечи — шире, чем у Альф, И невозмутимо бросил в зал: «Я — Ким Тэхён». И взгляд зелёный, хищный, скользнул по головам, По этим пахнущим тестостероном львам, Минуя тех, кто жадно нюхал воздух носом, Чтоб сесть лишь с тем, кто не был скользким псом. И выбрал он того, кто, затаив дыханье, От робости почти терял сознанье. «Привет, я сяду, Пуговка?» — спросил. И жизнь рванула вскачь, набравшись небывалых сил.✘✘✘
Кто сказал, что Омега — слабый, немощный цветок? Кто придумал, что Альфа — всегда рулевой? Потому что в руках Омеги растаял тот, Кто должен вести за собой. Тэхён не защищал — он укрывал собой, Своим плечом и верною душой. У двери ждал, гнал прочь мразей-шакалов, Чьи взгляды — грязь, а слова — как лезвия оскалов. А если Чонгук болел — нёс кашу и лекарства, Да ворчал: «Глупенький Альфа, давай поправляйся». А в парке, средь облачной ваты и тёплой весны, Шепнул то, что сбылось, как лучшие сны: «Давай встречаться? Ведь я пропал в тот самый миг, Когда твой взгляд в меня, как свет, проник. Ты взглядом не терзал, не мерил, как товар, Ты просто смотрел — и сердце мне разорвал». Их поцелуй стёр мир в сухой песок, Оставив только яблочный, хмельной ток. Тэхён прижал к себе, сжимая тонкий стан, Чонгук же шепнул: «Возьми меня в свой крепкий капкан».✘✘✘
А дальше — коридор, толпа, проклятый грушевый смрад, И руки чужие, что липнут, как яд. «Ты ж любишь снизу», — шептал наглый Омега, глумясь, И рухнул мир Чонгука в вязкую грязь. Вжался в шкаф, ушёл в себя, да затих, Ни крикнуть, ни сбросить — прирос, как жухлый стих. Альфа внутри молчал, сковало его льдом, «Какой я Альфа, если сам себе стал врагом?» Но Тэхён налетел, как грозный ураган, Отшвырнул наглеца, заслонив свой мир вмиг. «Предупреждаю раз: этот Альфа только мой! Ещё шаг — и кишки выпущу наружу, долой». И поцеловал Чонгука, вырвав из чёрной дыры, Вдыхал в него свет, разгоняя непрошенные миражи. «Дыши, — шептал, прижимая к своей шее. — Ты имеешь полное право быть слабым». И Чонгук ожил, вдохнув родной, яблочный плен, Разбив вдребезги навязанный плен. Из «должен», «обязан», «будь камнем», «молчи и терпи», Он выдохнул: «Я с тобой, пожалуйста, прости».✘✘✘
Дома, в прихожей, где сумрак был густ, Тэхён прижал к стене, сцеловывая грусть. «Ты — только мой, — рычал, срывая ткань. — Сейчас я докажу, что та якобы правда — полная дрянь». Под бёдра подхватив, к себе теснее прижал, А Чонгук, словно лоза, его торс обвил, Доверив плоды, как шпалерам, земле. И таял в руках, как воск на свече. Тэхён был щедр, как сад в свой самый щедрый год, Целуя каждый миллиметр — вдоль и поперёк. На шее цвели засосы — розовый-алый рассвет, И Чонгук выдыхал его имя, как тайный обет. «Хочу всего», — шептал Омега, в экстазе тая, Вкушая дождь и хвою, что сводят с ума. Язык приник туда, где пульс безумно бился, И Чонгук, как струна, просил и молил. «Смотри на меня, — приказал, входя в него, — Хочу видеть твою душу, что в неге сгорает». И Чонгук смотрел, тонул в зелёной, бездонной мгле, И мир разлетался на части в горячей золе. И оргазм накрыл волной, смывая берега, Где жил «неправильный Альфа» и такой же Омега. Остались лишь они двое, их жар и аромат, И шёпот: «Люблю», что звучал, как дивный сад.✘✘✘
Так кто же здесь главный, если Омега несёт на руках Того, кого мир заклеймил в «неудачниках» и «слабаках»? Кто бросит камень: «Неправильно», «странно», «не так»? Пусть сперва испытает, как тонут в «слабых» руках. Как дышат одним дыханием, деля на двоих И слабость, и силу, и нежность, и этот безумный стих. Они — доказательство: мир многогранен и прост, Где Альфа — не только клыки, но и тихий, уютный погост, Где можно упасть — и знать: подхватят, спасут, Где «Омега» — не приговор, а ярчайший салют Силе, что Вселенную держит в каждой клетке, Правде, что не на плакате, а в редкой отметке. На шее, на сердце, на смятых, пахнущих счастьем простынях. Где «Я твой» — не потеря себя, а победа в самых честных боях. И если вы спросите, в чём же рецепт, формула, код? Просто будьте собой. И пусть тот, кто надо — придёт. «Ты — самый красивый, родной. Я буду беречь тебя, вечно и целовать с мольбой. Ты — не ошибка, ты — чудо, что держит мир». И рухнет стереотипов железный, прогнивший трактир.
