Бездыханный Ловкач
12 февраля 2026 г., 08:00
мы людей встречаем разных на пути некоторых лучше сразу обойти © linguist
В единственном баре в гавани Калькутты крутили рекламу из новинок межгалактического синематографа. Смотрели её двое посетителей и бармен, а ещё рыжая бестия в широком ошейнике с блестяшками, пришедшая с одним из гостей. Не то чтобы она смотрела, скорее виляла хвостом, выпрашивая что-нибудь пожевать, принюхиваясь преимущественно к конфетам. После реорганизации (вернее перераздела) транспортных маршрутов и зон влияния, этот уголок в инди-секторе перестал интересовать логистические компании от слова совсем. Забредали сюда чаще случайные путники либо пожилые космолётчики, поддавшиеся бестолковой ностальгии о днях удалой юности, когда корабли клана Сыгу ещё бороздили окружающий космос во всех шести пространственных направлениях. “Ли Сянъи и цзиньюаньский разбойник”! От космического попрошайки до первого меча в галактике! Млечный путь доселе не видывал такого успеха! Он жил как любил, горел своей миссией и погиб во цвете лет, спасая галактику от нападок тёмного клана Цзиньюань! Новый блокбастер, основанный на реальных событиях, полубиографический мегахит о великом и могучем герое, о его верной и доброй возлюбленной, о дружбе и предательстве, о продажности и коварстве, и о верности своим идеалам. Если ты родился воином – будь им! “Ли Сянъи и цзиньюаньский разбойник”. В кинотеатрах с середины июля. Ли Сянъи основал клан Сыгу в восемнадцать лет! А чего добился ты? Узнай секреты успеха из биографии великого воина! Всего за сто пятьдесят единиц в сети кинотеатров “Наследие Гагарина”. На экране мелькала нарезка самых впечатляющих фрагментов: нищие кварталы окраинного сектора резко сменялись сияющими высотками из центрального округа, появлялись скрещивающиеся мечи и лучи бластеров, кричали женщины в красивых космических скафандрах, развевались парадные одежды красного цвета с узорчатой вышивкой, звучал гимн клана Сыгу, а завершал всё эпичный взрыв, как от сверхновой, только масштабом поменьше и с разных ракурсов. – Взрывающийся вертолёт, обязательный атрибут любого трейлера, – прокомментировал бармен, протирая замызганные стаканы. Не из санитарных побуждений, а скорее имитируя занятость. Посетитель, одинокий лётчик с мелкого однопалубника в задрипанном комбинезоне, явно видавшем и лучшие времена, лишь лениво мазнул взглядом по экрану, порылся в тарелочке с засохшими конфетами, вытащил одну, более-менее на вид, и бросил зверюге. Та проглотила, не жуя, и тут же принялась выплясывать возле печеньки в руке у хозяина. Рыжая четвероногая животина из породы рыжих бестий из ирландского сектора Млечного пути больше всего напоминала земных собак. Милые, пушистые, шевелят ушками, виляют хвостиками, вот только набор зубов, способных прокусывать титановые пластины, и устойчивость к космической радиации делали их предметом охоты частных зоопарков и коллекционеров. Правда, в неволе они жили недолго и не размножались, но таскать с собой на виду такой раритет, особенно, если не выглядишь способным за себя постоять, было рисково. Хотя, не факт, что кто-то опознает. Бармен вздохнул: нынешний уровень образования снизился на порядок, местные выпускники даже китайского кролика от зайца-русака отличить не могли. Да что там ксенобиология! Некоторые даже в созвездиях не разбирались, находили Большую Медведицу, а дальше тупили, в какую сторону от ковша двигаться, чтобы найти Малую. Дубины стоеросовые. Второй посетитель, ухоженный юноша в облегающем комбинезоне последней модели, напичканном, кажется, всевозможными опциями по максимуму, благосклонно взглянул на собачку и бросил ей пару кусков со своей тарелки из другого конца бара. Ловко и метко, не задев больше ничего, как по ниточке. Рыжая бестия моментально выплюнула хозяйскую печеньку и повернулась в сторону мясного и тут же заглотила подачку. – Вы не знаете, где ближайший кинотеатр? Нужно обязательно сходить на “Ли Сянъи и цзиньюаньского разбойника”, – выдал он, поигрывая бровями. – Ли Сянъи был выпендрёжником и высокомерным болваном, – ответил первый посетитель, откусывая от той же печеньки, что только что дал погрызть собаке, в отличие от псины, его, кажется, не интересовал дважды прошедший срок годности у закуски. – Даже деньги на билет на такой паршивенький боевичок тратить не стоит. Что? Может всё-таки откусишь? Там есть сахар. – Что ты сказал?! – подскочил тот на своём месте, оглушительно рыкнув на весь бар и расплескав кружку калькуттского рома. – Да кто ты такой?! – А? – озадачился бармен, даже тряпкой наяривать перестал. – Я сказал, “Взрывающийся вертолёт, обязательный атрибут любого трейлера?” Я – бармен. – Да не ты! – взвился юноша. – Я сказал, “Что? Может всё-таки откусишь? Там есть сахар”, – повторил последнюю фразу второй посетитель и выпрямился на стуле, стала видна нашивка с кушающей из рюмочки змеёй, – а я – целитель. – Нет, до этого, – кажется, юноша начал чувствовать себя нелепо, но по каким-то причинам продолжил гнуть выбранную линию. – А что я сказал до этого? Не помню. Наверно, Лисоньку кормил. На, кушай, кушай хорошо, моя лапочка, сейчас наследник клана Тяньцзи тебе ещё чем-нибудь угостит. – На, у меня ещё мясо осталось, – благожелательно поманил зверюгу тарелкой юноша, а потом сообразил, что вообще-то он не то собирался сделать. – Ты оскорбил моего учителя Ли Сянъи! – Ли Сянъи – твой учитель? Не знал, что у него были ученики, – округлил глаза целитель и засуетился. – В фильме тебя покажут? Может автограф дашь? – Нет. Не переводи тему! Ты посмел назвать его высокомерным болваном. Извинись! Бармен с целителем переглянулись, одинаково пожали плечами, и последний засобирался. – Ты куда! Эй! Ты куда! А ну стой! Откуда ты узнал, что я из Тяньцзи? – Семейство Фан известно в ближнем космосе своей тягой к изощрённым техническим механизмам, а также дорогими и опасным штучкам. На чём и заработали себе состояние и репутацию, а, судя по твоей одежде, у тебя в каждой пуговице что-то встроено, на каждом лацкане – закреплено. Наследник министра Фана не боится светить своим богатством в этом захолустном уголке! Действительно, впечатляет. – Я могу за себя постоять! – А я нет, потому раскланиваюсь, во избежание, так сказать. Двери бара, сделанные под старину на вертящихся петлях, разлетелись от пинка снаружи, и внутри резко стало людно. Ну, может не людно, а скорее гуманоидно. Пятеро с нашивками клана Ветра и Огня вбежали в помещение и принялись осматриваться, сверкая глазами. Говаривали, что в их клан брали исключительно краснокожих марсиан, либо их же метисов, чтобы соответствовать основной концепции. В этом случае слухи не врали. – Это ты Ли Ляньхуа? – главный краснокожий навис над целителем, который, с выражением вселенской скорби на лице, следил за выходом, теперь надёжно скрывшимся за спинами посетителей. – Н-нет. Я уже собирался уходить, Лисонька, ко мне! – А откуда у тебя нашивка целителя. – Это из ветеринарии. Тут, видите, немножечко другой рисунок, я не думаю, что смогу вам помочь, – залепетал мужчина, пугливо приподняв плечи. Юноша, мгновение назад наехавший на того же самого посетителя, закатил глаза. Насколько явно несчастный излучал страх и отчаяние, настолько сильно ребята – агрессию и бескомпромиссность. Он покачал головой, вытащил из кармана нефритовый жетон сыщика и вышел из-за стола с намерением вмешаться. – Эй! Я – Фан Добин, сыщик из Байчуаня! Что вам от него нужно? Пятеро краснокожих сначала чуть присели, но затем, оглядев пустующий бар, зримо расслабились. Главарь криво ухмыльнулся, сделал знак ближайшему подчинённому, тот взял целителя за шкирку, как нашкодившего котёнка и подтащил к ним поближе. – Мы из зала Ветра и Огня и ничего не нарушали. Зачем нам здесь Байчуань? – В цивилизованном обществе запрещено хватать и похищать людей. – Это дело только между нами, нет нужды вмешиваться, товарищ сыщик, – по команде главаря его спутники чуть-чуть показали свои внушительные мечи. – Без нравственности человек подобен животному. Не вынуждайте меня применять силу, – Фан Добин выхватил блестящий бластер, словно только что снятый с витрины, и длинным выдохом сдул чёлку со лба. Вышло эффектно и кинематографично, как будто он долго и упорно тренировался перед зеркалом. Целитель незаметно закатил глаза, Лисонька наклонила голову на другой бок и высунула язык, члены клана Ветра и Огня поморщились, но оружие спрятали. – Этот… Ли Ляньхуа должен нам воскресить кое-кого. – Воскресить? – Фан Добин торопливо спрятал жетон и удивлённо переспросил. – Разве можно кого-то воскресить? Если кто-то сделает это, я возьму его фамилию. – Нет! Нельзя, конечно же нельзя! – тут же подал голос целитель, но словил щелбан. – Мертвеца поднять невозможно. – Хватит издеваться! Не поднимешь его сегодня, оторвём твои руки-крюки, – рявкнул подчинённый. – Он воскресил Ши Вэньцзюэ и Хэлань Те. Пусть сделает то же для Ловкача, – добавил главный. – Вы кого-то убили и теперь хотите, чтоб я его оживил? Убийцы! Они убийцы! Арестуйте их, – принялся вопить целитель, совершенно недостойно трепыхаясь в хватке. – Мы никого не убивали, – отпёрся главный, но под подозрительным взглядом переформулировал, – кроме тех, кто заслужил. Но этот не должен был умирать! Он не сказал всего, что знает! – Товарищ сыщик, видите? Видите! Они ведут себя как боги смерти, арестуйте их! Ай! Больно! – Ещё одно слово – и ты сейчас получишь… У Фан Добина на лице было написано, что он уже двести раз пожалел, что вмешался, но честь Байчуаня не позволяла просто исчезнуть с горизонта. – Давайте посмотрим на вашего Ловкача. Я смогу понять, окончательно ли он мёртв, и можно ли его воскресить.* * * *
– Мёртвее некуда, причина смерти, удар в грудную область, – резюмировал Фан Добин. Краснокожие притащили гроб с телом прямо ко входу в бар, видимо, чтобы целитель всё сделал не отходя от кассы, даже далеко идти не пришлось. Внешний осмотр показал отсутствие дыхания, пульса и низкую температуру тела. Ничего, за что можно было бы зацепиться, выпрашивая воскрешение. – И что же нам делать? Нам нужно кое-что у него спросить, – главный скосил взгляд в сторону целителя, тот тут же дёрнул сыщика за рукав с видом “смотри как зыркает”, но реакции не добился. – Он умер не так давно. Меньше трёх дней. Если найдёте Мастера Воспоминаний, можете прийти в Байчуань и попробовать извлечь его память, – предложил Фан Добин, совершенно не веря в собственные слова. После падения империи Наньин, чьи жители больше остальных рас специализировались на ментальных практиках, а также извлечении памяти в кристаллы, настоящих Мастеров Воспоминаний осталось настолько мало, что все они либо числились на госслужбе, либо были в штате у сильных мира сего, либо… По рукаву Ориона ходили слухи, что пара Мастеров Воспоминаний основали собственную школу, ещё кто-то открыл центр по оказанию услуг, и вроде бы ещё несколько путешествуют по галактике с чисто исследовательскими целями, но, увы, всё это были лишь разговоры. Те Мастера, что встречались на узловых пересадочных станциях, были лишь учениками, нахватавшимися знаний от настоящих наследников Наньина, не более того. Могли выполнять примитивные переносы, расклады, но и только. Считалось, что обучить не наньинца этому мастерству в полной мере невозможно, единственным примером такого уникума раньше считался Ли Сянъи, но сейчас, спустя десять лет после его смерти, проверить что-либо было уже невозможно. – У нас тут Мастера Воспоминаний на каждом шагу, что ли? – И причём тут Байчуань? Нам сейчас надо. Краснокожие угрожающе запричитали, Фан Добин сделал суровое лицо. – Этот Ловкач, во-первых, известный вор, во-вторых, погиб не своей смертью, необходимо провести расследование. Я конфискую тело. У меня вылет, – дёрнул он рукой, стаскивая рукав с запястья, и глянул на навороченные часы минимум с семью дисплеями, – через десять часов, как оформят разрешение. Если успеете… Слова повисли в воздухе, члены клана Огня и Ветра недовольно зароптали, но затем всё-таки развернулись и ушли. – Спасибо, спасибо вам за то, что спасли мою жизнь, я уж думал всё, конец, – тут же бросился к нему Ли Ляньхуа и начал комкать рукав в пальцах, будто ненавязчиво растягивая манжету. – Вот только… А если они вернутся? – Не волнуйтесь, господин, пока я здесь, вам ничто не угрожает, – раздулся от гордости Фан Добин. – Если хотите, можем вместе посидеть в баре эти десять часов. Я угощаю, – закончил он, заметив, что собеседник печально смотрит под ноги перебирая пальцами, словно отсчитывая купюры. – Да как я могу? Но… мой кошелёк. – Не волнуйся, я заплачу. Я же наследник из Тяньцзи. Прошу внутрь. – Вы… вы такой крутой! – чуть не прослезился целитель.* * * *
– Единственный сын министра Фана поразительно глуп. Таскать на виду украшение для меча стоимостью как новый транспортник. Выпендриваться он не хочет. Ну-ну. Чем дальше, тем кадровая политика академии Байчуань всё хуже и хуже. Прислали доверчивого новичка, который даже осмотр трупа провести не может, не то что распознать усыпляющий порошок в вине. Хвастается без меры. “Ему немного подпоёшь – и делай с ним, что хошь!” – пропел Ли Ляньхуа старенькую популярную песенку из межгалактического репертуара Ретро-ФМ. Он как раз закончил втыкать длинные иглы в тело Ловкача, нажал пару точек в районе шеи, а затем щёлкнул пальцами. “Труп” открыл глаза и резко задышал, хватая ртом воздух, как едва не утонувший пловец. – Почему так долго? Знаешь же, что “Бездыханность” держится максимум три дня! Меня чуть не убили эти краснокожие! – начал громко возмущаться вор и тыкать пальцем в целителя. – Тише ты, надо уходить. Эти ребятки где-то поблизости, и сыщик скоро очнётся. Я подброшу тебя до корабля. Ты нашёл, что я просил? – Да, отдам на корабле.* * * *
Фан Добин пришёл в себя рывком. Вот он лежал носом в барную стойку и через мгновение уже смотрел осоловевшим взглядом на бармена. Сбоку ревела очередная реклама про “Ли Сянъи и цзиньюаньского разбойника”! Только сегодня, не упустите шанс увидеть Ли Сянъи собственными глазами. Он промчится мимо вас будто молния и скроется в галактической дали! – Ты как? Выспался? – сочувственно пробасил бармен и сунул ему в лицо стакан с водой. Судя по мутной жидкости с плавающими в ней непонятными частицами, инди-сектор оправдывал своё название. В плане антисанитарии в том числе. Фан Добин еле сдержал рвотные позывы и отвернулся. Голова болела, перед глазами плавали круги, в горле стоял ком. – Ну, как знаешь, – бармен выплеснул воду на стойку и принялся возить её туда-сюда грязной тряпкой. – Не верь киношникам. Это всё фантастическая выдумка, чтобы подороже продать франшизу. Они каждый трюк по десять раз с разных ракурсов переснимают. Фан Добин даже возразить не успел. В бар ворвались краснокожие ребята и сразу же направились к нему. – Ты же сыщик, да? Мы только что выяснили , что Ли Ляньхуа давно знаком с Ловкачом! Что ты на это скажешь? – Не… не может быть, он же… Где он? – Фан Добин подскочил на месте, вспоминая в какой стороне стоянки кораблей и выход в открытый космос. Они добежали туда как раз вовремя, чтобы через огромные стеклянные окна увидеть, как странный, увешанный нашлёпками и посторонними конструкциями конусовидный корабль закладывает обходной вираж. – Где он? Где Ли Ляньхуа? Ну, мужик с рысью? – Фан Добин подбежал к администратору. – С рысью? – аркилиец вытаращил на него все четыре глаза. – Ну такая носатая собака, на четырёх лапах, рыжая. – Ааа, – расплылся в странном выражении лица тот, четыре века узко прищурились. – Это же Лисонька, рыжая бестия с Земли, ласковая собачка. Да, видел. Они только что улетели. Но обещали вернуться. Стив, вон им всегда сахарок оставляет. Приятные ребята. – Как улетели? Айя, не важно. Быстро! Быстро! – закричал он, – если вы разрешите мне вылет немедленно, я ещё успею их догнать. – Ваши документы на вылет? – равнодушно спросил аркилиец, от того умилённого выражения лица не осталось и следа, и протянул шестипалое щупальце. – Мне срочно! Я не могу ждать. – А вдруг вы под видом спешки пытаетесь провезти контрабанду? – пожал тот псевдоплечами. – А его почему так быстро выпустили? – Его? Капитан “Космического лотоса”, великий целитель и эзотерик всея Галактики Ли Ляньхуа, подал документы на вылет сразу по прилёту и все декларации у него всегда в порядке. Он же не транспортник, не торгаш, что там его проверять. – Отлично. Надеюсь, ты помнишь, что ты там сказал? – бордовый от гнева краснокожий навис над юным сыщиком. – Если он может оживлять, то возьмёшь его фамилию? Клан Ветра и Огня потребует объяснений от академии Байчуань!
