Ночь не молчит

      Через несколько минут Патрик вышел из казино и по тому же пути, по которому пришел, начал уходить. Кетч надеялся, что его амулет, скрытый под рукавами пиджака и рубахи, не был замечен, потому что именно благодаря ему все магические штучки не действовали. Даже чуйка ведьм на какую-либо угрозу от него, а она предполагалась с учётом всех брошенных фраз в момент игры.       Резкий толчок в сторону и жесткий удар головой о бетонную стену, и дело с концом. Ведьмак лежал без сознания с окровавленным виском. Может быть это было слишком, а может быть и в самый раз, как месть за все прошлые разы, когда Кетчу приходилось ночами наблюдать за входом в казино, только бы не проворонить уход ведьмака обратно домой.       Арендованная машина, оставленная рядом, оказалась кстати, оставалось только надеяться, что кровь не испачкает салон так, чтобы его невозможно было оттереть. Поездка обещает быть долгой.

***

      Патрик очнулся в момент, когда пение соловьев или кого там за окном начало слишком раздражать. Голова гудела, как обычно бывало после любой авантюры, предполагающей смертельные травмы. Только эту травму он получил не намеренно, своими руками, а чужими.       — Хорошо, что ты проснулся, а то я думал, что окончательно тебя убил, — пропел хриплый голос собеседника, стоявшего на пугающего далеком расстоянии, как будто его боялись.       — И чем же я удостоил внимание такого мужчины? — В горле сухо, а по подбородку стекает нечто липкое с металлическим запахом, глаза постепенно привыкали к свету направленному прямо, а незнакомец, наконец, преобрел очертания лица. — Где-то я тебя уже видел...       — Неужто я настолько сильно приложил тебя, чтобы ночь была забыта?       Патрик обвел помещение взглядом: темно, но уже утро, пахнет древесиной от ближайших предметов, на полу клеенка, а рядом предметы. Ведьмак сглотнул, поняв, что это все приготовлено для него.       — У нас будет какое-нибудь стоп слово или движение? — молящимися глазами посмотрел на незнакомца он, пытаясь вырваться из пут. Тело привязано железной цепью к стулу, а руки связаны наручниками. Никакой магии, никакого шанса на то, что он сможет выбраться.       — Мы сыграем в простую игру: я задаю тебе вопросы, а ты правильно на них отвечаешь. В противном случае мы используем вот это, — мужчина указал на разные ножи, кусачки, даже электрошокер и орбитокласт. Какого черта он только знал об этом слове? Столетние знания некоторых вещей приводили в ужас даже его самого.       Патрик не боялся смерти, знал, что многие люди умирали от потери крови в процессе, боли. Но ему все было ни по чем. Не сосчитать сколько раз он сворачивал себе шею и притворялся мертвым, но некоторые вещи должны оставаться в секрете.       — Итак, твоих рук дело все странности в городе? — в руках мужчины оказался нож.       — О чем речь? — Лезвие прорезало рукав белой рубашки, в которой он остался, и вонзилась глубже, слегка шевелясь. От боли Патрик прикусил губу, но стерпел. Это ведь было только начало. — Брось, Кетч, я сам здесь недавно. — От ладони нож медленно направился вверх, к локтю, лишь чудом, а может по плану, глубина не дошла до вен. — Нет! Не моих рук дело, я ничего не знают, и вовсе не понимаю, почему должен знать.       Холодный металл прошелся по быстро зажившей ране. Это было неприятно, отвратительно и до слез больно. Рану жгло, а кровь быстро скользила с кожи вниз, со звуком ударяясь о клеенку. Патрик был сумасшедшим, потому что это доставляло ему удовольствие.       — Почти как я люблю, — резко произнес он, пытаясь переключить мысли с извращенного представления о том, что ему еще предстоит испытать на что-то другое. Неправильно было думать про Лию в этот момент, но неприятные воспоминания о ее смерти успокоили пылкие ощущения. — Но это всего лишь щекотка.       — Я в курсе, но все равно приятно, да?       После этих слов Патрик даже засвистел от радости. Похоже кто-то любил чужие пытки.       — Так вот о чем ты говорил, когда сказал, что в твою голову лучше не стоит лезть, — вспомнил он про прошедшую ночь.       — Хорошо, вернемся к игре, — в руках оказались кусачки. — Тогда что тебе известно?       — Ничего, как я уже говорил, — сглотнул Патрик, — придурок, — уже тише произнес он.       На этот раз он не сдержал крика, два оторванных ногтя немного с кожей и мясом упали, окровавленные, на пол.       — Не надо мне врать. — Присел на корточки Кетч. — В следущий раз будут на ногах. Ты этого хочешь?       — Ничего, заживет, — прошептал Патрик и сплюнул вязкую слюну прямо на щеку своему насильнику, однако и тому, кто доставлял удовольствие, еще бы чуть-чуть и вставший член вряд ли можно было бы как-то спрятать в таком положении.       — Мне надоедает играть, — Кетч вытер каплю со щеки и вернулся к столу.       — Но мы же только начали.       — А тебе нравится? Никогда я еще не участвовал в BDSM практиках, — кровавый инструмент вернулся к остальным. — У меня не было желания быть здесь, и я знаю, что меня просто вышвырнули, чтобы не шатался без дела, но я и здесь сижу без дела, а если Винчес... — Кетч осекся, он не хотел жаловаться своему пленнику на двух братьев, которым давно хотел понравиться, но лишь с опреденной целью, заданной британскими хранителями знаний. Боже, верни его в Лондон.       — Можешь заканчивать предложение, Винчестеры меня никак не касаются, хотя и нехорошие воспоминания меня с ними связывают. Будь они на твоем месте, возможно, они бы уже лежали с туберкулезом или раком яичек.       — Кстати о них, — шокер резко зажужжал в чужих руках. — Я ведь знаю, что ты что-то скрываешь. Так почему же не хочешь мне ничего рассказать, чтобы я тебя отпустил?       — А ты отпустишь?       Электричество поразило в области гениталий, расходясь по всему телу. Патрик запрокинул голову, пытаясь отдышаться, то и дело сжимая и разжимая руки. Перед глазами поплыли узоры. Почему же это так сильно доставило удовольствие?       — Интересная у тебя реакция, но мы не играем в вопрос на вопрос.       — У тебя тоже, — заметил Патрик, взглядом указывая на чужой бугорок в штанах, — кажется, мы идеально подходим друг к другу.       Шокер вновь ударил током в том же месте, но не собирался отключаться так быстро, как в прошлый раз.       — Весьма, — чужие стоны от боли, но и удовольствия, отражались в сознании Кетча, он слишком долго сдерживался. Он был рад, что братья отправили его охотиться именно на этого человека. Артур хотел владеть им до безумия.       — Ладно, ладн... хватит! Прошу теб... прекрати подавать ток! — взмолился Патрик, изворачиваясь на стуле. Еще немного и он потеряет все свое достоинство. Не только физическое. — я перестал ощущать безопасность, разумность и добровольность. Я в Рейвенвуде недавно, слышал несколько слухов, но на этом все!       — Вранье тебе, конечно, к лицу, но оно на данный момент не помогает, — разозлился Кетч, электрошокер неаккуратно был брошен на стол. — Последний шанс, Патрик. — Из-за пояса появился пистолет.       — Это меня не убьет, — рассмеялся Патрик, он был на пределе.       — Только не антиведьмовские пули, — шепнул ему на ухо Кетч, приставляя дуло к вспотевшему лбу. В глазах заложника читался и страх, и подходящий экстаз, Артур терялся. Впервые в голове проходила дилемма, он никогда никого не отпускал. — Я считаю до трех. После счета ты либо мертв, либо жив, а у меня информация на руках. Раз...       — У меня ничего нет, так что катись к черту.       — Уже был там... Два. Ответь на вопрос, ты знаешь, кто это делает?       — Нет, брось эту затею, — хмыкнул Патрик от разочарования, отворачивая голову от дула, но ее вернули в предыдущее положение.       — Наверное, та девушка на кулоне была твоей возлюбленной? Жаль, что мне пришлось его выкинуть. — Внезапно сказал Кетч.       — Что ты?.. — переспросил Патрик, не веря своим ушам.       — Ну, цепочка порвалась, когда я пытался задушить тебя ею, чтобы ты не просыпался каждые полчаса. А кулон я выбросил.       — Ты псих, — ненавистно выплюнул слова Патрик, срываясь с места. Стул поддался, от чего он попалился на землю. От резкого движения Кетч отошел в сторону, но пистолет так и остался направленным на ведьмака.       — Так тебе ничего неизвестно? — Но в ответ отозвалось молчание. Разговор был окончен. — Ладно... Счет окончен.       Предохранитель щелкнул, послышался выстрел. Патрик вскрикнул. Пуля попала в колено. Резкая боль охватила все тело, а затем пришло удовольствие. Ведьмак заметно сжал ноги, вытянулся по струнке, вскрикнул вновь. Оргазм окончился, но удовольствие продолжалось еще какое-то время.       — До чего же тебя можно довести. — Повернул носом ботинка тело Кетч, осматривая с ног до головы свою созданную картину.       — Сам же готов кончить, — Патрик сплюнул вязкую слюну на пол. Было стыдно кончать от боли перед кем-то, но он готов сыграть дольше, чтобы стыдно было и другому.       — А ты хочешь, чтобы я прострелил тебе второе колено? — присаживаясь рядом, сказал Артур. Он устал, ему нужен всего лишь чертов ответ.       — Нет, хочу чтобы ты обоссался от наслаждения, — Патрик перевернулся на другой бог, отворачиваясь от насильника. — За это братья тебя по головке не погладят.       — Ну, за твою смерть и могут.       Палец оказался внутри раны, проталкивая пулю гораздо глубже.       — Я могу так вечность, пока ты не сдохнешь в своих же выделениях, весь в крови. Пока на тебе наручники, да и без них, ни одна магия не поможет тебе избавиться от пули.       Патрик завыл, тошнота подкатила к горлу. Еще чуть-чуть и он потеряет сознание. Он зажал ладонь между зубами, лишь бы не показывать ни упоения, ни боли перед тем, кому это так нравится.       — Садисты гораздо дольше играют в такие игры, чем мазохисты, — чужая нога прилетела в солнечное сплетение, но физического урона не принесла, тело слишком слабо, чтобы толкнуть сильнее. — Не надо вырываться.       — Ладно, — прошептал Патрик, поворачивая голову в сторону Кетча, его горло пересохло от криков, он уже ничего не может. — Это ведьмы.       — И зачем им это?       — Не знаю, — пуля прошла глубже, бурая кровь потекла наружу. — Это правда! Больше я ничего не знаю.... но можно узнать, если ты перестанешь во мне ковыряться! — прохрипел Патрик.       — Ладно. И каким образом?       — Мне дали приглашение. Всем ведьмам в этом городе дали приглашение. Скоро будет шабаш.       — Ты не пойдешь туда один, — поднялся со своего места Кетч, возвращая оружие на место.       — Да уж как я смогу теперь свободно ходить.       Сзади что-то щелкнуло — и наручники ослабли, а протянутая вперед рука показалась необычностью со стороны охотника.       — Я помогу тебе.       Патрик не удержался на ногах, оперся на Артура, который был не против. Горячее дыхание обжигало его кожу, а внизу уже неприятно пульсировало.       — Ты мне не нравишься.       — Иногда я себе тоже не нравлюсь, — парировал Кетч. — Надо уходить, с остальным я разберусь позже.       Артур знал, что ему врут. Хотел думать, что это так, но залезть в голову к побитому ведьмаку не мог. Мог только надеяться, что его суждения верны во всем, что касалось Патрика.