Наследие Лилии: Французский гамбит

Глава 36. Экстренный Совет Париж во вторник вечером встретил их дождём. Они приехали втроём: Гарри, Аделаида, Арман. Делакуры присоединились позже — Жан-Себастьян прибыл с утра в среду, до открытия сессии. Магический квартал на Рю де ла Мемуар жил необычным для будних дней оживлением: у входа в здание Совета стояли двое в форменных плащах Конфедерации, которых Гарри не видел прошлый раз. Охрана. Арман прошёл мимо них без замедления. Охранники кивнули — его знали. Внутри атмосфера была другой, чем на первой сессии. Тогда — ритмичной, протокольной. Сейчас в вестибюле стояло несколько групп; люди говорили вполголоса, но Гарри слышал в этом разговоре напряжение. Не паника — профессиональное напряжение. Люди, которые привыкли принимать решения и сейчас принимали очень большое. — Слева — де Шамбор, Лионская линия, — произнесла Аделаида тихо, не оборачиваясь. — Они контролируют южные порты. Если угроза распространится — им первым будет плохо. — А справа? — Ван дер Хаут, Бельгия. Наблюдатель Конфедерации — один из троих постоянных. — Пауза. — Он будет против любых совместных действий с Британским Министерством. Это его принципиальная позиция. — Это нам на руку. — Пока да.

***

Зал Совета на этот раз был полным. Все двадцать три кресла заняты. Три наблюдателя Конфедерации — в своих местах у дальней стены. Галерея над — тоже с людьми: советники, представители младших линий, те, кто имел право тихого присутствия. Гарри занял место — ему указали кресло, небольшое, у стены, для носителей без полного голоса на экстренных заседаниях. Аделаида встала у галерейных перил рядом с её линией. Арман сел в своё кресло — второй ряд слева. Председатель открыла сессию коротко: — Экстренное заседание. Пункт один: оценка угрозы. Пункт второй: позиция Конфедерации. Пункт третий: рекомендации.

***

За следующий час Гарри узнал больше о европейской магической политике, чем за все предыдущие восемь месяцев. Первым говорил Ван дер Хаут — спокойно, с той необходимой монотонностью, которая говорит: «я произношу это на записи». Конфедерация получила подтверждение инцидента от трёх независимых источников. Ритуал на британской территории. Частичное воплощение. Нестабильность магического ядра — аномальная, документированная. Потом — де Шамбор. Более тревожно: у его южных источников информация о попытках прощупать границы французского магического пространства. Не прямое нападение — просто зондирование. Кто-то смотрит, где заборчик ниже. Потом — несколько членов Совета по очереди. Каждый со своим тоном, своим акцентом, своим страхом или его отсутствием. Арман говорил последним из Совета. — Конфедерация не должна реагировать в режиме паники, — произнёс он ровно. — Нестабильное воплощение — это угроза, но не та же угроза, что стабильное. Наш ответ должен быть соразмерным. — Пауза. — Я предлагаю три шага. Первый: закрытие внешних периметров юга и востока до стабилизации обстановки. Второй: открытый канал с британскими независимыми наблюдателями — не с Министерством, а именно с независимыми. Третий: формирование внутренней рабочей группы по разведке. Тишина. — Поддерживаю, — произнёс де Вильяр. — С поправкой: рабочая группа должна включать представителей всех трёх ценральных линий. — Согласен, — сказал Арман. Начали голосовать.

***

После сессии — в кулуаре, пока большинство ещё переговаривалось — к Гарри подошёл де Вильяр. — Де Лис, — произнёс он. — Я хочу задать вопрос, который, возможно, покажется прямым. — Задавайте, — сказал Гарри. — Если угроза стабилизируется и вернётся в полную силу — что вы намерены делать? Гарри подумал. — Оставаться здесь, — ответил он. — Де Лис — французская линия. Я — часть Конфедерации. — Небольшая пауза. — Но я не собираюсь прятаться, если придётся действовать. Де Вильяр смотрел на него. — Вы понимаете, что Дамблдор будет настаивать на вашем возвращении. Через дипломатические каналы, если иначе не выйдет. — Конфедерация имеет право отказать в выдаче носителя суверенной линии, — произнёс Гарри. Он звучал, как человек, который читал нужные статьи. Потому что читал — Аделаида дала. Де Вильяр удовлетворённо кивнул. — Именно так, — произнёс он. — Именно так.

***

Они ужинали вчетвером — Арман, Аделаида, Гарри, Жан-Себастьян. Тот же ресторан на Рю де ла Мемуар. Арман заказал воду вместо вина — это был рабочий ужин. — Рабочая группа, которую я предложил, — произнёс Арман, когда убрали первые блюда. — Я хочу, чтобы де Лис был в ней. Гарри посмотрел на него. — В каком качестве? — Носителя с прямой связью с британским контекстом, — ответил Арман. — Ты знаешь тех игроков изнутри. Это информация, которой у нас нет. — Небольшая пауза. — Это не боевая роль. Аналитическая. — Я согласен. Арман кивнул — своим коротким, формальным кивком. Жан-Себастьян сказал: — Флёр будет рада. Она боялась, что ты будешь один с этим. — Я не один, — ответил Гарри. Аделаида взяла свой стакан. Не подняла — просто взяла. Но под столом, которого никто не видел, её нога тихо коснулась его ноги. И осталась. Арман смотрел на свои записи. Жан-Себастьян говорил что-то о логистике. Гарри пил воду. Всё было на своём месте.

***

В поезде домой — снова ночной рейс, снова Шармбатон через горы — Аделаида снова сидела напротив. Арман не дремал теперь. Читал документы с тем же сосредоточенным выражением, с каким работал. — Рабочая группа будет собираться раз в две недели, — произнесла Аделаида тихо. — Я тоже буду в ней. Отец включил меня как аналитика линии. — Значит, ты уже знала. — Он сказал мне утром, до сессии, — ответила она. — Я не говорила тебе, чтобы не влиять на твоё решение. Гарри смотрел на неё. — Ты знала, что я скажу «да». — Я знала, что ты скажешь то, что решишь сам, — поправила она. — Это разные вещи. За окном поезда Франция уходила назад — в темноту, в дождь, в горы. Гарри откинулся на спинку сиденья. Арка III только начиналась. Рабочая группа. Волдеморт нестабильный и злой. Дамблдор с дипломатическим давлением. Конфедерация, которая медленно, но определённо занимает позицию. И Аделаида напротив. Он мог работать с этим.