Космический инженер - 3

«Звенящий клинок» поднялся под аккомпанемент воющего ветра и грохочущих волн. Пилотом сегодня была Верена. Она вела корабль уверенно, пробиваясь сквозь плотные слои облаков, пока наконец они не вырвались в чистоту космоса. Планета-океан осталась внизу — синий шар, окутанный белыми завихрениями штормов, хранящий свои древние тайны. Алекс сидел рядом, рассматривая кристаллы, которые они добыли. Они лежали в специальном контейнере, мягко пульсируя в Силе. Скоро эти кристаллы станут сердцами их световых мечей, но сначала предстояла долгая работа по настройке и синхронизации. — Домой? — спросила Верена, не отрывая взгляд от приборов — Почти, — ответил Алекс, изучая показания сканеров. — Но сначала хочу проверить кое-что. Он попросил направить корабль к внешним областям системы, туда, где орбиты планет заканчивались и начиналась пустота межзвёздного пространства. Сенсоры дальнего действия уже несколько минут показывали аномалию — искусственный объект, дрейфующий в темноте. Когда они приблизились, на экранах появилось изображение. Станция гиперсвязи. Она была древней — это было видно даже на расстоянии. Сферический корпус покрыт микрометеоритными повреждениями, антенны частично разрушены, солнечные панели давно перестали функционировать. Она молчала, мёртвая и забытая, дрейфуя по своей орбите уже многие тысячелетия. — Ракатская? — спросила Верена. — Похоже на то, — Алекс увеличил изображение. — Базовая архитектура соответствует. Но... — он нахмурился, — есть что-то ещё. Видишь эти модули? Они не ракатские. Кто-то модернизировал станцию уже после падения Бесконечной Империи. Он развернул корабль, сближаясь со станцией. В его голове уже формировался план. — Неплохо было бы восстановить её, — сказал он вслух. — Было бы здорово сюда летать без Силы. Навигация через Силу эффективна, но утомительна. А постоянный маяк гиперсвязи сделал бы этот маршрут доступным для обычных кораблей. — У нас есть энергоблок? — спросила Верена. Алекс кивнул. — Есть. Кристаллическое сердце, которое я снял с одной из заброшенных ракатских станций. Оно почти истощено, но должно дать достаточно энергии для базовых функций. Не для постоянной работы, конечно, но для периодической активации — вполне. Он облачился в скафандр и вышел в открытый космос. Манипуляторы корабля доставали из грузового отсека кристаллическое сердце — цилиндр размером с голову человека, заполненный сложными кристаллическими матрицами, которые хранили энергию на квантовом уровне. Технология раката была невероятно продвинутой, но даже она не вечна. Это сердце работало уже тысячелетия и было на исходе. Алекс нашёл сервисный люк и открыл его. Внутри станции было темно и холодно. Он активировал фонарь и поплыл по коридорам, ориентируясь по схемам ракатских станций, которые изучил за последние годы. Энергетический отсек находился в центре станции. Когда Алекс добрался до него, он остановился, удивлённый. Старое кристаллическое сердце было извлечено. Вместо него стоял другой энергоблок — не ракатский. Более современный, но всё равно древний. Алекс узнал дизайн — технология, которая использовалась в галактике примерно семь тысяч лет назад. Термоядерный блок был мёртв, но сам факт его присутствия говорил о многом. Кто-то уже модернизировал эту станцию. Давным-давно. Алекс аккуратно извлёк старый блок и установил кристаллическое сердце. Соединения подошли не идеально — пришлось импровизировать, используя адаптеры и обходные цепи, — но в конце концов он заставил систему работать. Активация. Станция ожила. Огни замигали вдоль коридоров, слабые и тусклые, но живые. Кристаллические матрицы засветились бледно-голубым светом. Алекс почувствовал, как в Силе появился новый резонанс — слабый, прерывистый, но существующий. Он подключился к терминалу управления. Интерфейс был многослойным — базовый ракатский уровень, поверх которого наслоились более поздние модификации. Алекс начал изучать систему, пробираясь сквозь слои древнего кода. Энергии кристаллического сердца хватит примерно на два-три дня работы в году. Не много, но достаточно для навигации, если правильно рассчитать время. Он запрограммировал станцию на периодическую активацию — раз в стандартный месяц, на сорок восемь часов. Этого будет достаточно, чтобы проложить маршрут, если понадобится вернуться. Затем он обратился к логам. Файлы были древними, частично повреждёнными, но восстановимыми. Алекс запустил программу реконструкции данных и начал читать. Станция была модернизирована семь тысяч двести тридцать четыре года назад. Модернизацию проводила экспедиция неизвестной цивилизации — в логах они обозначались просто как «Навигаторы». Они обнаружили древнюю ракатскую сеть станций гиперсвязи, частично восстановили её и интегрировали в собственную навигационную систему. Алекс углубился в данные. Координаты. Сотни координат других станций, разбросанных по Неизвестным Регионам. Он вывел их на голографическую карту и застыл, глядя на результат. Сеть была огромной. Станции образовывали паутину, охватывающую значительную часть Неизвестных Регионов. Многие были активны — их сигналы слабо пульсировали даже сейчас. Остальные молчали, мёртвые или повреждённые. Он закончил работу со станцией и вернулся на корабль. Верена встретила его с любопытством в глазах. — Долго ты там, — сказала она. — Что нашёл? — Карта станций гиперсвязи в неизвестных регионах, — Алекс снял скафандр и прошёл к пилотской рубке. — Станция была модернизирована кем-то семь тысяч лет назад. Я нашёл данные об их навигационной сети. Он показал ей голографическую карту. Верена присвистнула. — Это... впечатляет. — Да. Интересно, кто её поддерживает в рабочем состоянии? — Есть идеи? — Нет. Но я хочу узнать больше. Позже. — Он сел в пилотское кресло. — А пока возвращаемся. Но не тем же путём, которым прилетели. — Почему? — Предосторожность. Не хочу использовать один и тот же маршрут дважды, если можно избежать этого. Слишком легко попасть в засаду. — Алекс активировал навигационный компьютер. — Полетим через систему Батуу. Там есть контрабандистский аванпост. Пополним запасы, соберём информацию о ситуации в секторе. Верена кивнула, и они снова погрузились в медитацию. Путешествие обратно было похоже на путь сюда — серия прыжков через Неизвестные Регионы, навигация через Силу, танец между вероятностями и опасностями. Но теперь у них был опыт, и процесс шёл легче, естественнее. Через восемь часов они достигли системы Батуу. *** Батуу встретил их серым небом и запахом пыли. Планета была унылой — засушливый мир на краю Внешнего Кольца, слишком далеко от основных торговых путей, чтобы быть процветающим, но достаточно доступный, чтобы не быть полностью забытым. Когда-то, тысячелетия назад, Батуу был важным торговым узлом. Теперь это было захудалое убежище контрабандистов и тех, кто хотел исчезнуть. Алекс вёл корабль к крупнейшему поселению — Аванпосту. Название было ироничным — когда-то это действительно был передовой торговый пост, процветающий город. Теперь это была коллекция полуразрушенных зданий, сгрудившихся вокруг древнего космопорта. Их корабль приземлился на одной из посадочных площадок под видом исследовательского судна. Алекс заплатил пошлину — символическую сумму, которую местный диспетчер даже не попытался записать официально. Они вышли из корабля, и Алекс сразу почувствовал атмосферу места. Аванпост был... усталым. Здания нуждались в ремонте, улицы были покрыты пылью, разумные двигались медленно, без энергии. Дроидов почти не было видно — возможно, один-два служебных на всю площадь космопорта. Всю работу выполняли живые существа. — Бедное место, — тихо сказала Верена, оглядываясь. — Забытое, — поправил Алекс. — Галактика движется дальше, а такие миры остаются позади. Они прошли по главной улице Аванпоста. Магазины были полупустыми, товары на прилавках — в основном местного производства или старые, давно устаревшие модели техники. Разумные смотрели на них с любопытством, но без особого интереса. Чужаки здесь не были редкостью. За одним из прилавков старый человек продавал инструменты — простые, механические, без электроники. Рядом женщина торговала тканями, сотканными вручную. Дальше группа детей играла с деревянными игрушками, не голографическими проекциями или дроидами, а простыми вырезанными фигурками. Алекс заметил небольшую ферму на окраине поселения — поля, обрабатываемые вручную, без агро-дроидов или автоматизированной техники. Люди работали мотыгами и лопатами, как дикари. — Почему здесь так мало дроидов? — тихо спросила Верена. — Бедность, — ответил Алекс. — Дроиды требуют обслуживания, запчастей, энергии. Когда экономика умирает, первыми исчезают дроиды. Люди возвращаются к натуральному хозяйству, к простым технологиям. Потому что это дешевле. Он указал на фермы за городом. — Видишь? Они выращивают еду без автоматизации, без продвинутых технологий. Живут практически натуральным хозяйством. Обменивают товары напрямую, без кредитов. Галактическая экономика прошла мимо них. Как у нас на Терсике у бывших шахтеров. Алекс нашёл то, что искал — небольшую таверну на краю рыночной площади. Вывеска гласила «Логово Онго», и внутри было темно и прохладно — приятный контраст с жарой снаружи. За стойкой стоял массивный итореец, чистивший стаканы. Несколько посетителей сидели за столами, тихо беседуя. Алекс и Верена заняли место в углу, и итореец подошёл к ним. — Что будете? — его голос был хриплым, усталым. — Два лум-эля, — сказал Алекс. — И информацию. Итореец хмыкнул. — Информация дороже эля. Алекс положил на стол кредитный чип. Итореец взглянул на сумму и кивнул. — О чём хотите знать? — Обстановка в секторе. Что происходит. Куда лучше не летать. Итореец принёс напитки и сел напротив них, тяжело опустившись на стул. — Сектор тихий, — сказал он. — Слишком тихий. Империя сюда не заглядывает — нам нечего предложить. Торговля почти умерла. Раньше через Батуу проходили маршруты, теперь все летают по гипермагистралям. Мы остались в стороне. Он отпил из своего стакана, и его взгляд стал отстранённым, погружённым в воспоминания. — Раньше было лучше, — продолжил он. — Двадцать лет назад, может, тридцать. Аванпост был живым. Корабли приходили и уходили, торговля шла, кредиты текли. Теперь? — он обвёл рукой полупустую таверну. — Теперь мы умираем. Медленно, но верно. — Что случилось? — спросила Верена. — Войны клонов сначала, — итореец пожал плечами. — Потом Империя. Они перевели маршруты на гипермагистрали, централизовали торговлю. Старые маршруты, которые проходили через Батуу, стали ненужными. Торговцы перестали прилетать. Работа исчезла. Разумные начали уезжать. Он посмотрел на них тяжёлым взглядом. — Последние двадцать лет всё только хуже. Молодёжь уезжает — ищет лучшей жизни в Ядре или Колониях. Остаёмся только мы, старики, которым некуда больше идти. Ещё лет десять, и Аванпост станет городом-призраком. — Пираты? — спросил Алекс, меняя тему. — Бывают. Но редко. Здесь нечего грабить. — Итореец отпил из своего стакана. — Хотя... есть одно место, куда лучше не соваться. Эндор. Система в нескольких прыжках отсюда. Последнее время там пропадают корабли. Наши. Контрабандисты. Алекс насторожился. — Пираты? — Похоже на то. — Итореец покачал головой. — Пропали трое за последние два года. Хорошие пилоты, опытные. Не новички, которые могли просто врезаться в астероид. Какая-то пиратская группировка завелась, видимо. Держитесь подальше от Эндора, если не хотите проблем. — Понял. Спасибо за предупреждение. Алекс сделал мысленную пометку избегать системы Эндор. Что бы там ни происходило, ему не нужны были дополнительные осложнения. *** Когда они выходили из таверны, Алекс заметил фигуру, сидящую в тени у одного из полуразрушенных зданий напротив. Мужчина был один, его доспехи — узнаваемый мандалорский бескар — были потёрты и покрыты царапинами, следами бесчисленных сражений. Но что привлекло внимание Алекса, так это то, что шлем лежал рядом на земле. Мандалорец пил из кружки, его лицо было открыто. Ему было около сорока, может чуть больше. Шрамы пересекали левую щеку и бровь, седина пробивалась в тёмных волосах. Алекс остановился, изучая его. Мандалорец почувствовал взгляд и повернул голову, встречаясь с ним глазами. — Что? — его голос был хриплым, с лёгким акцентом. — Ничего, — Алекс пожал плечами. — Просто раньше видел мандалорцев только в шлемах. Говорят, вам запрещено снимать их. Мандалорец усмехнулся — короткий, лишённый юмора звук. — Я уже не мандалорец, — сказал он и отпил из кружки. Алекс обменялся взглядом с Вереной, затем подошёл ближе. Тот не двинулся, но его поза изменилась едва заметно — готовность к действию, если понадобится. — Могу присоединиться? — спросил Алекс, указывая на свободное место рядом. Мандалорец пожал плечами. — Свободная галактика. Алекс сел, Верена осталась стоять, наблюдая за окрестностями. Мандалорец протянул ему кружку. Алекс принял её, сделал глоток — крепкий самогон, местного производства, жёг горло — и вернул. — Алекс Коррен, — представился он. — Кардис, — ответил мандалорец после паузы. — Бывший клана Вэй. — Бывший, — повторил Алекс. — Это звучит как история. Кадрис усмехнулся снова, глядя на пыльную улицу перед собой. — У всех есть истории. Большинство из них не стоит рассказывать. Они помолчали. Алекс чувствовал, что за этим человеком стояло нечто большее, чем просто изгнание или уход. Была боль, глубокая и старая, но также и сила. Кардис не был сломлен — он был закалён. — Наёмника ищешь? — наконец спросил Кардис, не глядя на Алекса. — Или просто любопытствуешь? — А ты ищешь работу? — парировал Алекс. Кардис повернулся к нему, изучая его взглядом профессионала. — Найти может кого надо? Убить? — он говорил буднично, как о погоде. — Я всё ещё умею делать то, чему меня учили. Даже если больше не ношу шлем. Алекс задумался. Перед ним сидел опытный воин, мандалорец — пусть и бывший. Такие разумные были редкостью. И ценностью. — У меня есть работа, — медленно сказал он. — Но это не разовое дело. Бессрочный контракт. Нужно обучать моих людей. Боевым навыкам, тактике, выживанию. Кадрис нахмурился. — Обучать? — Да. — Алекс кивнул. — У меня есть организация. Растущая. Нужны инструкторы, которые могут превратить обычных людей в настоящих бойцов. Ты подходишь. — Перемещения? — спросил Кадрис. — Я не люблю сидеть на одном месте. — Будут ограничены, — честно ответил Алекс. — Во всяком случае, первое время. На это есть причины. Безопасность. Моя и моих людей. Но условия будут хорошими. Оплата, жильё, оборудование. И цель. Не просто убийство ради кредитов. Кардис молчал, глядя на свой шлем, лежащий рядом. Алекс видел, как что-то борется в нём — гордость, сомнение, может быть, надежда. — Мне нужно подумать, — наконец сказал мандалорец. Алекс достал небольшую карту — простой чип с зашифрованной частотой связи. — Если надумаешь, — он протянул её Кардису. — Связь защищена. Только ты и я. Кардис взял карту, изучил её, затем спрятал в один из карманов на поясе. — Может быть, — сказал он неопределённо. Алекс встал, кивнул ему. — Удачи, Кардис. Надеюсь, мы ещё встретимся. Они с Вереной вернулись к кораблю. *** Когда «Звенящий клинок» поднялся в воздух и взял курс на орбиту, Верена спросила: — Думаешь, он согласится? — Не знаю, — Алекс пожал плечами. — Но он нужен мне. Мандалорцы — лучшие воины в галактике. Их методы обучения, их культура... это то, что может сделать моих людей сильнее. Они уже покинули атмосферу Батуу, когда коммуникатор подал сигнал. Входящее сообщение. Алекс открыл его — текст, короткий и прямой. «Согласен. Куда лететь?» Алекс позволил себе улыбнуться. «Жди. За тобой прибудет кое-кто от меня. Примерно через неделю. Задаст пару вопросов. Будь готов к долгому путешествию.» Ответ пришёл почти мгновенно: «Понял.» Алекс отключил коммуникатор и откинулся в кресле. Мандалорцы хранили знания о войне, о выживании, о чести и силе, которые передавались тысячелетиями. Кардис мог стать мостом к этой культуре. А Алексу нужны были все преимущества, которые он мог получить. — Ты собираешься изучать их культуру? — спросила Верена, словно читая его мысли. — Да, — Алекс кивнул. — Мандалорцы выживали тысячелетия, сражались с джедаями, с ситхами, с империями. Они знают что-то, что делает их сильными. Я хочу понять, что именно. — И использовать это. — И использовать это, — согласился он. Корабль прыгнул в гиперпространство, оставляя Батуу позади. Алекс задал курс на следующую точку маршрута. Хот. *** Ледяная планета встретила их белизной и холодом. Алекс вёл корабль к координатам базы Альянса, используя коды доступа, которые дал ему Гаррек. База была хорошо замаскирована — встроена в ледяные пещеры, защищена энергетическим щитом и турболазерными батареями. Сенсоры показывали значительное расширение с момента его последнего визита — новые ангары, жилые модули, склады. Альянс рос. Их встретили на посадочной площадке. Алекс узнал несколько лиц — техников, пилотов, которых видел раньше. Офицер связи, человек по имени Торин, подошёл к нему с серьёзным выражением лица. — Коррен, — сказал он. — Мне нужно сообщить вам... Гаррек умер. Четыре дня назад. Алекс застыл. Слова дошли до него, но он не мог их принять. Гаррек. Дядя Гаррек. Последний из его семьи. Человек, который фактически воспитал его. И он узнал о его смерти так буднично. — Как? — его голос прозвучал чужим, отстранённым. — Сердечный приступ. — Торин говорил мягко, сочувственно. — Он был в ангаре, проверял один из истребителей. Просто... упал. Медики пытались его реанимировать, но было уже поздно. Ему было семьдесят пять. Сердце не выдержало. Алекс почувствовал, как Верена взяла его за руку. Он сжал её ладонь, цепляясь за это прикосновение как за якорь. — Где он? — спросил Алекс. — Я хочу... попрощаться. — Мы заморозили тело, — сказал Торин. — Знали, что вы захотите проститься. Алекс кивнул, не доверяя своему голосу.  — Генерал Додонна хочет вас видеть, — сказал Торин. — Когда будете готовы. — Сейчас, — Алекс заставил себя взять себя в руки. — Я готов. Верена шла рядом с ним, молча поддерживая. Они прошли по коридорам базы к командному центру. Генерал Ян Додонна встретил их в своём кабинете — небольшом помещении, заставленном голографическими проекторами и тактическими дисплеями. Додонна был пожилым человеком с седыми волосами и усталыми, но проницательными глазами. Он встал, когда Алекс вошёл. — Коррен, — сказал он. — Мои соболезнования.  — Спасибо, — Алекс сел в предложенное кресло. Верена присела в соседнее. — Я знаю, что это тяжёлая новость для вас, — продолжил Додонна, — но нам нужно обсудить дела. Гаррек отвечал за логистику поставок с ваших предприятий. Теперь, полагаю, нужен новый человек. Алекс кивнул. — Да, я пришлю кого-нибудь. Я готов продолжить поставки. Более того, я хочу расширить их. — Он активировал свой датапад и передал файл Додонне. — Гипердвигатели для истребителей. Я могу поставлять до пятидесяти единиц в месяц. Класс 1.0, надёжные. Додонна изучил данные, и его брови поползли вверх. — Это... значительно. Откуда у вас доступ к таким ресурсам? — У меня есть связи, — уклончиво ответил Алекс. — Детали не важны. Важно то, что я могу это поставить. Додонна помолчал, обдумывая. — Хорошо. Альянсу отчаянно нужны гипердвигатели. Половина наших истребителей летает на устаревших двигателях класса 2.0 или хуже. — Есть ещё кое-что, — Алекс наклонился вперёд. — Если Империя обнаружит Хот, вы окажетесь в ловушке. — У нас есть планы эвакуации, — начал Додонна, но Алекс перебил его. — Пусть будут ещё. — Он активировал голографический проектор и вывел карту галактики. — Смотрите. Хот находится на краю известного пространства. Это хорошо для скрытности, но плохо для логистики. Если вам придётся эвакуироваться, у вас будет ограниченное количество маршрутов отхода. Империя может легко их перекрыть. Он выделил несколько систем на карте. — Вам нужны запасные базы. Не полноценные, как эта, но аванпосты. Места, где можно укрыться, перегруппироваться, получить припасы. — Он передал Додонне несколько файлов. — Я подготовил гипермаршруты. Безопасные, проверенные. Ведут в системы, где Империя не имеет присутствия. Додонна изучал данные, и его выражение лица становилось всё более задумчивым. — Это ценная информация, — наконец сказал он. — Почему вы это делаете, Коррен? Вы не член Альянса. Что вы получаете взамен? Алекс помолчал, затем посмотрел Додонне прямо в глаза. — Это в моих интересах, — сказал он спокойно. — Вы же получали те файлы, верно? О планах Империи, о движении флотов, о секретных проектах. Додонна кивнул. — Да. Они были чрезвычайно полезны. Откуда... — Это я переслал, — перебил Алекс. — Лютен Реэль был моим другом. Мы вместе это начинали. Он верил в то, что делал Альянс. А я верил ему. Не в ваши идеалы, может быть, не в вашу политику. Но в то, что Империя должна быть остановлена. Он наклонился вперёд. — У меня есть ресурсы. Информация. Технологии. Связи. Я могу помочь Альянсу быть эффективнее, сильнее. Это выгодно мне, потому что чем сильнее Альянс, тем больше он отвлекает Империю. А чем больше Империя отвлечена, тем меньше она обращает внимание на меня и мои дела. Додонна смотрел на него долгим, оценивающим взглядом. — Прагматично, — наконец сказал он. — Но честно. Я ценю честность, Коррен. Слишком многие приходят к нам с высокими идеалами, которые рушатся при первом же испытании. Вы, по крайней мере, не притворяетесь. — Цели Альянса, — сказал Алекс. — Совпадают с моми. — Тогда мы понимаем друг друга, — Додонна протянул руку, и Алекс пожал её. Они обсудили детали — графики поставок, точки передачи, коды связи. Алекс также упомянул, что подготовит базу снабжения на Орд-Мантелл — склады, ремонтные мощности, топливо. Координаты и коды доступа он передаст через месяц. Встреча длилась около часа, и когда они закончили, Алекс чувствовал усталость. Не физическую, а эмоциональную. — Я хочу увидеть Гаррека, — сказал он, когда они вышли из кабинета Додонны. — Перед тем, как... Торин проводил их в медицинский отсек. Там, в одной из криокамер, лежал Гаррек. Его тело было заморожено, сохранённое для транспортировки. Алекс стоял перед камерой, глядя на его тело. Оно не было похоже на Гаррека, не было похоже на человека, которого он знал. Просто механизм, который перестал работать. Так он и ощущался. Но он хотел с ним попрощаться. — Мы заберём его, — тихо сказал Алекс. — Похороним у себя. Торин кивнул. — Мы поможем с транспортировкой на корабль. Когда они проходили мимо одного из ангаров, Алекс услышал знакомый голос. — Алекс! Он обернулся и увидел Люка, выходящего из ангара. Молодой пилот был в оранжевом комбинезоне и выглядел усталым, но оживлённым. — Люк, — Алекс кивнул ему. — Я слышал про Гаррека, — сказал Люк, подходя ближе. Его лицо стало серьёзным. — Мне очень жаль. Он был хорошим человеком. — Спасибо, — Алекс заставил себя улыбнуться. — Ты его хорошо знал? — Немного. Он помогал мне с истребителем. Учил меня некоторым трюкам по обслуживанию. — Люк помолчал. — Он много говорил о вас. Гордился вами. Алекс почувствовал комок в горле, но проглотил его. — Это Верена, — сказал он, меняя тему. — Приятно познакомиться, — Люк протянул руку, и Верена пожала её. — Взаимно, — сказала она. — Алекс рассказывал о вас. Говорил, что вы хороший пилот. — Стараюсь, — Люк улыбнулся, затем посмотрел на Алекса. — А где ваш старый корабль? "Странник"? Я видел, вы прилетели на другом судне. — Пришлось пожертвовать им, — ответил Алекс. — В одной стычке. Новый корабль лучше. Хочешь посмотреть? Глаза Люка загорелись. — Конечно! Они прошли к посадочной площадке, где стоял «Звенящий клинок». Люк остановился, глядя на корабль с восхищением. — Это... невероятно, — прошептал он. — Какой класс? — Индивидуальная сборка, — сказал Алекс. Они поднялись на борт, и Алекс провёл Люку небольшую экскурсию. Молодой пилот был поражён — он рассматривал каждую деталь, задавал вопросы о системах, о характеристиках. Когда они добрались до пилотской рубки, Люк заметил военный нейроинтерфейс на консоли. Алекс мысленно выругался — забыл убрать устройство после последнего использования. — Это что? — спросил Люк, поднимая интерфейс. — Тренировочное устройство, — быстро ответил Алекс. — Для... улучшения рефлексов. Люк внимательно изучал интерфейс, и его лицо стало задумчивым. — Я видел такое раньше, — медленно сказал он. — Бен использовал похожее устройство, когда обучал меня. Алекс насторожился. — Бен? — Бен Кеноби. — Люк посмотрел на него. — Он был джедаем. Жил на Татуине, где я вырос. Он учил меня чувствовать Силу, уклоняться от выстрелов с закрытыми глазами. Использовал такой шлем, чтобы закрывать мне обзор. Алекс заинтересовался. Оби-Ван Кеноби. Генерал времен войны. Джедай. — Ты бы, парень, меньше о таком распространялся, — тихо сказал Алекс. — Чем меньше людей знает о подобном, тем лучше. Империя охотится на джедаев. — Бен мёртв, — сказал Люк, и в его голосе прозвучала печаль. — Вейдер убил его на Звезде Смерти. — Тем более. Не привлекай к себе внимание. — Алекс взял интерфейс из рук Люка. Отличный повод раскрутить парня на откровенность. — А ты джедай? — Нет, — Люк покачал головой. — Я только начал обучение. Бен не успел многому научить меня. Но я чувствую Силу. Иногда. Когда пилотирую, я знаю, куда лететь, когда стрелять. Это помогает. — Понятно. — Алекс колебался, затем решился. — Тебя учили уклоняться? Покажи. Люк кивнул с энтузиазмом. — Конечно! Алекс настроил интерфейс на базовый режим — простая программа уклонения, которая проецировала виртуальные угрозы и требовала быстрой реакции. Люк надел устройство, и Алекс активировал программу. Но одновременно он активировал и другую функцию — глубокое сканирование. Устройство начало считывать паттерны мозговой активности, анализировать нейронные связи, даже обнаруживать имплантированные воспоминания или ментальные программы. Алекс наблюдал за данными на своём датападе, пока Люк проходил тренировку. Молодой пилот был хорош — его реакции были быстрыми, интуитивными. Сила определённо направляла его. Но было и кое-что ещё. Алекс нахмурился, изучая сканы. В мозгу Люка были аномалии — небольшие участки нейронной активности, которые не соответствовали естественным паттернам. Они были слишком упорядоченными, слишком структурированными. Ментальные закладки. Кто-то имплантировал в сознание Люка программы. Не грубо, не очевидно — это была тонкая работа, почти незаметная. Но Алекс видел их. Триггеры, которые активировались при определенных условиях. Информация, которая всплывала в нужный момент. Одна из закладок была особенно интересной. Она содержала координаты. Алекс скопировал их, затем быстро отключил сканирование и деактивировал программу. Люк снял интерфейс, улыбаясь. — Это было круто! — сказал он. — Я чувствовал, как Сила направляет меня. Бен говорил, что нужно доверять своим инстинктам, и это действительно работает. — Да, — рассеянно ответил Алекс. — Ты хорошо справился. Он хотел закончить это общение. Быстро. Люк был... осложнением. Кто-то манипулировал им, имплантировал программы в его сознание, как когда-то Крея манипулировала им самим. Скорее всего, Кеноби. Но зачем? Что за игру вёл старый джедай? Надо помочь парню, но не сейчас. Сначала нужно разобраться. — Мне нужно лететь, — сказал Алекс, вставая. — Дела. Ты понимаешь. — Конечно, — Люк тоже встал. — Спасибо, что показали корабль. И... ещё раз, мне жаль насчёт Гаррека. — Спасибо, — Алекс проводил его к шлюзу. — Ещё увидимся, Люк. Когда молодой пилот ушёл, Алекс закрыл шлюз и прислонился к стене, выдыхая. — Что случилось? — спросила Верена, подходя к нему. — Проблема, — Алекс показал ей датапад с результатами сканирования. — У парня в голове ментальные программы, как и у меня. Кто-то заложил их туда. Верена нахмурилась, изучая данные. — Что они делают? — Направляют его. Дают информацию в нужные моменты. Одна из программ содержит координаты. — Алекс вывел их на экран. — Не знаю, что там, но держу пари, что это важно. — Ты собираешься туда лететь? — Нет, — решительно сказал Алекс. — Что бы там ни было, это часть игры джедаев. Я не хочу в неё вмешиваться. У меня достаточно своих проблем. *** Криокамеру с телом Гаррека погрузили в грузовой отсек «Звенящего клинка». Алекс лично проверил все системы — температуру, герметичность, энергоснабжение. Всё должно было быть идеально. Прощание с базой было коротким. Додонна пожал ему руку, несколько пилотов кивнули. Гаррека здесь знали и ценили. Они поднялись с ледяной поверхности Хота. Алекс бросил последний взгляд на планету — белый шар, холодный и безжизненный. Путешествие заняло три дня. Алекс летел осторожно, избегая основных маршрутов, используя обходные пути. Верена сидела рядом, молча поддерживая его присутствием. Когда они достигли Терсика, солнце уже клонилось к закату. Алекс посадил корабль на окраине небольшого леса. Они выгрузили криокамеру и деактивировали её. Тело Гаррека оттаяло медленно, и через несколько часов они смогли перенести его на специально подготовленный погребальный костёр. Алекс сам сложил дрова — старый обычай, распространенный по всей галактике, среди тех, кто мог себе его позволить. Считалось, что огонь освобождал дух, возвращал человека к звёздам. Когда всё было готово, Алекс встал перед костром. Верена стояла рядом, держа его за руку. — Гаррек, — начал Алекс, и его голос дрожал. — Ты был последним из моей семьи. Научил меня выживать, сражаться, не сдаваться, поддерживал мои увлечения, когда я был ребенком и учил, как избегать неприятностей, когда я вырос. Ты принял меня, когда я остался один. Он помолчал, собираясь с мыслями. — Я не знаю, есть ли что-то после смерти. Не знаю, слышишь ли ты меня. Но если слышишь... спасибо. За всё. Ты был хорошим человеком и много для меня значил. Прощай. Алекс подумал о том, что жизнь уходит и еще одна часть прошлого ушла вместе с его дядей. Ему было грустно, что Гаррека больше нет, но он не собирался говорить длинную речь. Довольно было того, что он чувствовал и думал. Он взял заранее подготовленный факел и поднес его к дровам. Огонь вспыхнул, быстро разрастаясь, охватывая костёр. Пламя танцевало в сумерках, отбрасывая длинные тени. Алекс и Верена стояли, наблюдая, как огонь поглощает тело Гаррека. Дым поднимался в небо, уносимый ветром. Звёзды начали появляться на темнеющем небосводе — холодные, далёкие, вечные. — Он был хорошим разумным, — тихо сказала Верена. — Да, — Алекс кивнул. — Одним из лучших. Они стояли до тех пор, пока костёр не догорел до углей. Затем Алекс собрал прах в простую урну, а потом развеял его над озером. Это было правильное место. *** Он сидел в жилом модуле у окна и смотрел на звёзды. Верена вошла тихо, села рядом. — Как ты? — спросила она. — Не знаю, — честно ответил Алекс. — Пусто. И грустно. Верена обняла его, и он прислонился к ней, закрывая глаза. — Он гордился тобой, — прошептала она. — Тем, кем ты стал. Тем, что ты делаешь. — Надеюсь, — Алекс вздохнул. — Я просто... хотел попрощаться. Когда-то не смог попрощаться с родителями. Хотелось сказать ему что-то. — Он услышал, — Верена поцеловала его в висок. — Поверь мне, он услышал. Они сидели так долго, в тишине, находя утешение в присутствии друг друга. *** Позже Алекс открыл датапад и изучил данные, которые извлёк из сознания Люка. Координаты вели в систему Дагоба — болотистый мир в Внешнем Кольце, практически необитаемый. Он запустил поиск по базам данных. Информации о Дагобе было мало — планета не представляла стратегического интереса, не имела ресурсов, не была заселена. Идеальное место, чтобы спрятаться. Алекс открыл файл с ментальной программой и начал её анализировать. Это была сложная конструкция — многослойная, с триггерами и условиями активации. Сильно урезанный голокрон прямо в мозге парня. Программа была настроена так, чтобы активироваться, когда Люк достигнет определённого уровня чувствительности к Силе. Тогда она даст ему координаты и... знание. Понимание того, что там, на Дагобе, его ждёт учитель. Йода. Алекс откинулся назад, обдумывая. Магистр Йода, величайший джедай своего времени, скрывался на Дагобе. Кеноби подготовил Люка, чтобы тот нашёл Йоду и завершил обучение. Это была долгосрочная игра. План, рассчитанный на годы. Джедаи могли прозревать даже такие вероятности. Кеноби умер, но его план продолжал работать, направляя Люка по нужному пути. Умно. Очень умно. И очень опасно. Алекс не хотел иметь дел с Йодой. Древний джедай был слишком проницательным, слишком могущественным. Он мог увидеть в Алексе то, что тот предпочитал скрывать. Нет. Лучше держаться подальше. Алекс оставил программу в памяти своего датапада, отдельно сохранив координаты в зашифрованном архиве. На всякий случай. Информация — это власть, и никогда не знаешь, когда она может пригодиться. Он закрыл датапад и посмотрел в окно. — Спасибо, дядя, — прошептал Алекс в темноту. — За всё. Звёзды не ответили. Но Алекс чувствовал, что его слова были услышаны. Где-то. Как-то. Ушедшие остаются в вечности. В памяти. В сердце. В том, кем мы стали благодаря им. В последствиях их действий. И это, возможно, лучший памятник, который можно воздвигнуть.