Туннель воспоминаний

Каждую ночь он приходил к ней и Сара без остатка отдавалась ему. Быть рядом с ним — всё равно что жить рядом с бомбой замедленного действия: никогда не знаешь, когда наступит конец. Но пока он был рядом, она позволяла себе забыться, раствориться в нём и говорить всё то, что так долго держала внутри. Она сама тянулась к нему.  Губы встречались осторожно, почти нерешительно, словно они оба боялись разрушить этот хрупкий момент. Но с каждой секундой сдержанность таяла. Поцелуи становились глубже, жаднее, отчаяннее.  Его руки скользнули по её талии, притягивая ближе. Сара вздрогнула от этого прикосновения — в нём не было жестокости, только непривычная для него нежность. — Ты дрожишь, — тихо сказал он. — С тобой иначе нельзя, — прошептала она. Она провела ладонью по его щеке, задержалась на линии скулы, словно заново запоминая его лицо. Генри закрыл глаза, на мгновение позволяя себе эту слабость. В этом мгновении он был не чудовищем. Просто сломленным человеком. Он осторожно уложил её на постель, не сводя взгляда с её глаз — будто спрашивал разрешение без слов. Сара ответила, притянув его к себе. Остальное исчезло. Осталось только тепло его тела рядом, его дыхание у её шеи, его руки, в которых не было разрушения — только желание удержать. Она растворялась в этом чувстве, в его осторожных прикосновениях, в редкой, почти невозможной для него мягкости. Быть рядом с ним — словно держать в руках пламя, способное сжечь все. Каждая такая ночь тянулась медленно. В один из дней с ней что-то было не так. Появилось ощущение тошноты и неприятного кома в горле. Тогда она и узнала, что ждёт ребёнка. Она была счастлива, что носит ребёнка от того, кого так сильно желала и любила. Но нельзя сказать, что это произошло в подходящий момент их жизни. Неизвестность с каждым днём поглощала всё больше. Генри появлялся всё реже. Он пытался противостоять тому, что им управляло. Хоукинс сходил с ума, дети пропадали, и только одна Сара знала, что это значит. Но она верила ему. Верила, что он не причинит им вреда. С друзьями она старалась не видеться и избегала их. Объяснить им она ничего не могла — они бы не поняли и посчитали бы её тоже врагом. Генри обещал спрятать её и их ребёнка. Спрятать там, где никто даже при большом желании не найдёт. Он стал ещё больше оберегать Сару, а Сара всё сильнее замыкалась в себе. Боязнь за Генри была выше всего. Месяцы текли с бешеной скоростью, и Сара наотрез отказывалась уезжать из Хоукинса и бросать Генри одного. Она родила за три дня до начала ритуала с детьми в разуме Крила. Как он и обещал, он спрятал ребёнка, но Сара не могла уехать без Генри, и он ничего не мог с этим поделать. Тогда она впервые за долгое время связалась с друзьями, чтобы попросить помощи в спасении детей из Изнанки. О Генри и ребёнке она умолчала, считая, что пока так будет лучше. Безумный план. Никаких гарантий безопасности, но она пошла на этот шаг. Ради него и их будущего. Совместными усилиями они уничтожили тело Истязателя Разума, и следующим шагом по плану ребят было уничтожение Векны — чего Сара не могла допустить. Увидев, как Одиннадцать подняла в воздух тело Генри, пытаясь насадить его на огромный клык, торчащий из земли, Сара громко закричала, разрывая тишину и привлекая внимание всех к себе. Столкнув Одиннадцать с ног, она подбежала к Генри, взяв его руку, покрытую страшными лианами. Плевать на форму — она знала, кто скрывается под ней. — Мы убили его, слышишь? Генри, мы убили его, его больше нет, ты свободен, — тихо шептала Сара, закрывая его от чужих взглядов. — Нет… он ещё здесь… — шёпот Генри заставил кровь Сары застыть в жилах. — Что ты делаешь? Отойди! — Одиннадцать попыталась поднять Сару, но та вцепилась мёртвой хваткой в тело Векны. — Убьём его — и всё закончится! — Нет! Ты не можешь! Ты не можешь его убить! Ты не знаешь его и не знаешь, что он пытался сделать для всех. Что он сделал для меня! — горечь обжигала лёгкие, но Сара не отступала. — У нас есть дочь… прекрасная дочь… — едва слышно добавила она. Тишину можно было резать ножом. Напряжение читалось на лицах всех присутствующих. Никто не верил услышанному, но отчаянное выражение лица Сары ясно показывало — она не врёт. Одиннадцать закрыла ладонью рот и с ужасом посмотрела на девушку. Ветер начал поднимать пыльную бурю, затягивая всех в её воронку. Тонкие щупальца пытались дотянуться до Сары, но Генри вовремя закрыл её собой. — Тебе нужно уйти, сейчас же! Он здесь, он убьёт тебя! — беспорядочно кричал Генри, но она словно была в трансе и не слышала его. Глаза Сары закатились, тело поднялось в воздух. Буря накрыла её полностью, унося с собой.