Часть 1
12 февраля 2026 г., 17:19
Когда Келебриан была маленькой, война казалась чем-то далёким. Смутным, туманным кошмаром. Страшной сказкой, придуманной для того, чтобы напугать её и удержать от ночных прогулок в одиночку. Она родилась в долгий период мира Второй Эпохи. Война существовала лишь в шёпоте старших эльфов между кубками вина, в уроках истории, которые отец преподавал ей, в древних картах, найденных в покоях матери, — картах земель, которых больше не существовало.
А потом она выросла, и война вновь пришла в их край, и погиб Келебримбор. Келебримбор, который вырезал для неё заколки для волос в форме незабудок; который тысячу раз напоминал ей надевать обувь, когда она приходила в его кузницу; который носил её на плечах, когда она была маленькой, и ни разу не уронил. Её кузен. Её дорогой друг. Его не стало.
Мать почувствовала его смерть, и это был единственный раз, когда Келебриан видела, как она плачет.
Она быстро усвоила разницу между рассказами о войне и её реальностью. Страх, который она приносит. Необходимость постоянного планирования. Бесконечную борьбу с отчаянием. Эти тяжело добытые уроки помогли ей пережить Вторую Эпоху, не утратив надежды на лучшие дни.
Теперь Келебриан понадобятся эти уроки снова — чтобы она и её семья пережили и эту войну.
— Как у нас дела с припасами? — спросила она Эрестора. В Имладрис принимали беженцев самых разных судеб, и многие из тех, кто нашёл здесь убежище, прибыли ранеными.
— Пока достаточно, — ответил он. — Хотя меня тревожит, как быстро мы расходуем бинты и обезболивающие травы. Если так пойдёт и дальше, наши запасы иссякнут меньше чем за две недели.
— Мы справимся, — сказала Келебриан. — Наши сады не увяли. Арвен и я всегда можем спеть, чтобы нужные растения росли быстрее.
С бинтами будет сложнее, но выход найдётся. Она была в этом уверена.
— Разумеется, леди Келебриан. — Он помедлил. — Лорд Элронд сегодня не был на обеде. С ним всё в порядке?
— Он отдыхает.
Сила Вильи тяжёлым бременем ложилась на её мужа. Храброго, глупого мужа, который не станет отдыхать, если его не заставить.
— Я как раз собиралась его навестить.
Она вздохнула и взглянула в окно. Назревала буря — тучи темнели.
— Столько смертей и крови… из-за одного-единственного кольца. Я не понимаю этого.
— Саурону нужна сила, заключённая в кольце, а не просто сам предмет, — сказал Эрестор. — Хотя, по тому, что я видел на Совете, оно и вправду было прекрасно.
Он фыркнул, и в его словах прозвучала горечь тысячелетней ненависти:
— Он всегда был тщеславным созданием.
— Он его не получит, — сказала она.
Она верила Братству, верила всем, кто противостоял силе Саурона.
— Ни кольца, ни власти, ни окончательной победы. Мы уже побеждали тьму — и победим снова.
