Невидимая связь

Прошло одиннадцать дней с того рокового момента во дворе. Одиннадцать дней, которые перевернули мир Гарри и Драко с ног на голову. Они научились ходить в ногу, есть, используя руки друг друга как дополнение, и, что самое важное, они научились молчать вместе. Утро двенадцатого дня застало их в библиотеке. Гермиона сидела за горой книг, окружённая исписанными пергаментами. Её глаза покраснели от недосыпа, но в них горел триумф. — Я нашла его! — воскликнула она, едва не опрокинув чернильницу, когда Гарри и Драко подошли к её столу (как обычно, боком и плечом к плечу). — Это не просто заклинание, это «Символический резонанс». Путы питались вашей взаимной неприязнью. Чем сильнее вы злились, тем крепче они становились. Драко и Гарри переглянулись. В последние дни путы почти не натягивались. Они стали мягкими, почти неощутимыми, словно шёлковая лента вместо стального троса. — И как нам их снять? — спросил Гарри, и в его голосе, к собственному удивлению, не было прежнего энтузиазма. — Нужно произнести формулу освобождения в момент полного... эмоционального штиля, — Гермиона внимательно посмотрела на них. — Вы должны одновременно захотеть свободы, но при этом не чувствовать ненависти друг к другу. Малфой, ты готов? Драко сглотнул. Он посмотрел на свою левую руку, соединённую с правой рукой Поттера. Он привык к теплу этой ладони. Он привык к тому, как Гарри ворчит по утрам и как он незаметно пододвигает ему лучший кусок пирога за обедом. — Да, — коротко бросил Драко, хотя внутри у него всё сжалось. — Давай уже, Грейнджер. Покончим с этим. Гермиона встала, достала палочку и направила её на пространство между их запястьями. Гарри почувствовал, как сердце забилось где-то в горле. Он посмотрел на Драко. Тот выглядел бледнее обычного, его губы были плотно сжаты. — Повторяйте за мной, — скомандовала Гермиона. — Liberatio Nexus Mentis. — Liberatio Nexus Mentis, — в унисон произнесли Гарри и Драко. Воздух между ними внезапно вспыхнул мягким золотистым светом. Это не было больно. Напротив, Гарри почувствовал удивительную легкость, словно с его плеч сняли тяжёлую мантию-невидимку. Золотая искра пробежала по невидимой нити, и та с тихим звуком, похожим на вздох, рассыпалась мириадами мелких звезд. Нить исчезла. Они были свободны. Гермиона облегчённо выдохнула и улыбнулась: — Сработало! Вы свободны. Можете расходиться. Гарри медленно опустил свою правую руку. Она казалась неестественно легкой, почти невесомой. Он ожидал почувствовать эйфорию, радость, желание немедленно убежать на другой конец замка. Но вместо этого в груди образовалась странная, холодная пустота. Драко тоже не спешил уходить. Он стоял на месте, глядя на своё свободное запястье. Он медленно потер кожу там, где одиннадцать дней ощущалось чужое присутствие. — Ну... — Гарри первым нарушил тишину. — Спасибо, Гермиона. Ты... ты лучшая. — Да, Грейнджер, — голос Драко был бесцветным. — Хорошая работа. Они продолжали стоять рядом. По привычке. Плечом к плечу. Расстояние между ними было всего десять сантиметров — то самое расстояние, которое диктовала магия. Но теперь магии не было. Был только их собственный выбор. — Малфой? — позвал Гарри. — Поттер? Они одновременно сделали шаг назад друг от друга. Всего один шаг. Но этот метр пустоты между ними показался Гарри пропастью. — Я... я пойду к Рону, — сказал Гарри, не глядя на Драко. — Он, наверное, уже заждался. — Да, — отозвался Малфой, поправляя мантию, которая теперь сидела идеально, никем не прижатая. — А мне нужно в подземелья. Забини задолжал мне партию в шахматы. Драко развернулся и пошел прочь. Его походка была безупречной — малфоевской, гордой, одинокой. Гарри смотрел ему в спину, пока платиновый затылок не скрылся за стеллажами. — Гарри? — Гермиона подошла к нему и мягко положила руку на плечо. — Всё хорошо? — Да, — соврал Гарри. — Просто... непривычно ходить одному. Ветер как будто сильнее дует, когда рядом никого нет. Он развернулся и пошёл в другую сторону. Его правая рука непроизвольно сжалась в кулак, пытаясь удержать остатки чужого тепла. Свобода оказалась на вкус гораздо более горькой, чем он себе представлял.