Бездна

Some things are black and you're sure

Some things are white and you're sure

You never learned to see the world in color

You're such a really good man

However, that guy is bad

Your boring world is really achromatic

So many shades of gray

Oh, how could you have lived so long

And still not know?

"Villain" Stella Jang

— Офигеть! Звон покатившейся по полу простреленной банки из-под энергетика отразился от стен склада. Шин подскочил с ящика и понёсся за банкой, подняв её, снова воскликнул: — Офигеть! Хигучи растерянно улыбнулась, наблюдая за искренним удивлением и восторгом парнишки. — Ну вы посмотрите, а? — он замахал банкой с дыркой от пули прямо перед лицами сидящих на ящиках Таро, Ротти и Громилы. — Я тут рожу нацарапал, и она прямо в левый глаз попала! — Шин потряс банкой, на которой действительно десять минут назад выскреб ножом незамысловатую рожицу: два глаза-крестика и тонкая улыбка. Вместо одного крестика сейчас зияла дыра. — А я говорил, что Ичиё лучший стрелок, — гордо хмыкнул Таро, закинув ногу на ногу. Громила хмыкнул. — Да, в кои-то веки ты оказался прав, только не зазнавайся, Таро: заслуга ведь не твоя, а девки. Таро, видимо, хотел ответить Громиле какой-то колкостью, но лишь недовольно поджал губы, прерванный очередным воскликом Шина: — А во второй глаз попасть сможешь? — Могу попробовать, — Хигучи оценивающе взглянула на уже несколько покорёженную банку. Шин вприпрыжку направился к стоящему в шести-семи метрах от них перевёрнутому пустому ящику, который использовался в качестве постамента для банки. Таро каким-то образом уломал Громилу притащить откуда-то пистолет, чтобы Хигучи блеснула своими умениями в стрельбе. Не то что бы Хигучи горела желанием что-либо демонстрировать, но парни так уговаривали её, что она подумала, что нет ничего страшного в том, чтобы пару раз выстрелить по жестяным банкам. Несмотря на горькую подоплёку работы на складе и, казалось, навечно поселившийся под сердцем страх, Хигучи давала себе отчёт, что находится в компании парней не так уж и плохо. Да, за их душами явно не один грешок, но, если не брать во внимание смазливые подколы, они относились к ней…хорошо? Шин смотрел на неё с детским восторгом и восхищением и просил научить стрелять. Ротти любил болтать о американских фильмах про супергероев и как-то показал ей как вскрывать замки. Громила пусть и был грубым и резким на слова, но всегда следил за организацией работы, что помогало быстрее закончить разгрузку. Таро всегда провожал её на склад и домой, и в компании его незатейливых разговоров было не так страшно идти по ночной промзоне. Хотя, в последнее время он вел себя немного бахвально, хвастаясь успехами Хигучи в стрельбе так, словно они его собственные, и частенько отлынивал от работы, за что непременно огребал от Громилы. Нео — единственный, с кем она не обменялась даже парой слов, впрочем, с остальными парнями он тоже молчал. Банка со звоном снова откатилась на пол. — Сдуреть! Ровно в правый глаз! — пораженно воскликнул Шин, от восторга прыгая на месте, словно отплясывая какой-то туземский танец с банкой в руках. — Ты невероятная! Прям как… — Прям как лучшие стрелки мафии, — прозвучал незнакомый голос. Хигучи и парни резко обернулись на голос, Шин аж выронил банку, и та с грохотом покатилась по полу. К ним размеренной походкой направлялся какой-то парень, с натянутым на голову капюшоном серой толстовки. Он остановился и вынул руки из карманов, от стен склада отразились вальяжные хлопки. — Браво, хорошо стреляешь, девочка. — Кто ты такой?! — рыкнул Громила, встав со своего места. — Он тут первый раз, — к парню подошёл начальник склада, в кои-то веки покинув свой пост у входа. — Сегодня поставка больше обычного, нам нужны ещё руки. — Вот как… Ну раз новенький, слушаешь нас, усёк? У нас тут свои порядки, — пробасил Громила, сверля испытывающим взглядом незнакомца. — Усёк, — тень от капюшона скрыла ехидную улыбку парня. — И кончайте развлекаться, машина скоро прибудет, — цокнул начальник и, закурив очередную сигарету, вернулся на свой пост. Поставка в этот раз действительно была больше обычного и дополнительные руки оказались очень кстати. Громила без устали подгонял всех громкой руганью, желая ускорить работу, которой в этот раз навалилось слишком много. — Быстрее давайте! Раз-два! По несколько ящиков берите! Что вы уж совсем как фарфоровые девицы! Все кроме извечно молчаливого Нео ворчали друг другу на навалившуюся работу, методично перенося ящики. Хигучи совсем не заметила, как новый парень оказался возле неё: — Кто учил стрелять тебя, мышка? — с интересом спросил он. Хигучи подняла взгляд на новенького, вблизи капюшон не так скрывал его лицо, и она смогла разглядеть россыпь веснушек и блеск золотистых глаз. Из-под капюшона торчали непослушные прядки ярко-рыжих волос. Ичиё подумалось, что у новенького на первый взгляд развязный и непосредственный характер и что, присутствие незнакомца её на удивление не пугает. Более того, в его присутствии она чувствовала себя… спокойно? Возможно, глупо доверчиво смотреть на человека, которого видишь первый раз в жизни, так ещё и на складе мафии, но задорная улыбка, цвет глаз и яркие волосы напоминали ей непосредственную и веселую Рикки, а такие люди вызывали у Ичиё симпатию. — Меня учил отец, ещё с детства, — без утайки призналась девушка. — Вот как, передай ему моё уважение, — улыбнулся парень. — К сожалению, не получится — он умер, — покачала головой Ичиё. — Вот как… — Эй, новенький! Разговоры значительно замедляют работу! Я тут не хочу до утра сидеть! — гаркнул Громила, бросив Таро очередной, видимо, довольно тяжёлый ящик, потому что Савада грязно выругался и между ним и Громилой тут же завязалась перепалка. — Громкий он у вас, — хмыкнул парень. — Сам бы меньше орал, может бы и работа продвигались быстрее. Хигучи не сдержала тихий смешок. — Это не напрягает тебя, мышонок? Хигучи покачала головой. — Я понимаю его, он просто хочет побыстрее закончить работу и пойти домой и, эй, почему именно «мышонок»? — вопросительно вскинула бровь девушка. — Ну ты… маленькая, — повел плечами рыжий. — Эй, я не намного ниже тебя, — поставив ящик на землю, Ичиё шутливо пихнула парня кулаком в плечо. Видимо он действительно был похож на Рикки, потому что его присутствие снова заставляло почувствовать себя беззаботной школьницей, несмотря на обстоятельства. — Всё равно — мышонок. — А ты у нас значит кто? Лис? — сощурилась Хигучи, указывая на растрёпанные рыжие волосы парня. — Хм… А мне нравится это прозвище… Выходит мы с тобой Лис и Мышка? Не боишься, что я тебя съем? Мыши — это ведь, кажется, основной рацион питания лисов, — растянулся в улыбке Лис. — Не забывай, что эта мышка умеет управляться с пушкой, — Ичиё сложила ладони «пистолетиком» и направила в грудь парню. — На поражение, — Лис драматично приложил руку к сердцу и закатил глаза. — Я вижу, что вы отлично нашли общий язык, а работать будете? — снова крикнул Громила с машины. Рыжий повернулся и с пакостной улыбкой показал Громиле средний палец. Тот тут же разразился ответной руганью. А Хигучи снова не удержала тихий смешок.

***

Сегодня Хигучи вышла со склада с внезапно менее подавленным настроением, чем обычно, страх не так сильно давил на плечи, а внутри появилось желание утром позвонить Рикки, ведь они какое-то время не виделись, а рыжий парень напомнил, насколько она соскучилась по этому тёплому цветному вихрю. — Ты с нами теперь на постоянке работаешь? — спросил Таро у рыжего, когда они все вместе вышли со склада. — Не знаю, — покачал головой парень. — Меня позвали из-за того, что сегодня была большая поставка, а так… — он многозначительно повел плечами. — Но я был рад с вами поработать. Пока, мышонок, — он помахал Хигучи и направился в противоположную сторону. — Нахал он, скажи? — хмыкнул Таро. — Прилично сегодня здоровяка побесил. — Ты сам с ним сегодня препирался, — напомнила Хигучи. — Ну я с ним уже работаю долго, так что у нас, можно сказать, дружеское, — пожал плечами Савада. — А эта рыжая морда только сегодня пришла. Если он останется работать с нами, ему точно спуску не дадут. Ты классно сегодня стреляла, кстати. Нужно в следующий раз тоже попросить принести пистолет, в универе редко бываем, так хоть тут потренируешься. Хигучи кивнула. — В университете тоже надо будет появиться. Со следующей недели ведь новый семестр, помнишь? — Ах, точно… Мы ведь теперь третий курс, — протянул Таро. — Честно, даже не верится. Хигучи тоже не верилось. Через два с половиной года она сможет начать работать в полиции… Только вот, она сама теперь преступница, разве нет? Конечно, никто об этом не знает и, Хигучи надеялась, не узнает никогда, но… об этом знала сама Ичиё. Ладони неприятно зудели, когда она вспоминала о том, что прикасалась ими к ящикам доверху наполненными наркотическими препаратами. Куда потом попадает содержимое ящиков? Скольким людям эти таблетки сломают жизнь? Хигучи, наверное, не должна чувствовать себя виноватой: ведь это не она руководит производством наркотиков, не она продает их людям. Но она всё равно участвовала в этом предприятии — пусть и лишь как маленькая незначительная шестеренка, но она стала частью этого мерзкого механизма. От таких мыслей становилось противно и тошно. Хигучи напоминала себе, что это лишь крайняя мера, что как только она найдет нормальную легальную работу (поиски которой она не на день не прекращала), она перестанет работать на складе. Только вот это не особо помогало. Они попрощались с Таро у подъезда и Хигучи поднялась в квартиру. Кунико, как обычно в это время, уже посапывала в своей кровати видя десятый сон. Ичиё тепло улыбнулась, при виде беззаботно спящей младшей сестры. Быстро приняв душ, Ичиё опустилась на кровать и облегченно вздохнула, когда тело соприкаснулось с чистой постелью. Со времён рокового ноября Ичиё постоянно уповала на перемены, которые должны были принести новый год, наступление весны, треклятое и невозможное чудо. Впрочем, перемены действительно произошли: работу она нашла. Только вот теперь Хигучи участвовала в разгрузках контрабанды наркотиков Портовой Мафии. Теперь в кошельке всегда были деньги, в холодильнике свежая еда, а у Кунико новая одежда по размеру, но плата за это — три недели, наполненные страхом больше, чем двадцать лет жизни Ичиё. Она постоянно просыпалась от ночных кошмаров. В одних безликие люди вламывались в её дом. В других мафиози убивали её, оставляя истерзанное тело гнить в каком-то переулке, где её никто никогда не найдет. В каких-то снах её арестовывал Кода. В каких-то, по истечению назначенного месяца, люди из опеки приходили забрать Кунико. За это время Хигучи так и не придумала, как решить вопрос с документами о работе. Она даже как-то поделилась этой проблемой с Таро, он самоуверенно заверил, что это всё фигня и он что-нибудь придумает, только вот никаким гениальным решением с ней он пока что не поделился. А в каких-то снах к ней приходили призраки родителей, смотрели осуждающими взглядами. Упрекали в том, что она не справилась. Ичиё предпочла бы вообще не спать, чтобы не видеть этих снов, но обычно измученный организм отключался, стоило голове коснуться подушки после ночной смены на складе. Сегодня сон к ней не так спешил. Возможно, потому что сегодня Ичиё было не так страшно? Возможно, дело в том, что она действительно испытала долю веселья, когда целилась в выцарапанную на банке рожицу. Возможно, из-за нового парня, который напомнил ей Рикки. Ичиё, кстати, так и не спросила, как его зовут, а он так и не представился. Впрочем, её имени он тоже не спросил, окрестил просто «Мышкой». Ичиё тихо фыркнула, это ж надо додуматься… Девушка поворочалась, устраиваясь поудобнее. Завтра она обязательно позвонит Рикки, расспросит, как у подруги идут дела и предложит прогуляться по набережной, совсем скоро начнут цвести сакуры, нужно обязательно посмотреть на них… Ичиё не заметила в какой момент погрузилась в сон. Сегодня ей не снились кошмары.

***

Утром ей не пришлось звонить Рикки, подруга позвонила ей сама, чуть не оглушив Ичиё, стоило той взять трубку. — Ичиииё! Угадай что? Ну, угадай, а?! — Ты всё-таки встретила парня, который решил подарить тебе яхту? — предположила Ичиё, наблюдая за тоскливо плавающими в кастрюле макаронами, которые почему-то упорно не желали вариться. — Нет! Намного-намного лучше! Я сегодня зашла в швейное ателье, чтобы забрать платье после ремонта, а хозяйка рассказала, что ищет себе помощницу! Ты ведь умеешь шить и вышивать, я помню, что в школе тебе очень легко давались такие вещи. В общем, я не знаю, что ты там сейчас делаешь, но бросай всё и бегом на собеседование! Правда, я так расхвалила тебя старушке, что она, похоже, уже готова тебя взять! Ичиё тотчас выключила недоваренную лапшу и бросилась по указанному Рикки адресу. Ателье было совсем небольшим, но очень уютным, со сложенными повсюду разноцветными рулонами ткани, катушками ниток и коробочками с разномастной фурнитурой. Хозяйка — элегантная пожилая женщина — всей душой любила своё ателье, только вот возраст уже давал о себе знать — взгляд утратил былую остроту, а руки ловкость. Поэтому, она и искала себе молодую помощницу. Женщина сразу прониклась симпатией к Ичиё, поручив ей пару тестовых заданий для проверки её навыков шитья, она сказала, что берет девушку на работу. Ичиё не могла сдержать своей радости и в итоге расплакалась прямо в ателье. Старушка, кажется, сначала испугалась её реакции, но услышав, что Ичиё долго не могла найти работу и после смерти родителей одна растит сестру, обняла её, утешающе погладив по голове, и сказала, что очень рада помочь такой милой и хорошей девушке. Кажется, в её жизни снова наступили перемены, и на этот раз действительно к лучшему.

***

На следующий день Ичиё окрылённая спешила по адресу, который когда-то оставил ей Таро. Сегодня вечером была назначена разгрузка, но Хигучи хотела встретиться с Таро раньше, чтобы переговорить с глазу на глаз. Ей не терпелось сказать, что ей больше не нужно работать на мафию и она сможет, пусть и не забыть тёмную сторону Йокогамы, но хотя бы оставить её навсегда в прошлом. Она остановилась у небольшого домика с аккуратно выкошенным газоном с ухоженными цветочками и, поднявшись на крыльцо, нажала на звонок. Дверь ей открыла улыбчивая розовощёкая женщина. — Здравствуйте, чем могу вам помочь? — Здравствуйте. Вы, должно быть, госпожа Савада? Я Хигучи, одногруппница Таро. Мы делаем вместе один проект в университете, я пришла оставить ему кое-какие наработки, — Хигучи поразилась, как легко слетела с её губ невинная ложь. — О, рада с вами познакомиться, Хигучи. Таро сейчас в гараже, — женщина кивнула на небольшую постройку рядом с домом, — возится со своей машиной. Я могу позвать его, а вы пока проходите в дом. — О нет-нет, не утруждайте себя, я могу сама подойти к Таро, — улыбнулась Хигучи. — Было очень приятно познакомиться с вами, госпожа Савада, — поклонилась девушка и поспешила к гаражу. Она настойчиво постучала в ворота и окликнула: — Таро, это я — Хигучи! Внутри послышалось копошение и ворота поднялись вверх, перед ней показался довольный Таро в рабочем комбинезоне. — О, Хигучи! Как раз хотел звонить тебе, чтобы встретиться. Прости, руку пожимать не буду, боюсь тебя испачкать, — Таро неловко развёл измазанные в смазке руки. — Но у меня для тебя есть две новости! Заходи! Хигучи прошла в гараж и Таро обратно закрыл ворота. — Во-первых, я придумал как решить твой вопрос с документами для опеки, — довольно сказал он. — Один парень с разгрузок — Нео, шарит за подделку бумаг. Думаю, достать договор о работе в какой-то там приличной фирме точно проще, чем подделывать паспорта. Я начал с ним разговор по поводу твоего дела, но будет лучше, если ты сама с ним обсудишь детали. Хигучи хотела что-то сказать, но Таро остановил её жестом. — Во-вторых, — бодро заявил Таро и подошёл к багажнику старенькой Судзуки, чтобы что-то оттуда вытащить. — Гляди. У Ичиё широко распахнулись глаза, когда она поняла, что Таро держит в руках завернутые в защитную плёнку упаковки блистеров с таблетками. Не трудно было догадаться о их происхождении. — Я толкаю эту штуку по очень выгодной цене и у меня уже есть заказы на больше, — гордо сказал парень, — но мне нужна твоя помощь. Естественно, половина выручки твоя. Это неплохая прибавка к подработкам, а если раскрутимся, можно будет заработать больше, чем на складе. — Ты предлагаешь украсть товар у мафии? — нахмурилась Хигучи. — Я уже несколько раз это проворачивал, легко уловить момент, когда за ящиками никто не смотрит, да и товар потом не пересчитывают. Пх, истуканы тупорылые, — пренебрежительно фыркнул Савада. — Таро… Но, если тебя поймают, это ведь, — Ичиё красноречиво провела пальцем по горлу. — Так нельзя. — Мафия зарабатывает целые состояния на этих поставках, она не обеднеет, если мы тоже заработаем немного. — Ты не понимаешь, — покачала головой Хигучи. — Дело не в деньгах, а в принципах. Ты украл у них. Возможно, они не заметили. Возможно, закрыли глаза. Но это не значит, что так будет всегда. — А ты уже многое успела узнать о принципах мафии? — сощурился Савада. — Нет. Но за это время я слышала достаточно, чтобы уяснить: переходить дорогу Порту — стоит слишком дорого. Шин однажды болтал о том, что мафия делает с предателями. Во всех красках описывал, как их заживо скармливают голодным собакам, бросают в Ооку закованными в наручники, толкают в чаны с жидким бетоном или запирают в горящем доме. Громила, услышав его рассказы, гаркнул, чтобы Шин не пугал Хигучи бредовыми байками и сказал, что для всех предателей мафии наказание одно: сломанная челюсть и три пули в грудь. Хигучи его слова не особо успокоили. — Просто скажи, что боишься. — Дело не в моем страхе, а в том, что это слишком большой риск. Неоправданный, — спокойно ответила Ичиё, проигнорировав явное презрение в голосе Савады. — Любой риск оправдан, Ичиё. Мы сможем заработать — тебе больше не нужно будет переживать за неоплаченные счета и считать хватит ли денег на еду. Даже так: тебе не нужно больше будет смотреть на ценники и пересчитывать деньги в кошельке, сможешь покупать себе и сестренке всё, что захочешь! А когда заработаем достаточно, можем уехать из Йокогамы на другой конец острова или даже перебраться на континент! — Нет, Таро, — покачала головой Ичиё. — Пусть даже на кону будет стоять миллиард йен — я не рискну. Потому что не хочу, чтобы Кунико осталась одна. Таро, кажется, хотел что-то сказать, но лишь бесшумно открыл рот и закрыл обратно. — И я хотела сказать, что нашла работу. Я имею в виду настоящую работу. В швейной мастерской. Конечно, платят там не золотом, но этих денег хватит на бытовые расходы мне и Кунико. И в опеке смогу показать бумаги о официальном трудоустройстве и зарплате. — Вот значит как, — нахмурился Таро. — Могла бы сказать с самого начала, что у тебя изменились планы, а не заливать мне про неоправданный риск. — Я всё ещё считаю этот риск неоправданным, в твоём случае в том числе. Даже если провернешь всё чисто, что будешь делать потом? До конца жизни жить на другом конце Японии, в страхе, что в любой день к тебе на порог может заявиться Порт и потребовать оплаты по счетам? — Жить на полную. Так, как живут толстосумы с верхушки мафии: спать в вип-номерах, есть лучшую еду, проводить время с красивыми девушками, покупать дорогие автомобили. — Ты думаешь, что сможешь получить всё это, продавая ворованную дурь? — Хигучи устремила скептический взгляд на Таро. — Разумеется не сразу, но со временем я заработаю стартовый капитал и смогу открыть свой бизнес, который будет приносить мне доход. — Ты живёшь в несбыточных мечтах, Таро. Несбыточных и очень опасных. — А ты должно быть живёшь в реальности? Считая гроши в своей… как ты сказала? Швейной мастерской? — Во всяком случае, в швейной мастерской самое большее, чего я могу бояться — это поранить палец иголкой. Таро промолчал, угрюмо уставившись в пол. — Я приду на сегодняшнюю разгрузку, но это последний раз, когда я беру подработку. — Как знаешь, — буркнул Таро, закрыв багажник машины. Ичиё уже хотела выйти из гаража, когда сзади послышалось тихое: — Сама ведь вернёшься при первом же случае, если прижмёт. Так зачем громко говорить, что это последний раз? — Не вернусь. Сегодня я в последний раз помогаю с разгрузкой поставки и моё решение не изменится, ни сейчас, ни в будущем. До встречи вечером, Савада.

***

Вечером Таро ждал её у подъезда. Когда Хигучи вышла, он даже не поздоровался и за всю дорогу не проронил ни слова — видимо до сих пор обижался на её решение. Хигучи не очень понимала, за что тут дуться, ведь она изначально дала понять, что работа на складе для неё — крайняя мера, и как только она найдет настоящую работу — перестанет участвовать в разгрузках. Когда они переступили порог склада, Ичиё охватило какое-то очень нехорошее предчувствие. Возможно, из-за того, что лампочка у входа мигала, доживая последние часы своей жизни, а, возможно, из-за того, что нигде не было видно Шина, Ротти, Нео и Громилы, вместо них в полутьме у ближайшей стены застыли двое крепких мужчин. Сзади скрипнула дверь. Обернувшись, Хигучи увидела Лиса: в этот раз он не натянул на голову капюшон и рыжие волосы ещё больше разлохматились, а поверх уже знакомой серой толстовки был надет черный бомбер. Хигучи подумала, что ей, наверное, тоже стоило взять куртку — тепло первого апрельского дня оказалось довольно обманчивым и наступающая ночь веяла пробирающей прохладой. Встретившись взглядом с Хигучи, рыжий парень, кажется, сначала немного растерялся (или Хигучи просто показалось из-за неровного света?), но потом на его лице появилась расслабленная улыбка и он приветственно махнул рукой: — Привет, мышонок. — Привет, — улыбнулась в ответ Хигучи. Наверное, просто другие парни опаздывают. — Где парни? Разгрузку перенесли? — спросил Таро у начальника, который сидел на своем привычном месте и курил. — Нет, они не смогли прийти, вместо них сегодня будут эти ребята, — он кивнул на мужчин у стены. — Хм, жаль, мы уже привыкли работать нашим постоянным составом… — Сегодня ваша работа будет немного отличаться от обычной. — Вот как? Изменилась схема поставок? — удивился Таро. — Не совсем, — хмыкнул мужчина. — В любом случае, я вам сейчас всё расскажу. Присядьте, — он кивнул на ящики возле себя. Таро небрежно плюхнулся на ящик, но Ичиё осталась стоять, настороженная всей этой ситуацией. За то время, что она работала здесь не происходило никаких изменений. А в случае таковых, должны были проинформировать их всех, разве нет? Где тогда парни? Почему пришли только они с Таро и новенький? Или что-то произошло с ними? Нехорошее предчувствие зашевелилось внутри с новой силой. — Садись-садись, дорогуша, — ухмыльнулся мужчина, под его неприятным взглядом Ичиё всё-таки пришлось сесть. Она бросила взгляд на Лиса, который остался стоять у двери. — Ничего, мышка, я постою, — прочитала Хигучи по бесшумным движениям его губ. — Начну прямо, — начальник слегка подался вперёд, в упор глядя на них с Таро и обдавая их едким запахом дыма. — За последний месяц мы не досчитались в поставках товара эквивалентного сотне тысяч йен. — Думаете у нас воруют часть товара с поставок? — вскинул бровь Савада. — Не думаю, а знаю: не сам же собой он испаряется, — хмыкнул начальник. — Возможно, у вас есть мыслишки, кто мог умыкнуть часть товара? Вы проводите много времени с парнями, наверняка кого-то из них что-то могло выдать. Возможно, кто-то что-то болтал или не так себя вел… Хигучи молчала. Таро же, если и испугался, своего напряжения не выдавал. — Сто процентов это Нео, — не задумываясь сказал он. — Всем известно, что он плотно сидит на таблетках. Наверное, его аппетиты к дозам возросли, и он совсем потерял контроль. — Украденного товара слишком много для потребления одним человеком. Больше похоже на то, что кто-то решил перепродавать его, — сказал мужчина, выпустив изо рта очередное облако едкого дыма. Хигучи старалась не смотреть на Таро, боясь, что её неосторожный взгляд может его выдать. Савада же, кажется, или не осознавал всей дерьмовости ситуации, или рассчитывал из неё выкрутиться. — Возможно, Нео решил таскать таблетки и для своих друзей наркоманов тоже, — пожал плечами парень. — Логично было предположить, что к этому придёт… — Сколько ты зарабатываешь на перепродаже товара, Таро? — Такие люди, как Нео… Стоп, что? — осекся Таро. Ичиё замерла, сжав пальцами края ящика и смотря, как лицо мужчины напротив расплывается в победной улыбке. — Тебя поймали, Таро. — Я не понимаю, о чем вы, — начал Таро, но дрогнувший голос выдал его с головой. — Кое-кто видел, как ты доставал таблетки из ящиков, когда никто не смотрит. А кое-кто, как ты продаешь их. Впрочем, можешь попробовать объясниться, за твоими попытками оправдаться правда весело наблюдать, — мужчина вальяжно расположился на ящике, со злорадным интересом смотря на Таро, на лице которого слишком явно мелькали попеременно ужас и страх. — Это клевета! — выпалил парень. — Кто-то специально сдал меня, чтобы прикрыть себя! Это был ты, да? — он повернулся к рыжему, замершему у дверей. — Я так и знал, что ты не чистый на руку! Когда ты припёрся… Я сразу понял… — Если такой умный — то почему не смотря на моё присутствие, всё равно украл товар с последней поставки, — рыжий взглянул на Таро абсолютно расслабленно, словно хищник, который играл с уже пойманной добычей. Ох, точно… В голове Хигучи промелькнуло осознание: причина появления рыжего парня на последней разгрузке была не помощь с большим количеством ящиков, а кражи. Наверное, его прислал начальник склада или кто-то сверху, чтобы он разведал обстановку и помог вычислить вора. А Таро, дурак, даже не подумал, что в присутствии нового человека стоит быть осторожнее… Своей беспечностью загнал себя прямо в лапы… Лису. Хигучи беззвучно хмыкнула. Как она, однако, удачно придумала это прозвище. — Я ничего не брал! Ичиё, скажи ему! — Таро в панике уставился на Хигучи, но она упрямо не смотрела на него, уперевшись взглядом в собственные ладони, сжимающие край ящика до побелевших костяшек. — Да, Ичиё, скажи нам, — улыбка начальника склада стала шире, и он посмотрел на неё. — Это ведь Таро привел тебя сюда, должно быть затем, чтобы ты помогала ему в его маленьком бизнесе? — Я никогда не воровала товар, — Хигучи подняла на начальника чистый взгляд. Ей было страшно, больших усилий стоило сдерживать дрожь, но холодные мысли подсказывали: «У них нет доказательств, у них нет ничего против тебя, Ичиё, потому что ты невиновна». Если Лиса действительно тогда прислали проследить за ними, то он видел, что она ничего не брала. Только вот… Насколько честны расследования в Портовой Мафии? — Чем докажешь? Все на складе знают, что вы дружите с Таро. А как известно — друзья часто работают сообща. Впрочем, — мужчина бросил окурок на пол, затушив его ботинком и поднялся с ящика, — у меня есть способ оправдать тебя, Ичиё. Он поманил пальцем одного из мужчин, до этого молчаливо стоявших у стены, тот достал из кобуры на поясе пистолет и бросил его начальнику склада. Только сейчас Ичиё заметила, что оба незнакомца были вооружены. Ичиё бросила отчаянный взгляд на Лиса, но тот не заметил его, кажется, наблюдая за реакцией Савады. Ичиё сейчас поняла, почему он остался стоять у двери. Нужно было перекрыть им путь для побега. — Вам известно, как Порт поступает с предателями? — спросил шеф, взвешивая в руке пистолет. — Вы не… — просипел Таро, широко распахнутыми от страха глазами наблюдая за пистолетом в руках мужчины. — Я — нет. Не хочу марать руки о такую трусливую мразь как ты, — скривился мужчина. — У тебя сегодня будет другой палач. Хотя, впрочем, умирать от руки прекрасной девушки тоже слишком великая честь для тебя. Начальник подошёл к Хигучи и галантно подал её руку, приглашая встать. Хигучи не оставалось ничего другого, как подняться на ноги. Она не знала как у неё это вышло — ведь в каждую секунду её рисковал сковать стремительно заполнявший изнутри страх. — Ты ведь у нас хорошая девочка, — почти с родительской бережностью он вложил в её руки пистолет. — Не нужно трех выстрелов, с твоей меткостью хватит и одного. — Ичиё, пожалуйста! — взмолился Таро, вскочив с ящика и сделав несколько шагов к ней. — Не слушай его! Я ведь столько для тебя сделал! — его глаза беспокойно метались между Ичиё, пистолетом, начальником и гангстерами, молчаливо наблюдавшими за этой сценой. — Я помог тебе найти работу, когда у тебя не было денег! А ты выстрелишь просто потому, что они сказали?! — О нет, послушай меня, моя хорошая, — начальник провел ладонью по её плечу, заставляя кожу в том месте, где он прикоснулся к ней, покрыться липкими мурашками. — Если ты выстрелишь — ты избавишься от предателя и отведешь от себя все подозрения. Холод металла обжигал пальцы. Блики от мигающей лампочки блестели уродливыми пятнами на искаженном от страха лице Таро. — Я прошу, я верну вам всё! Всё до последней йены! — взмолился он, упав перед начальником на колени, чем заслужил лишь его презрительный взгляд. — Есть одна рабочая истина, тот кто украл однажды — украдёт снова. Мафии не нужны воры и предатели. — Пожалуйста! Я больше не возьму ничего! Я… я согласен отработать то, что задолжал. То, что я взял, это ведь такая кроха по сравнению со всеми поставками! Мафия зарабатывает на них миллионы! А я… я хотел всего лишь чуть-чуть, — жалобно заскулил Таро, подползая на коленях к начальнику и попытавшись ухватить его за руку. — Прекрати, — мужчина резко пнул Таро по рёбрам и тот скорчился на полу. — Из тебя бы получился отличный шут, но мы в таких не нуждаемся. Давай, стреляй, милочка, — мужчина ласково взглянул на Ичиё, которая, замерев смотрела на согнувшегося на полу Таро. — Я не буду стрелять, — Ичиё опустила пистолет и подняла взгляд на мужчину. — Ты уверена, крошка? — прищурился он. — Вы правильно выразились ранее. И пусть я не имею к его преступлению ни малейшего отношения, я не могу застрелить человека, которого ещё сегодня утром называла своим другом, — сказала Ичиё, заставляя свой голос звучать уверенно и ровно. У неё это почти получилось, но, когда начальник резко подался вперёд и до боли сжал пальцами её подбородок, заставляя неотрывно смотреть на него, в глазах Ичиё промелькнул загнанный страх. — Думаешь, жизнь этого ублюдка стоит твоей? А я считал тебя умной девочкой, — наигранно раздосадовано цокнул мужчина. — Слушай сюда, — он больнее сжал её лицо. — Ты выстрелишь в своего поганого друга, а взамен я подыщу тебе хорошее местечко в борделе, идёт? Наконец будешь выполнять своё прямое назначение. Внутри Ичиё всё испуганно сжалось. Неужели, всё закончится вот так? После всех стараний Ичиё, Кунико всё же остаётся одна и даже не будет знать, что случилось с её старшей сестрой? Наверное, когда Ичиё так и не придёт домой, Кунико скажет об этом Айе, а та своему отцу. Кода позвонит в опеку и Кунико заберут в приют… Перед глазами нарисовалась картина заплаканного и потерянного лица Кунико в абсолютно чужих и холодных стенах детского дома. Ах, если бы Ичиё умела отмотать время вспять! Или всего лишь на пару минут заглянуть в будущее! Тогда Ичиё бы несколькими минутами ранее не переступила бы порог склада, развернулась бы и убежала. Больше никогда бы не приходила сюда… Возможно, ей бы повезло, и он ней просто забыли бы… Ичиё испуганно смотрела на нависшего над ней мужчину, ожидая приговора. Но внезапно мужчина отшатнулся. Осоловело заклипал глазами, потирая виски. — Что за херня? — закрутил он головой, словно на секунду забыл, где находится. — Что здесь происходи… В этот момент Таро резко вскочил с колен и, толкнув начальника в живот, так, что тот отшатнулся, выхватил из рук Ичиё пистолет. В тишине склада прогремел выстрел. Таро с глухим стуком завалился на пол прямо у ног Хигучи. С раны на его виске обильной струйкой потекла кровь, заливая его остекленевшие глаза и ботинки Ичиё. Она замерла, не в состоянии пошевелиться, смотря, как пол окрашивается в алый. — Этот цирк несколько затянулся, а у меня сегодня ещё уйма работы, — рыжий парень опустил пистолет. — Ты, — он перевел взгляд на Хигучи и сощурил золотистые глаза, — брысь отсюда и подожди меня на улице.

***

Сейчас бы самое время сбежать, только вот ноги уже не держали, поэтому Ичиё рухнула на ступеньки у склада. Обхватила себя за плечи, совсем не чувствуя холода, лишь пытаясь хоть как-то успокоить дрожь. Выстрелы и звук глухо ударившегося о пол тела до сих пор стояли в ушах. Ичиё зажмурилась. Абсолютно зря. Перед глазами тут же появился остекленелый взгляд Таро и растекающаяся по грязному полу кровь. — Простынешь, а у нас не дают больничных по таким мелочам, — послышался рядом низкий голос, а на плечи немного небрежно опустилась чужая куртка. Ичиё не сдвинулась с места, пялилась на свои дрожащие колени, не смея поднять глаз на человека, который сел рядом с ней на ступени. Какое-то время они сидели молча. — В мафии ценят преданность. Если бы ты хладнокровно застрелила своего друга, это бы многое сказало о тебе, как о человеке. Хигучи резко подняла голову, уставившись на говорившего с ней парня — того, кто два дня назад так напоминал её милую Рикки, а сегодня молчаливо стоял у двери, а потом в одночасье нажал на курок, словно его совсем не трогало происходящее и цена оборвавшейся жизни. Хотя, возможно, так и было. Таро был другом для неё, но для всех остальных на складе он был лишь сотрудником низшего ранга, даже не принадлежавший организации, но трусливо её предавший. Таких использовали как расходный материал, на таких никто не брезговал навести пистолет. За время существования Портовой Мафии таких погибли тысячи. Легко заменяемый мусор. Даже псами их назвать нельзя. К собакам относились бы намного бережливее. В один из дней она может оказаться на месте Таро. На неё наведут прицел и нажмут на курок, даже не моргнув. Прикажут выбросить или сжечь её тело и через час забудут, что вообще существовала такая Хигучи Ичиё. Её жизнь для них ничего не стоит. Так же ничего не будет стоить её оборвать. Парень, сидящий рядом, смотрел на её молчаливую истерику со снисходительной насмешкой и чем-то отдаленно похожим на сочувствие (или последние Ичиё себе просто придумала?). Он ведь точно не старше неё, не так давно вышел из школьного возраста и ещё не особо похож на взрослого: со взъерошенными рыжими волосами, россыпью задорных веснушек на лице, часть из которых скрыта под криво приклеенным пластырем на переносице, и золотистым пламенем в глазах, хотя, возможно, это просто отражение тусклого света лампы на стене склада. Встретившись с загнанным взглядом Ичиё, он ободряюще улыбнулся и похлопал её по плечу. — Пойдём, отвезу тебя домой, и так задержались, — он встал со ступенек и вприпрыжку направился куда-то к соседним зданиям. — Ты идёшь? — обернулся юноша, когда Хигучи так и не сдвинулась с места. — Извините, но я сама доберусь, я живу недалеко. Не хочу вас утруждать, — Хигучи не заметила, как в её голос закрался этот холодный и официальный тон. На «ты» обращаются только к близким и друзьям. Её друг сейчас лежал мёртвый на полу склада мафии, убитый пулей, выпущенной этим человеком. Да, Таро сам выкопал себе могилу. Но снисходительности к его убийце это не прибавляло. Ичиё никогда не смогла бы нажать на курок, а он сделал это с такой легкостью… — «Вас»? — фыркнул рыжий. — А помниться позавчера ночью ты называла меня «Лисом». Мне нравилось. Поймав хмурый взгляд Ичиё, он сказал: — Не нужно этого официоза. Я не твой начальник и не почтенный пенсионер из электрички. «Лисом» можешь не звать, если это прозвище тебе уже не по душе — выдумай новое, или просто обращайся на «ты». Хигучи молчала. — Что такое? Ты боишься, что я узнаю, где ты живёшь и потом припрусь среди ночи обворовать твою квартиру? — ухмыльнулся он. — Так это мне и так известно, равно как и то, что воровать у тебя нечего, разве что твою младшую сестру. Но становится киднеппером в мои планы точно не входит, — парень засмеялся. Громко. Заливисто. Так смеются подростки во дворе школы. Так не должны смеяться люди, только что оборвавшие жизнь другого человека. — Пойдем, недотрога, — рыжий в момент оказался подле неё, взял за руку и заставил подняться, потянул вниз по ступеням, к тени соседнего склада, где был припаркован старенький байк. Он достал из багажника шлем и протянул Хигучи. Пальцы у Ичиё совсем заледенели, и она никак не могла справиться с застёжкой шлема. Парень нетерпеливо цокнул языком и грубовато притянул девушку к себе, за секунду застегнув шлем и усадив на пассажирское сиденье мотоцикла, а сам сел за руль. — Держись крепко, а то ехать нам не так уж «недалеко», как ты утверждала, — хмыкнул он. Ичиё не особо понимала, за что здесь можно держаться, кроме самого парня, потому осторожно сжала между пальцами его кофту. — Эй, я сказал крепко держись! Ты так отвалишься на первом же повороте! Не хочу твои мозги полночи от асфальта отшкребать. Ичиё неловко обвила руками его талию, сжав ладони в замок. — Вот, и чё так сразу нельзя было? — удовлетворённо кивнул парень и завел мотор. Они неслись по ночному городу. Она первый раз ехала на мотоцикле и, возможно, при других обстоятельствах сказала бы, что ей нравится эта поездка: нравится скорость, шум ветра и мотора, промелькающие мимо цветные огни улиц. Но сейчас ей было страшно. Просто страшно и пусто внутри. Хотелось выть, кричать, бежать… Бежать и спрятаться куда-то, где тебя не найдут… Перед глазами ужас застывший во взгляде Таро. Найдут. Кровь тяжелыми каплями стекала на грязный пол. Они где угодно найдут. В голове промелькнула безумная, порождённая животным страхом мысль: Можно просто разомкнуть руки. Упасть с мотоцикла на скорости, прямо на трассу под колеса автомобилям — наверняка насмерть. Закончить ещё не успевший начаться кошмар. — Ты чего удумала? — перекрикивая рёв ветра, гаркнул парень. Не отрывая взгляда от дороги, он снял одну руку с руля и накрыл ладонь Ичиё. — Держись крепче, почти приехали домой. «Домой…» Дома её ждёт Кунико. Ичиё крепче сжала между пальцами кофту парня. — Ну вот и держись без выкрутасов, — буркнул он. Вскоре мотоцикл остановился у дома Хигучи. Парень повернулся и помог Ичиё расстегнуть шлем. — Порядок? Хигучи поспешно кивнула, соскользнув с мотоцикла. — Уверена? У тебя коленки трясутся, — ухмыльнулся парень, глядя как Хигучи неровно стоит на ногах, слегка покачиваясь из стороны в сторону. — Я первый раз ехала на мотоцикле. Просто непривычно, — выдавила из себя Ичиё. — Вот как, — присвистнул парень. — Многое опускаешь. Я как-нибудь обязательно тебя покатаю. Ездить мотоциклом по ночной Йокогаме — незабываемые ощущения. Хигучи надеялась, что это «когда-нибудь» никогда не наступит. — Спасибо, что подкинул до дома, — она хотела скинуть с плеч чёрный бомбер, но парень жестом остановил её. — Оставь, тебе ещё до подъезда идти. — Я верну завтра. — Не нужно, — покачал головой парень. — Оставь себе. У нас принято дарить памятные безделушки новым сотрудникам, я не подумал что-то подготовить… Просто не думал, что ты останешься… В общем, возьми куртку. Она новая. И тебе идёт намного больше, чем мне, — ухмыльнулся рыжик. — Новым сотрудникам, то есть… — удивлённо распахнула глаза Ичиё. — Ты официально принята в организацию, — улыбнулся парень. — Мне пора ехать, есть ещё дела сегодня. С тобой свяжутся позже, расскажут, что будешь делать на новой должности. Бывай, Хигучи, надеюсь ещё встретимся, — хмыкнул Лис, заводя мотор, а через секунду скрылся за углом улицы. Ичиё простояла ещё какое-то время, исступленно смотря на опустевшую дорогу, пока не почувствовала, что руки совсем заледенели. Она сжала пальцами рукав чёрного бомбера. Подарок? До чего мафиози оказывается сентиментальны. Спрятав руки в карманы, Хигучи поднялась по лестнице — та почему-то показалась вдвое длиннее обычного, или это лишь потому, что Ичиё останавливалась на каждой ступени? Девушка застыла перед дверью в квартиру и попыталась натянуть на лицо, если не улыбку, то хотя бы нейтральное выражение. Кунико сейчас ещё не спала — Ичиё видела с улицы, что в её комнате горит свет, наверное, засмотрелась мультики допоздна. Потрепанный вид Ичиё точно бы напугал младшую сестру и вызвал нежелательные вопросы, но избавиться от перекошенной гримасы страха не получилось. Пришлось на скорую руку придумывать ей оправдание. — Ичиё! — восторженно запищала Кунико, встречая сестру в прихожей. Но радость в её голосе тут же сменилась беспокойством: — Что-то случилось? На тебе лица нет! Ты заболела? — маленькие ручки Кунико тут же потянулись ко лбу Ичиё, проверяя температуру. — Со мной всё в порядке, — покачала головой Хигучи. — Просто, когда заканчивала смену, позвонила девочка с универа, рассказала, что умер один наш одногруппник. А я ведь только недавно видела его на парах… — О боже… — Кунико прикрыла рот ладошкой. — Как? «Ему пустили пулю в голову за то, что он подумал, что может обмануть мафию». — Инсульт. Знаешь, так странно… Всегда казалось, что от этого умирают только старики, — Ичиё стянула с плеч черный бомбер. От него чувствовался едва ощутимый запах бензина. — М-да… О, откуда у тебя эта куртка? — сверкнула глазами Кунико. — Коллега с работы одолжил. На улице на ночь стало довольно холодно, а свой плащ я не взяла. — Коллееега? — заговорчески протянула Кунико. — А он симпатичный? — Кунико! — Да, Кунико я! Так красивый коллега? Ичиё хмыкнула и направилась на кухню, преследуемая щебетом Кунико: — Нууу расскажи! Что секрет что ли? А он тебя до дома проводил?

***

За ужином Кунико не унималась, всё расспрашивая о «хозяине чёрного бомбера». Ичиё вяло ковыряла в тарелке разогретую лапшу, изредка улыбаясь и односложно отвечая на вопросы сестрички. Мимолётно взглянув на часы, она обнаружила, что время уже близится к часу ночи и поспешила отправить младшую спать. — Обязательно попроси у него номер, когда будешь возвращать куртку! И намекни, чтобы пригласил тебя на свидание! — крикнула Кунико, скрывшись у себя в комнате. Как только дверь в спальне Кунико закрылась, улыбка сползла с лица Ичиё, уступая место страху. Она просидела на кухне ещё какое-то время, наблюдая, как меняются цифры на часах на табло микроволновки, так и не притронувшись к еде. Когда Кунико уже крепко спала, Ичиё, едва переставляя отяжелевшие ноги, уползла в ванную. Взглянула в зеркало, но тут же отпрянула. Собственное отражение показалось чужим и смотреть на него не хотелось. Открутила воду в душе и, скинув одежду безжизненной кучей на пол, ступила под теплые струи воды. Замерла, уставившись на ровные квадратики кафеля. Почувствовала, как на плечи шлёпнулись отяжелевшие от воды волосы, и без того растрёпанный пучок окончательно развалился. Ичиё рассеянно поднесла ладони к лицу, наблюдая, как по ним стекает вода, мозг окрашивал её в красный. Сегодня по ним текла кровь Таро, в которой она не повинна. Но много ли пройдёт времени, прежде, чём между пальцев потекут уже отнятые её руками жизни? Много ли времени пройдёт прежде, чем она потеряет свою? Что тогда будет с Кунико? Что будет с милой, доброй Кунико, если Ичиё умрёт? Её определят в детский дом? Или мафия придёт и за ней? Опомнившись, что до сих пор стоит под струями проточной воды, Ичиё закрутила кран. Счета и так космические, не стоит делать их ещё больше. Прислонившись спиной к холодному кафелю, она осела на пол. Упёрлась лбом в колени, пока по щекам стекали капли влаги — слёзы или вода — уже не разобрать. Мокрые волосы неприятно липли к шее, а плечи вскоре начали мелко подрагивать: сидеть на полу душевой кабины было холодно и зябко, но Ичиё не спешила вылезать из своего укрытия. Перед глазами мелькали лица родителей, в ушах звучали их голоса. Сколько пройдёт времени, прежде чем она забудет их звучание? Перед глазами надгробная табличка, и кандзи в воспоминаниях, как назло, предельно четкие. Перед глазами Таро. В ушах — его сорванный крик, вымаливающий прощение у людей, которые не умеют прощать. В руках — холод пистолета, который так и не выстрелил. У ног — бездыханное тело Таро. По полу, словно в замедленной съёмке, растекалась кровь. Перед глазами рыжий парень с веснушками, имя которого ей неизвестно. Ичиё при первой встрече без задней мысли окрестила его «Лисом», а он действительно оказался слишком похож на это хитрое животное. Слишком. Таким верить нельзя, но ехидная улыбка и огонь в глазах так и просят протянуть руку. Под пальцами — его кофта. В ушах — рёв мотора и: «Ты официально принята в организацию». Непонятно: удача или смертный приговор. Ичиё крепко зажмурилась, отгоняя непрошеные видения. Протянула руку, проведя по запотевшей стенке душевой кабины, оставляя тёмные полосы. В детстве она всегда рисовала на запотевших стеклах цветы сакуры и мордочки зверушек. Сейчас получались лишь абстрактные линии. Ичиё, расфокусировав взгляд, водила пальцем по стеклу. Кажется, в хаотичных линиях начали появляться черты лица. Чьего? Матери? Отца? Кунико? Рикки? Её самой? Или может быть Таро или Лиса? Ичиё не знала. С запотевшего стекла на неё смотрел какой-то безликий незнакомец. Когда она была младше, рисовала на стекле мордашки выдуманных мальчишек, а потом торопливо стирала «искусство» рукой, словно стыдясь, что кто-то заметит, что на запотевшей душевой нарисован не очередной котик или цветок. Одноклассницы в детстве мечтали о смелых рыцарях и красивых принцах. Ичиё считала одноклассниц дурами, а потом шла домой, доставала из укромного места под кроватью розовый блокнот с замочком и рисовала на разноцветных страницах мальчика с голубыми глазами, цвета безоблачного неба и морских волн, на которые так любила смотреть Ичиё. Он не был бы принцем или героем — какой ей толк с того есть ли у него золотая корона или звание спасителя мира? Главное, чтобы он любил её и защищал от всего-всего! От монстров под кроватью. От вредных одноклассников. От грозы с громом. Чтобы обнимал, когда хочется плакать навзрыд, уткнувшись в подушку. Чтобы знал, какие конфеты её любимые и украдкой вкладывал в карманы, просто так, без повода, чтобы она улыбнулась, смакуя сладкие ириски на языке. Чтобы снова показал ей, каково это — летать. Ичиё выросла и поняла, что в этом мире рыцари только хвалятся подвигами перед толпой, сверкая белозубой улыбкой и медалями, а когда камеры отводят взгляд, стаётся, что герои ничем не лучше злодеев, с которыми сражались. Принцы не отличаются красотой и в душе уродливее самого захудалого дракона, почти с трепетом они постоянно поправляют короны из блестящей фольги перед кривыми зеркалами и важно рассказывают о своём величии — таком же фальшивом, как их короны. А мальчика с небесно-голубыми глазами и вовсе не существует — это лишь плод бурной детской фантазии и рисовать не получилось даже его воображаемое лицо. Но всё равно, безумно хотелось, чтобы сейчас, когда ей холодно и страшно, а тело неустанно била дрожь, кто-то близкий и родной пришёл и заключил в тёплые объятия. Пообещал, что защитит от всего на свете, что всегда будет рядом и она никогда не будет одна, всегда будет спина, за которой можно спрятаться от всех невзгод и плечо, на которое можно опереться. Только вот никто не приходил. Ичиё вздрогнула. Провела рукой по стеклу, стирая уставившееся на неё пустое лицо. Слёзы давно закончились, оставшись мокрыми дорожками на щеках. Хотелось проснуться в холодном поту на мятой постели и осознать, что это всё — просто кошмарный сон. Услышать с кухни голоса родителей и думать, что самая большая катастрофа в жизни — это проспать учёбу. Только вот она не просыпалась. Этот безумный ночной кошмар стал её реальностью.