Мститель по вызову

Глава 6: Пламя собственничества Башня Старка, вечер. Лампы башни мерцали холодным светом, отражая усталость и раздражение на лице Тони Старка. Возвращение с затянувшегося совещания далось ему нелегко. Дела корпорации, требующие неустанного внимания, казались теперь лишь блеклой тенью чего-то более важного, терзающего его душу. Он налил в бокал дорогое бордо, но даже изысканный напиток не приносил облегчения. На вкус, казалось, вино отдавало кислотой. И дело было вовсе не в качестве напитка, а в той едкой, разъедающей ревности, что прочно засела внутри. Причиной тому был Наруто. Этот непредсказуемый вихрь энергии, ворвавшийся в его жизнь и перевернувший все с ног на голову. Сейчас, вспоминая, как Наруто смеялся с Брюсом внизу в зале, Тони чувствовал, как в груди разгорается огонь. Не просто смеялся, а смеялся как-то… особенно. Необычно тепло, слишком близко. Он краем глаза заметил, как рука Наруто легла на плечо учёного. Слишком долго, неестественно долго. Какое-то мгновение Тони засомневался, не мерещится ли ему все это. Но чем больше он об этом думал, тем сильнее становилась уверенность – что-то здесь было не так. "Он флиртовал?" – пробормотал Тони, проходя мимо Джарвиса, не снимая пиджак. Его движения были резкими, выдавая внутреннее напряжение. "Или мне просто уже снится, что он с каждым себя так ведёт? Может, у меня паранойя?" Голос Джарвиса, как всегда, был ровным и беспристрастным: "Никаких снов, сэр. На основе визуального анализа, он, безусловно, намеренно усилил физический контакт. В частности, прикосновения к плечу и предплечью дольше обычного. И, что примечательно, в вашем присутствии." Услышав подтверждение своих опасений, Тони почувствовал, как вскипает ярость. Ему хотелось что-то сломать, разбить, уничтожить источник этого раздражающего чувства. Он сжал кулаки, пытаясь унять внезапный порыв. "Убью", – процедил он сквозь зубы. "Или хотя бы выкину с балкона. И его, и его." Джарвис тактично промолчал, зная, что в такие моменты лучше не перечить хозяину. В это время, словно прочитав его мысли, Наруто появился на пороге его комнаты. Он стоял в дверном проеме, излучая какую-то расслабленную самоуверенность. Его взгляд был ленив, походка – кошачья, грациозная и бесшумная. Он небрежно бросил рубашку на кресло и, не говоря ни слова, направился к Тони. Он без спроса забрал у него бокал с вином и сделал глоток. "Брюс такой милый", – сказал он задумчиво, словно размышляя вслух. "Его уши становятся красными, когда его трогаешь. Забавно." Эти слова, произнесенные с нарочитой небрежностью, подействовали на Тони как красная тряпка на быка. Он почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он не ответил ни слова. Он просто смотрел на Наруто. Холодно. Угрюмо. В его взгляде читалась неприкрытая злость. Наруто, казалось, наслаждался его реакцией. Он провел пальцем по груди Тони, слегка касаясь кожи, и тихо добавил: "Ты злишься. Хочешь ударить его или меня?" "Тебя", – процедил Тони сквозь стиснутые зубы. "Чтобы ты, наконец, перестал играть. Хватит этих игр." Наруто усмехнулся, его глаза блеснули озорством. Он обвил руками шею Тони, притягивая его ближе. "Почему бы не признаться? Тебе нравится, когда я заставляю тебя чувствовать. Ты ревнуешь. Значит – я важен. Раз я вызываю у тебя такие сильные эмоции." Тони попытался отстраниться, но Наруто не отпускал. Он чувствовал его тепло, его близость. Он чувствовал, как его воля начинает слабеть. "Это не игра", – повторил Тони, пытаясь сохранить остатки самообладания. "Для тебя – нет. А для меня – да. Потому что только в игре можно позволить себе быть собой. Только в игре можно выпустить на волю свои истинные желания. И знаешь что?" – он прижался еще ближе, его дыхание опалило кожу Тони. "Ты чертовски сексуален, когда бесишься. Просто безумно сексуален." Тони не выдержал. Все его доводы рассыпались в прах перед этой наглой провокацией. Ярость, ревность, желание – все смешалось в один бушующий коктейль. Он схватил Наруто за руки и резко притянул к себе. Они рухнули на кровать. Наруто смеялся, его звонкий смех звучал как вызов. Тони срывал с него остатки одежды, как будто пытался доказать, что тот принадлежит только ему. В этом не было нежности, не было страсти в чистом виде. Это была жажда контроля, собственничество, одержимость. Он хотел завладеть Наруто полностью, чтобы ни у кого не осталось сомнений, кому тот принадлежит. И Наруто, казалось, наслаждался этим. Он пил это чувство, как амброзию. Ревность Тони была для него самым пьянящим напитком, самым желанным даром. Это было его любимое вино – чужая ревность. Доказательство того, что он зацепил, что он не безразличен. Легкие прерывисто вздымались, когда Тони навис над ним. В глазах горело пламя, в котором смешались похоть и ярость. Наруто ухмыльнулся, видя, как легко он может вывести его из равновесия. "И что дальше, Тони?" - прошептал он, дразня его. "Ты собираешься меня наказать?" Тони не ответил. Он просто впился в его губы страстным, голодным поцелуем. Он целовал его так, словно хотел выжечь на нем свой след, доказать свое право на него. Его руки сжимали тело Наруто, ощущая каждый изгиб, каждую мышцу. Он хотел ощутить его полностью, проникнуть в него, слиться с ним воедино. Наруто отвечал на его поцелуи с не меньшей страстью. Он обвивал руками его шею, притягивая его еще ближе. Он чувствовал его ярость, его ревность, его желание. И это возбуждало его. Это давало ему ощущение власти, ощущение контроля над этим сильным, могущественным человеком. Поцелуи становились все более требовательными, все более дикими. Их тела извивались в страстном танце. Одежда была сорвана и отброшена в сторону, словно ненужная помеха. Они были охвачены пламенем желания, пламенем собственничества. Тони опустился ниже, целуя шею Наруто, его плечи, его грудь. Он оставлял на его коже багровые следы, словно метки, говорящие: "Это моё." Наруто стонал от удовольствия, запрокидывая голову назад. Он чувствовал, как его тело дрожит от возбуждения. Он хотел большего, он жаждал большего. Он хотел, чтобы Тони отдал ему всего себя, чтобы он забыл обо всем на свете, кроме него. "Тони…" - прошептал он, его голос дрожал. "Пожалуйста…" Тони поднял на него взгляд, его глаза горели диким огнем. Он видел в них отражение своей собственной страсти, своей собственной одержимости. Он понял, что больше не может сдерживаться. Он должен заполучить его, прямо сейчас. Он вошел в него одним резким движением. Наруто вскрикнул от неожиданности и боли, но тут же обвил его ногами, притягивая к себе еще ближе. Он чувствовал, как его тело наполняется огнем, как все его чувства обостряются до предела. Они двигались в унисон, отдаваясь во власть страсти. Их стоны и крики сливались в один оглушительный аккорд. Они были единым целым, объединенные желанием, собственничеством, любовью. Когда они достигли пика, их тела содрогнулись в конвульсиях. Они кричали, царапались, кусались, словно дикие звери. Они отдали друг другу всего себя, до последней капли. После этого они лежали, обессиленные и измотанные, в объятиях друг друга. Их дыхание было прерывистым, их тела покрыты потом. Они не говорили ни слова. Они просто лежали, наслаждаясь близостью, наслаждаясь ощущением того, что они принадлежат друг другу. В тишине комнаты отчетливо слышалось лишь их учащенное дыхание. Тони нежно провел рукой по волосам Наруто, чувствуя его тепло. Он прижал его к себе еще сильнее, словно боялся, что он исчезнет. "Ты мой", - прошептал он, его голос был хриплым от страсти. Наруто ничего не ответил. Он просто прижался к нему в ответ, чувствуя себя в безопасности и защищенности в его объятиях. Он знал, что Тони говорит правду. Он действительно был его. Он был его собственностью, его одержимостью, его любовью. И он не возражал. На самом деле, ему это нравилось. Ему нравилось чувствовать себя нужным, любимым, желанным. Ему нравилось видеть, как Тони теряет голову от ревности, как он становится диким и необузданным. Это давало ему ощущение власти, ощущение контроля над этим сильным, могущественным человеком. Он знал, что их отношения сложны и запутаны. Он знал, что они играют опасную игру. Но он не мог остановиться. Он был зависим от этого, зависим от Тони. Он был зависим от его ревности, от его страсти, от его любви. В окнах башни Старка восходила луна, освещая их сплетенные тела серебристым светом. Они лежали в объятиях друг друга, два воина, два любовника, два игрока в опасной игре. И пламя их собственничества горело все ярче и ярче, освещая их путь во тьме. Оно согревало их, защищало их, и одновременно обжигало, причиняя боль. Но они не могли без него. Они были связаны этим пламенем, связаны навечно. И они продолжали играть, продолжали любить, продолжали ненавидеть, зная, что однажды эта игра может закончиться трагедией. Но они были готовы рискнуть. Потому что они знали, что без этого пламени их жизнь не будет иметь смысла. Пламя собственничества было их проклятием и их благословением. Оно было тем, что делало их живыми.